Трудные подростки

Целое общежитие погрузилось в могильную тишину. Можно было услышать только громкий звук котящегося чемодана на колесиках и злое бормотание: «Я тебе сейчас устрою», которое прерывало эту божественную идиллию. Открывши дверь с такой силой, что та отлетела к стене, парень вошел в комнату, кидаясь искрами из глаз на другого парня, который от страха поджал кулачки к груди и смотрел невинными глазами, будто теленок. Он молча прошел к своей новой кровати и продолжал злостно смотреть. — И как ты все это объяснишь? — Что объяснишь? — Догадайся с трех раз, Дазай! — Чуя уже не мог сдерживаться, у него было чувство, будто все воспринимают его за идиота. — Ааа, я понял тебя. Ты говоришь о моих плакатах, висящих на стене? Так я могу их снять, нет проблем. Накахара чувствовал, как дым идет с его ушей и мозг просто плавиться. — Ты что издеваешься надо мной?! — Да, спасибо, что заметил. Дазай наслаждался этим моментом. В своей голове он представлял такое же лицо Чуи, которое видит сейчас: красный как помидор от злости и глаза смотрящие с ненавистью и капелькой непонимания. — Господи, как ты меня раздражаешь, – Чуя только вздохнул, – я хочу понять какого хрена я должен жить с тобой? — Потому что наши друзья связали себя узами любви и хотят жить вместе, — чересчур хитрая улыбка появилась на его лице, — а мы как хорошие приятели должны поддержать их, не так ли? — Я тебе не верю. Ацуши бы так со мной не поступил. — Так иди сам проверь, для чего мне тебе врать? Чуя подорвался с места и поспешил в комнату Ацуши с Акутагавой. Открывши, он увидел лежащих на одной кровати парней, которые мило обнимались и смотрели фильм. Он вылупился на них, не веря своим глазам, но быстро опомнившись, тихо закрыл дверь и хвалил небеса, что они его не увидели. Потому что прокомментировать что-то он сейчас не был в состоянии. Он был рад за Ацуши, но… — Теперь веришь мне? — Дазай выбил его из раздумий, продолжая хитро на него смотреть. — Тебе — нет, своим глазам — да. Чуя молча начал разбирать чемодан с минимальной тоской на душе. Но веселый голос опять прервал его мысли: — Что-то ты сегодня не так откровенно одет, я даже не знал, что в твоих шмотках найдется гольф. Чуя не хотел сегодня обсуждать то, что произошло в баре. У него и так было много чего на голове в последнее время, но Дазай сам напрашивался на этот разговор. — Найдется. И не придуривайся, что не знаешь почему. — О боже, Чуя с кем-то провёл горячую ночь?! — Дазай приложил ладонь к губам и удивленными глазами смотрел на Чую. — Да, идиот, с тобой! Чуя остановился с раскладкой своих вещей и повернулся к Дазаю. Нервная система уже не выдерживала, даже голова не произвольно начала дергаться. — Ну-ну, Чуечка, я не гей. Но мне льстит, что ты представляешь меня, когда целуешься с кем-то другим. Это был финал, красный свет, конец света для Накахары и его выдержке. Но на последних силах он выдавил из себя ухмылку и ядовитый голос: — А целуешься как гей. И после этих слов ушел, оставив Дазая смотреть в одну точку без каких-либо эмоций.

***

Сегодня на улице было немного прохладно. Уже чувствовалось, что понемногу приходила осень. Чуя стоял возле кофейни и курил сигарету. Он не часто этим баловался, только когда очень нервничал. Многое свалилось на его плечи. Ещё и работу надо было бы найти, но он не имел представления до чего бы годился. Не поймите неправильно, он всегда работал. Ведь у него не было родителей и никто, кроме него самого его не обеспечивал. Но никогда не мог найти то, что любит и приносит достойную прибыль. Он до безумия любил петь. И даже выступал несколько раз с Ацуши дуэтом под его аккомпанирование в каком-нибудь пабе. Но денег от этих выступлений было мало. А так, если пойти на покупки и все. — Накахара? Чуя? Это ты? Сегодня у Чуи просто сюрприз за сюрпризом, ему надо бы этот день переждать в катакомбе, но уже поздно. Чуя повернулся к парню, который его звал и не понял кто это. — Чуя, это же я — Тачихара. — Парень открыл руки для своих объятий и тепло смотрел на Накахару. — Тачи! Господи, я тебе и не узнал, ты так изменился! Чуя радостно побежал к нему, прыгая к нему в объятия. Это было как воссоединение старой дружбы. — Но, как ты тут оказался? Я думал ты всю жизнь будешь жить в Токио, ты же так любил этот город. — Да… долгая история, да и в Йокогаме дешевле жить, поэтому я с Ацуши переехали сюда. — Ещё и Ацуши здесь?! — Парень был просто в восторге от услышанного. — Да, мы вместе переехали, — как-то грустно сказал Чуя, потирая сзади свои волосы. — Эй, давай звони к нему. Будем восстанавливать нашу группу. — Он наверное… — Никаких «наверное», звони ему, пусть берет гитару и дует со всей силы в мой гараж, я адрес ему вышлю. Тачихара был просто не в себе от радости, осведомляя, что его друзья переехали в его город. Сколько времени он их не видел, казалось будто целую вечность! Он очень скучал за ними, когда его забрали из детдома и отвезли в Йокогаму. Но после стольких лет в другом городе ещё и найти Чую по середине улицы. Невероятное везение! — Воу, Ацуши так кричал в трубку от счастья, что я думал, что он вылетит из неё сразу же сюда. — Ну это же наш Ацуши — он как всегда. Ребята начали громко смеяться, и на душе у Чуи стало так хорошо. Ему нужен был такой человек как Тачихара — веселый, безбашенный и умеющий поднять настроение. А то с этими аристократами уже был ком в горле. — Ну че застыл, идем, рыжик. Чуя от всей души улыбнулся и пошел за ним, забыв все свои дурные мысли.

