Моё милое чудо

Тодороки сидел за обеденным столом с нервным выражением лица и наблюдал, как хрупкое тело суетливо бегало по всей кухне, беря кружки и наливая в них только что вскипяченную воду. Он решил встать и помочь Мидории со своей чашкой, однако зеленоволосый резко развернулся с кипятком в руках и случайно облил им и себя, и гетерохрома, а стакан с чаем упал на пол, разбившись на мелкие осколки. — П-простите, пожалуйста!!! – Изуку начал мотать руками во все стороны, не понимая, что ему делать из-за приступа истерики. — Я ужасно неуклюжий. Снимайте кофту побыстрее, а то ожог останется! — Самому-то снять быстрее нужно, – не до конца осознавая свои действия из-за той же лёгкой паники и волнения за Изуку, Шото резко снимает с него кофту, видя красноватый след от ожога. — Болит? – с волнением в голосе спрашивает он, чуть приблизившись к пострадавшему месту. — Немного, – омега краснеет, но не отталкивает, как вдруг он ощутил нечто мокрое в месте, где чуть жгло. Устремив взгляд туда он видит, как его учитель слегка полизывает след, чуть облегчая неприятное ощущение. Только вот Мидория вовремя опомнился и жутко покраснел. — Тодороки-сан, вашу кофту тоже следует снять! – он попытался хоть как-то отвлечь альфу от этого очень смущающего действия, хоть оно и шло во благо. И вот Шото прекращает на секунду, подняв на омегу свой тяжёлый взгляд. — Тогда сними её сам, – с вызовом выпалил гетерохром. Изуку покраснел ещё больше, а в дополнении к этому его руки и ноги начало трясти, из-за чего его подкашивает и он уже было падает, но крепкие руки альфы быстро успевают подхватить его за талию, а потом и вовсе подбирают на руки. — Ты еле стоишь. Тебя нужно отнести в твою комнату. Да и стекло тут на полу, не совсем безопасно, – Мидория лишь слабо кивнул. Силы как-то резко покинули его. Идя по направлению Изуку, Тодороки всё же сумел донести омегу до его комнаты, а затем и до кровати. Аккуратно положив его на мягкие простыни, он развернулся и направился в сторону выхода. — П-постойте, вы куда?... – зеленоволосому не хотелось, чтобы Шото уходил. Его это даже немного.. возмутило? Альфа повернул голову к Изуку, посмотрев чуть удивлённым взглядом. — Я хотел прибраться на кухне. Там ведь разбитая посуда… – он отвёл неловкий взгляд в сторону, чувствуя, как усиливается запах омеги по всей комнате. И тут Тодороки понимает, что завёл течного омегу своими действиями на кухне, и если дальше так пойдёт - он просто не выдержит. — Я не хочу оставаться один, – Изуку отвёл глаза в сторону, уставившись в одну точку. Почему-то на его глаза стала поступать влага. Шото это заметил и, вздохнув, подошёл и сел на край кровати. — Могу посидеть тут, пока не уснёшь, – альфа затаил дыхание, дабы меньше вдыхать этот запах и сложил пальцы своих ладоней, смотря холодным взглядом в пол. — Так только хуже… — Что? – Тодороки удивлённо посмотрел на омегу, который лежал и закрыл своё красное лицо предплечьем руки. — Твоё присутствие меня лишь дразнит, – медленно произнёс омега, начав ёрзать бёдрами. И тут Шото не выдерживает. Он резко накидывается на омегу, вжимая его в кровать. Тот же резко зажимает альфу между ног, торопливо обвивая шею руками и вжимается губами в чужие напротив. Поцелуй получается мокрым, Шото активно сплетает язык с языком Изуку, резко схватив за оба запястья и вжал их в матрас у омеги над головой. Второй свободной рукой он пробрался под кофту, поглаживая талию и чуть надавливая пальцами на мягкий живот и нежную кожу. После чего медленно отстранился от губ и перешёл на шею, оставляя слабые багровые следы. Омега лишь запрокидывал голову назад, издавая еле слышные стоны. Альфа спускался всё ниже, проводя дорожку из поцелуев прямо до живота и вдруг резко снял эту, казалось ему, очень мешающую кофту с податливого тела и так же резко перевернул Мидорию на живот, схватив за бедра и придвинув к себе поближе. Проведя по внутренней стороне бедра пальцем, он ощутил, как обмазал его в обильно вытекающей смазке. Облизывать палец, гетерохром навис над ухом омеги. — Если ты меня сейчас не остановишь, то я дойду до конца, – казалось Изуку не услышал его слова или дал добро таким образом, но раз ответа не было – альфа, как и обещал, дошёл до самого конца и уже через час дело было сделано. Шото устало упал на кровать, прижав к себе удовлетворённое тело.