Уродливое волшебство

Следующие три дня прошли вполне спокойно: наступил новый учебный год в Хогвартсе и первые мирные школьные деньки. В ряде моментов его будни в качестве директора школы не сильно отличались от тех, что было до войны: общение с преподавателями, иногда исключительно на языке сарказма, слизеринцы, даже спустя несколько лет всё ещё смотрящие на него с восхищением и уважением, ну и, конечно, гриффиндорцы, косо посматривающие на “змеиного” директора. Главное отличие было то, что теперь в состав работников школы входили авроры, владеющие профессионально легилименцией и окклюменцией. Две войны заставило Министерство осознать, что снова допускать свободолюбие в Хогвартсе грозит появлением новых Пожирателей или каких-нибудь иной организации, имеющей захватнические цели, поэтому из аврората были присланы специальные работники следить за тем, чтобы не позволять детям даже допускать мысли о том, что они имеют право жить иначе, чем законопослушные граждане Магической Британии. Ни ненависть на почве чистоты крови, ни ксенофобия, ни изучение темной магии ради совершения преступления и т.д. было просто недопустимо. Справедливости ради, от этого доставалось не только Слизерину - “львята” тоже ощутили на себе силу диктатуры и в первый год после войны, как рассказывала Макгонагалл, в очень жесткой форме донесли, что травить “змеев” за то что почти все они дети Пожирателей или сочувствующих им ничем не лучше чем презирать волшебника за то, что он не выходец чистокровного семейства. Единственное, что было странно, так это отсутствие Гарри. Целых три дня он не появлялся даже на пороге личных комнат Снейпа, лишь присылая раз в день письмо с будничными вопросами вроде “Как прошел день?”. Поттер это объяснял тем, что готовит подарки и ему нужно время на это. Слова Северуса о том, что ему не нужно ничего и он рад его будет просто увидеть молодого человека не устроил. Лишь на четвертый день, когда директор после мытья в ванной зашел в личную комнату, прикрыв самое необходимое полотенцем, увидел там мирно ожидающего его Гарри. Тот сидел в кресле, одетый в классические черные брюки и изумрудной рубашке, медленно попивая красное вино из бокала. - Меня удивляет, что ты не захотел присоединиться ко мне, - саркастично сказал Снейп вместо приветствия, - Это не похоже на нынешнего тебя. - Я счел, что это будет слишком грубо с моей стороны так вторгаться. Но хорошо, если ты этого хочешь, в следующий раз зайду. - Так что же мне готовил сам глава аврората, что ему понадобилось аж три дня на это? Я просто разрываюсь в предположениях. - Что ж, - отложил бокал в сторону Поттер и протянул руки, - Иди ко мне на колени. - Ты за кого меня принимаешь? - с толикой раздражения спросил Северус. - Всего лишь за принца, которого нужно любить и баловать. Давай, Сев, тебе понравится. Ты ведь любишь всё, что связано с магическим творчеством. - Ты изобрёл новое заклинание? - Что-то вроде этого. Поколебавшись немного, Снейп поддался любопытству и сел на колени возлюбленного, правда тот так резко притянул его к себе, что мужчина оказался в наиболее бесстыжей позе с широко расставленными ногами. - Не дергайся, - спокойно проговорил Гарри, - Сейчас всё увидишь. С этими словами он закатил рукав левой руки, где внезапно обнаружилась татуировка крупной красной змеи, после чего этой же левой рукой взялся за запястье Северуса. - Communicatio serpens, - произнес заклятье аврор. И тут “змея” зашевелилась и резко стала переползать на тело слизеринца. Ощущения от этого были непередаваемы - по телу распространялось тепло, что-то внизу живота приятно покалывало, а член тут же возбудился. - Теперь кусочек моей магии всегда будет с тобой, - пояснил Поттер, - Не волнуйся, этой штукой я не могу причинять тебе боль, только возбуждать… прямо как сейчас. - Паршивец, - констатировал Снейп. - Всегда к твоим услугам, а теперь перейдём к тому, что мы любим больше всего. Молодой человек стал целовать грудь и живот, лаская партнера словно сладкого мальчика, а тот и не возражал. Северус действительно соскучился по этому ублюдку и даже был согласен снова занять пассивную позицию. Заметя это, Гарри решил надолго не задерживаться с предварительными ласками, вытащил свою “бузинную палочку” и помог насадиться на неё возлюбленному. Во второй раз быть пассивом для мужчины было уже проще. Может это все из-за новой магической татуировки или это просто был сексуальный голод, но Снейпу было мало просто чувствовать внутри себя член Поттера. Он ногтями впивался в его кожу, с тихим рычанием оставлял засосы на шее. Аврор спокойно позволял ему делать что вздумается, лишь посмеиваясь своим низким голосом над ненасытностью директора. Естественно, из-за излишней страстности процесса, развязка наступила относительно быстро, после чего Северус обнял Гарри и обмяк на нём. Тот в свою очередь, немного отдышавшись, взял на руки любимого и уложил в постель. Слизеринец в это время позволил себе расслабиться, так как был уверен, что сейчас они просто лягут спать. О том, что что-то было не так, он задумался только когда Поттер сел ему на ноги и стал пальцами массажировать мочку его левого уха. - Что ты собрался делать? - настороженно спросил директор. - Знаешь, у меня было несколько вариантов подарков для тебя и я решил, что хочу их все вручить тебе, - с нежностью проговорил аврор, - Хмм, по молодости не прокалывал уши?