Ностальгия

      Это было просто прекрасное утро. Но Карин проснулась с отнюдь не прекрасным настроением. Она не знала почему. Ей просто все не нравилось. Бывали такие дни, когда было плохо без причины. Но Карин не собиралась поддаваться этому. Так что после завтрака она решила прогуляться. Это был выходной, могла себе позволить.       Обычный летний денёк: жарко, душно и солнце слепит глаза. Куросаки предпочитала более прохладную погоду, но все равно заставила себя выползти из дома. Хотя она и боялась, что на такой жаре подошва ее обуви расплавиться и прилипнет к горячему асфальту. Поэтому Карин решила не стоять долго на одном месте и просто пошла куда-то. Неважно куда.       И конечно же, первым делом ноги принесли ее на футбольное поле. Неудивительно, дорогу туда она знала лучше, чем домой. Не собираясь стоять на самом пекле, девушка быстрее юркнула под дерево, скрываясь в его тени от назойливого солнца, и посмотрела на поле. Там бегала целая свора детей. Казалось, такая жара им ни по чем, они были слишком увлечены игрой. Ребята кричали и смеялись, падали и поднимались, и снова падали. Смотря на их разодранные коленки и широкие улыбки, Карин невольно вспомнила себя и своих друзей на этом же поле. Как они также, как и эти дети сейчас, в любую погоду бегали, падали, вскакивали, не обращая никакого внимания на ссадины, и как им было весело.       Давно они, кстати, не играли, надо будет снова собраться всем вместе. И Тоширо позвать.       «Тоширо».       На лице расползалась улыбка. Карин сразу вспомнила, как он, этот суровый капитан, носился вместе с детьми по полю и гонял мяч, так, словно от этого зависела чья-то жизнь.       «Тоширо так серьезно к этому относился. Впрочем, как и ко всему».       Ещё немного поулыбавшись своим воспоминаниям, Карин пошла дальше. Хотелось пойти туда, где хорошо видно небо, но она силой заставила себя развернуться в другую сторону. Ещё рано. Куросаки обязательно пойдет туда сегодня, но вечером. На закат посмотреть.       «Всё-таки это вошло у меня в привычку».       Карин бродила по городу, слонялась туда-сюда без цели и предавалась воспоминаниям. Она и не знала, что в свое время почти весь город излазила. Вот с этого дерева она упала, когда пыталась сорвать яблоко. И с того дерева она тоже падала. Сейчас прошла мимо кафе, в котором они с друзьями часто сидели. Заглянула в парк, где они всей семьёй брали ролики напрокат. Ичиго вечно шлепался, стоило ему встать на колеса.       Карин не могла перестать улыбаться, предаваясь ностальгии. Ее правда удивляло, с каким большим количеством мест у нее было связано то или иное воспоминание. Но ещё больше удивляло, что с каждым таким местом было воспоминание о нем. Ей всегда казалось, что они так мало времени проводили вместе, что у них слишком мало чего-то общего, слишком мало событий, которые бы их связывали. Но совместных воспоминаний оказалось гораздо больше, чем она думала.       Когда Куросаки падала с того дерева, ее поймал Тоширо. Карин помнит, как удивилась, с какой лёгкостью он это сделал несмотря на то, что она была выше и наверняка тяжелее, чем он сам. Потом Хитсугая самолично забрался на то же пресловутое дерево за теми же пресловутыми яблоками, потому что Карин так и не сорвала ни одного. Он собрал их для нее целую кучу, половину из которой съел сам.       Ее с друзьями любимое кафе — первое место после футбольного поля, в которое она затащила белобрысого мальчика, как только появилась возможность. Карин все ещё помнит его слегка удивлённое лицо, когда он попробовал их мороженое со вкусом арбуза. Потом он всегда заказывал только его.       В том парке ей так и не удалось заставить Тоширо встать на ролики. Наверное, его Ичиго запугал. Но тогда они просто прогуливались там, разговаривая обо всем подряд. Правда, говорила в основном Карин. А Тоширо внимательно слушал, кажется, искренне интересуясь, что там происходит у нее в школе или что опять учудил отдельный член ее семьи. Иногда они менялись местами, и Карин принимала на себя роль слушателя, давая Хитсугае возможность выговориться по поводу круговорота бумажек в Сейрейтее и безалаберности его лейтенанта. Иногда они просто молчали. И обоих это устраивало.       Карин вспомнила дом бабушки Хару. Как там было весело и шумно, когда она приводила друзей, как и обещала, и как умиротворенно и спокойно, когда приходил Тоширо. Она до сих пор посмеивалась с его любви к аманатто.       