Под кожей

Сначала Помпона охватила чистая, освобождающая эйфория. Уни мчалась, как ветер, и обезьяны следовали за ней. В мгновение ока они вошли в лес, мимо того места, где огонь оставил свои следы, в непроглядную чащу великолепного вечера, казалось, ничто не могло их остановить. Пока уни не случился еще один приступ. -¡ААААААА! Веснушчатый почувствовал, что его отпускают. Удар о землю лишил его воздуха, и он пополз, как мог, к кустам, обезьяны безумно визжали, Помпон съежился и прикрыл уши, умоляя остановиться. -0 Боль… Измена ... Как вы смеете!?Вы должны подчиняться, подчиняться!, У меня есть сила!, У меня есть сила! Нет, нет, я не хочу умирать! Её грудь горела, её тело внезапно воспряло духом от долгого бега, она сделала глубокий вдох и наполнила легкие лесным воздухом; на этот раз ей было легче восстановить контроль, она могла это сделать, она был сильна, она был сильнее всех. - Нет, оставьте меня! Её головная боль была снята, пара обезьян нашла Помпона и пыталась вытащить его из кустов, дергая за ноги. Гнев овладел ей. - ОТПУСТИТЕ ЕГО! - она хватает одного за шею и швыряет его о дерево. - ЭТО МОЕ! МОЕ! - она ударила другого в спину, ломая позвоночник. - УБИРАЙТЕСЬ ОТСЮДА! Обезьяны разбегались во все стороны, но останавливались на безопасном расстоянии, чтобы посмотреть, откуда они могли издавать испуганные стоны. -ПОМПОН. - Нет..- выдавил он из себя. Уни остановилась..." я напугала его, я напугала своего медвежонка... " Она почувствовала себя ужасно, она увидела обезьяну, корчащуюся в предсмертных судорогах, другую, которая не двигалась и оставила красное пятно на дереве, и ей стало хуже, она сделал это, и это было легко. Ей ничего не стоило отнимать жизнь. Это было слишком просто. -0 Помпон услышал, как что-то скользнуло по полу рядом с ним, он открыл один глаз, это была маска лейтенанта, он взял ее и прижал к груди, как будто это могло помешать его сердцу выскочить. Когда он смог прийти в себя, он понял, что Уни избавилась от обезьян и сидит на дереве, обняв колени, как испуганный ребенок; но она уже не была ребенком, верно?Каждый кризис делал её умнее, опаснее и отделял не на один мир в конце, который никому не принадлежал. - МНЕ ОЧЕНЬ ЖАЛЬ. -...нет, - он тоже сел,-мне очень жаль...Я серьезно все испортил, я думал, что все под контролем, и теперь мы в бегах. - ПАПА ПЛОХОЙ? -Нет, я думаю, он просто слишком грустный и растерянный. - Я ПЛОХАЯ? - Конечно, нет! Уни впилась в него взглядом, ожидая, что он пояснит, она больше не могла просто говорить, что все обстоит именно так, и надеяться, что он это примет, ей нужны были реальные ответы. -Ты не плохая...никто не плохой в принципе, просто бывает так, что ты встречаешься не с теми медведями, совершаешь ошибки, теряешься и в итоге делаешь то, о чем можешь только сожалеть...-он вздыхает. - Я уверен, что тебе было бы нехорошо, если бы преподобный взял тебя, но я делаю не лучшую работу. - ПОМПОН, КТО Я ТАКАЯ? -Я не знаю... - ОТКУДА Я РОДОМ? -Я... - он моргнул, - если это так... Но чтобы понять это, нужно было зайти очень далеко назад. Итак, он рассказал ей историю, рассказал о мифе о сотворении медведей, о Единорогах и постоянной борьбе, которая определяла их жизнь с тех пор, как он себя помнил, рассказал ему о пророчестве в священной книге и о маленьком медведе, который появился из ниоткуда и стал лидером, которого они преследовали.А она всё ждала.Ждала. Ждала. Он рассказал ей о двуликом медведе, наполовину монстре, наполовину герое, рассказал ей о своих собственных грехах, когда он прикончил Генерального штаба, о медведях, своих собратьях, чтобы никто другой не взял на себя эту вину, рассказал ей о Священной войне. -Он поставил меня в арьергарде, но когда я услышал шум в поле, я побежал за ним. Он прибыл, чтобы увидеть последние ноты драмы, которая началась намного раньше, чем он мог себе представить, он прибыл, чтобы увидеть, как лейтенант отходит от трупа маленького Единорога, затем тело превратилось в...