Параноидальная шизофрения

13.12. 22:56 Твик не помнит ничего, что произошло до того момента, как он уже находится в скорой. То, как с ним обращались врачи, было подобно, словно он находится в автозаке, нежели в машине, что везёт его в больницу. Его накачали кучей различных лекарств, что отдавали странные побочки, вроде головокружения, должно быть, пониженого давления, тошноты и потемнения в глазах. Рвота грозилась появится от каждого покачивания автомобиля, он облокотился на стену, закрывая глаза и стараясь представить что-то хорошее и приятное, как учил его клинический психолог с целью расслабить, он вспоминает технику дыхания, стараясь повторить и погрузится в спокойствее хотя бы на ёбанные пять минут, чтобы окунуться в ложь, что все будет хорошо, и его не везут в психиатрическую больницу, заколов конскую дозу антипсихотиков. И кажется, его мольбы были услышаны, он теряет сознание, падая в неизвестном направлении и заставляя врачей ругнуться. Первый день он помнит смутно, он постоянно лежал на кровати, после падения его решили временно не трогать, да и он только зачислился, не трогать его - вполне возможно. Второй день более ясный, мысли постепенно переходили из «что происходит?» в «кажется, что-то происходит», мед сестра гоняла его сдавать различные анализы, а под конец дня он встретился с клиническим психологом. Он не помнит точно, что он там произнёс, но точно наговорил под таблетками себе на ещё недельку проведения в больнице. И почему они не понимают, что ему сейчас не до этих разговоров? На третий день он замечает, что в палате не один. Парень с соседней койки, заметив, что Твик более менее готов к разговору, приближается, начиная его. Блондин все ещё не помнит, что он там рассказывал, но Крейг, как тот представился, смеялся и улыбался ему. Сегодняшний день закончился лишь на вечернем разговоре с психологом, тогда Твик поделился, что очень плохо чувствует себя под таблетками и совсем не понимает, что говорит, пока пьёт их. Довольный и увереный в том, что лишился ещё одной недели здесь он выходит из кабинета, где рядом поджидает его мед сестра, та что-то спрашивает, но у невротика звенит в ушах, он понимает, что все это время его жутко тошнило, и прямо сейчас, присев на колени он произносит что-то в духе «всё, пиздец» и его рвёт под ругательства персонала. Четвёртый день он не помнит. Но Крейг позже делится с ним о том, что блондин все время лежал на кровати и что-то бормотал, а позже его осмотрело несколько врачей, что, кажется, были из обычной больницы, не психиатрической. Те что-то вкололи ему в вену, и Твик перестал разговаривать. На пятый день было уже легче. Все самые худшие побочки прошли, его мозг все ещё был затуманен, но он, по крайней мере добился того, что «я знаю что происходит». Он заинтересовано разговоривал с соседом по палате, и даже помнит некоторые детали этого разговора. Такер любит звезды. И Твик полюбил в этот день, он не знает почему, но когда Крейг рассказывал о том, какие они чудесные, блондину тоже понравилось. Как оказалось, клиническим психологом была стервозная тётька, что ловила Твика на каждой ошибке и с злорадостью тыкала его носом. Она пыталась задавить невротика морально, но то знал, что в любой момент его может вырвать ей под дверь, поэтому что? Он лучше её, какой-то женщины с рвотой под дверью. Так он и сделал, теперь персонал лишь закатывал глаза. Зато Крейг оценил историю, и сказал, что туда её и надо. Брюнет, пока что, тут единственный положительный герой. День шестой. Крейг умеет рисовать. Он показал Твику несколько своих рисуноков, большая часть которых была зациклена на космосе. Пораздумав, блондин попросил Такера нарисовать кофейную кружку с звёздами, Крейг взглянул на него, как на идиота, но заказ был одобрен. Жаль, что брюнет не кинулся рисовать прямо в этот момент. Твик смог вернуть умение делить врачей на хороших и плохих, если ранее весь персонал был для мутного пятном, то сейчас он видел тех, кто добавлялся в тот же список, где Крейг, и тех, где клинический психолог. Та девушка, что спопровждала его, когда ему нужно было покинуть палату на анализы или сходить в какой-то кабинет, нежели посетить туалет, была очень милой и доброй, до тех пор, пока Твика не рвёт. Сегодня он говорил с психиатром, его не сильно интересовал вопрос, когда же он отсюда выбереться, но тот сам сказал, что Твику осталось сидеть тут ещё неделю, если он будет вести себя как паинька. А невротик что, не паинька? Он сообщил об этом Такеру, что тоже сегодня виделся с психиатром, тот поделился, что Крейгу тут тоже осталось лежать неделю, а после они вместе обсуждали то, как им не нравятся эти чудокаватые психиатры. День седьмой. Крейг стал более тихим и спокойным, должно быть, ему тоже нашли препараты, безжалостно вкалывая не совместимые с нормой дозы. Твика уже почти не мучали побочки, его разум практически полностью прояснился, при этом факте, он стал заботится о дезориентированном Крейге. Даже ходил с ним, и его мед сестрой до кабинета психолога, а когда тот выходил, выкрикивал что-то в духе того, что брюнет вообще-то под таблетками и если он сказал какой-то бред, то это вина его психиатра, нежели причина запереть того здесь на более долгий срок. Твик уже известен на всю больницу. Он очень ждёт, когда Такеру станет получше, чтобы рассказать о том, как смешно тот себя вёл под таблетками. Должно быть, Крейг не особо оценит, и весело будет больше Твику, а не ему. Пока что Такер похож на зомби, много спит и разговаривает словно во сне. С наступлением ночи, невротика посетила идея о том, чтобы узнать свой диагноз самостоятельно. Врачи вокруг лишь хмурятся или смеются над ним, когда тот задаёт вопрос про то, какой у него диагноз. Крейг говорил что он здесь не впервые, поэтому диагноз ему известен, правда, Твик уже не помнит, как и Такер под таблетками. Выйти из палаты можно в любой момент, это за теми, кто суицидники, ведётся контроль. А здесь спокойно можно гулять по всему этажу в любое время суток. Провал, на этом этаже нет кабинета психиатра с его карточкой.