Пламя среди холода

В то время у Херейда

      Все ребята уже подошли и просто о чем-то разговаривали перескакивая с одной темы на другую. Мне было очень спокойно на душе, даже очень, ноты старался об этом не думать и тем более не волноваться по этому дурному поводу. Как вдруг что-то внутри сдалось в районе сердца, что заставило меня немножко чувствовать себя дискомфортно и напряжено. Перед глазами всплыл моментально образ Эда, который смотрел на меня глазами, которые были пропитаны слезами и болью? Оглянувшись вокруг я понял, что никто не заметил этого состояния, кроме Наташи с Машей. —Херейд все в порядке?—они подошли ко мне близко и спросили тихо, чтобы остальные ребята не услышали. —Не знаю. Какое-то предчувствие плохое. Я пойду к озеру, посмотрю, что там Эд,—я сказал это очень рассеянно и направился в сторону озера. —Мы с тобой, не хотим, чтобы ты туда сам шел да и нам скучно здесь,—я просто подал плечами высказывая, что они могут делать, что хотят и мне все равно, потому что меня сейчас единственное волнует-что с моим Эдом?       Я направлял к озеру быстрым шагом, слыша позади крики девчонок, в которых они просили, чтобы я шел медленнее, потому что они на своих маленьких миниатюрных ножках не успевают за моими длинными ногами. Спустившись к берегу озера, которое полностью покрыто льдом. Или не полностью. Я повернул голову и увидел как на середине озера большая дыра из которой идут маленькие пузырьки. До меня в голове все дошло и до девчонок тоже. Дальше все происходило как в замедленной съемке. Я бежал в сторону этой проруби снимая с себя куртку и худи, потому что Эда надо во что-то теплое одеть. Подбегая уже близко к проруби я прыгнул туда и началось. Холодная, хотя она не такая, а ледяная вода начала окутывать мое тело пробираясь под кожу и пытаясь забрать все мои силы, но я держался и вот нащупал Эда, который даже не подает признаков жизни. Я со всей скорости начал нас обоих вытаскивать из воды и вот уже положив его твердую поверхность начал рассматривать и оценивать его состояние. Губы синие, все тело как будто не живое и двигается. В голову мне пришло сделать искусственное дыхание в рот в рот. Была не была. Я приблизился к лицу Эда и впился губами начиная делать все как учили меня в школе. Сначала ничего не происходило, но я не терял веры. И вот Эд резко начал дергаться и кашлять выплевывая воду. Я с девчонками выдохнули и перевели взгляд на Эда, который весь дрожит. Он от этого холода не мог нормально открыть глаза и я даже был рад, что он не увидит, как я снимаю его худи и надеваю свое, а потом свою куртку. —Как мы его перенесем?—спросила Маша, потому что она не побиралась таскать взрослого мужчину на горбу. —Я понесу, че вы паритесь,—я осторожно взял его на руки и начал нести от озера. Я хожу в зал и работаю с весом, поэтому Эд для меня не такой тяжелый, но и не легкий, как пушинка.       Пока я его нес Маша и Натаха смотрели нас и тихонько хихикали на все это. Я не обращал внимание до того момента, как они начали нас фоткать. Я пытался это остановить, но груз на моих руках мне мешал, который все больше приживался ко мне. Подходя к ребятам, они накинулись на меня с вопросами, что произошло и видно было, что они полностью обескуражены и встревожены. Я показал им взглядом на девчонок, намекая, что они все объяснят. Заказал я такси отдельно от ребят, понятно почему. Не хотел, чтобы кто-то моего любимого трогал , кроме меня. Вроде все хорошо, но единственное, что испортит мне настроение - у Эда высокая температура. Это логично, но я надеялся, что будет по-другому. Приехав домой, я расплатился с водителем и обратно взял это дрожащие чудо на руки и понес в наш дом, а потом и в комнату. Я аккуратно его положил на кровать и достал из шкафа штаны Эда и переодел его. Я попросил Наташу с Машей заварить мне мятный чай, пока я буду разбирать свою аптечку с таблетками, пытаясь найти от температуры. Потом я набрал тазик с холодной водой и взял тряпочку, прикладывая к его горящему лбу. Его пухлые губы придали уже естественный цвет, но до сих пор дрожали, которые не давали мне отвести от них мой пронзительный взгляд.

