Я нарисовал тебя в своём сердце

Сначала Юнги не отвечал, но потом… Потом Юнги плюнул на все. Плюнул на то, что к этому их подтолкнул алкоголь. Поцелуй из мягкого перешел в требовательный. Рука Хосока проскользила по телу парня до бедра, поднимая его ногу и сжимая его бедро. Парень тихо простонал в губы Хосока. Казалось, словно все это сон, вызванный постоянными мыслями об этом мужчине. Поцелуй прервался тогда, когда Хосок прижал Юнги к каменной столешнице с раковиной. Парни долго пытались привести дыхание в норму, но по-прежнему оставались в том же положении. Юнги сидел на столешнице, а Хосок стоял между его ног. Руки первого покоились на груди второго, а тот в свою очередь держал руки на его бедрах. Вспомнив о том, что Хосок натуральней любого натурала Юнги засмеялся. Это было очень абсурдно. — Что? — не понимая, что происходит, спросил Хосок. — Все в порядке, просто… — парень замялся, не зная, как правильно выразить то, что в его голове. — Кажется, нам нужно будет поговорить о том, что произошло. — казалось, что Хосок резко протрезвел и до него дошло то, что они сделали. — Ты прав. — тихо сказал Юнги и опустил взгляд. Он понимал, что именно он услышит во время этого разговора. — Эй. — Хосок приподнял голову Юнги за подбородок, — Я еще ничего не сказал, а ты уже делаешь выводы. — Хосок коснулся уголка губ Юнги своими губами. — Я не маленький мальчик, Хосок. Я прекрасно знаю, к чему приводят разговоры, о которых так говорят. — Глупый. Хосок мягко притянул Юнги к себе и снова увлек того в поцелуй. Им однозначно нужно поговорить. Парни так увлеклись друг другом, что не замечали, сколько времени они уже провели в ванной комнате. Пока их идиллию не нарушил стук в дверь. — Эй, у вас там все в порядке? — раздался голос Тэхена. — Да, все хорошо. — ответил Хосок, отрываясь от губ Юнги. — Так что на счет поговорить? — спросил он, глядя на Юнги. — Где предлагаешь поговорить? — мягко улыбнувшись, спросил парень. — Можем у меня, можем у тебя. — Кхм. А ты уверен? — Юнги старался увидеть в глазах парня напротив хоть каплю сомнения, но ее там не было. — Да. Думаю, давно пора расставить точки над «И» Парни вышли из ванной под взгляд Тэхена, который уже начал переживать. Он уже перебрал все варианты, где кому-то из двоих стало плохо, один решил приставать к другому и первый его придушил, кто-то умер и в таком духе. А от перспективы трупа в своей ванной, мурашки бежали по коже непроизвольно. — Мы, пожалуй, поедем. — проговорил Юнги, встречаясь взглядом с Чонгуком. — Ты доедешь сам? Чонгук сегодня остается у меня. — спросил Тэ, глядя на парня, щеки которого были похожи на молотую паприку. — Да, Хосок завезет меня. Парни попрощались, спустившись вниз к машине, Хосок галантно усадил Юнги первым, а следом и сел сам. Ехали они не долго. На протяжении всей дороги внутри было трепещущее чувство, что сворачивало все внутренности в животе. Когда взгляды парней встречались в зеркальце заднего вида, они улыбались. Юнги смущенно, а Хосок более открыто. Поднявшись в квартиру Хосока, Юнги ощущал некий дискомфорт. Он все еще не знал, чем закончится этот разговор и ночь в целом. — Будешь пиво? — спросил Хосок, ведя Юнги в гостиную и усаживая того на диван. — Нет, пожалуй, хватит на сегодня. — тихо ответил Юнги. — Юнги, я не уверен, что смогу правильно выразить то, что у меня в голове. Но и не хочу быть мудаком, как Тэхен. — парень взял руку Юнги в свою, легонько сжимая. — Боже, Хосок, я прошу тебя, только не говори мне сейчас о своей натуральности. Полчаса назад мы уже убедились в том, что ты не такой уж и натурал. — Юнги готов был стонать от безысходности, которую испытывал от сказанного Хосоком. — А, нет. Я не об этом. Но это тоже играет свою роль. — Пожалуйста, если ты собираешься сейчас выкинуть что-то подобное, что сказал Тэхен Чонгуку, то просто заткнись. — Юнги уже пожалел, что отказался от пива, он слишком нервничает. Он слишком боится слышать то, что в нем не заинтересованы. — Почему ты так нервничаешь? — Хосок изумленно приподнял бровь и слегка улыбнулся. — Серьезно? Черт, ладно. Я понимаю, что если сейчас выложу все карты перед тобой, то скорее всего, ты больше не будешь со мной общаться. Ты нравишься мне Хосок. Очень. Все наши встречи я просто сходил с ума. Я думал о тебе сутки напролет. Зная, что ты «натурал». — выделяя последнее слово ковычками в воздухе, проговорил Юнги. — Юнги… — Нет, давай я договорю. Я молчал, долго молчал. А тут ты со своими взглядами, да еще и этот поцелуй в ванной… — Юнги не успевает договорить, его рот затыкают поцелуем. Хосок целует его, легонько сжимая его запястья. Юнги сначала отталкивает, ведь у него столько всего накопилось, а после сдается. Сдается в объятия этой ночи. Будь что будет. Ведь он наконец-то может насладиться губами мужчины, что ему