Этого не может быть!

В огромном императорском гареме дни текли один за другим без каких-либо изменений. Наложницы изнывали от скуки. Старые сплетни им надоели, а новых не было. Прогулки, игры, песни и танцы вызывали отвращение у большинства из них. Даже мелкие стычки никому не доставляли удовольствия. Поэтому гарем погрузился в ленивую дрему. Внезапно тишину нарушил громкий крик: - Уродливая императрица вышла из дворца! Наложницы оживились. - Превосходно! - вскочила на ноги Юй Ксяолян. - Наконец-то эта уродина покинула свое убежище! Сестрицы, пришла пора поразвлечься! Убежищем несчастной императрицы служил ее дворец Юньфэн. Несколько месяцев она не выходила из дворца, скрываясь от издевательств и побоев. Когда она появилась в гареме, наложницы сразу поняли, что кроткая императрица не сможет дать им отпор. Сначала над ней просто смеялись. Она молча переносила даже самые обидные и грубые шутки. Постепенно наложницам наскучило просмеивать императрицу. Ее молчание и кроткая улыбка раздражали их. К этому примешалась и зависть. Принцесса из страны Фэн была очень красива. И хоть все наложницы считали себя несравненными красавицами, женой императора были не они, а Фэн Юнь. День ото дня издевательства над бедной императрицей становились все злее. А когда в игру включилась Дэфэй, которая была любимой женой императора, но не имела таких привилегий, как императрица, издевательства превратились в жестокие мучения. Вскоре красивое лицо императрицы было покрыто синяками и ссадинами. Они не успевали заживать, потому что мучительниц было много. Императрица перестала посещать гарем. Она проводила большую часть дня во дворце, лишь изредка прогуливаясь по своему саду. Но и здесь ее достали вошедшие во вкус наложницы. И тогда несчастная императрица перестала выходить и своих покоев. Спокойной жизни у нее не было и там. Служанки, почуявшие безнаказанность, грубили ей, не хотели выполнять ее просьбы, запрещали ей передвигаться по дворцу. Но императрица была и этому рада, потому что служанки не осмеливались поднять руку на супругу императора. Здоровье у императрицы было слабое, поэтому ее лицо не заживало. Раны превратились в язвы, которые обезобразили ее еще больше. Этому способствовали и служанки. Все они хотели выслужиться перед всесильной Дэфэй. Поэтому служанки вместо лечебной мази наносили на лицо императрицы те, которые ухудшали состояние ее ран. Так из красавицы Фэн Юнь превратилась в пугающую всех уродину. С тех пор ее прозвали Уродливой императрицей. Служанки со смехом заставили ее надевать плотную вуаль, чтобы не пугать их своим видом. Но осталось еще одно, что приводило в бешенство весь гарем - безупречная в своей красоте фигура императрицы. Если бы Фэн Юнь продолжала выходить из дворца, то вскоре ее начали бы называть Хромая Уродливая императрица или что-нибудь в этом роде. Но бедняжка не покидала своих покоев. И вот, к всеобщей радости, Уродливая императрица вышла в сад. Юй Ксяолян была в восторге. Не раздумывая ни минуты, она бросилась на поиски императрицы. Долго искать не пришлось. Императрица в сопровождении служанки прогуливалась по дорожке. Юй Ксяолян с удивлением заметила, что на уродливом лице Фэн Юнь не было вуали. Удивление мгновенно переросло в раздражение, а раздражение сменилось острым приступом злости. "Уродина, кажется, забыла свое место! - она прямо-таки кипела от возмущения. - Придется ее проучить!" Юй Ксяолян быстрыми шагами приблизилась к императрице. На небольшом расстоянии от нее следовала толпа предвкушающих развлечение наложниц. - Ваше уродливое величество, - Юй Ксяолян склонилась в шутовском поклоне, сзади раздался взрыв смеха. - Ваше личико нуждается в лечении! Наложница занесла руку, намереваясь нанести удар по лицу императрицы. Служанка Сю Яо, сопровождавшая Фэн Юнь, замерла. Ее щека до сих пор болела от пощечины, которую влепила ей императрица. А в животе становилось холодно от воспоминаний о глазах принцессы, заносящей руку для удара. Юй Ксяолян не сразу поняла, почему ее рука не достигла цели. Каким-то образом уродина отбила удар! Не помня себя от ярости, наложница бросилась в атаку. И в тот же миг оказалась на земле. Императрица с насмешкой смотрела на лежащую у ее ног противницу. Толпа замерла, а потом разразилась визгом и воплями. Как посмела их беззащитная жертва оказать сопротивление! Она поплатится за это! Самые решительные и смелые наложницы бросились на помощь поверженной Юй Ксяолян. Императрица повернулась к ним. Глаза ее горели мрачным светом. Ледяным тоном она произнесла: - Вы, простые наложницы, не проявляете уважения к императрице. Как посмели вы ворваться в мой сад и нарушить мое уединение? - наложницы, не ожидавшие такого поворота, попятились. - Вы все заслуживаете сурового наказания. Наложницы не стали дожидаться того, что последует дальше. С громким плачем они покинули сад. Когда императрица обернулась, чтобы узнать имя напавшей на нее женщины оказалось, что она тоже сбежала. "Глупые курицы, - с раздражением подумал Тэн Юнь. - Привыкли издеваться над слабыми. Ненавижу таких тварей! - он усмехнулся. - Что ж, с этого дня никто не посмеет и пальцем тронуть императрицу. Жаль только, что ее тело такое слабое... Надо бы его укрепить". С этими мыслями Уродливая императрица двинулась дальше по дорожке. Сю Яо, дрожа от страха, последовала за ней.

