(Не)плохой брак.

Сегодня Чонгук какой-то не такой. Чимин это заметил еще когда альфа проспал завтрак. Естественно, Чимин будить его не стал, просто пошел завтракать и все. Это первое, что его смутило в поведении Гука. (в это «первое» также входит и то, что Чонгук проснулся после обеда, проспав дольше обычного на пять с чем-то часов). Второе, что смутило Чимина - это усилившийся запах, который приобрел более «твердые» нотки. - Гук, все нормально? - Спрашивает Чимин, присаживаясь на краешек кровати рядом с альфой. Тот вроде бы пообедал, но что-то омеге не верилось. В ответ на эти слова старший с тяжестью выпутывается из одеяла - он был закутан в него весь, даже лица не было видно. - Нет. - Честно отвечает он. Чимин видит его покрасневшие щеки, но совсем не от смущения. Запах маршмеллоу, заметно усилившийся с утра, ударяет в нос. - Где взять номер врача? Я позвоню ему, попрошу, чтобы пришел. - Чимин, не надо. Сам справлюсь. К тому же.. Это, наверное, просто гон. «просто гон» немного испугал Чимина. Омеге разве безопасно находиться рядом с альфой в его гон? Несмотря на жуткую слабость, Чонгук концентрирует взгляд на Чимине. - Ты можешь поспать в другой комнате, если тебе страшно. - не смотря на свое состояние, Гук так внимателен к Чимину, что омега снова тронут. - Посмотрим потом. Пока лежи. Чимин выходит из комнаты и идет к себе. На кровати расположилась кошка. Омега садится к ней и начинает листать ленту в телефоне. Спустя какое-то время тревога за альфу никуда не ушла, а только стала больше. Ну вот как это так? Гук в соседней комнате, ему плохо, у него слабость, а Чимин рядом прохлаждается? С другой стороны, Чон же сказал, что это «просто гон». Значит, волноваться правда не стоит? Чимин не нашел вариантов лучше, чем позвонить новому знакомому - Юнги. Больше знакомых альфы он не знал, а домохозяйка ушла на перерыв. - Да? - из трубки слышится голос друга Чонгука. - Это Чимин... Помнишь? - Ах да, конечно. Как забыть? - Усмехается Мин. - Что-то случилось? - Да. Ты знаешь, как проходит.. ну... гон Чонгука...? Прости за такой, наверное, не совсем приличный вопрос... - Вопрос нормальный. - Юнги понимает умом, что смеяться не стоит, потому что Чимин итак смущается, но усмешка так и хочет показать себя. Мин подавляет желание усмехнуться. - У него запах становится другим. Тяжелее воспринимается, ну, сам, наверное, знаешь. И, естественно, вечный стояк. - Юнги! - Одергивает Чимин смущенно под смех собеседника. Ну не удержался Юнги. Ну извиняйте. - А почему ты мне позвонил? Я даже представить не могу ситуацию, в которой ты узнал, что у альфы гон, но звонишь узнать, как у него проходит гон. Или его гон задерживается и еще не начался? - Просто... я думал, вызывать ли врача. Судя по твоим рассказам, у него должен быть просто запах ну и... сам-знаешь-что... - После этих слов Мин чуть не прыскает. -... а у него и слабость, и лицо горит, и спит целый день... - продолжает Чимин. - Ну тогда вызывай. Обычно он даже в гон не спит. Как ранняя плашка вечно встанет с утра пораньше... - А почему ты так шаришь за это все? Как спит, как не спит, особенности его гона... - Чимин-и ревнует? - Смеется Юнги, но, почему-то, его слова не были обидными. Когда он просмеялся, его разговор стал более серьезным. - Ну а как мне не шарить? Вот про сон возьмем. Чон мне вечно по утрам пишет всякую хрень! То есть не совсем хрень, просто я утром обычно сплю и это «нехрень» полная хрень для моих не проснувшихся мозгов. А насчет гона... Ну я старше него и как родной ему, поэтому первый гон я проводил с ним. - На этом моменте Чимин правда заревновал, но омеге слоило дослушать. -.. рассказывал, как