Сакура
26 сентября 2025 г., 19:30
Зима… Глядя в небо, трудно разглядеть звёзды: густые облака заслонили его так плотно, что через них не пробивался свет, а лишь царил мрак. Только серая луна освещала утреннюю тьму, создавая на земле жуткие тени от деревьев. На землю медленно осыпался снег, кружа в своём замудрённом танце.
По покрытой снегом дороге медленно шел подросток. Каждый его шаг сопровождался скрипом снега. Саске нравилось в нём что-то особенное, в нём было некое умиротворение.
Возле дома где он жил стоял парк, будто был там всегда… У кого не спроси, все, даже самые старые говорят, что он построен до их рождения. Весной распускается сакура, деревья большие — поднимешь голову и лишь мельком увидишь голубое небо. А зимой листьев уже нет и голые ветки «наряжаются» в белые шубы. Железный забор покрывается инеем, трава увядает… Иногда, раз в неделю, приходит дворник и чистит эти заснеженные тропинки.
Сквозь тишину, раздался резкий, женский голос, за несколько лет дружбы он уже стал таким родным:
— Эй, Саске, подожди меня!
Повернув голову, Учиха увидел привычную картину: короткие, нежно-розовые волосы; белая шапка, под ней наверняка прячется красная лента; яркие, зелёные глаза и черный пуховик.
Подойдя, Сакура, улыбнулась ему в знак приветствия. Они продолжили идти вдвоём, о чем-то тихо разговаривая. Через несколько минут, казалось, нескончаемая дорога обрамленная темными деревьями, наконец-то пришла к концу и они вышли на остановку, где, как обычно, их ждал школьный автобус.
забрать разгадать... Хотя, пусть другие студенты, которые были влюблены в него, всегда так и думали, до этого дня Сакура смотрела на него, как на обычного парня. Сев за парту у окна и также облокотившись на руку, она посмотрела на улицу. Неужели она… В груди, что-то больно кольнуло. Нет, не может быть!
Проведя рукой по волосам, будто снимая паутину она посмотрела на часы. Скоро время подойдёт к пяти и можно будет расходиться по домам. За окном всё так же шёл снег, небо окрасилось в розовый закат. Солнце медленно скрывалось за горизонтом, будто умирало и дарило свои последние лучи…
***
Приглушенный шепот, свет от экранов телефонов, редкое постукивание длинных ногтей, скрип снега, легкая прохлада. Отвернувшись к окну и подперев рукой голову, Саске смотрел на быстро сменяющие друг-друга пейзажи города. Вот, остановившись на светофоре, перед автобусом перешла на другую сторону выгуливая собаку бабушка. За ней смотря, что-то в телефоне прошел подросток. — Саске, — тихо позвала его Сакура. Откинув голову, парень посмотрел на нее, ожидая продолжения, — ты…не хочешь вступить в какой-нибудь клуб? Саске вздернул брови вверх, удивляясь такому вопросу. Немного подумав, он так же тихо ответил: — Нет, не думаю… — отведя взгляд и прищурившись, брюнет добавил — …потом подумаю… — Я слышала «Музыкальный клуб» ищет участников. Сакура не предлагала, просто информировала, не ожидая услышать ответа, которого и не последовало.***
Напряжённую тишину в классе прервал режущий слух звонок. Закинув вещи в портфель и достав из него бенто, Саске, как и другие ученики вышел из класса. Пройдя коридор и зайдя в противоположное крыло он сел на своё обычное место. Совсем скоро подошла и его подруга. Легко махнув волосами и подправив ярко-красную ленту на макушке она подсела к Учихе. Тот уже ел свою порцию, мягко подхватывая кусочки еды и отправляя в рот. Сакура начала было открывать застёжки на своем ланч-боксе, но неожиданно, кое-что вспомнила. — Слушай, — немного нервно начала Харуно, — тут такое дело, к нам на уроке заходила девушка из Студенческого Совета и сказала, что те, кто не участвует в каком-либо клубе получать в два раза больше нагрузок и я вписала наши имена в графу участников «Музыкального клуба»… Саске медленно отнял голову от еды и повернулся к Сакуре. Его обычно непроницательное лицо обрело смутный вид. Сакура, заметив его реакцию, затараторила быстрее: — Я знаю, знаю, ты, наверное, не в восторге, но подумай! Это лучше, чем двойная нагрузка! И потом, может, это будет даже весело? Мы же сможем проводить больше времени вместе! На её лице тут же отразилась непринуждённая улыбка. Убрав выпавшую прядь за ухо она открыла своё бенто и схватившись за палочки принялась за завтрак. Саске уже второй раз за день задумался об одном и том же. Всё же, он любит читать и слушать музыку, может, ему понравится? Саске закрыл глаза, обдумывая новую информацию. Приоткрыв глаза, так, что с них спадала серая тень, Учиха тихо отозвался: — Посмотрим, что из этого выйдет…Некоторое время спустя.
