Тайный домик на дереве

«Если бы мне не повезло, и я был бы слеп на оба глаза, то, наверняка, меня бы уже не было в живых...»

Будильник, кидание телефона в шкаф, звонки от Дюпа, чашка горячего чая, будто из жерла вулкана. Так начался вторник Фигуры, собственно, что может быть лучше, чем это? Кхм, не отвлекаемся от сути.. Позавтракав и умывшись, как обычно медленно, лохматый мальчишка пошёл собираться, всё так же игнорируя звонки от друга, а он звонил каждую минуту и это ужасно выбешивало красноволосого. Не прошло и часа, а парень уже вышел. И всё как обычно – какие-то детишки тычут в него пальцем и говорят своим мамам посмотреть на этого высокого мальчика, бабки на скамейках шепчут что-то, и конечно же тоже про рост Фигуры. Он уже не раз загонялся из-за своего роста, потому что ему постоянно указывали на это, а потом добавляли что-то про баскетбол, и вообще про спорт, но в итоге этот диалог уходил в никуда, ведь баскетболистом ни с того ни с сего он не собирался становиться, да и его мало ли кто взял, с его то повязкой... Опять рядом со школой он заметил, как его фоткают какие-то девчонки, года на два-три точно младше, но теперь хоть какое-то разнообразие, потому что они фоткали его из-за повязки. Видя такое ему ужасно хотелось подойти к ним и сказать, что он гей. Хотя, за свои семнадцать лет он так и не понял, кого он любит.. Уже в здании он заприметил Дюпа, поэтому сняв верхнюю одежду и подойдя к нему, парень завёл разговор. —А где Глаза? – красноволосый часто начинает диалог с вопросов, поэтому тут нечему удивляться. —Ну не привет не здрасте, Фигур, а ты когда успел появиться? – разговор вопросом на вопрос – лучший разговор. —Минуты две назад, если не больше... Так, ты на вопрос отвечать будешь? – с этой фразой высокий парень сложил руки на груди. —Глаза приболел.. За два дня до пробника, со-оу, – Дюп зачем-то подмигнул, красноволосый нихрена не понял. —Ты чё? – мальчишка с повязкой поднял бровь. —Да ну, Фигура, ты вообще ничего не понимаешь что ли? – он сделал такое выражение лица, будто Фигура сделал что-то, что вызвало у него испанский стыд. —Ну.. Да, – теперь они оба кринжевали друг с друга. (Кри-инж) —Ой, заебал, идём уже, – Дюп наклонил руку так, будто он был какой-то slay girl, но всё равно парни направились к нужному им кабинету...

«Мне нравятся твои часы, с тобой времы идёт как-то.. По-другому?.. »

Семь уроков прошли быстро, оба глазами не успели моргнуть, как уже были около забора школы. Никуда вместе идти они не собирались, поэтому, пожав друг другу руки, они разошлись по домам. По пути домой красноволосый успел встретить Скрича, потрепать его по голове и постоять поболтать с какой-то милой девочкой, которую темноволосый назвал своей девушкой, чему старший, как и должно было быть, не поверил. А может, он говорил правду.. Всё-таки, кто знает этого одиннадцатилетнего мальчика?.. Ещё, перед тем, как зайти в подъезд, он постоял покурил, поискал ключи, успел пару раз переволноваться, что забыл их, но в итоге, найдя всё, он смог зайти домой. Не успел Фигура зайти в квартиру, как он тут же кинул свои вещи в коридоре и поплёлся к кровати, куда позже завалился, уткнувшись носом в подушки. Хотелось остаться в такой позе до конца дня, но желудок парнишки так не думал. Конечно, в холодильнике опять ничего не нашлось, и что ему делать? Оставалось только сидеть и курить на подоконнике, ну, или пойти