Исповедь сухого дерева.

милый - тихий, до боли знакомый голос звал Ольху из темноты. Кот открыл глаза. Где он? Он лежал на жухлой траве, но не видел ничего дальше метра. Он увидел фигуру, медленно выплывающую из тьмы. В нос ударил до боли знакомый запах. Подстилка в детской, перья, ромашки, трава.Его Веснянка! - Ольха.. - её нежный голос звал его. Радость переполняющая Ольху, была несравнимой. Она жива, она тут, только лапу протяни! -Веснянка! - кот подскочил с земли, вглядываясь в темноту. Тьма была такой густой и не проглядной, что казалась материальной. Аккуратная фигура появилась отчётливее, а затем Ольха смог полностью её рассмотреть. Это его Веснянка! Но с ней что то было не так, силуэт был каким то тощим.- это ты? -я, любимый - голос возлюбленной стал более хриплым. Она потянулась к нему мордой. От неё вдруг резко запахло гнилью, а когда она заговорила, Ольха увидел червей и опарышей, копошащихся у неё во рту - зачем? -ч что? - у неё не было глаз. Вместо них были кровоточащие дыры. Кровь, вперемешку с гноем скатывалась по её морде, перетекая на грудь. Шерсть, которая раньше была белоснежной и блестящей, сейчас была грязной и свалившейся. Ольху чуть не стошнило. -зачем ты убил нас, Ольха? - из темноты выплыли фигуры его котят. Всё так же худые, полусгнившие фигуры, с редкой, грязной шерстью, поросшей колтунами. Они были искалечены. Ольха захотелось плакать, от вида своих детей в таком отвратительном состоянии. Как он мог допустить это? -я не убивал! - Ольха был беспомощен перед ними. Перед собственной, горяче любимой семьёй, которая сейчас остервенело рвёт его сердце. -это ты - прохрипел Воробушек. Ольха замотал головой, отступая назад. Назад.. Назад, это куда? Что там, дальше? Куда он идёт? Неважно, главное подальше от них. Он чувствовал вину за то, что сейчас уходит от них, но ничего более придумать был не в силах. -ты поплатишься, Ольха - Веснянка оскалилась. Её жёлтые, местами отсутствующие зубы щелкнули. Ольха, приглядевшись заметил, что позади кошки волочатся её собственные внутренности, выпавшие из раны на брюхе. -я не виноват! - кот не мог пошевелиться. Страх сковал мышцы. Смрад гнили резал нос и глаза. -ты предатель - чей то хриплый, утробный голос донёсся из за спины. Обернувшись, Ольха увидел Коршуна. Друг выглядел так же удручающе гнилым. Да, здесь можно было бы пошутить про то, что кот он был сам по себе, с гнильцой,но Ольхе было не до смеха. На шее Коршуна пролегла огромная, рваная, кровоточащая дыра, из котрой сыпались черви. Это дело лап Ольхи. - ты был моим другом. - утробно пророкотал Коршун. -ты тоже моим был - Ольха начал задыхаться от страха. Фигуры его родных наперебой рычали проклятья и обвинения, сжимая круг. Ольха зажал уши, но голоса уже звучали в голове. - хватит хватит хватит, простите меня! - отчаянно взвыл кот, хватая ртом воздух, которого безнадёжно не хватало.  Веснянка занесла лапу, со скрюченными, грязными когтями и ударила кота. Он очнулся. Слезы скатывались по щекам. Голоса эхом отражались в голове. Облики соплеменников застыли в сознании, как и их слова, полные ненависти и упрёка. -Ольха? - Кира подняла голову, сверкнув глазами. Её голос звучал сонно и от того немного невнятно. - ты чего? -я.. - голос Ольхи сорвался - ничего.. Ложись спать.. - Кира хотела что то сказать, но не нашлась с поддержкой, положив голову обратно. Ольха подумал, что он идиот, раз уж смолчал о своей проблеме. Он ведь страдает от того, что ему не помогают, но от помощи он только что открестился. Но как бы Кира ему         помогла? Сказала "всё будет хорошо"? Он мотнул головой, крепче сжавшись в калач. Он вытер слезы, шумно вздохнув. Сердце уже не так быстро колотилось, но образы его любимых всё ещё всплывали в голове. Было бесконечно больно. Он ведь не убивал их.. Он ведь.. Он услышал, как дождь застучал по крыше амбара. Ольха поднялся и направился к выходу. Шмыгнув в лаз, ему в нос ударил свежий запах дождя. Шумно набрав полную грудь воздуха, кот постарался отпустить сон. Это всего лишь глупый сон.. Он поднял голову вверх. Капли скатывались с крыши, разбиваясь от землю. Через плотную пелену облаков виднелась луна, тусклый свет которой отражался от каждой капельки. Стук и