Оставшись в классе наедине с собой, Саске слегка вздохнул, ему надоела эта суета, и он решил немного передохнуть. Но… неожиданно в класс залетела Сакура, так, что он чуть не упал со стула. Посмотрев на неё, Учиху озарило такое странное чувство, будто подобное уже случалось. — … И поэтому идём быстрее! — прослушав большую часть речи, он недоумённо взглянул на девушку. — Саске! Опять всё прослушал! Идём давай, нет времени уже. — Она подошла, схватила его за руку, и потащила из класса.Дежавю.
***
Вьюга била за окном, завывая свою песню. Поздний вечер, Саске сидел за столом, поглощённый учебниками. Тяжёлую тишину прерывало только трение или стук ручки о бумагу. Он писал, но мысли как назло путались, слова не складывались в нужную форму. В голове витала лишь одна мысль: что ему написать для клуба? Завтра все должны будут поделиться стихотворениями. Скорее всего, все уже подготовились, и только Саске оставался с пустым листом. Вдохновение никак не приходило. Он всё смотрел на бумагу, будто хотел прожечь в ней дыру. Но вместо стихов, в голове всплывали образы. Сакура… Карин… каждый из них оставил свой след… Они чем-то похожи… Саске задумался, что связывает их? Может, он должен выразить свои чувства? Вытянув руку, он написал первое слово: Тень.(影.) Это слово ассоциировалось с Сакурой, она всегда пытается быть веселой, но что-то необычное скрывается за ней. Тень — что постоянно преследует ее, не дает ей чувство покоя. Он продолжил: Печаль.(悲しみ.) Слово мягко легло на бумагу. Печаль, которая не уходит, не исчезает, несмотря на внешнюю видимость. Что-то, что может принадлежать каждому из нас. Следующие слова пришли быстро: Одиночество.(孤独.) Он остановился, подумав, что это слово хорошо ложится в его стихотворение. Ведь он всегда был один, даже в окружении других людей. Сакура всегда пыталась быть рядом, но он держал дистанцию, строил стены, словно боялся. И последнее слово, которое он написал, было коротким, но оно отражало всё, что он чувствовал в этом мире. Забвение.(忘却.) Саске отложил ручку и взглянул на строки. Слова словно складывались в песню. Он положил руки на стол и замер, глядя на них: Тень.(影.) Печаль.(悲しみ.) Одиночество.(孤独.) Забвение.(忘却.)В тени лишь раз был свет внутри,
И в сердце моем зажигались огни.
Кап-кап,
Это печаль — как дождь, что смывает грусть.
И я стою, и пусть неясность уйдёт.
Одиночество — мой друг и враг,
Одиночество — мой тяжёлый флаг.
Забвение зовёт меня в свой мир,
Забвение зовёт меня на пир.
Но зачем?
Если маска сияет — ярко и красиво.
***
Открыв дверь клуба, Сакура вбежала в класс. Красная лента завязанная в бантик на голове игриво колыхнулась, оглянувшись и взглядом найдя президента, девушка подошла к ней, о чем-то спрашивая. Следом не торопясь зашёл Саске и закрыл дверь. Подойдя к серой, изношенной годами парте, он кинул свою сумку на стул рядом, а сам сел за противоположный. Достав телефон из задних карманов брюк, ожидая начала спроса стихотворений, он начал листать ленту. Множество новостных статей сменялись друг другом, яркие названия мелькали, а потом заменялись другими. Через пару минут Карин встала у доски и попросила взять стихи, и подойти к ней. — Итак. — Она посмотрела на парня — Саске, начнём с тебя. — Обменявшись работами с Карин, Саске быстро прочитал её стихотворение:Электрический импульс из дальнего уголка моего мозга. Соединяет нервы, окончания, химические процессы в единую сеть, недоступную никому. Химия заставляет мою грудь трепетать, а сердце биться. Нервы заставляют руку двигаться, пятная мертвую древесину темной жидкостью.
Чернила оставляют отблески в твоих глазах. Когда ты берешь этот лист, считай, ты держишь мою руку, которая исписала его целиком. Пусть смешаются наши чувства, чтобы сердца забились в гармонии. Соединившись. Я наэлектризована.
(Особое стихотворение Моники.)