От лица Эдисона

      Я был как в бреду. Меня кидало во все стороны, но мое тело вообще не двигалось. Когда меня положил кто-то в эту мягкую кровать, мое тело как будто перестало двигаться. Я догадывался, что меня принес на руках Херейд и убедился в этом, когда услышал его нежный и мягкий голосок, который просил сделать ему чай, пока он где-то нышпорился. Мои губы дрожали, а голос никак не мог подать, как будто что-то мешало мне. Я почувствовал как он навис надо мной, а его дыхание обветривало мои губы, которые так и хотели коснуться его любой части тела. Я понимал, что он просто осматривает и делает выводы по моему состоянию ничего больше, но вдруг я почувствовал, как его губы прикоснулись кончика моего носа и задержались там на 5 секунд, а потом с легких причмокиванием отстранились, отставая на носу мелкую влагу и покалывания в области сердца. К чему был этот поцелуй? Может он не просто так сделал? Да ну не. Неужели мои чувства взаимны? Во время этих незаканчивающихся вопросов мой заботливый мальчик укрыл меня и начал немного толкать, чтобы я проснулся. —Эд,—я не мог открыть глаза, хотелось дальше лежать блаженствовать. —Эд просыпайся. Тебе надо выпить таблеточку . Эдюшенька открой глазки,—стоп. Эдюшенька? Он сказал это так ласково, что так и хотелось прижаться к нему и лежать целыми днями в кровати. Все же мне пришлось открыть глаза. —О наконец-то проснулся. Как твое самочувствие?—он смотрел на меня с такой нежностью и заботой, что я просто таял. —Меня как будто кидает в разные стороны. И говорить немного тяжело, горло болит,—я не врал ему, потому что такому взволнованному мальчику в данный момент, грех соврать. —Сейчас я дам тебе таблеточки и потом ты ляжешь спатки,—блин он такой сейчас милый, а его эти фразочки в ласкательной форме сводят меня с ума. Ответить нормально я не мог, поэтому я просто кивнул, на что Херейдик немного улыбнулся.       Он взял блистер с какими-то таблетками и вложил в руку две таблеточки. Я никак не мог нормально высунуть руку из под одеяло, потому что не было сил, но походу Херейд и не рассчитывал на мои усилия и просто начал по одной вкладывать мне в рот, что в край удивило меня. Все же не сдержавшись я немного облизнул палец со второй таблеткой, но сразу посмотрел на него, чтобы увидеть реакцию, которая так и не последовала…? Я даже и не заметил, как его взгляд изменился и сейчас он был какой-то задумчивый и мрачный. Он дал мне запить таблетки и пожелал спокойной ночи, а потом отошел от кровати и взял полотенце и что-то еще, после чего быстрым шагом направился направился в сторону ванны. Пока он шел я мельком увидел лезвие…Даже не успев сказать что-то я услышал как дверь ванны закрылась на защелку, что вызвало у меня как больной импульс. Почему он это делает? Может это я виноват?Я не мог уснуть, не увидев, что с ним все хорошо. Слезы начали наворачиваться на глазах и я не мог их остановить. Прошло минут 20 и у меня уже чуть ли не начиналась истерика. Вдруг дверь тихо отворилась и из неё тихо на цыпочках вышел мой мальчик в одной футболке и шортиках с полотенцем на плече, но не ушло от моего взгляда новые порезы. Херейд не видел, что я не сплю, но как только он услышал всхлип среди этой тишины, обернулся встретившись с моими заплаканными глазами. —Эдюшенька, что произошло?Почему ты плачешь?—он ко мне сразу подбежал, хотя не подбежал, а как будто подлетел. Он взял двумя руками мое лицо и обхватил его, но я отворачивался от него, потому что не хотел, чтобы он видел мои слёзы и переживания за него, а то не знаю как ему это объяснить. —Пожалуйста не отворачивайся от меня, я переживаю за тебя. Эдюш, что заставило тебя заплакать?Не молчи…—он говорил это шепотом и очень жалостно, как будто он сейчас заплачет.       