шелест веток на ветру, сейчас звучал успокаивающе. Холодный ветер задувал под шерсть, ещё больше возвращая ощущение реальности. Ольха зябко помялся, но не спешил уходить внутрь. Почему он снова это видит? Это из за того случая? Почему он всё ещё не отпустил тот инцидент? Он ведь, вроде как решил, что не не виноват. Почему всё не может быть проще? Он устало прикрыл глаза, положив намокший хвост на лапы. Может и среди его нынешнего окружения затесались предатели? Разве это он виноват в смерти своей возлюбленной и детей? Ольха сам себе ответил, что да, виноват. Он ведь мог заметить изменения в поведении друга раньше. Он мог предпринять что то. Он мог помочь им. Он мог. Но он не сделал этого, и теперь он здесь. Он ни сделал ничего,он бесполезен. Ольха ничего уже не понимал. Мысли путались. Он же взрослый кот, ему нужно было взять себя в лапы и разобраться. Если не он сам, кто кто ему поможет? Если не он сам, то никто не станет для него спасателем. Он снова втянул холодный воздух. Он должен быть сильным. Он обязан. У него есть сын, и он должен быть для него опорой. Он собрался и поднялся с влажной травы. Он снова скользнул в лаз, запрыгнув на полку повыше, вылизывая промокшую шерсть. Он и не заметил, как уснул. Утром он проснулся от громкого пения птиц. Прекрасные трели синиц заставили улыбнуться. Казалось, вчерашнего кошмара и не было. Он поднял голову, взглянув вниз. Все ещё спали. Он соскочил с полки, разминая лапы. Шмыгнул в лаз, он посмотрел на солнце, которое только вставало. Косые лучи падали на лес, позолотой накрывая верхушки деревьев. Приятный утренний воздух бодрил. Вишня распустилась белыми, нежными цветочками разнося нежный, еле уловимый запах. Настроение было лучше некуда. Казалось, весь мир замер. Он встал и рысцой побежал в ничейный участок угодий двуногих. Он перепрыгнул через ограду, вслушиваясь в пение птиц. Лес пах мокрой землёй, свежей травой и цветами. Он увидел белочку, скачущую по веткам деревьев, не успевших опериться листвой.  Он полез вверх по дереву, намереваясь поймать её. Ольха редко лазал по деревьям, но тем не менее делал это довольно умело, ловко перебирая лапами,цепляясь когтями за шершавый ствол. Он встал на толстой ветви, напружинил мышцы аккуратно поскакал к белке. Зверёк встрепенулся и приготовился дать деру, но широкая лапа кота в одно мгновение скинула его на землю. Белка ударилась об землю, тихо пискнув, и больше не двигалась. Ольха слез с дерева, подобрал бездыханное, приятно пахнущее тело бельчонка, и зарыл в палой листве. Он пошёл дальше, но далеко идти не пришлось. Он увидел чёрного дрозда, клюющего что то с земли. Ольха припал к земле. Азарт будоражил сознание, приказывая поймать как можно больше дичи. Резкий рывок со стороны кота, и дрозд срывается с места, но Ольха прибивает его к земле. Дрозд, распластав широкие крылья по земле, остался лежать на траве. Небольшая лужица крови образовалась под головкой птицы, разыгрывая аппетит кота. Ольха услышал тихое журчание ручья, и пошёл на звук. Он пришёл к ручейку с крутыми берегами, с которых не мудрено было рухнуть в холодную воду. Обильные заросли по обоим сторонам ручья скрывали сам поток. Он учуял запах кролика. Печально,что это лесной кролик, и его будет прикончить проще, чем тогда,когда он охотился на своей территории. Было приятно гнать зверьков по ветряным, гористым пустошам. Он погрузился в воспоминания, уже как будто чувствуя запах вереска, что так часто можно встретить там, откуда он родом. Повернувшись, он увидел крупную крольчиху, которая суетилась возле чего то. Ольха пригнулся к земле, медленно подбираясь к добыче. Кот прыгнул на крольчиху, перекусывая глотку. Мягкое, скользкое мясо оставило приятный вкус на языке. Тёплая, густая кровь полилась из раны. Он принялся обнюхивать то место, где суетилась крольчиха. Еле уловимый запах сразу дал коту понять, что здесь логово крольчат. Он раскопал яму, ловко выуживая детёнышей один за другим. Он собрал в охапку крольчат и понёс к амбару. Солнце стояло высоко. Шерсть кота переливалась под яркими лучами, а глаза казались ещё ярче. Он скользнул в амбар, положив крольчат возле входа. На встречу к нему вышла Кира. Под её внимательным взглядом было неуютно.