Глава 8
11 апреля 2023 г., 13:00
20 августа 2011
В какой-то момент я почувствовала, что мне стало значительно легче. Но я иногда будто бы стесняюсь писать в дневнике, потому что живу теперь у Женьки, и он постоянно обитает рядом. Мне становится жутко неудобно.
А сегодня стало не только неудобно что-то писать, но и вообще смотреть ему в глаза. Сейчас 3 часа ночи, все спят, а я сижу в закрытой ванной и пишу в этот чертов дневник, который, я не знаю, помогает ли мне или нет!
Я Я пытаюсь написать сейчас что случилось, но у меня начинает снова трястись все внутри и рука постоянно съезжает со строки. Я начинаю плакать.
Все было хорошо: мы после репетиции поехали в гости к Юре. Да, я, Женька и Димка. Я вообще не помню, после дальнейших событий, как мы туда попали, но мы вполне нормально общались, пили чай. Айя была в этот раз невероятно милой — приготовила ужин, накрыла на стол. Не знаю, что с ней произошло, но, возможно, она блефует передо мной... Хотя, может, я ее недооцениваю. Ведь в какой-то момент сегодня, я даже была спокойна за Юру, когда смотрела на них. Мне кажется, у них все не так, как я себе надумала, а всё хорошо…
Димка снова тянулся к Юре, но у того было сегодня больше возможностей развлечь малыша. Познакомил с Кляксой. Над ее ушами Димка хохотал просто взахлеб. Еще в больший восторг его привело, когда собака его лизнула в щеку. Юра ходил с ребенком, а тот тянул повсюду свои ручки, что-то пытался удержать — статуэтки, медиаторы и всякую такую мелочовку. Главное было следить, чтоб в рот не тащил, но и тут мы не прозевали всеми! Кстати, хорошо реагировал на музыку: махал ручками, улыбался. А я почему-то была такой счастливой, все это наблюдая… Так, я, наверно, сейчас себя снова успокаиваю и отвлекаю от всего произошедшего дальше…
Дома я поняла, что где-то потеряла свой телефон. Я облазила всю квартиру, все вещи, сумки. И его не было нигде. Нет, если бы я не ждала звонка по рекламе, то хрен с ним, но оттягивать процесс не хотелось… Я с Женькиного позвонила Юре, чтобы тот посмотрел дома, но у него был отключен телефон (я думала тогда, что это к лучшему). Потом пришлось звонить Айе, чтоб наверняка. Она была снова не в духе, ощутимо злилась на меня… Я каждый раз себя начинаю странно ощущать после ее малейших нот агрессии. Я не знаю, как мне себя вести. Я ощущаю, что я вмешалась в их жизнь, и ей это не нравится… Но когда она влезла в нашу, я повела себя адекватно… Бог ей судья…
Когда я снова не нашла телефон, я начала волноваться — сейчас телефон для тебя это целая жизнь. Там все: фото, видео, кучи нужных контактов, переписки рабочие и не очень, которые ты можешь в любой момент поднять. Я боялась, это все потерять, потому что это очень сложно восстановить. Поэтому я попросила у Женьки машину, съездить на базу, поискать телефон там. Я не могла просить об этом его, потому что он любезно взял на себя роль отца и занимался ребенком. К тому же, мы продали мою машину, потому что отпала необходимость иметь две — я всегда могу положиться на Женьку, или просто воспользоваться его машиной.
На базе оказался Юра. Я совсем неожиданно там на него наткнулась… Мне так странно поплохело уже тогда. Началась паника, в которой я только делала вид, что его там нет. Я прям грузила себя тем, что кроме телефона меня тут больше ничего не волнует, а сама пыталась не сталкиваться с Юрой взглядами. А потом моя попытка провалилась…
Я обещала себе, не подпускать Юру к себе, а сегодня подпустила ближе, чем планировала, потому что захотелось… Я не думала, что его внезапные, очень близкие объятия, настолько пробудят меня, что мне дико захочется его… Да кому я вру вообще, вы если бы увидели Юру, может даже пообщались, вы бы сразу его захотели. Вот так и мне захотелось… Вспомнила и его поцелуи, и объятия. Боже, много чего вспомнила… У меня, признаться, давно не было такого секса… Неожиданного, страстного… Нет, нет, мне хорошо и с Женькой, но когда ты возвращаешься еще к чему-то хорошему, забытому, тебе становится еще лучше… У нас случилось все прямо там на базе, у окна… Казалось, что это не очень удобно, но нам было пофиг…
Я только после все поняла, что действительно между нами случилось… Я сидела рядом с ним на диванчике, меня трясло, и я пыталась не смотреть на Юру. Не смотреть, потому что так было легче. Это была какая-то возможность перестать думать о том, что произошло, и хотеть еще повторить. От Женьки было уже около 40 пропущенных вызовов. Мой телефон вибрировал, а я нагло сбрасывала. Долго молчала перед Юрой, пока тот не заговорил… Мы пытались поговорить, но меня разрывало на части, и хотелось поскорее сбежать. Я не хотела слышать от Юры вопросы про Женьку, но я это услышала… Я не хотела слышать, что он соскучился по мне, хотя уже порядка ста раз за все время секса слышала от него это, ощущая его горячее дыхание и покусывание моей шеи. Я считала, что все, что сейчас произошло — сон, и такого вообще быть не может. Я сидела и прям выбивала из головы себе: «Юль, не слушай его, не слушай! Не слушай! Все прошло!».