***

Юй Ксяолян рыдала от злости, обиды и... страха. Бессвязные слова, которые она произносила, состояли из угроз и оскорблений. - Сестрица, - гладила ее по голове Лю Цунцун, - не плачь. Мы отомстим этой уродине! Она еще пожалеет, что обидела тебя! - Правильно! - поддержала ее Гуань Ю. - Кем она себя возомнила? Надо напомнить ей, где ее место! Немного успокоившись, Юй Ксяолян закивала: - Да, да, да! Мы ей покажем! - она повернулась к тихой незаметной наложнице, которая всегда следовала за ней. - Бай Киу, с этой минуты ты должна следить за каждым шагом уродины и докладывать мне обо всем. Поняла? Бай Киу склонилась в поклоне. Ей не хотелось следить за императрицей. Мрачный взгляд и ледяной тон напугали ее до дрожи. Но ослушаться она не смела...

***

Наследный принц семи лет от роду с высокомерной усмешкой посмотрел на императрицу. - Не думай, что я пришел к тебе! - выпалил он, стараясь не смотреть в лицо Фэн Юнь. - Отец приказал мне пообедать с тобой. А я совсем этого не хочу! Так что даже не думай, что я сяду с тобой за стол! "Я тоже не горю желанием обедать с тобой, - мысленно усмехнулся Тэн Юнь. - В этом мы с тобой единодушны, маленький избалованный наследник". В глазах императрицы не отразились мысли Тэн Юня. Она ответила мальчику спокойно, но без улыбки. - Поблагодари отца за заботу обо мне. На обед можешь не оставаться, если не голоден. - Я голоден! - вскинул подбородок Сюэ Пэй. - Но с тобой обедать я не желаю! - он окинул взглядом сад и презрительно хмыкнул. - Хм, ты еще глупее, чем я думал! Как тебе пришло в голову обедать на улице? Не дожидаясь ответа принц пожал плечами, резко развернулся и пошел по дорожке. Вдруг он остановился, повернулся к императрице и спросил: - Почему ты сняла вуаль? - Мне она без надобности, - пожала плечами императрица. - Неужели тебе приятно, когда все смотрят на твое уродливое лицо? - Мне все равно, пусть смотрят. Сюэ Пэй презрительно фыркнул. И в этот момент он увидел, как из кустов вылетел камень и полетел в сторону императрицы. Так как она стояла спиной к кустам, то даже не подозревала об опасности. Маленький наследник злорадно усмехнулся. Он уже предвкушал, как камень ударит уродину по затылку, как она сморщит свое страшное лицо и закричит. Это будет очень смешно! Дальше все произошло настолько быстро, что Сюэ Пэй ничего не понял. Императрица не сдвинулась с места, не изменилась в лице, но камень почему-то оказался у нее в руке. А потом императрица сделала почти неуловимое движение, и камень полетел обратно в кусты. Раздалось громкое "Ой!", топот ног, и