За всеми этими мыслями Карин и не заметила, как день начал подходить к концу. Небо уже постепенно окрашивалось в цвета заката. Так что она поспешила туда, где хорошо видно небо. Куросаки почувствовала, что ее словно тянет к этому месту. Она ускорилась. Не знала почему, но у нее была твердая уверенность, что надо добраться туда быстрее. Потом Куросаки могла поклясться, что ее щеку огладил холодный ветерок. Но откуда ему взяться в такую жару?       И тогда Карин перешла на бег, со всех ног мчась к памятному месту. Она бы ни с чем не спутала это ощущение. Уже столько времени прошло, но Куросаки все ещё помнила это короткое мгновение мороза перед тем, как теплые мальчишеские губы коснулись ее щеки и уголка рта годы назад на том самом месте. При этом воспоминании ее сердце в груди начало стучать с невероятной силой, поднимаясь к горлу.       Уже подбегая к месту, Карин замедлилась, чтобы не встретить Хитсугаю с запыхавшийся лицом и сбитым дыханием. Да и гордость потихоньку брала верх, остужая голову. Будет она ещё ради Тоширо бегать, ага.       И все же когда Карин его увидела, она была готова побежать за ним хоть на край света. Ей потребовалась всего доля секунды, чтобы узнать в молодом мужчине маленького мальчика из ее детства с белыми волосами и умопомрачительным глазами. Хитсугая также как и всегда сидел, облокотившись на железный заборчик, вытянув вперёд теперь уже длинные ноги, и смотрел на закатное небо. Все те же лохматые белоснежные волосы сейчас слегка отливали красным в свете заката, а серьезный взгляд бирюзовых глаз был направлен вдаль. Солнечные лучи скользили по его повзрослевшему лицу, освещая высокие скулы и очерченный подбородок. И когда он наконец повернулся к ней, у Карин перехватило дыхание. Она вновь ощутила, как по коже пробежал морозец. А затем, вслед за ним, ее охватило тепло. Карин даже и не замечала, как сильно ей этого не хватало.       Тоширо медленно встал, все ещё смотря на нее. Куросаки очень хотела подбежать и обнять его до хруста, а потом как следует отчитать за то, что он ушел так надолго. Но ей уже не семнадцать, она взрослая женщина и будет вести себя соответствующе, даже если хочется включить ребенка. Она понимает, что он не мог иначе. Так что вместо бурного приветствия, которое бы лишь заострило внимание на долгой разлуке, она буднично поздоровались с ним.       — Хей, первоклашка. Давно не виделись. Смотрю, ты слегка подрос.       Как обычно. Словно он не пропал из ее жизни больше чем на пять лет.       — Привет, Карин, — назвал по имени. Словно не хочет возвращаться к тому, с чего они начинали. Нет, Тоширо хочет продолжить с того, на чем они остановились. — И сколько можно повторять, не называй меня так! — он слегка надул губы в привычной манере, становясь похожим на обиженного ребенка. Наверняка, до сих пор не знает об этой своей умилительной привычке.       Все, как всегда. Она дразнит, он ведётся. Потом возьмёт себя в руки, и они поменяются местами. И снова, и снова, пока не надоест. Но им не надоест.       — Я надеюсь, ты не сильно занят, потому что тут рядом открылось новое кафе, и я просто обязана сводить тебя туда, — не давая мужчине времени опомниться, Карин схватила его под локоть и потащила в направлении упомянутого места.       — Вообще-то, я…       — О, уверена, ты можешь позволить себе небольшой перерыв, — она обернулась, задорно улыбаясь.       Поняв, что с этой женщиной все ещё бесполезно спорить, как и пять лет назад, Тоширо лишь усмехнулся про себя. Он высвободил локоть из ее цепкой хватки только затем, чтобы переплести свои пальцы с ее, надеясь, что она не отдернет руку. Карин этого не сделала.       Она не знает, как надолго он снова вернулся в ее жизнь и можно ли это вообще считать возвращением, но Куросаки собиралась разобраться с этим позже. Уровень ее настроения только что достиг своей наивысшей точки, и она просто хотела сходить куда-нибудь с человеком, в которого все ещё безумно влюблена.       Так что она позволила себе чуть крепче сжать теплую ладонь Тоширо, словно он никогда никуда не уходил. Это не значит, что она оставит все, как есть, и уж точно не значит, что Хитсугая так легко получит ее. Нет, этому парню ещё придется постараться.       Но не сегодня. Сегодня у нее на удивление хорошее настроение.