нечто, массу невыразимых ужасов; чего Помпон никогда не мог себе простить, так это остаться там, парализованный страхом, в то время как он, лейтенант, был пойман. -Ты приняла другую форму, но этим существом была ты, вот откуда ты. -ВОЙНА. -Это было ошибкой с самого начала, сражаться с единорогами из-за этого проклятого леса, - он ударил по земле. Пока он говорил, на них опустилась ночь, стало очень холодно, и Помпон понял, что им нужно укрытие, но он был измотан, устал быть тем, кто принимает решения, и боялся продолжать ошибаться. Он встал и подошел к ней, показал маску. - Если бы лейтенант был здесь, он бы знал, что делать, если ты знаешь, как, ты можешь вернуть его, пожалуйста? В конце концов его голос сорвался, Уни ничего не сказала, но через несколько мгновений она подошла, чтобы взять егр и обнять; Помпон расплакался, таков был его ответ. Было уже слишком поздно. Ему оставалось только двигаться вперед, пытаться поступать правильно. - Давай ... - всхлипывает он,-должно быть место, где Азу может быть рядом ... - она не двигалась с места, - Уни...Уни, ты...ты так сильно сжимаешь меня.… У него было самое странное из ощущений, как будто он тонул...мгновение, он тонул, он погружался в тело Уни. - Остановись!Что ты делаешь!? Он бесполезно бьёт ногами, пытаясь освободиться, но она была слишком сильной для него, он пытался позвать на помощь, но он уже погрузился до самого рта, в последнем усилии он отпустил маску, он смог увидеть ее на полу, слегка освещенную луной, затем тьма поглотила его. -0 Волшебный лес ночью. Мистер медвежонок, должно быть, сошел с ума, чтобы согласиться войти туда, но теперь все это было чертовским безумием, и там его держали вместе с группой медвежат, вооруженных ножами и факелами, в поисках чего-то, что могло быть в миллион раз опаснее Единорогов, которые когда-то правили этими землями. Он чувствовал, что давно исчерпал свои силы, теперь он двигался вперед по инерции и отчаянию; он никогда не придавал большого значения заявлениям о голосе Азулина, выходящем из Уни, но он сам слышал голос Горди, который, по его мнению, умер в том самом ужасном лесу, что это значило?Что происходило?Чем на самом деле была Уни? Он начинал верить, что они их не найдут, и даже обрадовался этому, когда услышал крики. Это было похоже на фехтование, но хуже, намного, намного хуже, серия невозможных криков, в которых почти невозможно было различить два, три, даже четыре голоса, и визг обезьян, напоминающий кошмарный хор. Нормально, что половина группы сбежала в отчаянии. Он свернулся калачиком на земле, прикрыл уши и ждал, ждал, пока крики прекратятся, а затем то, что казалось вечностью тишины, прежде чем более прозаический звук, который могло бы издать большое тело, идущее среди листвы, снова нарушит тишину леса.. -ПАПА. Сначала он подумал, что действительно сошел с ума, потому что то, что он увидел, было маской Азулина, парящей в дюйме от земли. Но это была Уни, которая поднесла ее к своему лицу и наблюдала за дрожащей группой, как можно было бы наблюдать за горсткой муравьев, это детское любопытство исчезло из его белых глаз, вместо этого в них была холодная решимость понять. -Я ХОЧУ ДОМОЙ, ПАПА,-сказала она, запинаясь. - Что...домой?-мистер медвежонок обрел голос и встал, - кла ... конечно, я отвезу тебя домой… Где Помпон? -ОН УШЕЛ. Он ушел? Он бросил его?, это не звучало так, как будто он мог это делать. -Мы должны отвести его к преподобному,-напомнил ему кто-то. -Да, да, конечно,-протянул он лапу, - давай, Уни, пойдем домой. Он взял ее за руку, и они пошли дальше, желая покинуть лес. За ними в молчании шли обезьяны.