держать своего внутреннего альфу в узде, помогал осознавать инстинкты и всякие прочие штуки. Чтобы он не пугался того, что чувствует и не пугался посмотреть в глаза своим инстинктам. Теперь он как шелковый. - Усмехается. - То есть спать с ним тоже будет безопасно? - Я думаю, что да. И еще - все-таки врача вызови. Пусть он осмотрит его. Может скажет что-нибудь дельное. - спасибо, юнги. Ты правда мне очень помог. - Не за что. Позвонишь вечером, отчитаешься. - как скажешь. *** Чимин еле уломал Чонгука дать ему номер врача. Альфа сдался только благодаря своей слабости. (слабости не перед Чимином, естественно) Доктор осматривал Чонгука в присутствии Чимина, а после всех махинаций кивнул омеге, чтобы они вместе вышли в коридор. - И что с ним? - Спрашивает Чимин. Да, он волнуется. И не собирается скрывать это. - У него гон и простуда в одно время. Довольно сложная ситуация. - Как ни в чем не бывало отвечает врач, поправляя рукава своего халата. - А что мне с ним делать? - Вот рецептик от простуды, лекарства и советы. Ну а дальше по классике - пастельный режим, тепло, покой... - Спасибо. А от гона? - А что от гона? - Доктор даже встал в ступор. Ему никогда не задавали такие вопросы, а Чимин был абсолютно серьезен. - Я просто... впервые буду рядом с альфой, у которого подобный процесс проходит... Мне нужно пить подавители? Или что-нибудь в этом роде? - Чимин показался врачу очень милым и искренним омегой, поэтому доктор чуть улыбнулся. - Подавители можете купить альфе, но если сам попросит. А вы ничего не делайте, ничего вам не будет. Особенно с ним. - Врач усмехается. - Ладно, хорошо. - Говорит Чимин, краснея щечками. Доктор ушел. Чимин приходит в их с Гуком спальню. старший лежал на боку, свернувшись клубочком, а на стороне Чимина лежала Киса. - ну... что он сказал? - Спрашивает Чон. Омега замечает, насколько голос Чонгука осип. - он сказал, что ты заболел. И что у тебя начались гон и болезнь в одно время. - честно отвечает Чимин. Он садится на краешек кровати и кладет свою руку на бок Чонгука. Гладит невесомо через одеяло. - я так устал... - говорит альфа. Он сказал мало, но Чимин все понял итак. Эти слова буквально значили и то, что у него нет сил вследствии болезни, и то, что у него болит горло, и то, что у него голова тяжелая, и то, что Чон перевозбужден. Чимин все итак понимает. - Я знаю, родной. - Нежно-нежно произносит Чимин. Он хочет подарить всю ласку своему альфе. Он уже не хочет запрещать себе быть таким "мягким" с ним. - Поспи сейчас, пожалуйста, я скоро к тебе приду. - Куда ты? - Горло Чона не справляется с такой нагрузкой, поэтому он тихо стонет и сворачивается в еще большего ежика. - за лекарствами. - Чимин пожимает плечами и встает. Чон порывается встать с кровати, чтобы остановить омегу в его намерении, но Чимин прерывает его жалкие попытки. Во время болезни альфы физической силы больше у омеги. - Ну пожалуйста, лежи! Я приду очень скоро, ты даже не заметишь, что я уходил. Давай. Засыпай. - Чимин встает. Чимина останавливают мольбы Гука. - Чимин... - Немного подкашливает. - Пожалуйста, дай мне свою одежду. Футболку или что-нибудь еще. Омега тронут тем, что его одежда нужна Чонгуку. И так жаль альфу, который не может даже встать, чтобы взять ее сам. - Конечно, милый. *** Чимин только недавно начал разбираться в районе, где они живут. Успеху в этом деле послужили многочисленные прогулки с Чонгуком и несколько встреч с Мин Юнги. Теперь Чимин мог спокойно гулять один, он знал маршруты автобусов, расположение магазинов и аптек. И здесь же Чимин обнаружил отличную библиотеку. Купив все нужные лекарства и вернувшись домой, Чимин сразу же отправился