пройтись, может, он встретит ещё раз Сика. Хотя, перед этим ему нужно ещё мно-о-го чего сделать... На его столе лежала записка – каллиграфный почерк, написана на каком-то стикере, точно из офиса, так ещё и в виде сердечка, а на обратной стороне поцелуйчик и подписана сегодняшняя дата. Да, эту записку точно написала его мать. Там было только число, и пара слов: «сходи прогуляйся, но перед этим сделай домашнее задание», перед глазами Фигуры тут же всплыл силуэт его матери. Он ужасно скучал, и плевать, что они, с наступлением весны, стали видеться чаще и чаще. Ладно, нужно сесть и быстро сделать домашку.. Сбегав в коридор за рюкзаком, он перетащил его в комнату и стал пялиться в дневник и пытаться вспомнить, ради чего он тут сидит и зачем вообще открыл дневник. —Физик.. Ебаный тебя налево, – проругался парень матом, заглянув на то, сколько домашки по физике было задано, а делал он только этот предмет, потому что разбирался лучше всех в классе в физике. Красноволосый буквально был тем парнем, которого сам физик называл человеком, которому он бы доверил свой кабинет на какое-нибудь открытие, потому, что он идеальный в его предмете. Да, другие бы называли его заучкой, но его классу было слишком лень такое делать, походу, пробники ЕГЭ высосали их них все соки. Уже буквально через полчаса всё было готово, на другие предметы его сегодня не хватало, да и сделать всю физику это уже не в его стиле, обычно даже предмет, который он знал лучше остальных, делал не до конца, но учитель любил его, поэтому и не ругал.. Наконец можно собраться погулять. —Который там час? – сказал Фигура у себя в мыслях и глянул на свои наручные часы, как-то быстро пролетело время, ведь было уже без десяти пять, а пришел он почти в обед. Всё равно, осталось только перекусить и можно было идти, но, стоп, в холодильнике же нет ничего.. У этого парня всегда найдётся выход из любой ситуации, так что и сейчас он смог справиться с каким-то там перекусом. Рядом со стулом и под столом красноволосого часто стояли разные шопперы и пакеты из магазинов, по типу Дикси, магнита и пятёрочки, так что в паре из них, если они выглядели, как новые, точно что-то съедобное должно было заваляться, поэтому, он приступил к поискам.. А минут через одиннадцать, обрыскав примерно восемь пакетов, он наконец-то кое-что нашел! —Ага-амс, – протянул парень с повязкой, достав что-то из пакета и раскрыв ладонь. К сожалению, там была простая жевачка, но зато.. Она была вишнёвая! Любимый вкус товно мог заменить любой перекус, так что теперь можно было одеваться, а Фигура сделал это на скорую руку. Выглядел он, почти как в прошлый раз – на нём были штаны, с одной короткой штаниной и светящимися в темноте звёздочками на другой, длинная тёмно-зелёная футболка, с каким-то разводом, который мог показаться узором, и кепка, на которой белым маркером для одежды были нарисованы сердечки, улыбочки и всё, что тогда хотел нарисовать Дюп, ведь это был его подарок для Фигуры. Идеальный прикид, осталось только взять телефон, ключи и жвачку, а там уже как пойдёт, может ещё какие-то мелочи накидает в карманы. Позже, когда высокий парень собирался выходить, ему кто-то позвонил. Достав телефон и не посмотрев, от кого звонок, он отклонил, ведь чаще всего только Дюп названивал ему.. Через минуту опять звук рингтона. —Да блять.. Можешь пожалуйста не названивать, Дюп, – первые слова он процедил