Ничего, это поправимо. С этими словами он вытащил палочку и быстро сделал дырки в ушах мужчины. От резкой боли Снейп вздрогнул и злобно взглянул на гриффиндорца. Что ты творишь?! - Тшш, я ещё не закончил, - ответил Гарри и взмахом палочки связал руки партнеру веревкой, которую тут же привязал к спинке кровати. Северус слишком поздно осознал, что снова попался в ловушку, которое ему любовник устроил, видимо, из-за прошлого инцидента. Сейчас ему оставалось только с ужасом наблюдать, как тот опустил палочку ниже и сделал проколы в его сосках, после чего достал баночку какой-то мази(судя по запаху - лечебной) и стал им смазывать места ранений. - А соски-то зачем понадобились? - прошипел зельевар. - Тоже для подарка, - спокойно ответил Поттер. Слизеринец во время этого процесса вглядывался в лицо Гарри, пытаясь найти в нём какую-то старую обиду или злобу за все поступки бывшего преподавателя, которые могли бы стать причиной нынешних действий, но он не увидел в его глазах ничего, кроме тепла и нежности. Судя по невинной улыбке, Избранным двигали лишь благие мотивы. Через некоторое время аврор убрал платком остатки мази с мест проколов и достал небольшую плоскую бархатную коробочку. Оттуда он вытащил серьги с висячими крупными изумрудами, примерно с мизинец, и стал надевать их на Северуса. - Я как увидел их в магазине, сразу решил что должен купить их тебе. Они как раз отлично подходят под твой стиль, да и несложно догадаться, что тебе более импонируют цвета твоего любимого факультета. Но если тебе понадобятся серьги других цветов - только скажи мне. Потом молодой человек достал из коробочки пирсинги, по обеим концов которых были маленькие камушки, светящимися магическим светом изнутри. - А это амулеты от сглазов, - пояснил Поттер, - Такими компактными их научились делать всего год назад, но их до сих пор можно приобрести только по специальному заказу. Я подумал, что будет неплохо, если ты будешь их постоянно носить. Надев “украшения”, он немного полюбовался результатом своих трудов, совсем не обращая внимание на обращенный на него злобный взгляд, после чего наклонился и стал осыпать поцелуями любовника. - Мерлин, ты такой милый, - промурлыкал Гарри, - Если бы я мог, я только бы и делал, что целыми днями напролёт, что осыпал бы тебя драгоценностями и любил почти беспрерывно. - Ты болен, - констатировал Снейп. - Да, я давно отравился твоим ядом. Настолько, что каждый раз готов биться в “агонии”, когда нахожусь с тобой рядом. Аврор развернул на бок партнера и закинул его левую ногу себе на плечо, явно собираясь снова заняться сексом. - И как я могу сопротивляться велению своего сердца, если ты такой красивый, - прошептал мужчина, пристроившись ещё ближе, - Такой сладкий и такой чудесный… Северус предпочёл ничего не отвечать и просто отвернулся. Он надеялся лишь на то, что второй акт пройдет также быстро как и первый. Вот только партнер явно не собирался потакать таким желаниям Снейпа. Гриффиндорец в этот раз решил заняться неторопливым сексом, сначало медленно почти полностью выходя из возлюбленного, а потом более быстро входил во всю длину. Параллельно свободной рукой он мастурбировал член директора в такт движениям. Тем временем Северус чувствовал злость, притом не столько в отношении одержимого им Поттера, сколько в отношение себя. За излишнее доверие, за столь слабое тело, которое предательски сдалось под ласками и млело от всего процесса. За то, что он получал удовольствие от доминантного поведения партнера и глубоко внутри ему нравилось быть таким покорным в его руках, ведь раньше мужчина никогда за собой подобного не замечал. Пытаясь сохранить хоть какие-то остатки гордости, Снейп старался не произносить ни звука. Но тем не менее, когда аврор стал ускоряться, явно находясь у порога оргазма, стоны непроизвольно сорвались с губ слизеринца. А уж когда они одновременно кончили, Северус громко застонал, после чего от стыда попытался спрятать лицо. Гарри невербально заставил веревки исчезнуть и, улегшись напротив возлюбленного, заключил того в свои крепкие объятья. - Ты такой хороший у меня, - шептал на ушко Поттер, - Я обязательно приду завтра, не буду больше заставлять тебя так долго ждать. Надо столько всего ещё тебе дать. В этот момент единственное, о чём думал Снейп, так это о том, чтобы Морфей побыстрее забрал его в своё царство, дабы этот день мог уже закончиться. К его счастью, Бог Cна быстро исполнил его волю.