— А, в тебе, что-то есть… — прочитав стихотворение Саске, задумчиво сказала Карин. Обменявшись впечатлениями и дав друг-другу несколько советов, Учиха повернулся к Сакуре. Она стояла сложив руки под грудью и наблюдала за ними. — Ах, да, — стушевалась розоволосая, заметив на себе пристальный взгляд чёрных как ночное небо глаз.Я назвала свою ручку «Экспресс экспрессии» Чувства идут на посадку Билет до станции ты Никаких заиканий Никакой лжи Никаких остановок Никаких компромиссов Станции с визгом пролетают мимо Проводники говорят здрасьте Один билет к тебе Пожалуйста и спасибо Надень наушники И спи Никакой тряски на рельсах Только сердце стучит И буквы плывут Облака в небе И сны в твоих глазах Эй, просыпайся Поезд прибыл «Экспресс экспрессии», станция назначения — ты Чух-чух
(Особое стихотворение Нацуки)
В груди приятно вспыхнуло и теплом протекло по телу. Стиль Сакуры хоть и был простым, но всё равно цеплял. Чёрные иероглифы закруглялись, каждая черта была выведена с точностью и изяществом. Пальцы чуть сжали лист. — Тебе понравилось? — Вновь спросила она. Учиха наконец-то оторвал взгляд от листа. — Неплохо. — А что насчет твоего? Покажи свой! Услышав это Саске не охотливо отдал ей листок, который за время нахождения в портфеле чуть помялся. Приоткрыв свои нежно-розовые губы, её восхищенный взгляд раз за разом проходился по строчкам текста. — Это… очень необычное и красивое стихотворение! — Сжав в руках лист, Сакура с улыбкой посмотрела в глаза Саске. Тот неопределённо хмыкнул и забрав свою работу, ушёл обратно к парте, где оставил сумку. Скомкав стихотворение, он кинул его назад, откуда взял и сев за парту, достал телефон.Сакура
Зимой вечереет раньше и поэтому, холодные блики наступающего заката окатили, такой же холодный образ Учихи. Окно было чуть приоткрыто и от этого его чёрные, как смоль волосы слегка колыхались. Облокотившись на руку он со скучающим видом смотрел в экран телефона. Серебряная, задняя панель телефона плавно переливалась, на прозрачном чехле висела подвеска в виде герба клана Учих. Сакура встрепенулась, будто её холодной водой окатили, поняв, что слишком долго смотрит на своего друга. Он неожиданно показался ей не закрытым, горделивым парнем, а загадочным. Будто, он держал в себе нечто, что хотелось узнать,Саске
Аккуратные, длинные пальцы с маникюром медленно листали электронную книгу. Напротив кто-то подсел. Учиха не обращал на это никакого внимания, пока его тихо не позвали: — Что делаешь? Подняв голову он увидел Карин. Она упёрлась грудью о спинку стула, а руки скрестила на ней. Девушка чуть наклонила голову в бок. — Читаю. — О чём? — не успокаивалась она. Тяжело выдохнув Учиха ответил: — В самом начале истории, говорится, что главный герой — Шелдон Гудтер, был сиротой с самого раннего детства. Его родители погибли при взрыве. Мальчик жил в детдоме и над ним многие издевались. После своего совершеннолетия, он уехал в столицу учится и жить. Но когда ему исполнилось двадцать два года, он понял, что не может жить в мире где до сих пор есть буллинг, измены и предательства, поэтому начиная со своих детских обидчиков он потихоньку устранял каждого. Карин резко выпрямилась и широко открыв глаза, уставилась на него. «Ого», выдохнула она. — Полагаю, интересно? — Почесав голову, вновь спросила Карин. Закатив глаза, Учиха, что-то промычал и попытался вновь сконцентрировать всё своё внимание на книге. — Можешь дать мне свой и Сакуры номер? Саске напряжённо сжал губы, его глаза феникса недовольно устремились на девушку. Глубоко выдохнув он всё же ответил: — +81 **********, +81 **********.***
День сменялся ночью, ночь днём и таким темпом прошла неделя. Брюнет всё также активно посещал занятия в музыкальном клубе. Писал стихотворения, обменивался ими с другими. На третий день в клубе Карин принесла две колонки и они поставили их в конце и в начале класса, чтобы «Музыкальный клуб» начинал хотя бы чуть-чуть соответствовать своему названию. Постепенно Сакура тайком вынося из дома мангу, перетаскивала её в кладовку клуба и сидя на подоконнике или под ним сзади всех, постелив кофту под собой читала её. А перед выходными, они, взяв разноцветные мелки разрисовали доску, добавив атмосферы клубу.***