сквозь зубы, после даже не поприветствовался, а сразу всё сказал звонящему в лицо. —Ой, сынок!! Приветик, я тут по делу, – в трубке раздался голос матери. —Ты видел записку у себя на столе? Выполнил, что я туда записала? —Да, мам, всё сделал, – по его уставшему голосу казалось, что он вообще лежит на кровати, но на фоне в один момент какое-то шуршание и непонятный звук, какой бывает при открытии двери из подъезда, сменились на тихий шелест листьев, пение каких-то птиц и шум машин. —А-аа, так ты только выходишь погулять? Ну ладно, удачи тебе там, Фигура, – дальше только какой-то «чмок через звонок», как мать это называла, и на этом их разговор, собственно, закончился, да, на слишком странной нотке... В виде мелочей в его карманах валялись фантики леденцов от нового друга, жвачка, несколько разноцветных заколок в форме звёзд, и записка с признанием, которую он недавно нашёл у себя в рюкзаке, и конечно, он не собирался ещё раз её читать, потому что при одном взгляде на эту бумажку веяло сопливо-розовым миром, в котором точно жила та девчонка, что писала это глупое признание, ведь парень ни на одно из похожих не отвечал никак и никогда. На площадке, куда он шёл, была пепельница, её точно оставили какие-нибудь бомжи-наркоманы, но всё равно красноволосый собирался сжечь там этот надоедливый клочок бумаги.. Думая о сжигании, парень с повязкой успел пройти пол дороги к месту, где он встречался с другом. Шаг, ещё один, третий, четвёртый. Оставались уже считанные метры. Рядом со скамейкой на площадке промелькнул знакомый силуэт, затем он спрятался за небольшой домик. Фигура тут же понял, кто это, и ускорил шаг, идя к нему на встречу. И да, всё продолжилось именно так, как он и представлял. Когда парень дошел до домика и сел поудобнее на полу-скамеечку в нём, кто-то прикоснулся двумя руками к его плечам со спины и тихо посмеялся. Красноволосый наигранно испугался, хоть и на деле оставался спокойным, а потом он вообще задумался и не заметил, как руки с плеч закрыли ему глаза, а за этим действием послышался знакомый, тёплый голос. —Угадай кто, – по интонации было понятно, что парнишка улыбается. —Да-аже не знаю, – протянул парень с повязкой и тоже расплылся в улыбке. Знакомый ничего не ответил, он только немного наклонился и уткнулся носом в макушку высокого друга, постоял так немного, а затем отошел на пол шага. —Мне выйти? – хоть Фигура и не поворачивался, но шестое чувство подсказало ему, что стоит спросить такое. —Угу, – промычал его друг, и, видимо, положительно мотнул головой. Красноволосый вышел, засунув руки в карманы, и стал напротив тёмноволосого, опять стала заметна их разница в росте, примерно в одиннадцать сантиметров. —Ты сильно похудел.. Хоть я и не видел тебя всего несколько дней, – говоря это, высокому парню от чего-то неизвестного становилось легче, все плохие мысли и тревога куда-то пропадали, хотелось улыбаться до упаду и быть сейчас только рядом с Сиком. —Как я рад тебя видеть, – улыбка на лице другого мальчишки стало шире, а затем он накинулся с объятьями на друга, утыкаясь лицом в его плечо и становясь на носочки. Обоим тут же стало тепло, спокойно и в целом хорошо, появилось желание наплевать на других и убежать от всех куда-то далеко-далеко, где их не найдут и не будут искать. Наверное, Сик как раз собрался показывать ему похожее место, только он не так уж и далеко.

Но что это за место?..

