Высота чувств

Как бы первый раз прошёл в других вселенных? Стоит лишь предполагать. Во вселенной с аристократами был бы бал. Их и без того много, но этот был бы особенным. Молодым парням представляли бы молодых девушек, в надежде, что они найдут свою будущую пару. Сонхун и Джейк знали, что не влюбятся ни в одну милую девушку, какой бы милой она не была. Это им не было нужно. Весь бал они бы стояли по разные стороны зала, но не отрывали взгляд друг от друга. Сексуальное напряжение нарастало, но никому не было дано почувствовать его. Гости на балу расхаживали бы из стороны в сторону, то и дело приглашая кого-нибудь на танец. Но эти двое просто смотрели друг на друга, совершенно погружаясь в свои чувства. Но никто из них не признался ещё в них. Музыка стала играть громче, разговоры стали напоминать шум, какой обычно можно услышать из улья, полностью забитого пчелами. Что же поделать, если эти двое видят лишь друг друга. Послав друг другу тайное послание, они договорились встретиться в саду. Да, это был другой сад, но цветы в нём так же росли, поэтому общая атмосфера оставалась похожей. Почему же никто не понял, что они ушли? Надо признать, что на этом балу было много народу. Да и он сам проходил в особняке, который в несколько раз больше домов семьи Пак и Шим. Они просто ускользнули, словно ненадолго зайдя в потайную комнату. – Здесь совершенно другие цветы. Но знаешь что? – Что? – спрашивает Пак, включаясь в игру Шима. А то, что это игра, не остаётся сомнений после слов Джейка: – Ты и есть самый красивый цветок, поэтому я просто хочу всегда носить тебя в своём кармане. – Комплимент защитан. – шепчет в губы Шиму Сонхун. Дальше язык парня медленно исследует рот своего парня, постепенно раздувая огонь страсти, который только-только успокоился. – Я знаю тут одно место. – и после этих слов парни пошли в то самое место. Или просто в комнату, местонахождение которой было столь трудно найти. Именно то, что им нужно. – Разве лишиться девственности первым должен не тот, кто старше? – спрашивает Джейк, когда вопрос встаёт боком, как и члены парней. – Может есть более... – начинает Хун, но его язык захватывают в плен, как и его тело. – Просто наслаждайся. – протягивает Шим, начиная снимать одежду Пака. Не то чтобы Джеюн был опытным. Не то чтобы Сонхун сильно возражал верхней позиции Шима. Их тела сплелись, словно обмениваясь энергией, страстью и, специально для не романтиков, слюнями. О, они так сильно желали завоевать друг друга, что красных пятен не избежать. Но что они могли ещё поделать со своим голодом? Съедение губ Пака откладывается, когда штаны парня окончательно сняты, а голова Джейка подозрительно наклоняется вниз. – Дже-ейк? – растерянно зовёт Хун, пытаясь не обращать внимания на странную позу. – Тебе понравится. – говорит второй аристократ, бессовестно прижимаясь лицом к заду Пака. И черт, это действительно нечто. Когда он научился так хорошо работать языком? Здесь где-то дают частные уроки по ублажению своего партнёра? Нет, конечно, нет. Чувства от римминга трудно описать, и уж точно Пак Сонхун не сможет воспроизвести всё это самостоятельно. Наверное, это можно назвать односторонним удовольствием, пока оба парня не начинают издавать стоны. Пак – из-за стимуляции внутри себя, Шим – из-за своего напряжения в штанах, которое было всё больнее сдерживать. Их можно назвать извращенцами, раз их возбуждают такие вещи, но никто не имеет на это право. Эти люди, пытающиеся повесить ярлык на "непохожих на них", просто пытаются уложить в своём маленьком мозгу всё по полочкам, которых слишком мало, чтобы воспринимать мир не так, словно лишь одно единственное решение будет правильным. Решение иметь не такую ориентацию, как у других. Решение встречаться со своим полом. Решение дать волю своим чувствам. Разве есть лишь одно решение, которое можно назвать правильным? Хотя о чём это всё? Разве не о том, что член Джеюна вплотную прижимается к анусу Сонхуна, пытаясь проникнуть, доставить удовольствие и просто соединиться со своим возлюбленным. Первый толчок и на глаза Пака наворачиваются слезы. И нет, это не из-за боли, возникшей в пояснице. Это из-за точности члена Шима, который первым же толчком наткнулся на простату. – Я, конечно, знал, что она находится не так уж далеко, но чтобы сразу в яблочко... – удивлённо говорить Джейк, смотря на лицо Сонхуна, которое выражало смесь слёз, боли и огонька, загоревшегося в глазах Пака. – Хотя на ощупь это больше похоже на очищенный грецкий орех. На этом свои размышления Шим прервал, совершив ещё одно движение, задевая тот самый "орех". Они продолжили делать это до рассвета, пока яркое солнце не осветило их волосы, которые беспорядочно лежали на подушке, совершенно позабыв свой изначальный вид, что было не удивительное, тем более после такой ночи. Это была их первая ночь, проведенная таким образом.