Зима, Учиха, как всегда, шёл в школу по заснеженной тропинке. Каждый его шаг оставлял след и тихий, приятный хруст на заснеженной земле. По ветру струились маленькие снежинки, прилипая к лицу и там же растворяясь… Юноша не обращал на них внимание, его волновал только холод пробирающий кости. В этот день был сильный мороз, что, всё же, стоило надеть шарф. Но это утро отличалось ещё и одиночеством. Сакура проспала и упустив автобус, но так и не дождавшись её, Саске один пошёл в школу. Мимо проезжали машины, неоновые фонари ещё просыпающегося города уже начинали гаснуть, в уши бил сильный ветер. Невзначай обернувшись Саске заметил знакомые рыжие локоны. Это была Карин. Её блестящие красные волосы были покрыты маленькими снежинками, нос почти не отличался от них. А очки из-за резкой смены температуры с разных сторон запотели, и она всё время недовольно протирала их. Они встретились взглядами. Чёрные, напоминающие угли, глаза феникса смотрели в красные, словно огонь. — Саске! Радостно позвала она и подбежав, встала рядом: — Привет. Поприветствовав друг-друга, дальше ни произнеся ни слова, они молча продолжили вместе направляться к школе. Тихо, ничего не тревожило и только звуки проезжающих мимо машин, да хруст снега прививали это спокойное время. Но так думал только Саске, Карин же было неловко, в тёплых карманах куртки она теребила пальцы и старалась не смотреть на Учиху. — А ты написал стихотворение для клуба на сегодня? Точно! Стих… Саске вспомнил, что у него были какие-то наброски стихотворения, но вечером, он был настолько уставшим, что уснул прямо за столом, не дописав. Стало очень неудобно и поёрзав Учиха сказал в горло куртки: — Ну… да. Идя всё дальше и дальше снега становилось только больше, и им приходилось высоко поднимая ноги перешагивать. — Замечательно! А давай ты первым со мной обменяешься стихами? Саске не понял, почему это так для нее важно, чтобы первыми обменяться, но в любом случае, ему было несложно. — Эм, конечно, — Парень стал волноваться. И что делать? Он не написал стих. Придется во время урока заниматься совсем не уроком… Наконец, они дошли до школьных ворот. На этом их пути разошлись, Учиху снова окружила толпа девушек. Назойливые, слишком фальшивые и громкие… Прорваться и уйти — единственная цель на данный момент. Каждый день, как один. Закатив глаза и цокнув, Саске надменно протиснулся сквозь толпу. Все девушки и… парень?! Ну, ладно... От всех них несло самыми разными ароматами духов, они все смешивались в воздухе, от чего мир перед Саске начал кружиться.Урок
Саске сидел у окна, подперев подбородок рукой. На улице моросил снег, что хоть как-то поднимало настроение в будние дни. Незаметно вытащив из сумки черновик со стихотворением Саске перелистнул на страницу где мелким подчерком, на бумаге были наброски его работы. Первая часть текста бросилась ему в глаза. «Порой, даже ничего не зная, хочется знать — почему это происходит.» Парень перечитал написанное, и недовольно стёр строчку. Похоже, тот был настолько уставшим, что эту часть он писал в сонном состоянии не размышляя. Юноша взял ручку, и черкнул на листе первое слово: «Молчание» (沈黙) → (Саске) — Учиха не умел поддержать разговор, он всегда внимательно слушает. А когда у собеседника исчерпываются слова настает пауза. Он задумался. Затем аккуратно ниже приписал: «Забота» (ケア) → (Сакура) — она первым делом спросит, как ты. Девушка всегда рядом и поможет. Чуть подумав, ему в голову пришло еще одно слово: «Ответственность» (責任) → (Карин) — Рыжеволосая всегда все держит под контролем. И ответственно управляет своим клубом. Учиха посмотрел на весь написанный текст:«Они говорят, что слова лечат —
А мне ближе молчание.
В нём нет лишнего,
Нет обещаний,
И ты остаёшься собой.
Ты подошла, не задав ни вопроса —
Просто села рядом.
Без причин, без повода.
Я сначала не понял,
А потом — слишком ясно.
Это была забота,
Такая, что не требует благодарности.
Я часто не отвечаю.
Не потому что гордый —
Просто не привык,
Что кто-то рядом остаётся.
А ты — осталась.
И вдруг тишина стала мягкой.
Наверное, это и есть ответственность —
Не уйти, даже когда никто не просит остаться.»