А Юра искал, наверно, поддержки, рассказывал про Айю, и как у них все хреново, что она его не понимает, и живут они чуть ли не как соседи! Ну да, ну да…”Дорогой, в общем-то ты ее сам выбрал… Но я очень чувствую, что вы не понимаете друг друга, поэтому расходитесь вы к херам!» — я очень хотела так сказать, но вместо этого пыталась его поддержать, внушить ему, что он любит ее, а не меня уже. А Юра сидит и все прекрасно понимает, что я вру ему! Боже, какая же я дура! Как я глупо себя веду! Я же увидела еще с первого раза, как он смотрит на меня. Как я начинаю на него смотреть. Мы не остыли друг к другу, а я пытаюсь это всячески отрицать, отворачивая Юру от себя.
Я испугалась, что у нас ничего не прошло… Я испугалась и сбежала от него домой, хотя мы очень тепло попрощались. Мне дико хотелось остаться рядом с ним, а я понимала, что дома меня ждет ребенок, Женька. Господи, может я вообще что-то неправильно делаю в своей жизни? Может мне не стоило влюбляться в Женьку считай с разбега? Да мне бы легче было! Я сидела в машине и не представляла даже, что я ему скажу. Меня почти три часа не было дома. За это время можно уехать в Пулково, купить билет на самолет и больше вообще не возвращаться домой!
Я проревела в машине еще полчаса точно, и только тогда домой пошла. Меня трясло, сердце выпрыгивало и разрывалось на части. Я шла домой, словно пьяная, но лучше уж я бы напилась! Я б промелькнула там где-то мимо Женьки, и мне не пришлось ничего объяснять и вообще с ним больше общаться в тот день! А я как только открыла дверь, стала разуваться, нервничать, что аж этот чертов телефон откинула в сторону, он уже стоял передо мной считай. И впервые требовал от меня, чтобы я ему отчиталась видите ли, какого черта меня там где-то носит, и я не отвечаю на звонки! Надо было сказать: «Жень, мне надо тебе кое-что рассказать, ты только выслушай меня. На базе был Юра, и так вышло мы сексом занялись…». А я, дура, вспылила на него в ответ, потому что не нуждаюсь в вот таких встречах с недовольством, потому что он мне не муж, и не надо тут меня контролировать! Я самостоятельно принимаю все решения! И все…и я просто удалилась в ванную, вся в слезах, в соплях, закрылась… Я ощущала себя не то, чтобы грязной… Просто мне хотелось очень смыть с себя все, что я ощущаю, подумать о чем-то о своем… Подумать над тем, что делать дальше, как себя вести… Вместо этого я обжигалась то холодной, то горячей водой и ревела как умалишенная, без всяких остановок, мыслей и вообще адекватности…
Когда я вышла, Женьки не было уже рядом. Я подумала, что он психанул и ушел спать, или еще куда-нибудь… Мне хотелось расслабиться за чаем, согреться, потому что я себя измучила морально за сегодняшний вечер. У меня дико болела голова, вся вялая, будто заболела. Заболела — воспоминаниями, мыслями о прошлом. Заболела Юрой…
Только я подумала об этом, рядом появился Женька. Он постоянно появляется рядом в неудобное для меня время, когда я думаю о Юре… Когда я что-то пытаюсь сделать с этим, всегда появляется Женька. И почему-то рядом с ним становится легче, словно забываешь о болезни. И вроде бы уже не болит… Но что-то там возится внутри тебя, когда хочется кричать. Есть одна самая страшная болезнь — воспоминания и привязанность к человеку. Как желчь, выплескиваются узорами по твоему телу, заполоняя все собой до тошноты. Это не лечится.
***
Юлия Маяковская: Женя обнял меня, ютившуюся на стуле с прижатыми к себе коленями. От его рук становилось теплее и легче, но я с трудом сдержалась, чтобы снова не заплакать снова. — Прости, я погорячился. Если ты не хочешь говорить, что произошло, это твое право. Я не могу лезть в твою жизнь, контролировать тебя, потому что я действительно тебе не муж. Но, пожалуйста, сейчас дай мне знать, что все в порядке! Я очень беспокоился за тебя. Тебя слишком долго не было. Я не мог дозвониться… Я думал, что-то случилось, — сказал Женька, прижимая меня к себе, укутывая меня своими объятиями, чувствуя, как я замерзла и не могла согреться. — Ты меня прости. Я не должна была себя так вести. Мне нужно было побыть одной… — сказала я, глядя на него. Я ощущаю себя ужасно виноватой… Он поцеловал меня в лоб и слегка улыбнулся, мол, бывает, и снова беспокоится: — Ты замерзла? Давай я принесу тебе что-нибудь из одежды… — Нет, уже теплее. Просто мне сейчас от чего-то невыносимо больно где-то в сердце… — ответила я. — С тобой все хорошо? Может, тебе нужен врач? — спрашивает Женька и очень внимательно на меня смотрит. — Нет, уже все прошло… Потому что рядом ты, — отвечаю я, стараясь улыбнуться, прижимаясь к нему головой.***
Женька долго извинялся, сожалел, что повысил на меня голос. Пока мы пили чай, он пытался понять, что произошло, но я сказала, что очень устала, и мы ушли спать. Я уснула, прижавшись к нему, чтоб забыть все как страшный сон, а потом проснулась посреди ночи, потому что меня снова накрыло. Я поняла, что забыть все я не могу, и, кажется, с этого дня моя жизнь уже не станет прежней…
