Academy of despair

Открыв дверь при помощи того же пропуска, датчик загорелся зелёным и двери открылись. Зайдя в них, перед глазами появились коридоры, шкафчики для учеников, кабинеты и тому подобное. Напротив входа, в нескольких метрах, располагался огромный зал, в котором, похоже, уже выстроились классы. Осаму вошёл в комнату, и глаза начал резать яркий свет прожекторов на потолке. Зажмурившись, он задумался о своей будущей слепоте. Сощурившись, он увидел перед собой взрослую фигуру Чёрное каре, аметистовые глаза. На плечах был белый халат, а под ним строгая белая рубашка и чёрные брюки. Лицо было слегка озабоченным. — Добрый день. Меня зовут Мори Огай. Я завуч академии и по совместительству учитель химии, биологии и работаю в медпункте во время уколов. Вот твой класс. Надеюсь, вы поладите. — Мужчина показал в сторону толпы учеников, пожал Осаму руку, которую Дазай даже не протягивал, невинно улыбнулся и скрылся в толпе других классов. Посмотрев на свою ладонь, а после Дазай взглянул в сторону его нового класса. Поймав на себе недовольные взгляды персонала, он вышел из зала в поисках раздевалки. Ей оказалась первая комната справа от входа. На ней были стенды с крючками и табличками «7», «8», «9», «10», «11». Он подошёл к «11» и увидел там знакомые 2 чёрных плаща с такого же цвета шарфами. Они висели на одной вешалке. Кажется, Николай не признавал сменной обуви, судя по отсутствию его кед под верхней одеждой. Повесив на свободный крючок свой плащ и переобувшись (он порядочный!), он положил мокрую сумку рядом со своими ботинками. Дазая обрадовал тот факт, что в раздевалке были окна. Не потому, что снаружи могут наблюдать за процессом переодевания, а из-за отсутствия неприятного запаха, который был во всех предыдущих школах. Дазай, уже без плаща, вошёл в зал и встал рядом с нужным классом. Видимо, разделения на «А», «Б» и так далее отсутствовало. Ну, меньше народу, больше кислороду. Или же меньше проблем. Очнувшись от своих мыслей, он заметил на себе взгляды одноклассников. А, точно, он же не представился. Он начал осматривать окружающих его сверстников. Мальчик с белобрысыми волосами и косой чёлкой, в которой выбивается чёрная прядь, казался одним из самых дружелюбных. Более невинно мог выглядеть только невысокий блондин с чёлкой на лбу, в белой рубашке навыпуск и синих джинсах. На них и направились призывающие к действиям взгляды одноклассников. Не выдержав давления стольких людей, парни подошли к Осаму. — Привет. Меня зовут Накаджима Ацуши. Ты новенький у нас в классе, хах?.. — Ацуши заметно нервничал. Либо из-за внешнего вида Дазая, либо из-за давления собственных школьных товарищей. — Как тебя зовут? — А меня зовут Кенджи! Откуда ты пришёл? Сколько тебе лет? А любимый цвет какой? — Его голос был наполнен восторгом, если сравнивать с Ацуши. Ни намёка на нервы. — Э..Дазай Осаму. — Дазай сделал максимально невинный вид, на который был способен. То ест, почти никакой. Улыбка с закрытыми глазами не считается чем-то особенно добрым. Ацуши кивнул и нервно попятился в толпу одноклассников, в которую его наконец пропустили благодаря идущему рядом Кенджи. С этого момента Дазай смог нормально изучить своих одноклассников. Осаму заметил недалеко от себя (на расстоянии 4 людей) знакомые лица. Фёдор и Николай. Он только посмотрел на этих двоих, как ему сразу ответили взглядом. В янтаре и вине глаз парней играла заинтересованность. Только Николай улыбался, а Фёдор стоял как камень. Рядом с ними стоял и нервно переваливался с ноги на ногу паренёк с необычными волосами. Их