наступила тишина. Сюэ Пэй раскрыл рот от изумления. Наконец он пришел в себя и срывающимся голосом спросил: - Как ты это сделала? - Что я сделала? - с недоумением посмотрела на него императрица. - Вот это! С камнем! Он летел прямо на тебя! глаза маленького принца горели от возбуждения. - Научи меня! Лиуо императрицы стало каким-то холодным, отстраненным. Сюэ Пэй сложил руки на груди и умоляюще посмотрел на нее. "Как я это сделал? - усмехнулся Тэн Юнь. - Да легче простого! Раньше я мог поймать стрелу, летящую ко мне, а тут просто камень!" - Матушка-императрица! Научи меня тому, что ты умеешь! - от волнения мальчик говорил слишком быстро, проглатывая слова. "О! Кажется, я поднялся на несколько ступеней выше в твоих глазах, наследник! Из уродины в одно мгновение я превратился в матушку-императрицу!" -подумал Тэн Юнь, и с трудом сдержал язвительную усмешку. Лицо императрицы не изменило выражения. Она пожала плечами и сказала: - Мне нечему тебя научить. Это вышло случайно. Сюэ Пэй не поверил ей. Он решил во что бы то ни стало уговорить императрицу открыть ему свой секрет. Он подошел к ней поближе и, глядя прямо в ее уродливое лицо, заговорил елейным голосочком: - Матушка-императрица, забудь, что я говорил раньше! Ты совсем не уродливая, просто твое лицо... твое лицо... Нуждается в лечении! Да-да, тебя надо полечить! И я непременно скажу отцу, чтобы он приказал лекарю вылечить твое лицо! - Фэн Юнь едва заметно улыбнулась, но Сюэ Пэй заметил это и приободрился. - Матушка-императрица, я очень голоден. Могу я пообедать с тобой? Я очень этого хочу! Позволь мне каждый день обедать и ужинать с тобой вместе! Матушка-императрица, я очень люблю обедать в саду! Правда-правда! "Маленький льстец, - мысленно засмеялся Тэн Юнь. - Ладно, сделаю вид, что твой хитрый план сработал. Не буду отрицать, ты меня забавляешь, наследник императора". - Что ж, если ты голоден и не против пообедать со мной, то прошу к столу. Голос императрицы уже не был таким холодным, как раньше. Сюэ Пэй обрадовался, его лицо озарилось улыбкой. Во время обеда мальчику удалось разговорить Тэн Юня. С горящими глазами и открытым ртом наследник впитывал каждое слово, произнесенное императрицей. После обеда мальчик попрощался с Фэн Юнь и с искренней улыбкой сказал: - Я думал, что ты обычная глупая женщина, каких полно в гареме отца. Но, матушка-императрица, ты совсем не такая! "Ты даже не подозреваешь, как ты прав, наследник... - Тэн Юнь почувствовал, как сжалось его сердце, сердце слабой и кроткой Фэн Юнь. - Никакая я тебе не матушка, я твой враг..."