к Чонгуку. Нужно было отпаивать его лекарствами. *** Чонгук был очень хорошим больным и очень приличным альфой. Правильно сказал Юнги о том, что теперь Гук как шелковый. Все, что Чимин читал об альфах в гоне, об их зверином поведении, неосознанном подчинении инстинктам, оказалось ложью. По крайней мере, с Чонгуком. Максимум, на который был способен чонгук - попросить уединиться, чтобы сбросить напряжение в паху. Он не озвучивал этого, но Чимин не такой глупый, чтобы не догадаться. Для омеги происходящее не было неприятным. К тому же Чонгук, не смотря на свое положение, все равно уважал его и его комфорт, на каком-то подсознательном уровне. Сложно было только провести одну из ночей - видимо ту самую, когда гон был в самом разгаре. Началось все даже не посреди этой самой ночи, а перед ней. Во время объятий с Чимином Чонгук расплакался, потому что Чимин "слишком хорошо назвал его имя" и "запах чересчур мягкий и приятный", а потом омега долго его успокаивал своим теплым шепотом, чтобы Чон скорее уснул. Было ли для Чимина это все неприятным? Ни капли. Сон у альфы был неспокойный. У Чимина тоже, потому что он чувствовал его состояние и поэтому волновался за альфу. Омега просыпается от горячего дыхания себе в ключицы и от того, что его тело кто-то настойчиво гладит и обнимает. Естественно, Чимин немного пугается и даже вздрагивает, не ожидая такого напора от Чона. - Гук-и, стой, пожалуйста. - Твердно шепчет Чимин, уворачиваясь от приятных прикосновений. Альфа не выходит из своего транса. Чимин чувствует язык на своей шее, там, где вырабатываются железы запаха. - Чон Чонгук! Сейчас же прекрати! - Восклицает Чимин так, чтобы до альфы, наконец, дошло. Младший не злится нисколько, просто заставляет их обоих соблюдать поставленные ранее границы. Если они их нарушат, больше не смогут даже говорить друг с другом. Чонгук внезапно очухивается и смотрит по сторонам. Он находит себя пристающим к омеге и... его рот так близко к ключицам Чимина... Чонгук в испуге отпрянул от омеги и садится рядом на кровати, смотря на парня и осознавая "ущерб", что нанес. Альфа вот-вот расплачется. После напряженной паузы чимин решает нарушить давящую тишину. - Гук-а, ты хочешь воды? - Спрашивает Чимин повседневным тоном и включает лампу над кроватью. Ее мягкий свет не должен напугать, итак испуганного, Чонгука. Тот все еще мнется. Он смотрит на свое тело так, словно это тело не его. Бедный. Он потерял контакт со своим внутренним альфой и не осознавал, что творит какое-то время. - И вообще - ты температуру мерил? Мне кажется, ты горячий. Чимин не упоминает того, что произошло буквально пару минут назад, он понимает, что Чонгуку будет вдвойне хуже. Поэтому младший всячески отвлекает его. Они поговорят об этом позже, парень не сомневается. - Чим` ин... - Дыхание у Чона неровное. Пока он произносит имя омеги, спотыкается и заикается от того, что не контролирует вдохи и выдохи. Чимин смотрит и слушает внимательно, пытаясь понять не по словам. -...пожалуйста... За этим следует молчание. Чонгук больше ничего не говорит (не может сказать). - Что? Гук-и, о чем ты просишь? Не молчи. - Младший вглядывается в Чонгука, готовый схватить его всеми руками и ногами если что и крепко обнять. - Подавитель... - Чонгук плачет от чего-то. На самом деле, он просто осознал свою беспомощность и уязвимость - он не знает, где что находится, теряется в пространстве, есть только он и его стыд от того, что только что было. А еще он так разочарован в самом себе. Он испортил все своим поведением. Он разрушил все, просто потому что у него никому не сдавшийся гон. Доверие Чимина может быть навсегда потеряно, а все из-за