По холодному рассчету

Пушкарева сделала пируэт перед Ждановым и сняла с себя кофточку. Андрей уже был полностью обнажен и готов к сексу. Катя разглядывала его возбужденный член, направленный на нее. Катя, одетая только в нижнее белье, подошла к нему, и они начали целоваться. Его руки обвились вокруг ее поясницы, а затем переместились вниз, к попке. Пушкарева дипломатично подняла его руки обратно. Затем она слегка отстранилась, приложив палец к груди Жданова. Отталкивая его назад с силой, достойной пальца, она подвела его к кровати и заставила сесть. Пушкарева расстегнула лифчик и сняла его. Ее груди были великолепны и явно не нуждались в поддержке бюстгальтера. Соски гордо стояли на ее груди, увенчанные темно-розовыми ореолами, которые были большими и сочными и идеально наклоненными вверх. Андрей немедленно стал играть своим ртом, чтобы ущипнуть и пососать их. Пушкарева позволила ему играть со своей грудью. Затем она наклонилась и сняла трусики. Жданов лег на спину, его эрегированный член стоял по стойке смирно, а Пушкарева забралась на него сверху. Расположившись поудобнее, она медленно опустила свое тело, и член парня исчез из поля зрения внутри ее бедер. Они сливались несколько минут, пушкаревские груди подпрыгивали, когда он играл с ними. А потом вдруг Андрей начал двигать ее, извиваться, и она скатилась с него. Она легла на спину, и ее ноги поднялись и раздвинулись. Жданов увидел вульву Пушкаревой со светло-розовым цветом внутри темно-розового. Жданов был сверху, входя в нее, толкаясь. Они оба слились в одну судорожную массу, двигаясь, толкаясь, трясясь. Блестящий член Андрея появлялся и исчезал с завидной регулярностью. Пушкаревская грудь колеблелась в ритме, Катя воскликнула: — О боже! В конце концов, она это заслужила.