Брюнет даже не заметил, как прошел урок. Он сложил все тетрадки и стихотворение в рюкзак и вышел из класса.После уроков
Саске медленно шёл по коридору, его серая сумка чуть покачивалась от движений. На чёрных волосах играли блики от света, пряди плавно покачивались. Свет на мгновение замигал, в тёмном углу, кто-то зашуршал, по стене пробежала тень. Взгляд Саске был рассеянным, он ни на что не обращал внимания. Дойдя до поворота и зайдя за него он дошёл до класса. Рядом висела табличка. Оттолкнув дверь юноша зашёл в кабинет. Его взгляд тут же прояснился. Первым делом он нашёл Сакуру, та сидела на парте в конце класса, в руках была книга. Уже ближе, рядом со стеной, стояли Карин и какая-то девушка. По всей видимости новенькая. Узумаки заметила его и поспешила поприветствовать: — Привет, еще раз! — Брюнет посмотрел на рыжеволосую, а затем вопросительно взглянул на незнакомую ему девушку. — Ах, да! Саске, это — Яманако Ино, Ино, это — Учиха Саске. — Всё это время она активно жестикулировала и повернувшись к Саске обратилась к нему. — Она у нас все это время болела, но теперь выздоровела. И теперь может нас посещать! Подойдя к парню ближе Ино протянула ему руку, в знак знакомства. У девушки были длинные светлые волосы убранные в высокий хвост, яркие как дневное небо глаза и нежно-розовые губы. Её большую грудь скрывала белая рубашка, а на ней черный галстук до живота. Короткая юбка оголяла стройные ноги. Они пожали друг другу руки. Познакомившись, Саске хотел пойти к подруге, что сидела в полном одиночестве, в самом конце, но не успел он и шагу сделать как Карин снова заговорила: — Я уверена, ты с Ино быстро подружишься! И кстати, обменяемся стихотворениями? Порывшись в сумке он протянул ей написанное. Взяв листок, она детально начала изучать содержимое взглядом, время от времени поглядывая на Саске. Взгляд скользил по листу, её брови с каждой секундой взметались всё выше. В глазах отражалось впечатление. Когда она, окончив, читать посмотрела на Учиху, на её лице отразилась улыбка, девушка обратно отдала лист бумаги. — Вау! Получилось необычно и… восхитительно! Даже лучше, чем в прошлый раз! — Девушка похлопала брюнета по плечу. — Спасибо. Карин протянула свое стихотворение:Сохрани меня
Цвета, они не Яркие, пре ра ные цв т М рцают, вз ыва тся, пр нз ют Красный, зеленый, синий Бес онечная КАКОФОНИЯ Бессмысленного шума Шум, он не ПРЕКРАЩАЕТСЯ. Безу ные, грох чу ие во ны Пи ат, в зжат, пр нза ют СИНУС, КОСИНУС, ТАНГЕНС Как игр ть с пл сти кой на д дже ве туш е. Как играть с НОЖОМ на ДЫШАЩЕЙ ГРУДИ. ес он чн й с и Б с мы ли ы Удали её
(стихотворение Моники на третий день)
Медленно переведя взгляд с листка на девушку, Саске в непонимание посмотрел на неё. Его губы поджались, а пальцы сильнее сжали листок. Но Карин как не в чём не бывало улыбалась и ясно смотрела на него. — Что-то не так? — Ммм, а что с ним? — Осторожно спросил Учиха. — А что с ним? Между бровей Карин пролегла складка, она поправила очки и заглянула в лист. Прочитав стихотворение, она с недоумением посмотрела на Саске.Сохрани меня
Цвета, они не останавливаются. Яркие, прекрасные цвета Мерцают, взрываются, пронзают Красный, зеленый, синий Бесконечная какофония Бессмысленного шума Шум, он не прекращается. Безумные, грохочущие волны Пищат, визжат, пронзают Синус, косинус, тангенс Как играть с пластинкой на диджей-вертушке. Как проигрывать винил на холодной пицце. Бесконечный стих Бессмыслицы Загрузи меня
Стихотворение стало обычным. Может, Саске просто показалось? Но, он же перечитал его несколько раз, так каким образом? Губы юноши сжались в тонкую полосу, глаза в лихорадке раз за разом пробегали по строчкам, пальцы сильнее сжали серый лист. В ушах зашумело. Белый шум становился только громче. Быстро вскинув голову он с ужасом посмотрел на Карин. Точнее за неё. За её спиной, на стене, кровью были выведены несколько иероглифов «СПАСИ НАС» (私たちを救ってください). На полу была большая лужа крови, а в середине лежал нож и петля… Проследив куда смотрит парень, Карин лишь тихо рассмеялась, растянув губы в милой улыбке. Заложив руки за спиной, покачивая бёдрами она подошла к нему. Саске понял, что