того, что альфа не доглядел за самим собой. - Конечно, я сейчас. - Я тяжелым вдохом говорит Чимин. Впервые Гук просит его подобный препарат... Значит он уже сомневается в том, что может себе доверять. Омега помог выпить таблетку для облегчения гона, а затем все-таки заставил померить температуру. Да, была высокая, но не такая, ак в первые дни болезни. Чимин наваливает напряженного Гука на себе и укрывает одеялом. - Ну не плачь, все будет хорошо. - Шепчет Чимин, чмокая в макушку. Омега ласково гладит альфу по спине одно рукой, а другой перебирает волосы. Также ногой Чимин ощущает то, как альфа возбужден и как старается не показывать этого, чтобы Чимину было комфортнее. Постоянно пытается отодвинуть бедра от Чимина, но, естественно, ничего не получается. Омеге нравится, что альфа пытается позаботиться о нем на подсознательном уровне, но не нравится, что Чонгук плохо себя чувствует. А Чонгук и сказать ничего не может. Он хочет извиниться, хочет рвать и метать (что ему не свойственно), хочет получить разрядку (но его тело уже устало постоянно тереться обо что-то и постоянно получать оргазмы). От того Чон и плачет. Он сдался инстинктам. На самом деле инстинктам он не сдался, это ему просто так кажется. Ночью-то, когда ты напуган своими мыслями, невозможно быть в рассудке. Чимин уверяет себя, что Гуку станет получше обязательно. *** На утро после гона Чонгук просыпается и чувствует себя намного лучше - горло почти прошло, температуры нет, и запах возвращается в свою обычную мягкость. Разнеженный ощущением одеяла, Гук поворачивается в сторону Чимина. Тот не ушел никуда; сидит рядом и смотрит в экран телефона. И вдруг альфа вспоминает, что он натворил. - Чимин! Чимин, прости меня пожалуйста! - выпаливает он, когда Чимин даже не ожидал, что Гук после пробуждения сразу обратится к нему, да еще и так. Чонгук краснеет - картинки пережитого гона заставляют испытывать стыд. - Я... был таким несдержанным... Прости меня, прости... - Гук, прекрати! - Чимин заставляет Чонгука, успевшего сильно разволноваться, замолчать. - За что ты извиняешься? - Чимин не выглядит обиженным или рассерженным... Чимин выглядит правда не выкупающим, почему альфе так стыдно сейчас. - За то, что я вытворял.. Когда был гон... - А что ты вытворял? - чимин правда не понимает. - Я... плакал и.. приставал к тебе. - спешу успокоить, что ты просто нескромно обнимал меня. - Но мы не обговаривали это! Господи, как же мне стыдно... - А про плакать я тебе говорил, что это все абсолютно нормально. Не хватало еще, чтобы ты сдерживал свои эмоции. - Чимин, ты святой. - Совсем нет. - омега улыбается. - А ты... правда не испытывал дискомфорт... когда я приставал... то есть нескромно обнимал? - Я же сказал, что нет. Прекрати паниковать. - Чимин умиляется, глядя на Чонгука. Как же классно, когда о твоем комфорте заботятся. - Идем чай пить. - Я не хочу пить чай, я хочу обниматься с тобой. - То ли признается, то ли жалуется Гук и отворачивается. На самом деле, он просто начал гореть от смущения. Это все еще гормоны, только другие. Послегонный день, ничего особенного. - Ну... ладно. Идем обниматься со мной. - Говорит Чимин и, кажется, пожимает плечами. а Чонгук так рад, так рад! Греясь в руках омеги, Чонгук думает о том, как же он любит Чимина. Как же ему нравится Чимин, как же ему нравится его запах и его голос, как нравится он как человек... Так и хочется сказать «Я тебя люблю» Утонув в аромате воска и забывшись в своем бесконечном комфорте, Чонгук слышит над ухом «я тебя тоже». руки обнимают крепче и не дают испугавшемуся Чонгуку и поднять головы. - Лежи уже. - Чимин хихикает и чувствует настоящее счастье.