Зарегистрированное партнёрство

Она вытирала голову пушистым полотенцем. Она с щелчком повернула ключ в двери. Заперто было , значит соседка ещё не дома. Интересно, обычно тихая и спокойная девушка в восемь вечера всегда была "дома". Хотя...запереться можно было бы и изнутри. Но зачем? Дверь не поддавалась, будто бы замок заело или же она просто была забаррикадирована чем-то крайне тяжёлым. Например, шкафом или , что вероятнее, столом и стульями. Их проще сдвинуть. Шкафы вообще, кажется, были прикручены к стенам. Только с помощью троих рабочих, вызванных экстренной связью Наны Савады, удалось снять дверь с петель С лёгким стуком дверц, шкаф, закрывавший проход, был отодвинут в сторону. Комната была погромлена основательно: разрезанные занавески, побитые стёкла и зеркала, расшвыренные вещи. Конспекты залиты водой, кровати усыпаны розами , а простыни обляпаны бордовыми ещё липкими пятнами. М.М. пошатнулась и облокотилась на дверной косяк. В комнату просунулись две цветные макушки , послышался громкий и выразительный, прямо-таки отборный, мат , а следом тихий шёпот "докатились". К треснувшей лакированной дверце шкафа, прибитая за запястья осколками стекла и тремя тонкими ножиками, висела бледная Хроме, с искажённым от боли и страха лицом. Её рот был исполосован в мясо, представляя собой сплошную рваную рану, в которой будто даже поковырялись. Вся имитация распятия была залита водой и кровью, а из вывороченных наружу кишков и прочих неприятностей торчали те же розы, что и лежали на кроватях. Из груди девушки торчал целый букет из восьми бордовый цветов, слегка завявших и ободранных. -Мне ... да. Пипецки прям,–заплетающимся языком пробормотала М.М., бессильно сползая по стенке на пол. Её кожа приобретала зеленушно-синий оттенок, а дыхание становилось прерывистым, будто её вот-вот вырвет, но взгляд девушки был словно приклеен к этой чернушной пародии на распятие. У Франа пропал дар речи. Он почувствовал, как у него дёргается веко, а голова кружится : в висках стучала кровь, отдаваясь каким-то белым шумом в мозгу. Перед глазами всё поплыло, постепенно размываясь в неясные пятна, вспыхивающие с разной периодичностью. Где-то фоном послышались крики и вопли. Кажется, что-то спрашивали...кто-то куда-то шёл и тащил его...

***

–Ну ты даёшь, Лягушка,—хмыкнуло что-то ехидное над ухом Франа, кладя тёплую ладошку ему на лоб,—Без сознания-то чего хлопнулся?.. Фран с трудом собрал мозг, будто бы сбегающий из всех щелей, в кучу и разлепил веки, всё ещё чувствуя лёгкую тошноту и слабость. В глаза ударял яркий белый свет , заставляя щуриться и жмуриться, поэтому не сразу стало понятно, кому принадлежит этот насмешливый голос. Но потом Фран узнал светлую копну волос и широченную улыбку, из-за которой иногда очень хотелось ударить её обладателя. Иногда — это, например, сейчас. Уж больно он не вовремя. –В обморок?–потёр виски Фран, понимая, что он в больнице. –Ну... вроде того. Сосуды, нервы, МРТ и так далее. Второй труп за час это было бы чересчур. –Захлопни свой рот,–встрял с порога вошедший Маммон, подходя к кровати друга и всячески глазами намекая Бельфегору, чтоб он уходил.–Сейчас не время для твоего придурошного юмора. Бельфегор встал и ,манерно откланявшись, вышел. Маммон тут же сел на его место, затравленно озираясь по сторонам. Затем встал, подбежал к окну и зашторил его. Потом выглянул в коридор, осмотрелся там и прикрыл дверь. –Бел тут все четыре часа просидел. Ты даже один раз в себя пришёл и что-то ему сказал, если этому придурку верить,–Маммон не выглядел довольным. Но в сравнении с Франом и М.М. держался весьма и весьма достойно. Интересно, кстати, как там М.М.? Она не очень хорошо выглядела...