не может двигаться. На своей коже он ощущал её сбившееся дыхание. Взяв подбородок Учихи своими длинными пальцами, Карин повернула его голову к концу класса. Там сидела Сакура. До этого скрестив ноги и сгорбившись, она читала книгу. Но сейчас, её голова была вывернута и смотрела в потолок, из пустых глазниц текла кровь, пачкая бежевый свитер и серо-розовые волосы. Всё, что смог сделать Саске, это в ужасе прокричать её имя. — САКУРА! В классе резко настала тишина. Три пары девичьих глаз уставились на него. Саске стоял на пороге в клуб, Ино и Карин разговаривали у стены, а Харуно сидела на парте в конце класса. Мозг Саске тут де взорвался фейерверком разных эмоций, от недопонимания и счастья, что ничего плохого не случилось, до пробирающего до костей ужаса. — Кхм, — на удивлённый лицах с каждой секундой появлялось, всё больше противоречивых эмоций. — Сакура, привет. Закрыв дверь ногой, Саске быстро прошёл к ней. — Что-то случилось? — Да, нет, просто… — Учиха замялся, не зная, что сказать, — обрадовался…? Сакура сделала вид, что поверила. Отвернувшись она продолжила смотреть на страницы книги. Саске присмотрелся к обложке. Он прочитал название литературы, но все же спросил. — Что читаешь? — «Над кукушкиным гнездом.» — Быстро ответила Сакура, не подавая виду заинтересованности. Парень в любом случае не слышал об этой книге, но наигранно восхитился ею. — Я тут это… спросить хотел. — Саске замялся, но через пару секунд продолжил — Ты сегодня ведешь себя… не, как всегда, что случилось? — Девушка поменялась в лице, и посмотрела на Ино. Тяжело выдохнув она зажмурила глаза. Её милое лицо исказилось болью, между бровей пролегла складка, а цвет лица стал мрачным. — Не хочу об этом говорить. Саске снял сумку и положил на пол, отодвинув стул передней парты, он сел за него, облокотившись грудью на его спинку. Он не умел поддерживать, никогда этого не делал, но увидев реакцию подруги его сердце сжалось. Вдохнув больше воздуха он наклонил голову, смотря ей в глаза: — Я же вижу, что, что-то не так. — Сакура всеми силами старалась не смотреть на него, — Расскажи, тебе станет легче… Сакура поджала губы, уголки её глаз покраснели, через силу она тихо сказала: — Это стихотворение я покажу только тебе. Парень понимающе кивнул и дождавшись когда она достанет его из книги, передаст ему:«Саске, я знала, что этот день когда-нибудь настанет, поэтому написала это «стихотворение» ср͊аз͛у͂ кͅак всͅё уͅз́налͅа. Но, сперва хочу рассказать кое-что. Когда мы вступим в клуб, через время к нам присоединиться ещё одна девушка. Яманако Ино. Ты её должен помнить, хотя… Возможно и нет. Ям̌аͅн̚акͅо͒ И̚но —͂ таͅка̚я жͅѐ, к̄ак̚ Шер̚ри Ак͑еͅми.. Нӧ͐ у нас с ней есть о͋б̒ще͂е прошлое, более живое. С тобой в одном классе мы были в начале младшей и конце средней школы. А с ней в конце младшей, начале средней и сейчас… В начале старшей школы. Пожалуйста, не осуждай меня. Когда нам было по четырнадцать лет я поняла свои чувства. К ней я испытывала как оказалось не дружескую симпатию, а глубокую влюблённость. Она была моим лучом солнца, единственной подругой. Но, у неё был парень. Мне было слишком больно смотреть на них, знать, что они испытывают друг к другу и не иметь возможности быть с ней. В один день я закончила нашу дружбу на громкой ссоре…»
***
Они вместе вышли из школы и направились к дому Учихи. На Ино была укороченная бежевая куртка, светлые сапоги, белые варежки и шапка. На улице уже не шёл снег, а тот, что был на асфальте, постепенно таял из-за влажности. Погода была приятной, но теплой ее тоже не назовешь. По пути, Яманако расспрашивала парня обо всем, тот ей быстро отвечал, сосредотачиваясь на дороге. Дойдя до порога дома, Ино вытерла подошву обуви об черный коврик и зашла внутрь вместе с Учихой. — О, у тебя тут уютно! — Сказала девушка, разглядывая дом. Саске в ответ просто промычал, что-то невнятное. — А где ванная? — Вперёд и налево. — Ага, спасибо! Когда Ино помыла руки, они с Саске пошли к нему в комнату. Она была простой и не примечательной. Там находились две кровати. Одна из которых принадлежала Итачи. Нейтральные серые обои, у кроватей стояли деревянные