Вторая жизнь Узукаге

      Руи была раздраженна и зла. Она шла вперед и не оглядывалась, что бы проверить идет ли за ней мальчишка-шиноби или нет. Ей было плевать успевает он за ней и не потерялся ли он. Руи всегда считала, что от шиноби слишком много проблем и они были большой угрозой для ее деревни. Теперь же, по приказу Генерала Мифуне — человека которого она безмерно уважает — в ее деревне, в ее доме, будет жить какой-то дезертир какой-то великой деревеньки, что смотрят на самураев не свысока, но с насмешкой лишь из-за того, что у них нет этой чакры, которой все шиноби кичатся. Ее это бесит до скрежета в зубах.       Когда Руи и мальчишка — кстати как его имя? — дошли до самого дальнего дома, где его не найдут, но при этом Руи с легкостью сможет добраться до него, то она непроизвольно выдохнула. Ей не нравилось быть в компании шиноби, даже такого ребенка как этот. Особенно такого ребенка как этот. Во взгляде блондина и тому как он все осматривает было что-то пугающее и это только еще больше отторгало ее от шиноби.       — Вот, — пренебрежительно махнув рукой в сторону дома, пробормотала Руи. — Вот тут ты будешь жить на время пребывания в нашей деревне. Можешь обустраиваться и все такое. Завтра я зайду за тобой ближе к десяти утра и проведу экскурсию по деревне. Не смей проспать! Все, мне пора. До завтра.       И не дав мальчишке вставить и слова, она ушла просто махнув на него рукой. Блондин лишь пожал плечами на столь явное пренебрежение и вошел в дом осматриваться, так как ему жить здесь… примерно месяца два? Он еще не решил на сколько может задержаться здесь, прежде чем отправиться в путь. К тому же ему еще предстояло переговорить с Генералом Мифуне наедине о договоре между Узушио и Страной Железа, а после разговора решать — продлить или разорвать. Особенно учитывая, что Наруто не слышал о том, что бы Страна Железа приходила на помощь во время нападения на Узушио, что очень его злит и вводит в негодование. Насколько он помнил, этот договор составил предыдущий Узукаге еще до Ашины-самы и Нуги-самы, и они с, тогда еще молодым Шуки, основателем Страны Железа составили договор о союзничестве между их странами, а так же о доставке ресурсов. Конечно Страна Железа могла узнать о нападении в последнюю минуту или даже секунду, но они могли бы хотя бы помочь оставшимся Узумаки и попытаться их спрятать, ведь как в случае с нынешней ситуацией Наруто, так и в прошлом, никто не знал об отношениях Страны Железа и Страны Водоворота. Потому его сейчас очень злит, что Страна Железа не попыталась помочь хотя бы в сокрытии остатков Клана Узумаки.       — «Тебе следует успокоиться, Наруто,» — проговорил Курама загоняя своего джинчурики в подсознание.       — Как тут успокоиться, Курама? — спросил Наруто сдерживая свою ярость и негодование. Он вспомнил о договоре, когда Мифуне сообщил ему о том, что будет помогать в поисках Узумаки, а до этого даже не вспоминал, хотя чувствовал необъяснимую тягу обратится именно в Страну Железа за помощью, правда он ожидал помощь в виде предоставления убежища, а не… всего этого. — Страна Железа была нашим союзником! Да, они опоздали и не смогли прийти во время на помощь и деревня уже была разрушена к их приходу — если они вообще приходили, — но они могли хотя бы помочь женщинам и детям, которых спрятали, скрыться. Вместо этого Клан Узумаки уничтожен, а его остатки, жалкие горсти, черт его знает где! Как они могли так предать нас?! Как они могли так предать доверие Узушио?!       — Возможно там не так все просто, — лениво предположил Лис, открыв один из своих глаз и смотря прямо на злившегося Наруто, покачивая своими хвостами. — Тебе стоит поговорить со стариком Генералом и прояснить ситуацию, Наруто. Не руби с горяча. Самураи… — тут Лис немного задумался, но потом продолжил: — Самураи — люди и войны чести. Для них честь значит многое и ради этой чести они готовы умереть. Неважно нарушит ли это приказ или нет. Честь для них все. Я уверен, что все не так просто как тебе кажется.       — Уверен? — хмуро спросил Узумаки. — А если они тоже предатели, как Коноха?       — Если бы они были предателями, Наруто, — Лис уже раздраженно посмотрел на Узумаки. — То ты бы был под охраной и с конвоем отправился в Страну Огня сегодня же. Самураи не вмешиваются в дела шиноби, больше не обходимого по крайней мере, но и рисковать войной они не станут. Им проще было бы вернуть тебя Листу и забыть об этом, но вместо этого они дали тебе то, за чем ты пошел в эту деревню и даже предложили помощь в поисках твоего клана. Тайно конечно, но нам это на руку. Особенно когда ты будешь активно их искать.       — Возможно ты прав, Курама, — протянул Наруто и лис насмешливо хмыкает. — Но что если ты все-таки ошибаешься?       — Ха… — раздраженно выдыхает лис и Наруто выкидывает из подсознания. — «Ложись спать, Узумаки! Завтра все узнаешь у старого Генерала и прояснишь ситуацию, а потом уже по ходу дела будешь думать. Спи!»       Наруто лишь непонимающе пожимает плечами на столь странное поведение Лиса, но послушно стелит футон и ложится в него, при этом накрываясь еще двумя теплыми одеялами. Все таки погода в стране Железа не теплая и тут постоянно морозы, из-за чего можно заболеть, а Наруто болеть не хочет. Во-первых, потому что болеть это плохо, а во вторых, потому что не хочет слушать ехидные комментарии Курамы по этому поводу.       На следующее утро, Наруто просыпается от настойчивого стука в дверь и подскакивает с кунаем наготове и лишь спустя несколько минут, мозг начинает работать и подкидывает воспоминания вчерашнего дня о его разговоре с Генералом и об обещании помощницы Генерала зайти за ним ближе к десяти. Видно он проспал, раз эта девушка так тарабанит в дверь, будто выломать ее хочет.       — Открывай! — потребовала девушка, Руи, кажется, да? — Открывай, у меня и так дел по горло, и нам нужно как можно быстрее показать тебе деревню.       Видно у нее и правда какие-то срочные дела, а ее заставили ему экскурсию проводить. Хотя, вчера девушка тоже не выглядела довольной от того, что показывала ему, где Узумаки сможет остановится на время своего пребывания здесь. Честно сказать Наруто даже думал, что у нее зубы треснут от того как сильно девушка их сжимала.       Мысленно вздохнув, Наруто отправился открывать девушке дверь. Хорошо, что он не стал вчера переодеваться и просто улегся в том во что был одет. Девушка, стоило только двери открыться и показать вчерашнего блондина-чужака, прошлась по нему взглядом, чему-то хмыкнула и скривилась, но быстро вернула себе нейтральное выражение лица, граничащее с недовольством.       — Ты что, только встал? — недовольно спросила девушка Наруто и тот ответил кивком. — У вас, шиноби, что принято спать до обеда?       — Нет, но я вчера с дороги и устал, потому хотел поспать подольше. — проговорил Наруто нахмурив брови. Руи ничего не ответила, только недовольно поджала губы.       — Хорошо, — кивнула Руи. — Надеюсь ты выспался. Нам пора. Я покажу тебе магазины и лавочки, а так же некоторые места. Например кафе или источники, а потом, по ходу дела, ты сам будешь учиться ориентироваться в нашей деревне. Пошли.       И они вышли. Руи быстро проводила экскурсию, рассказывая о том или ином заведении, но не вдаваясь в подробности. Было такое ощущение, что от него просто хотят по быстрому отделаться и ведь не придерешься. Девушка говорила нейтральным тоном, точно говоря обо всем, что нужно знать, а что не нужно знать. Куда пойти, где остановится и какие блюда самые вкусные в том или ином заведении. Вообщем он был вполне доволен экскурсией, так как он теперь знал где можно в случае чего поесть и отдохнуть.       — Руи-сан, — обратился Наруто к своей сопровождающей, перебивая ее. Девушка была явно недовольна, что ее перебили, но ничего не сказала только губы поджала от недовольства. — Когда я смогу поговорить с Генералом Мифуне-сама?       — Зачем тебе это? — она прищурила глаза и уставилась на Наруто более внимательным взглядом. — Он уже поговорил с тобой и вы обсудили свои дела. Генерал Мифуне занятой человек и у него нету времени на разных дезертиров-шиноби!       — Руи-сан, — внезапно голос Узумаки стал холодным и стальным, а глаза были чернее ночи в звездном небе. — Возможно шиноби многое сделали самураям, но я вам не враг и зла не желаю. Мне все равно какие враждебные взгляды у вас на шиноби или их деревни, но попрошу не втягивать меня в эту вашу ненависть. И мой разговор с Генералом Мифуне вас волновать не должен, вы ни мне и ему никто. Принцессой Страны Железа вы тоже не являетесь, так что вас политические дела страны не должны волновать.       — Ты… Мальчишка! — сжав кулаки, Руи с ненавистью уставилась на блондина, которого этот взгляд совсем не трогал. Наруто лишь приподнял бровь. — Я житель этой страны! Моя деревня для меня на первом месте, так же как и безопасность нашего главы! Ты же, мальчишка, шиноби-дезертир и, пусть по какой-то причине, Генерал Мифуне решил оказать тебе поддержку, ты все ещё считаешься отступником! Нукенином! Предателем и…!       — Убийцей, — закончил за неё Наруто. Девушка вздрогнула и отступила. Её взгляд прищуренных глаз, был направлен на него со смесью ненависти, гнева, страха и какой-то грусти. Этот взгляд Узумаки хорошо знал, так как постоянно встречал его когда смотрел в зеркало и вспоминал. Вспоминал прошлое — людей которых любил и потерял; предателей из-за которых он все это потерял и тех кого встретил здесь. Страх, ненависть, грусть и гнев. Все это было в его взгляде при воспоминаниях о прошлом и настоящем. О том, что могло бы быть и что происходит сейчас. — Я понимаю ваше чувство справедливости, а так же вашу ненависть и гнев, но не понимаю почему же вы направляете её на меня. Мне всего тринадцать лет. Я убил только двух людей и то по случайности. Убил и жалею об этом, ведь мог спасти. Я мог им помочь и хотел этого, а обстоятельства помешали мне и я корю себя за это. Руи-сан, я готов понести наказание за свои ошибки, но нести бремя за других — я не намерен. На меня вешали ярлыки всю мою жизнь и я ушёл. Убийца, монстр, демон, чудовище, урод и многое другое. Все это сопровождало меня всю мою жизнь. Да, вы правы, я — дезертир. Нукенин деревни скрытой в листве, но лишь потому что мне надоели взгляды ненависти и страха, шепотки за спиной и летящие в меня камни. Я ушёл и не жалею об этом.       Девушка не могла найти слов, что бы ответить мальчишке. Не могла, ведь «мальчик» смотрел на неё взглядом взрослого, что повидал за свою, пусть и короткую жизнь, но повидал много и явно не приятного. У мальчика был взгляд бывалого война и человека прожившего больше, чем прожила она. Такой же взгляд был и у Генерала. Мудрый и холодный, но в тоже время понимающий и смирившийся. Ребёнок не должен так смотреть, пусть они и шиноби, а она самурай, но дети… Дети должны смотреть на мир более проще и не видеть всех ужасов, особенно сейчас в более мирное время, когда войны нет.       — Подумайте об этом, Руи-сан, — вернул её голос мальчика обратно и она увидела пронзительные голубые глаза наполненные мудростью и пониманием. — Подумайте. А я, так уж и быть, сам загляну к Генералу. Вам нужно побыть в одиночестве.       И он исчез в вихре. Руи даже ничего толком ответить не успела, как он просто растворился и она осталась одна посреди улицы со своими мыслями. Честно говоря она даже останавливать его не хотела, хотя если бы этого разговора не состоялось и он сделал бы так, Руи немедленно бы отправилась в кабинет Генерала Мифуне, куда мальчик несомненно отправился. Вместо этого, девушка отправилась домой. Она заварила себе чай и села на одно из кресел в своей однокомнатной квартире, смотря отсутствующим взглядом в стену. Её мысли были далеко отсюда. Девушка вновь и вновь прокручивала весь разговор в своей голове, а потом её мысли ушли далеко в прошлое. В её далёкое детство которое она хотела бы не вспоминать. Никогда…

***

      — Руи! Руи, просыпайся! — девушка лет пяти открыла свои ледянисто-серые глаза и посмотрела в такие же глаза на против.       — Мама! — воскликнула девочка.       — Вставай, мой маленький ураганчик, — посмеялась женщина лет двадцати пяти-тридцати. — Солнце уже взошло и пора начинать новый день!       — Да! — воскликнула с энтузиазмом девочка и побежала в ванную, а женщина лишь вновь рассмеялась и покачала головой.       — Я буду ждать тебя внизу. — проговорила женщина и в ответ услышала согласны писк.       Уже выбегая из комнаты, собранная девочка врезалась в кого-то и подняв глаза увидела мужчину средних лет. В его красивых алых волосах были седые виски, а глаза, до этого грустные и холодные, были наполнены любви и тепла, когда он посмотрел на ту, кто в него врезался. Мужчина засмеялся и поднял девочку на руки.       — Куда ты так спешишь, мой маленький водоворотик? — спросил мужчина девочку.       — Папа! — вцепилась в шею мужчины, радостная девочка. Она стала радостно тараторить, пока мужчина нес её на кухню. — Я бегу на кухню к маме. Она сказала, что нам пора начинать новый день, а это значит, что надо приготовить завтрак, покушать и помыть посуду, а потом начинать работать. Сегодня ведь день поставки и я хочу пойти с караваном. Можно-можно? Вы обещали, что когда я буду достаточно взрослая, то смогу пойти! Пожалуйста, можно? Я хочу пойти с караваном! Папа, пожалуйста!       Мужчина лишь рассмеялся глядя на взволнованное и просящее лицо девочки. Дочка сложила руки в молительном жесте и смотрела щенячьим взглядом на отца, при этом выпятив губу. Мужчина хотел было ответить, но именно в этот момент они вышли на кухню, где уже порхала его жена и вовсю готовила, о чем говорил вкусный аромат свежей еды, что распространился практически по всему дому. За столом же, уже почти накрытым, сидела ещё одна девочка, с такими же красными волосами как у него и серо-зелеными глазами. Она насмешливо посмотрела на младшую в руках отца.       — Ты ещё маленькая для таких поездок, Руи, — ехидно произнесла девочка лет двенадцати. — Вот подрастешь ещё и мы с отцом возьмём тебя с собой.       — Кана-не-чан! — воскликнула с восторгом девочка, но потом до неё, видимо, дошло услышанное и она недовольно скривилась. — Я уже достаточно взрослая, что бы отправиться с караваном, мне пять! И мама с папой обещали, что когда я буду достаточно взрослой и выносливой, то смогу пойти с караваном и я могу отправиться сейчас! Я достаточно тренировалась, а мой наставник хвалит мои навыки и выносливость. Я более вынослива среди своих сверстников! Мама скажи же им! Я правда хочу отправиться в этот раз с караваном, пожалуйста!       — Хм… — женщина, к которой девочка обратилась, лишь промычала и прищурившимся взглядом посмотрела на младшую дочь. — Конечно, Руи, я знаю. Наставники хвалят тебя и довольны твоим прогрессом, но ты точно уверена в своём желании отправиться с караваном в этот раз? Ведь этот караван, отправиться далеко, аж в страну Песков.       — Конечно уверена, мама! — воскликнула девочка и взмахнула руками, чуть не ударив отца при этом. — Как же мне быть не уверенной?       — И это никак не связано с мальчиком из соседнего района? — лукаво произнесла мать, а потом с улыбкой наблюдала как её младшая дочурка заалела обеими щеками и опустила смущенный взгляд в стол.       — Н-нет, — выдавила из себя девочка.       — Мальчик? — спросил мужчина, который теперь уже был готов метать молнии когда жена упомянула о каком-то мальчике и увидел реакцию младшей дочери. Его маленькая Руи, малышка-водоворотик была слишком — слишком! — маленькой для мальчиков. — Какой мальчик?       — Ха! Имото ты влюбилась?! — воскликнула старшая девочка во все глаза смотря на младшую. В её голове проносились сотни мыслей от умиления до желания прибить мальчишку о котором упомянула её мать и в которого — очевидно — была влюблена её маленькая имото.       Кана решительно покачала головой и сжала кулаки. У старшей девочки вдруг возникло желание найти мальчишку о котором мама говорила и поговорить с ним, по душам так сказать. Очень душевно и ясно, расставив приоритеты. Но она не собиралась ему угрожать, не в коем случае! Она просто переживала за сестру и — боже! — её первую влюблённость.       — «Какая к черту любовь в её-то возрасте?!» — истерил разум старшей девочки. — «Этому ребёнку только-только исполнилось пять! И теперь в её невинной и чистой головушке появились мысли о каком-то мальчишке! Он явно её совратил! Придурок, да я ж тебя разорву!!!»       — Так о каком мальчике речь? — спросил мужчина, те самым вернув Кану из её мыслей.       — О, тебе не стоит волноваться, дорогой, — проговорила женщина почти напевая. — Мы очень хорошо знаем этого мальчика, ведь он частый гость в нашем доме и часто приходит к нам. К тому же, этот мальчик рьяно отправляется в путешествие с вашим караваном.       — Юго?! — недоверчиво-удивлённо крикнула Кана. Её глаза были широко раскрыты. — Мама! Ты хочешь сказать, что моя имото влюбилась в идиота-Юго?!       — Не называй Юго-куна идиотом! — стала защищать младшая честь своего возлюбленного. — Он не идиот! И то, что ты с ним не ладишь, не даёт тебе право его оскорблять! Юго-кун очень милый и вежливый, а так же начитанный и сильный!       — Пф, этот дурак? — скептически фыркнула Кана и с удивлением наблюдала как ее младшая сестра покраснела, но уже от гнева и сжала кулаки.       — Юго значит, да? — странно протянул отец семейства имя мальчика, а за тем как-то странно улыбнулся. — Думаю мне стоит поговорить с ним. Все-таки столько времени он ходит с нашим караваном, а я как-то и не пытался поговорить с младшим поколением. Надо исправлять свою оплошность.       — Папа-папа! — вдруг воскликнула испуганная девочка, столь странным поведением отца. — Юго-кун хороший! Он правда-правда очень-очень хороший! Юго-кун помогал мне оттачивать навыки и с усвоением предметов, что нам преподают в начальной академии. А ещё-ещё…       — Хорошо, малышка, я тебя услышал, — успокоил мужчина младшую ласковым поцелуем в лоб и мягко улыбнулся ей, когда посмотрел в её серые глаза, что достались ей от матери. — Я тебя услышал, но мне и правда стоит ближе познакомиться с младшим поколением нашего каравана. Все же я каждый год знакомлюсь с ними, когда они к нам присоединяется, но в прошлом году я этого не сделал. Пусть я и знаю Юго, но не так близко как хотелось бы.       — Ладно, — проговорила Руи с улыбкой, а потом зыркнула в сторону старшей девочки, что задумчиво кусала губу. — Но ты не верь словам Каны-не-чан! Она просто завидует Юго-куну, ведь он выпустился из академии на полгода раньше неё и теперь она его ненавидит!       — Ха?! — воскликнула названная в шоке смотря на сестру и воскликнула: — Я не завидую этому идиоту!       — Не называй его идиотом! — резко ответила Руи.       — Хватит! — крикнула уже мать семейства предвидя ссору своих дочерей из-за мальчика. Она уже даже пожалела о том, что упомянула об этом. — Давайте поедим, а потом поговорим.       — Да, дорогая, ты права. — проговорил мужчина и семья расселась за столом, а женщина тем временем поставила большой казан с супом посредине стола и налила каждому бульон в чашки.       После еды каждый член семейства стал помогать убраться на кухне. Кто-то убирал грязную посуду, кто-то мыл её, кто-то сушил, а кто-то протирал стол. Последнее делала младшая.       — Дорогая, ты уверена в Юго? — спросил тихим голосом мужчина стоя радом с женой и потирая сухим полотенцем уже мокрую, но чистую посуду. Рядом стоящая Кана, что принесла последнюю грязную чашку матери, навострила уши и стала прислушиваться. Женщина только хмыкнула на это, но ничего не сказала старшей дочери, сосредоточив свое внимание на муже.       — Юго-кун очень милый и отзывчивый мальчик, ты же знаешь, дорогой, — проговорила женщина слегка улыбаясь мужу.       — Я знаю, знаю, но… — мужчина оглянулся на свою пятилетнюю дочь, что с энтузиазмом вытирала стол. — Но Руи…       — Маленькая, да, — проговорила с пониманием женщина и тоже мельком взглянула на младшую. — Но эта её первая влюблённость. Юго-кун правда помогал ей во время трудностей с программой академии и мне в моем магазине, когда не отправлялся в путешествие с вашим караваном. Он очень хороший.       — Я не могу поверить, что моя имото влюбилась в этого балбеса. — пробормотала Кана. — Он же… Он… Ветреный. И не серьёзный!       — Так! — повернулась женщина с грозным видом к старшей. — Откуда ты знаешь такие слова как «ветреный», юная леди?! И почему ты так категорична в отношении Юго-куна?       Видя грозный вид матери, Кана растерялась, но и дать ответ на вопрос не могла. Она сама не знала почему так категорична в своих суждениях о Юго, так как они росли с этим балбесом и он был для неё… братом? Другом? Врагом? Или соперником? Кана не знала ответа на эти вопросы, так как никогда себе их не задавала соперничая с Юго дабы доказать себе, что и она может быть такой же целеустремлённой как он.       Юго всегда был более целеустремлён, так как потерял родителей ещё в три года, во время нападения на караван со стороны шиноби и с тех пор он их презирает. Он презирает всех, в ком течёт чакра и Кана, как обладатель чакры, всегда пыталась показать ему, что не все обладатели чакры гнусные и жестокие люди. Потому, с первых дней в академии самураев, она старалась не использовать чакру и выезжать только на собственной выносливости и силе воли. К сожалению или к счастью, её сестра не была наделена чакрой или просто не захотела её пробуждать, но Кана знала, что захотев — её сестра могла бы пробудить чакру, ведь их отец был шиноби. Их отец обладал чакрой и умел ей пользоваться, а так же он был ветераном ведь… Не зря же он был тем самым Алым Ураганом Роши Узумаки…