длинна доходила до талии, одна половина была покрашена в светло-сиреневый, а вторая—в белый. В серых, чуть светлее туч на улице, глазах была некая нотка растерянности. Как и предыдущие двое, он смотрел на Дазая. Вдруг он услышал слева от себя чьи-то громкие возмущения. Посмотрев в сторону, он увидел двух парней. У одного были короткие чёрные волосы с чуть более длинными передними прядями, концы которых были покрашены в белый. Он был в белой водолазке и тёмных брюках. Второй, непосредственно возмущающийся, был ниже первого. Рыжие волосы, собранные в аккуратный рыжий хвост, были мокрыми. В них проблескивали намёки на кудри, которые были безжалостно уничтожены погодой. На голове красовалась чёрная шляпа. Голубые глаза, цвета ясного неба в солнечный день, отражали полное недовольство. Чёрные рубашка и брюки. Парни зашли в толпу и встали рядом с Дазаем, будто игнорируя пополнение в классе. — Почему вообще начался дождь? Я для этого завивал волосы? Спасибо, что шляпу не сдуло. Ненавижу эту осень. Одни проблемы..— Парень гневно отряхивал концы рыжих «кудрей» от капель воды —Чуя, тебе не стоит так кричать, я так думаю. В прогнозах погоды стоял дождь. И, к слову, ты как-то слишком ярко выступаешь перед новеньким..— Паренёк держал шляпу рыжего — Новеньким? О чём ты, Акутагава? — Чуя перевёл взгляд на Осаму, забирая обратно свой головной убор и надевая его на голову Пылкость в глазах парня утихла, осматривая Дазая с ног до головы. Почему-то только сейчас Осаму заметил, что Чуя был ниже его на добрые 15 сантиметров. — Боже, опять новенький. Как тебя звать, неизвестный в бинтах? — Чуя, кажется, сразу увидел замотанные белоснежными лентами ладони рук Дазая. Удивительная внимательность. — Дазай Осаму, рыжая принцесска. Так тебя зовут Чуя? Хах, принцесса Чуя..— Дазай ответил с лёгкой усмешкой, смотря на парня сверху вниз во всех смыслах. — Хорош уши греть, забор перемотанный. Я тебе не принцесса. — Очевидно, Чую не устроил колкий ответ Дазая. Да и подслушивание он не поощрил. — Это ведь не я возмущался на весь зал о сегодняшней погоде, гвоздик ржавый. — Дазай уже предвкушал нарастающий конфликт, когда взрослая фигура вышла в центр зала и начала свою «воодушевляющую» речь. Рыжий явно хотел продолжить перепалку но, недовольно фыркнув, угомонился и перевёл взгляд на мужчину в центре. В следующий момент он толкнул Дазая в бок локтем. Не сильно, но до боли точно. Во всех смыслах. Дазай согнулся от боли, и парни стали одного роста. Чуя самодовольно хихикнул. Тем временем мужчина уже преклонного возраста бубнил произносил речь о начале года, товариществе и так далее. На удивление, шёл он резво для своего возраста. «Опытный оратор»—Оочи Фукучи. Дазай только разогнувшись смог нормально его рассмотреть. Часто блистал в новостях во время каких-либо военных учений и действий. Было ожидаемо увидеть его в подобном заведении, учитывая, что каждый ученик—эспер. Их ведь нужно было контролировать, а то поубивают всех. Во время этой мысли Осаму вспомнил слова Мори Огая. «..и работаю в медпункте во время уколов». Что за укол? От Мори даже не пахло обычным врачом. Надо бы узнать от своих одноклассников, иначе зачем они ему здесь нужны?  Спустя 15 минут, потраченных зря, ученики начали расходиться по классам с блистающими лицами. Мастерство ораторства давало явные результаты.  Поднявшись на третий этаж, Мори Огай встретил их в кабинете. Классный руководитель—загадочный доктор. Повезло так повезло, не поспоришь. В итоге, когда все расселись на свои места, Осаму принял рискованное решение стать соседом рыжика. Сразу за ним, на четвёртой парте, сидел Фёдор и Николай, так что можно было нормально познакомиться.  