***

Тичихара очень изменился и возмужал. Это уже не был 14-летний мальчик, а симпатичный парень с множественными татуировками и пирсингом. Когда-то у него были чёрные волосы, но сейчас он их покрасил в красный. Наверное, поэтому Накахара его и не узнал. Они пришли в большой гараж, который весь был исписан в граффити и когда Тачихара открыл дверь, Чуя стоял с открытым ртом от восторга. Здесь было все, что нужно: барабаны, стойка с микрофоном, колонки, хорошая шумоизоляция – просто рай для музыканта. Чуя подошел к барабану и одним пальцем поглаживая его, вспоминал, что у них в детстве тоже был свой гараж, конечно не такой крутой как этот, но они в нем днями и ночами непрерывно играли, пели и мечтали о великом будущем. — Ну что, нравится? – Тачихара прервал восторг Чуи, возвращая его в реальный мир. — Да ахуеть как нравиться! Здесь есть все, что нужно для репетиций! — Да, рыжунь, так и есть. — Тачихара опустил взгляд и с грустью продолжил. — Знаешь, у меня была группа, но мы все переругались, и она распалась, поэтому ты мне как ангел, упавший с небес, подарил новую надежду, что я снова смогу выступать на сцене. — А как группа называлась? — «Ящерицы». Услышав это, Чуя был в немом шоке. Он слышал о ней и не раз, но никогда не смотрел информацию об участниках группы. — Да не гони, Тачи. — Да я тебе правду говорю! Могу тебе и записи с концерта показать. — Да я тебе верю, просто ты меня все больше удивляешь. Их разговор прервал счастливый крик Ацуши и через секунду Тачихара уже в объятиях лежал с ним на земле и раскачивался, громко смеясь, а над ними с высоты смеялся Чуя, глядя на все это безобразие. — Ну что, воссоединение семьи, ребят? — Да! — весело закричали два парня, вставая уже на ровные ноги.

***

Тем временем Дазай лежал и тупо залипал в потолок. Он хорошо помнит эту ночь. Она до сих пор перед глазами. Он соврал Чуе, потому что боится своих мыслей, он боится быть неправильным. Но после слов, которые сказал Накахара: "А целуешься как гей" – он просто выпал из жизни. Он всегда знал, что он стопроцентный гетеро, даже в мыслях не было, что он другой ориентации. Но сейчас он сомневается в этом. И такого страстного Чую и все те поцелуи, которые им были отданы и приняты, трудно забыть. Это был новый опыт для него, он ведь никогда не целовался с парнем. И ему понравилось. Ему даже больше понравилось, чем с девочками. С ним можешь обращаться как хочешь, не бояться сделать ему больно и эта сила в руках так заводит. Когда Рю признался ему о своей ориентации, они держали это в большом секрете, чтобы никто из их родителей даже не догадался об этом. И он никогда не осуждал его, он уважает выбор своего друга. Его отец всегда твердил, что каждый выход из рамок — зло. И люди, которые не соблюдают этому правилу, должны исчезнуть. За это он его ненавидел. Он ненавидел, что не может быть свободным человеком. Но что с Чуей? Он же подкатывал к его бывшей и вроде бы, ему не было противно целоваться с ним. Значит он бисексуал или это тоже для него в новинку? Дазай сильно потянул себя за волосы, прищуривая глаза от боли. — Как же, блять, сложно…