J&R

R:... J:?¿ R:... J: ну что?? R: тебе ее совсем не жалко. J: с ней еще ничего не случилось R: не боишься, что сейчас случится с тобой? J: э-э-э-э J: да брось, до этого еще глав двадцать, мы это и через несколько лет не напишем R: если бы ты не отвлекала нас на чтение чужих работ, у нас было бы время на написание своих. J: бро-ось, мы так развиваемся R: читая многотомник про маньяков? J: так ведь... R: или впадая в депрессию и подхватывая очередной застой после очередного «хочу писать так же»? J:... допустим, ты прав. R: мы александрит еще в пятнадцатом году закончить могли. J: стой, мы ж сейчас про выживание говорили... R: это я-то стой? мне напомнить тебе, что у тебя тридцать работ на фикбуке в черновиках, десять вот уже четыре года в процессе по паре глав, а в твоих бумажках еще штук двадцать недописок? а ты, вместо того, чтобы писать продолжение, рисуешь по ним арты. J: сам бы взял и написал... R: на мне стихи, критика и мозги. за большее требую доплату. J: чем?? натурой?? R: наличкой. J: так, ладно, давай вернёмся к выживанию. так как тебе?? R: сначала допиши первую главу. а потом еще десяточку. J: ты, вообще-то, еще песню не закончил! R: чтобы закончить песню, которая так-то спойлерит часть сюжета, мне нужен сам сюжет J: да там, где-то лежит... R:... R: и что мне это должно дать? J: да что опять не так-то?! R: всё. тебя вообще не смущает, что мы собирались писать дженный драббл с элементами выживания и попытками в материнство, а вышел сплошной канибализм? J: да это только на одном персонаже завязано!! харэ придираться!!! R: допиши флешбеки и будет тебе песня. J:... на тебе изучение фольклора. у меня уже все эти твари японские в голове перемешались. R: у тебя все в голове перемешалось. в мартовском тумане у тебя, кстати, уже несостыковки есть. будь добра, или исправь, или придумай объяснение в следующих главах. J: да где-...а-а-а, ладно! J:... J: вот поэтому я и боюсь писать...