—Слушай, ты так подошёл ко мне, будто хотел что-то сказать или показать, – Фигура продолжил разговор, немного отодвинув друга от себя. —Точно! Спасибо, что напомнил! – парень пониже тут же приободрился, перестал обнимать друга, взял его за запястье и стал с улыбкой смотреть, будто ожидая ответ на беззвучный вопрос. —Мне идти за тобой? – красноволосый буквально читал его мысли. —Да!! – радостно сказал Сик. Было видно, как горели его глаза. —Только тс-с, это тайна, – он приставил указательный палец свободной руки ко рту, будто показывая «тише» и улыбнулся. —Хорошо, я никому не расскажу, – лицо парня с повязкой расплывалось в улыбке. И наконец они пошли куда-то в лес, что был рядом с площадкой, по неизвестной Фигуре тропинке, но Сик, видимо, знал её лучше родного дома.. Вокруг было ужасно красиво, шумели только распустившиеся листья, с деревьев было слышно пение птиц, а под ногами шелестела свежая трава, в которой мельком проскакивали нарциссы и одуванчики. Это была тишина, но не жуткая и не пугающая, а наоборот умиротворяющая и расслабляющая, которую не хотелось прерывать, а просто насвегда остановиться и слушать все эти прекрасные звуки, но один парень всё же завёл разговор. —Слушай.. А ты умеешь плести венки? – взгляд красноволосого пал на жёлтые цветы. —Конечно! Когда покажу тебе то самое секретное местечко, можем вернуться сюда и я сделаю нам с тобой!! – Сик отвечал с радостной улыбкой, но не поворачиваясь и продолжая вести друга к нужному месту. Уже скоро деревья стали сменяться на пустые полянки с кустами ягод, и вот наконец-то парни вышли к мелкому озеру. Вид был безумно красивый, а в голове парня с повязкой стали проясняться воспоминания. —Озеро?.. Слушай, какое-то чувство дежавю появляется, будто я тут был уже сотню раз, – остановившись, высокий юноша стал оглядываться, пока знакомый не закрыл ему глаза, видимо, встав на носочки. —Сейчас я тебе покажу тот самый секрет, – тёмноволосый звонко посмеялся и повёл друга куда-то в сторону. Уже скоро он убрал руки с лица друга и сказал ему посмотреть наверх. Прямо напротив Фигуры красовалось дерево, высокое, даже чем-то похожее на дуб,с большими ветками, большим количеством листьев и домиком на нём, к которому нужно было забираться по лесенке, сделанной из досок прямо на стволе дерева. Крыша у домика, видимо, была из чего-то прозрачного, но точно не пропускала дождь и всё такое. Выглядело до безумия красиво и уютно, а новомк гостю дома хотелось узнать, что же там внутри, поэтому, постояв и поглазев на него примерно три минуты, он позвал темноволосого, что отошел на несколько шагов назад, чтобы они залезли внутрь его секретного места.. —Ты только не залезай по этой лестнице, она уже плохая, – паренёк пониже показал на ствол дерева, а затем, подойдя к растению с другой стороны, он каким-то чудом спустил верёвочную лестницу, тоже, видно, самодельную. Оба залезли внутрь по ней. Внутри домик был ещё уютнее... Плотный ковёр с рисунком какой-то страной чудес был прибит к полу гвоздями, в одном углу, правда, он был не тронут и на этом месте стояла небольшая полочка, походу, для обуви. Домик был просторный, туда даже поместился небольшой диван, будто из старой хрущёвки, и два кресла-мешка разных цветов. Там было даже окно! Ужасно красивое, кто-то постарался и сделал для него деревянную раму, которую кто-то разрисовал детскими красками и мелками, что придавало больше чувства уюта. Конечно, оно было ни к чему, лучше окошка был только вход, завешенный каким-то то ли нитками с бусинами, то ли ещё чем-то таким, что при каждом прикосновении к нему начинало издавать какие-то звуки. В углу стояла тумбочка и небольшая картонная коробка, а рядом небольшая деревянная пластина что ли, стоящая на колёсиках, походу, какого-то старого кресла, и было это, похоже, столом. Стены тоже не остались без внимания парня. Внизу были разводы от пятен красок и, видимо, кофе или чая. Ещё, на одной стенке был плакат из какого-нибудь журнала, наверное, с каким-то На пару минут от такого зрелища у красноволосого аж челюсть отвисла, но после он уселся на одно кресло-мешок, а рядом