нравится, нравится так безумно. Хосок прикусывает губу парня и осторожно оттягивает. Юнги стонет. Тихо, жарко и прямо в губы Хосока. В комнате становится нечем дышать. Воздух накалился до предела. Поцелуй из мягкого, давно перешел в страстный и даже немного грубый. Руки Хосока блуждали по телу Юнги, расстегивая на своем пути преграды в виде пуговиц. Юнги пробрался руками под футболку Хосока и слегка царапал спину своими маленькими ноготками. Горячо. Очень жарко. Жарко настолько, что парни уже находятся в одних трусах. Они и сами не поняли, как так быстро они оказались без одежды. Поцелуи не прекращались. Губы Хосока скользили по белоснежному телу Юнги, спускаясь от губ все ниже и ниже. Стоны Юнги уже были немножко громче, не на грани шепота. Хосок взглянул в глаза парня, убеждаясь в том, что в них нет сомнения. Он стянул с парня боксеры, отправляя их куда-то вслед за остальной одеждой. Взял в руку возбужденный член и начал мягко водить по нему рукой. Юнги закрыл глаза и откинул голову назад, издавая протяжный стон. — Стой, стой Хосок. — сбившимся голосом, проговорил Юнги. Хосок непонимающе посмотрел на парня. Юнги поднялся, нашарил свои штаны и достал оттуда небольшой тюбик смазки. — А ты, я смотрю, предусмотрительный. — хрипло проговорил Хосок. — Мы обсудим это позже. Юнги хотел возразить, но в его голову пробралась другая мысль. Он усадил Хосока так, чтобы его бедра оказались свободными. Стянул с него боксеры и опустился между его ног. В глазах Хосока заиграли искры, он даже боялся вдохнуть лишний раз. А после того, как губы Юнги соприкоснулись с головкой его члена, он и вообще перестал дышать. Юнги брал его член все глубже, плотно сжимая внутри своего рта, создавая вакуум. Опускаясь ртом все ниже и ниже с каждым разом, переходя из простого минета в горловой. Хосок задыхался, ему еще никто так душевно не отсасывал. Понимая, что еще немного такого шикарного минета и он кончит, Хосок поднял Юнги с пола и притянул к себе. Он уложил парня на диван, снова нависая сверху, целуя и оглаживая его тело. Пока Хосок оторвался на несколько секунд, чтобы открыть тюбик смазки и смазать пальцы, Юнги перевернулся и встал в коленно-локтевую, вызывая хриплое, довольное мычание у парня. Перед глазами Хосока было шикарная задница, которую он огладил свободной рукой, подставляя один палец к колечку мышц и мягко массируя его. Губами Хосок скользил по спине парня, обдавая кожу горячим дыханием. Юнги тихонько постанывал, когда палец наконец-то оказался внутри. Мягко массируя стенки, легонько давя на них. Когда сопротивления не осталось, Хосок добавил второй палец, подливая еще смазки, чтобы неприятных ощущений было максимально мало. Юнги стонал, стонал уже громче. Сам насаживался на два пальца, что раздвигали его стеночки на манеру ножниц, оглаживая и растягивая его изнутри. Хосок снова добавил смазки и вошел уже тремя пальцами, медленно двигая ими и вслушиваясь в стоны Юнги, чтобы понять, что он ощущает. Неприятное ощущение быстро покидает Юнги, он начинает покачиваться в ответ на движение пальцев внутри, и вот Хосок попадает по тому самому комочку нервов, вызывая громкий стон Юнги. Хосок на пробу, двигает пальцами в том направлении еще раз, Юнги снова громко стонет, он готов. Хосок смазывает свой член смазкой и подставляет головку к колечку мышц Юнги, на что тот стонет. Он так жаждет почувствовать внутри себя Хосока. Хочет слиться с ним в одно целое, хотя бы сегодня. Парень входит в Юнги, замирая, давая тому привыкнуть к размеру, а заодно сам привыкает к узости, что взяла его в плен. Медленно начинает двигаться, наращивая темп. Целует каждую косточку позвоночника, что виднеется на спине Юнги. Сжимает его сочные ягодицы руками так, что возможно останутся следы. Он начинает вбиваться все быстрее и сильнее в белоснежное тело, что так страстно отдается ему. Юнги стонет все громче. Хосок раз за разом попадает по заветному комочку, вырывая тем самым громкие стоны. Такие громкие, что возможно, завтра соседи будут жаловаться, но это сейчас не имеет никакого значения. Хосок оставляет легкие укусы на спине парня, снова сжимает сочную ягодицу, делает несколько размашистых, глубоких толчков и они кончают. Оба. Вместе. Издавая протяжный долгий стон и валяться на диван. Немного отдышавшись и приведя дыхание в норму, Хосок поправляет волосы Юнги, убирая их назад, и мягко улыбается. — Теперь тебе придется почистить диван. — устало мямлит Юнги, улыбаясь в ответ. — Плевать. — тихо отвечает парень, снова улыбаясь. — Кажется, нам снова нужно будет поговорить. — хрипя, продолжает Юнги. — Всегда. Давай говорить всегда. Парни еще какое-то время лежат, не желая шевелится и отпускать друг друга из поля зрения. Эта ночь стала отправной точкой для симпатии Юнги, а так же это был последний день Хосока в качестве натурала.