Усевшись на первый вариант, Осаму стал до неприличия довольным. Стоило видеть возмущённое выражения лица Чуи, а позже и «музыкальное сопровождение». — Шпала, с какого перепугу? Мест свободных мало? — Чуя говорил это «громким шёпотом» — К слову, мало. Эх..и если я такая шпала, принцесса, то я буду специально мешать твоему обзору на первой парте. — Любимая часть взаимодействия с людьми была в самом разгаре. Хотя..скорее единственная.. — Слышишь ты,.. — Далее начался набор либо текста ругательств, либо случайного набора слов. Тем временем Огай распинался о четвертях и других аспектах учёбы. Можно было и послушать, но у Дазая было на первом месте побесить кого можно и нельзя и пообщаться со здравомыслящими людьми. Здравомыслящим Осаму считал Фёдора. По крайней мере, были огромные надежды. Глаза умные. А у рыжего разве что красивые, не более. — Чуя, не убей Дазая. Он только пришёл в академию. Осаму, хватит портить отношения в первый же день. — Видимо, Огай обратил внимание на перепалку парней. После обратился ко всему классу. —После этого идём в медпункт для укола.  Замечание Мори заставило Чую остановить поток ругательств в сторону персоны Дазая. Какое уважение, однако. Тут Дазаю стало ещё интересней процедуры, оказываемые Мори.  Осаму начал думать о том, кому задать свои вопросы. Акутагава, Ацуши, Кенджи как на Камчатке, Чуя пылает ненавистью, и остаётся..Фёдор или Николай. Фёдор. Как раз сидит за Осаму.  Дазай повернулся к Фёдору. — Доброго утра. Как зовут тебя и твоего друга? — Дазай принял решение приврать о наличии информации об их именах. Какой смысл? Осаму и сам не знал. Звучит странно, или же он просто уже привык врать. Достоевский повернулся от Николая к Дазаю. — Тебе ведь известно моё имя и имя Николая, Осаму. — Глаза цвета вина смотрели на Дазая. — Ты ведь зашёл в здание Академии сразу за нами. — Ах да, Фёдор. Точно, вспомнил. Будем знакомы. — Дазай протянул руку Достоевскому. Вообще, обычно Осаму так не делал, но раз уж есть надежды на человека, то почему нет? — Будем. — Фёдор пожал руку Осаму. Холодная, с длинными и худыми пальцами. В контрасте с рукой Дазая, которая была наполовину замотана и проглядывали только пальцы, выглядело иронично.  — Славно. Хотел спросить: а что за уколы, о которых говорит Огай? — Для отмены действия способностей эсперов. Раз в месяц мы ходим в медпункт,  так как действие препарата кончается через примерно 29-30 дней. — Осаму хотел уточнить про силу действия укола, но Фёдор выхватил вопрос с языка. — Сразу отвечаю на твой следующий вопрос. Блокирует действия любых способностей. Сильных и не очень.  Дазай кивнул провернулся обратно. В тот же момент Николай продолжил активно обсуждать что-то с Фёдором. Осаму заметил на себе взгляд Чуи.  — Ты же понимаешь, что бинты придётся разматывать, чтобы сделать укол, мумия?  — Почему тебя это так беспокоит, Чуя? — Ужасно, у Дазая закончились прозвища для нового соседа по парте. Ничего, пара дней и он составит целый сборник.  Кажется, Чуя слега удивился, когда Осаму назвал его по имени. И вопросу. Он был многозначным: и стёб, и реальная заинтересованность.  — Призываю к рациональности, Дазай. — Кажется, огонь ярости в Чуе окончательно потух. Подлить бензина или нет? Хороший вопрос!  Дазай не успел ответить, как класс начал собираться в медпункт. Несколько лестничных пролётов и коридоров, и дверь в медпункт уже в зоне видимости.  На входе прибита табличка: «Мори Огай».