Я подарю тебе дыхание

                        — Антон Андреевич, как переводиться слово Heartless? — спрашивает ученик у Антона. — Бессердечный. — отвечает сразу. — Ну это про тебя, Лёш! — неожиданно насмехаясь, кричит ему Данил. От этого мальчика и от его друга Павла можно было ожидать любое оскорбление и насмешку. — Ага, твоё сердце теперь принадлежит Насте! — после этих слов весь класс, кроме самого Лёши смеялись и зашумели. — Ребята, — постучал по столу, — нельзя так насмехаться. Ну и что, что человек любит другого человека? Что в этом плохого? — а в мыслях появились те моменты, когда сам Шастун осознал, что влюбился. Когда он думал о нём и посветил ему стихотворение. — Однако, да. Плохим может быть то, что любовь бывает и не взаимной, мы остаёмся с разбитыми сердцами. А так, чувств своих никогда стыдиться не надо, ведь все мы люди с сердцем. Что-ж, на чём мы остановились? — снова направил взгляд на задание в учебнике, сделав вид, что сейчас не пытается вынырнуть из своего мира полностью. К тому же, боль в голове весь день давала о себе знать.       — Антон Андреевич, пожалуйста, расскажите что-нибудь похожее ещё, все равно не успеем дописать, до конца урока всего 5 минут! — попросил тот самый Влад, самый открытый и прямолинейный ученик класса, который ничего и никого никогда не боится.       — Ладно, так-уж и быть... — с ухмылкой выдал, сам желая рассказать детям. — В общем, а что такое человек? Это набор привычек, ценностей, личных убеждений, которые он вырабатывает годами. Но вдруг случается какая-то ерунда, тогда и привычки меняются. В этот момент рождается новый человек. Порой мы меняемся благодаря нашим любимым, а иногда человека могут изменить даже люди, которых он раньше просто не замечал… — опять же вспомнил свою ситуацию, рассказывая монолог Максима Лаврова из сериала «Кухня». — А ещё бывает так, что кто-то меняет тебя, а ты меняешь кого-то, и вот тогда рождаются два новых человека, которые теперь будут сами меняться ради друг-друга. Учитель заметил, что все его внимательно слушают. Кто-то надеется извлечь из этого какой-нибудь жизненный урок, а кто-то просто не хочет писать скучные для него задания. Затем продолжил речь. — Аристотель сказал однажды: «Любить - значит желать другому того, что считаешь за благо, и желать при том не ради себя, а ради того, кого любишь, и стараться по возможности доставить ему это благо» и это чистая правда. А для того чтобы совершать благородные поступки, необязательно царить над сушей и морями. — Антон Андреевич, а вообще, зачем нужны люди? — снова заговорил Влад. — Мы находимся здесь для того, чтобы внести свой вклад в мир. А иначе зачем? — говорил так, будто сам как раз таки всегда занят тем, чтобы внести вклад в мир. Разговор прервал звонок, который зазвенел в коридоре.       — Снова берём классную работу на дом! До свидания, хорошего дня. Он попрощался с классом и вышел из кабинета. В голове было: " Меня когда нибудь оставят в покой эти ебанные мысли? А сам-то только что рассказал детям эти цитаты, прочитанные с интернета, хотя сам страдаю нахуй и не знаю что делать". Конец рабочего дня у Шаста. Сейчас у него только одна цель — дойти до дома. Так как голова раскалывалась до жути, в этот момент, даже слегка кружилась. — Да что же за день-то такой! — почти вопил парень на улице, когда ощутил, что нос теперь заложен. — Сука, тащиться надо в аптеку за каплями для носа... В ближайшей аптеке нужных капель не оказалось. Антон в который раз выругался себе под нос. — Ёперный театр, ну реально, что за день! Куда идти теперь? — нервный Шаст не знал и не видел других аптек рядом. Пришлось шагать хорошее количество дороги, чтобы дойти до аптеки, которая как ни странно, была расположена возле поликлиники, где работал мужчина из сна. Что ещё хуже, пока Шастун шёл, у него начался кашель. "Раз так суждено, то и к врачу заскочу за лекарствами. За одно узнаю, про какой переезд говорил, если он ещё там разумеется." Медсестра на регистратуре стояла общаясь с другим клиентом. Антон попросил записать к врачу-терапевту, надеясь услышать фамилию доктора на букву П.       — Так-с, вам тогда к Дмитрию Позову... А нет, он уволился же... Минутку. — после её слов парень был ошеломлен. Имя и фамилия точь в точь подходит по сказанному во сне. Чёрт.... — Мужчина, тогда вам к Арсению Сергеевичу, первый этаж, 8-ой кабинет. — направила медсестра. А Антону стало хуже, аж выражение лица изменилось. Кабинет голубоглазого был на втором этаже...       — Вы не переживайте, врач опытный он, залечит почти всё. — видимо, девушка заметила его чувства, но она не знает причину всего.       