тумбочки. А также, возле двери находился их общий стол. Первое, что бросалось в глаза в комнате. Это идеальный порядок. Все книги на полке ровно стояли в стопку. Ни одна вещь не была разбросана. Одним словом — «чистота». Брюнет предложил делать плакаты. Он пошел в кладовую, и достал все самое необходимое для этого. Когда он вернулся, то обнаружил, что Ино рассматривала его вещи на полке. — А ты получается боксом занимаешься? — Неожиданно спросила девушка, что ввело Учиху в ступор. — Да, но как ты… — У тебя медаль по боксу весит, — повернув голову к нему она указала пальцем на золотую вещицу. Они уселись перед столом. Саске выложил все необходимое. На середине стола расположился лист А3, а по бокам краски, маркеры, карандаши и блёстки. — Давай сделаем так! Ты будешь писать текст, а я буду разукрашивать фон и всякие мелкие детали? Предложила девушка на что Саске согласился, как бы там не было, ему было все равно что именно делать. Ино взяла на кисть немного синей краски, и начала водить им по листу. Саске сделал то же самое но взял другой цвет. В комнате царила тишина, Учиха решил использовать эту возможность. — А кстати… я хотел спросить насчет Сакуры, — блондинка ненадолго оторвалась от рисования и осторожно посмотрела на него. — А… ты про это. — Саске не понял, о чем именно она. — Мы с Сакурой не общались. Долго. По ее инициативе. Но. Из-за меня. — Девушка крепче сжала кисть в руках. Её лицо помрачнело, она не хотела предаваться воспоминаниям. — Мы с Сакурой дружили с самых пеленок. Даже были лучшими подругами… но, что-то пошло не так.. . .
В один день, Сакура отдалилась от меня. Несколько дней назад она похоронила свою мать. Мебуки Харуно. В тот день был снегопад и шла гроза… Холодные капли дождя, быстро стекали по лицу, перемешиваясь с солёными слезами. На дрожащие плечи падал снег… По рассказам Сакуры, её мать была единственным человеком в их доме, который принимал и поддерживал её увлечения. Будучи маленькой девочкой, перед сном, они вместе читали мангу, слушая уханье сов, под окнами. Пекли разные сладости, от простых панкейков, до тортиков. Пели караоке, пока отец был на работе. По началу Кизажи Харуно, отец Сакуры, был хорошим родителем, но чем старше она становилась, тем сильнее была его алкогольная зависимость. В такой период, я обязана стать опорой Сакуре и поддержать её! Однажды, выходя из дома я заметила, что отец Сакуры уходил куда-то. Значит у меня есть время встретиться с Харуно! Зайдя в ближайший магазин я купила ее любимые сладости: молочный шоколад, клубника, газировка, мармелад. Вернувшись к дому и подойдя к лакированной, тёмно-коричневой двери, я постучалась. Никто не открыл. Может, дома никого и нет? Хотя, вряд ли. Я видела только Кизаши, а вот Сакуру давно не видно… На всякий случай я толкнула дверь и она оказалась не запертой. Чуть скрипнув она легко отварилась. Недолго думая, я решилась зайти, дабы убедиться всё ли хорошо с Сакурой. Зайдя в дом, меня встретил не знакомый с детства запах новоиспечённых сладостей и тихий, обволакивающий голос, в лёгкой песне, а до омерзения ужасный запах алкоголя. На полу у двери, у дивана, на диване, на столе кухонном, на столике рядом с диваном лежали бутылки… От омерзения моё лицо скривилось, уголки глаз покраснели. Зажав нос и толкнув дверь ногой, закрывая её, я прошла глубже. Комната девушки была на втором этаже, самая дальняя дверь. Быстро пробежав по лестнице, я облегчённо выдохнула. На всём этаже были открыты окна, постоянно проветривая. Ступив по деревянному полу, я прошла к комнате. Раньше на ней висел, нарисованный маленькой Сакурой, рисунок с розовым единорогом, оседлавшим радугу. Сейчас от него остались только маленькие кусочки бумаги, которые не смогли оторвать. За дверью были слышны тихие всхлипы и плач. Подойдя ближе к двери, и постучав, впервые за долгое время, я услышала ее голос. — Кто там? — Еле слышно спросила Сакура сквозь слезы. — Это Ино. Мы с тобой давно не виделись, я беспокоюсь… Ответа не послышалось. Я продолжила более решительно: — Я хотела навестить тебя, можно войти? — Ответа так же не последовало. Я осторожно открыла дверь, Сакура лежала на