***

Бай Киу исправно докладывала о каждом шаге императрицы. И от новостей, которые она приносила, наложниц охватывал страх. Они не могли понять, что произошло с их кроткой жертвой, над которой так весело было издеваться. Раньше императрица даже не пыталась сопротивляться, а теперь она с ледяным спокойствием отражала все нападки - и словесные, и физические. - Наследный принц снова обедал и ужинал с императрицей, - тихим голосом сообщала Бай Киу. - Они много говорили, но мне не удалось подобраться ближе, поэтому я могла расслышать лишь некоторые слова. - Трусливая и бесполезная тупица! - с перекошенным от злости лицом закричала Юй Ксяолян. - Мне нужно знать, о чем они говорят! И мне без разницы, как ты к ним подберешься! - Императрица слишком страшная, - задрожала всем телом Бай Киу. - Она слышит то, что никто не услышит, видит то, что невозможно увидеть. Я боюсь ее! - Эх ты! - с презрением махнула рукой Юй Ксяолян. - Цзань Яньлинь, подойди! От этой трусихи толку никакого! Теперь за уродиной будешь следить ты! Цзань Яньлинь молча кивнула головой и удалилась. На следующий день ближе к вечеру наложница вернулась в гарем. - Уродливая императрица сблизилась не только с наследным принцем, но и с императором. Сегодня они прогуливались по саду и разговаривали. - О чем? - нахмурила бровки Юй Ксяолян. - Или ты тоже не слышала? - Они говорили о... Прости, сестрица, я ни слова не поняла! Это было о войне... кажется... - Еще одна бесполезная тупица! Ладно, что еще интересного ты увидела? - Рано утром императрица бегала по дорожкам сада, а потом начала делать странные движения. После этого она уселась на землю и сидела, закрыв глаза. Потом пришел наследный принц и спросил ее, что она делает. Императрица сказала, что она... ммм... Как же она сказала? Ах, да! Укрепляет свое слабое тело, вот так она сказала. Сестрицы, не смешно ли это? Зачем ей это нужно? Женщина должна быть слабой, ведь правда? - все закивали. - А еще императрица каждый день отправляется на учебную площадку, - глаза наложниц округлились, - скачет на лошади и стреляет из лука! - Ха! - воскликнула Юй Ксяолян. - Спорим, она ни разу не попала в цель! - Ошибаешься, сестрица, - прошептала Цзань Яньлинь. - Императрица попадает точно в цель. Она ни разу не промахнулась... - Эта уродина меня бесит! - процедила сквозь зубы Гуань Ю. - И снова сестрица ошиблась, - еще тише сказала Цзань Яньлинь. - Императрица уже не уродина. Ее лицо стало еще красивее, чем было когда-то. Когда она только приехала в нашу страну. Правда, сестрицы, я не вру! Она настоящая красавица! - Этого не может быть! - взревела Юй Ксяолян. - Я отправлюсь во дворец Юньфэн и сама посмотрю на нее! Если ты наврала, то пожалеешь об этом! С этими словами наложница решительно направилась в сторону дворца. Императрица гуляла в саду. Она была не одна. Ее сопровождал Его Величество. Юй Ксяолян спряталась в кустах и вгляделась в лицо императрицы. Цзань Яньлинь не обманывала. Уродливая императрица превратилась в красавицу. Потрясение было настолько сильным, что Юй Ксяолян на какое-то время потеряла способность видеть и слышать. Из этого состояния ее вывел громкий смех императора. А потом она услышала, как Его Величество сказал: - Моя любимая жена, ты не перестаешь меня удивлять! Женщин, подобных тебе, я никогда не встречал! Юй Ксяолян отползла в сторону, поднялась на ноги и побежала в гарем. Всю дорогу у нее в голове звучала одна и та же фраза: "Моя любимая жена... моя любимая жена... любимая жена...".

***

Императрица, которую никто больше не называл уродливой, прогуливалась по саду. Она наслажалась одиночеством. Последнее время Фэн Юнь редко оставалась одна, и это утомляло ее. Ей, вернее, Тэн Юню хотелось, чтобы его оставили в покое хотя бы ненадолго. И дело было не в ненависти, которую он испытывал к вражескому императору и его окружению. Ненависти больше не было. И раздражения не было. Постепенно Тэн Юнь привык к маленькому наследнику, который превратился в тень бывшего генерала, волей судьбы ставшего матушкой-императрицей. Даже император Сюэ Цзюнь Лян не вызывал у него такой ярости, какая была в самом начале. Похоже, он привык и к нему. Тэн Юнь медленно шел по дорожке. Изредка на его пути попадались наложницы. Они опускались на колени и приветствовали императрицу, которую с некоторых пор начали уважать и бояться. "Что ж, маленькая императрица, я защитил тебя, - с легкой грустью подумал Тэн Юнь. - Надеюсь, твоя душа, где бы она ни была, нашла успокоение...".