с ним завалился Сик, только на другое кресло и повторяя его позу. —Как тебе секрет? – тёмноволосый наклонил голову в сторону друга, спрашивая это. —Ужасно крутой! – такой секрет-сюрприз поднял настроение парню с повязкой до небес.. Ещё на несколько минут в воздухе повисла гробовая тишина. Мальчишки слушали птиц, слушали шелест листьев и сверчков, которые на удивление появились в апреле.. Они так бы и молчали, если бы не один из них. —Слушай, а ты когда-нибудь задумывался о чём-то.. Ну, плохом? О том, что не понравилось бы твоим родным и близким, – почему-то эти слова от брюнета показались другому пареньку колкими и укололи его прямо в сердце, точно так же, как попал в Кая из «Снежной Королевы» осколок волшебного зеркала... Прямо в сердце... —О чем например? – Фигура особо не понял смысл вопроса. —Ну... Я же говорю, о плохом, – теперь Сик не отрывая глаз смотрел на потолок и вглядывался в какие-то узоры на нём. —Я как-то задумывался о том, чтобы убить себя, – он не стеснялся говорить о похожем с другом, даже более, он будто знал его всю жизнь, а не три дня. —И как ты собирался сделать это? – красноволосый услышал, что перед тем, как сказать это, тёмноволосый шмыгнул носом. —Верёвка... У меня в шкафу, в самом дальнем углу лежит верёвка, – парнишка повыше говорил медленно, с паузами по пол минуты. —О ней никто не знает.. Ну, никто, кроме тебя, по крайней мере теперь, – закончив монолог, мальчик с повязкой глянул на Сика, а у того в свою очередь был красный нос и щёки, будто тот только что плакал.. Хотя, всё может быть, наверное, он шмыгал носом не просто так. —А, если бы мне не повезло, и я был бы слеп на оба глаза, то, наверняка, меня бы уже не было в живых, – его голос задрожал. На красноволосого набежала тревога, поэтому он решил кое-что спросить. —Сик.. У тебя всё хорошо? – вместе с вопросом высокий юноша немножко наклонился, чтобы глянуть на лицо друга, а тот реально выглядел так, будто всю ночь у него была истерика. —Тебе... Холодно? —Нет, не беспокойся, Фигура, просто я.. Очень рад, – и вправду тот был рад, улыбка не спадала с лица мальчишки. —Я понял, что я влюбился, и никакая это не дружеская... Дружеская-я, – видимо, он забыл какое-то слово. —Дружеская симпатия? —Да! Да, точно! Это даже нельзя описать простыми бабочками в животе, появляется на-амного больше чувств, когда я думаю о том, что я влюбился и о том, в кого я влюбился, – с этой секунды Сик стал очень эмоционально рассказывать всё это, одновременно жестикулируя. —Я люблю самого этого человека, мы знакомы не очень долго, но мне кажется, что он – это тот, которого я искал всю-ю свою жизнь. —Прости за вопрос, но, в кого ты влюбился? Ну, или думаешь, что влюбился, – красноволосый опять уселся поудобнее, перестав наклоняться над другом. —Мне кажется, что я влюбился в человека с высоким ро-остом, – первым делом конечно же нужно описать, персону, в которую ты влюбился, и только после этого рассказывать, кто это. —У этого человека красивый стиль одежды, ну, по крайней мере он мне очень-очень нравится, – продолжал свой монолог Сик, пока друг внимательно слушал его. —Вес примерно как у тебя, есть мно-ого родинок на руках, запястья очень тонкие и красивые.. А ещё! Ещё на них постоянно есть разные резинки, чаще всего чёрные. —Как-то это сильно похоже на... —Постой! Я ещё не договорил, – но сказав это, брюнет остановился на несколько мгновений и только после этого продолжил говорить. —Так, что я не сказал.. А! У этого человека постоянно руки странной температуры, то холодные, то горячие, он любит мои леденцы, гуляет со мной по ночам, а ещё у него красные волосы и повязка на правом глазу, прямо, как у тебя! – брюнет тут же залился самым милым для Фигуры, детским смехом. И опять тишина. Только теперь из-за того, что им обоим было нечего сказать. —Это... Это я? – неуверенно произнёс высокий парень. —Ты влюбился в... Меня? —М-м, видимо так! – после такого ответа брюнета, он повернул голову в сторону друга и стал разглядывать его лицо, будто видел Фигуру впервые. —Ты... Я.. Я даже не знаю, что сказать на такое, – заикнулся красноволосый и