Я решил взглянуть на него и заметил, что его глаза были немного красные, как и лицо. Пока я тут плакал, ожидая его из ванны, он тоже в этот момент был в истерике и наносил себе эту боль, которая стекала по его запястьям, капая на раковину оставляя следы засохшей крови, как тогда в поезде. Тогда может я и не знал об этом, но сейчас почти все карты раскрыты и осталось узнать причину этой деятельности моего любимого мальчика. —Ты заставляешь меня плакать и переживать…—да я смог это выговорить своим очень жалким и дрожащим голосом так еще и шепотом, смотря прямо в его глаза, которые раскрылись полностью и видно было, что он начал переживать после этой фразы. —Почему я?Я что-то не так сделал? Прости пожалуйста за то, что довожу тебя до такого состояния,—он начал мельтешить, а его голос дрожал так, что я пожалел о сказанном. Я и не думал, что это заставить его так переживать, тем более если я ему никем не прихожусь. —Вот из-за чего я переживаю. Я хочу знать причину этим действиям,—я взял его за одно запястье указывая на порезы, которые он не успел скрыть. Он вытащил свою руку и лег под одеяло рядом со мной смотря куда-то вперед, а не на меня, который не знает, что думать.       Смотря в его профиль я заметил, что сейчас он сильно напряжен, а глаза были пустые и как будто стеклянные. Он молчал и думал о чем-то, но он не переживал, потому что никаких таких действий не замечал. Действительно, он сидел неподвижно в прямом смысле, где подвижными были только веки, которые в медленном темпе то открывались, то закрывались. Я старался сохранять эту тишину и тоже не двигаться, хотя очень хотелось развернуть к себе и выбить из него все его тайны и переживания, особенно причины. Не знаю сколько времени, но потом он как будто оживился и повернулся ко мне лицом, в котором даже ничего не читалось и я не мог сейчас различить и определить его эмоции и чувства. —Забудь об этом. Не забивай себе голову этими безделушками, они не достойны твоих слез и переживаний,—он провели пальцем по своим порезам, что заставило сглотнуть ком, который подошел прямо к горлу. Что значит безделушками? Вот бы ты знал, насколько ты мне не безразличен. —Ты считаешь это безделушками?-увереный кивок поступил от него и меня разгневало.—Ты хоть понимаешь последствия этого?!Просто так такое не делают!Мне нужно знать причины твоего рез… —Тшшш успокойся,—он не дал мне договорить, а просто прижал к своей груди и легонькими и плавными движениями начал проводить по волосам и потом по спине.       Когда он проводил по спине, его холодные руки пробрались мне под тонкую футболку и рисовали как будто узоры по моей спине. Мне это просто прошибало и успокаивало одновременно, что я не мог понять свои ощущения. Такого в прошлых своих отношениях не было, да и даже во время близости я чувствовал себя таким умиротворенным и в безопасности. Мне нравилось находиться в таком положении со своим мальчиком, я чувствовал его сердцебиение, которое билось в спокойном ритме, а значит Херейдик чувствует себя также спокойно, как и я. Оставаться в таких объятиях, пока это дело еще не закрыто, не вариант, поэтому высвободившись из этих объятий и подобрав нормально слова подал голос: —Что я могу сделать, чтобы ты перестал приносить себе боль? —Ты ничего не можешь с этим сделать. Остановить это могу только я,—его голос был спокойным, как будто мы тут про погоду беседуем. —Могу ли я как-то повлиять на это? —Возможно, но я не скажу как,—так значит есть что-то, даже ни одной мысли в голову не приходит. —Почему?Херейдик скажи пожалуйста,—будем идти напролом, вызывая у него жалость. —Потому что ты не такой и рассказывать тебе это нет смысла,—что это можно быть? —И все же, что я могу сделать?—говори уже, ради тебя я готов на все. —Поцелуй меня