Антон до последнего в душе надеялся на встречу снова. Но похоже, всё это было напрасно. Сейчас он сидит в очереди, думая, что за дверью окажется старик, который и вправду мастер на все лечения. Обидно всё же. Любовь, как он говорил детям, такая штука, что меняет людей. Антон был абсолютным пофигистом до этого. А этот мужчина словно подарил ему сердце, в комплекте с ним самим внутри. Его очередь уже подошла. Он опустив глаза и не спеша открывая дверь, зашел. — Здравствуйте, что вас снова беспокоит? — этот врач посмеялся, сделав акцент на слове «снова».       Сердце Антона было не понять, оно то ли пульсировало в бешеном темпе, то ли вовсе остановилось. Это тот самый. Но как?...       — З-здравствуйте. — Антон тоже улыбнулся, а затем не хотя закашлял. — У меня кашель, головная боль и нос заложен. Надо же, разве ваш кабинет не на втором этаже? — широко раскрытые глаза чуть не выдали его. — Хех, у нас вчера другой терапевт уволился, его кабинет теперь мой. Вы случаем не слышали тот разговор по телефону? Мне казалось, что да. Я сказал, что завтрашним днем будет «переезд». Я подразумевал смену рабочего места, кабинета. — с улыбкой рассказывал. При этом, он смотрел четко в глаза Антону.       Бабочки в животе беспокоили не меньше, чем головная боль. Антон никак не ожидал увидеть его здесь, уж тем более после тех слов медсестры. Боже, он так рад. Теперь, за то он знает имя любимого. Арсений значит... — Ээ, извините, повторите пожалуйста, что беспокоит? — переспросил тот.       — Голова болит, кашель и нос заложен. — думая " Пока он пишет, насмотреться мне что-ли... ", смотрел на Арсения. 10 минут спустя Антон всё ещё сидел в кабинете. Он мог назвать себя самым счастливым человеком в России. Разговор с Арсом длился неприлично долго. — Хм, знаете, вы же мне на днях снились, после самой первой встречи, как бы не странно было говорить это. — слегка смеясь сообщил. Бабочки внутри Антона словно устроили соревнование, то ли погоню друг за другом. Хватит ли ему смелости сказать Арсению то, что он тоже был героем его сновидений?       — Надо же. А что вам снилось, если не секрет? — также улыбнувшись спросил, превращая это в юмор, однако в каждой шутке есть доля правды. — Не то, чтобы секрет, я просто не так отлично помню мой сон. — легкий смешок не прекратился.       — Знаете, а вы были не только героем в моих глазах тогда в парке, а кроме этого героем моих снов тоже.— Шастуну произносить это в слух было довольно неловко, но поддержать разговор и не упустить момент уж точно хотелось. — Вау, звучит здорово! — подняв одну бровь сказал, не меняя выражение лица. — Помните ли вы свой сон? — Чуть-чуть. Вчера во сне вы мне просто... — обняли меня? Нет, это слишком ненужная информация. Что бы сказать... — говорили, что я посещу вас снова. Так и есть, вот, я здесь. — их глаза который раз сделали eye contact, а Шаст всё радуется, как впервые. — Хехе, правда. — телефон Сергеевича в это время зазвонил, а у Антона ностальгия. Но по какой-то причине он отклонил звонок. — Оо, люблю эту песню, такая красивая. — прям как вы, хотелось дополнить. — Да, я тоже, но она не является самой любимой. — О, кстати, какая ваша любимая песня этой группы? — вновь пытается сделать беседу как можно дольше, задавая вопросы. — Мне, конечно, все песни по нраву, но больше всех я люблю «Муза» и «Так как надо». А что насчёт вас? — в ответ задал вопрос Арс.       — Я не хочу без тебя спать. В мыслях крутилось: "Антон, он не говорил признаться, а спросил любимую песню нахуй!" Антон сказал это так, будто и вправду признался. Глядя в голубые глаза, чётко, не заикаясь и без лишнего. — Да, согласен, эта песня превосходна. — сказал сразу без раздумий, но в глазах виднелось кое-что похожее на смущение, грязные мысли или удивление. Возможно, он воспринял эти слова в свой адрес, что-то подобное. Их чудесное общение прервалось, к большому сожалению. В кабинет постучалась одна из клиенток, женщина лет 50-ти. — Молодой человек, вы скоро? — недовольно спросила. Ой, как не понравилось это Антону. — Да-да, пару секунд подождите, пожалуйста! — кивнул Арсений. Дверь закрылась. — Извините, клиенты ждут. В общем, вот назначение, лекарства, сколько и когда нужно пить я написал. А ещё, хотел сказать, что вы очень приятный собеседник. — с улыбкой протянул бумагу, а Шаст пытался скрыть малую дрожь в руках. Их руки соприкоснулись, парень чуть не завизжал, как влюбленная школьница. — Спасибо, с вами тоже приятно общаться. Удачи и до свидания! — положив руку на грудь, также улыбаясь сказал. Вышел из кабинета врача. На табличке на двери написано: Арсений Сергеевич Попов. Он заметил, что совпадает всё: фамилия на П, имя заканчивается на «ий». Вот это да, судьба? Пока клиентка всё с таким же недовольством заходила к терапевту, раздался звонок на телефон Антона. Звонит друг. Он поднял трубку. — Привет, дружище, как ты? Есть что нового? — веселым тоном поинтересовался.       — Привет. В общем, знал бы ты что сейчас было, ты бы охуел.