раскраснелся, ведь он сам за всю свою жизнь никак не мог понять, кого он любит, а затем, через насколько мгновений почувствовал какое-то мягкое прикосновение к своей щеке, будто кто-то поцеловал его. Тут же парень с повязкой повернулся в сторону друга, с таким же супер-румяным лицом, пока тот сидел с сытой улыбкой. В эту же секунду появилось ощущение, что его щека горит, оголяя кости.. Темноволосый мальчик будто умел колдовать, прожигать людей своими тёплыми поцелуями и горячими прикосновениями, исцелять раны или видеть будущее своим слепым глазом. А может, он наоборот колдовал только слепым глазом и губами? Или слепым глазом с руками, а ведь можно перебрать ещё много таких комбинаций. А может, он не умел всего этого, а просто был ужасно добрый для этого мира, и ужасно хрупкий, по крайней мере, так казалось Фигуре. Постоянно, когда видел его, красноволосый задумывался о том, что только подует ветерок, и этого хрупкого мальчишку раздует на мелкие-мелкие пылинки, или он разломается на крохотные осколки, как раскалываются зеркала и стекло, или он просто пропадёт со следующим дуновением ветра, прямо, как во сне, и он больше никогда не вернется, они больше не будут есть с ним леденцы, рисовать мелками на площадке, гулять по ночам, да и вообще больше не увидятся... Но зачем ему такие плохие мысли? Задумался о всём похожем высокий парнишка примерно на пять минут, и еле как заметил то, что к нему, на его кресло-мешок, подсел Сик и крепко-крепко обнял, утыкаясь лицом в его плечо. —Фигура... Я правда, прямо, правда-правда тебя люблю, – он бормотал это прямо в футболку друга, а тот молчал, не зная, что ему ответить.. Может, он тоже любил его? Может, испытывал только дружескую симпатию? А может вообще на самом деле ненавидел его?... Самым правильным, конечно, оказался первый вариант. Он правда чувствовал, что любит Сика. Находиться рядом с ним – слошной рай. Ему в нём нравилось буквально всё, он готов был пересчитать каждую его родинку, каждый волосок на голове. —Я... Я тоже тебя люблю, – его лицо расплылось улыбке и он взаимно обнял друга. Они сидели в обнимку ещё очень долго, Сик постоянно повторял то, как влюбился в Фигуру, а тот его внимательно слушал его, и был готов делать это до бесконечности. Когда же брюнет целовал его, не важно в щеки, кончик носа или лоб, красноволосый отворачивался на несколько минут с красным лицом, но потом поворачивался обратно.. И эти мальчики любили. Они любили друг друга самой чистой подростковой любовью. Без всяких пошлостей и чего-то абьюзивного или токсичного. Просто любили. И они готовы были рассказать друг другу о своих чувствах в любой момент, даже не важно, как – выцарапать старым, ужасно тупым кухонным ножиком имена друг друга на каком-то неизвестном и ужасно старом дереве в лесу, или подарить какой-то очень масштабный подарок... И имено в тот день этой весны у них зародилась идея о том, что совсем скоро их не найдёт никто. Они сбегут, сбегут далеко-далеко от всех, кого можно и нельзя, не оставив и следа. И пусть их объявят пропавшими без вести, пусть будут искать с бригадой МЧС или каких-то таких людей, может кто-то даже забудет про них, их бесконечная любовь сбежит. Сбежит от суровых городских людей, давки, шумного транспорта, злых учителей, уставших стариков, суицидников, воин, трагедий и всего такого. Они каждый день будут вместе, и пока их будут искать, они, может быть, будут сидеть в масках, чтобы их не распознали, в каком-то кафе в другом городе. Может, сбегут в столицу их страны, или куда-то ещё, но они точно не останутся в этом месте. Точно не будут жить в какой-то старой коммуналке. Лучше, они пропадут и просто не оставят за собой ничего. Их любовь не пропадёт, а они – да. Их любовь будет жить вечность, даже когда они умрут. Может те, кто не забудут про них и проживут дольше, сделают какой-то домашний музей с их фотографиями, где будут собираться по разным поводам и вспоминать Сика с Фигурой.. Их любовь может исчезнуть из памяти без следа, а эти два жизнерадостных мальчишки – никогда. Их будут помнить столько же, сколько будет длиться их любовь – вечность.