краю кровати вся в слезах. На полу, были раскиданы пустые упаковки от каких-то таблеток. Вяло подняв голову, Сакура посмотрела на меня. Её лицо всё покраснело и распухло. От напряжения её губы дрожа, сложились в тонкую полосу. Склонив голову, я прошла в комнату. Положив светло-розовый пакет с конфетами на стол, я повернулась к подруге. Она медленно подняла взгляд на меня. — Уходи… — Без эмоций произнесла, уже, бывшая лучшая подруга. — Но ведь, — слова застряли в горле, судорожно глотая я просто смотрела неё. — Я сказала уходи!!! — Крикнула Сакура, её глаза стали ещё краснее и слёзы пошли сильнее. — Сакура, я хочу помочь. — Уйди! Пожалуйста, уходи, я не хочу видеть тебя! — Её голос охрип, она с силой сжала простынь. Моё сердце пропустило удар, в лёгких будто закончился кислород. И тогда я сказала то, из-за чего наша дружба была похоронена: — Сакура, я пытаюсь помочь, но вместо того, чтобы поднять свой зад и начать жить, ты только убиваешь себя! Ты жалкая тряпка! — С горечью выплюнула я.***
— Осознав, что сказала мне ничего не оставалось, кроме того, как покинуть ее дом. — Продолжила Ино, не отрывая кисть от бумаги — Это был наш последний разговор… Я не виню ее в этом, ей в тот момент было тяжело, еще и я тут со своей поддержкой. — Виновато промолвила девушка, горько усмехнувшись. Саске понимающе на нее посмотрел, он не знал всей ситуации, но вполне понимает обе стороны. В комнате наступила тишина, только тихое дыхание, удары кисточки о стакан и шуршание. Под конец, Яманако отпустила тот неприятный разговор, и они вместе украсили плакат. — Ну, вроде все... — Произнесла уставшим голосом девушка. На плакате А3, была нарисована ночная улица. Белые снежинки падали на серый асфальт, на котором лежали чёрные беспроводные наушники, рядом Ино нарисовала тёмно-розовый плеер. Посередине было написано «Музыкальный клуб». На улице уже стемнело поэтому брюнет решил проводить девушку до дома. Быстро одевшись, они вышли из дома. Всего за несколько лет этот город сильно изменился. Раньше под окнами можно было найти сов или если ты сильно «удачлив», то и медведей тоже. Этот город находился подле леса, а теперь… Ночью зажигался неон, повсюду однотонные дома, грязный воздух. Проходя мимо таких домов, Ино остановилась на своем. — Спасибо, что провел! — На прощание Яманако слегка приобняла парня. Саске уже хотел уходить, но Ино его остановила. — А знаешь, завтра, я хочу извиниться перед Сакурой, и вернуть общение! — Сказала девушка, но уже без грусти в голосе. Она ярко улыбнулась и помахав рукой ушла домой. На обратном пути никого по дороге не было, свет во многих домах был выключен. Тусклые лампы еле освещали путь. Дом Учихи был недалеко от дома Ино, и дорога ему не так долго заняла. — Ты где был? Я волновался. — Произнес знакомый голос с облегчением и одновременно строгостью. У порога его ждал Итачи, облокотившись на косяк. — Друга до дома проводил. — Буркнул парень проходя внутрь. — Я приготовил тебе рис, будешь? — Я не голоден. — Сказав это Саске пошел в свою комнату. Сегодня не надо было писать стихотворение, так как завтра фестиваль. Учиха только сделал домашнее задание, какое-то время потрудясь, и выключил лампу.Сон
Всю ночь под окнами гудели машины, проезжали мотоциклисты. Сжав веки, Саске старался не слушать их. В конечном счёте его голову заняли другие мысли. Сакура. Как она вообще? Что они с Карин решили приготовить? И его так же мучили мысли о недавно услышанном. Почему в тот момент его не было рядом? Почему этот фрагмент жизни он не помнит? Если сложит слова Ино и письмо Сакуры получается, что в момент когда Мебуке Харуно покинула этот мир, её дочь была влюбленна в свою лучшую подругу, у которой на тот момент был парень… Тук Тук Тук Учиха резко напрягся, на его лбу выступил холодный пот. Из-под кровати раздались три удара, будто кто-то постучал пальцем по дереву. По телу парня прошла дрожь, медленно повернув голову к двери, Учиха аккуратно наклонился и зацепившись пальцами за матрац заглянул под кровать. Ничего. Кроме пыли, старой тетрадки и грязного носка, ничего не было. Тогда, что это был за звук? Облегчённо выдохнув, Саске хотел вернуться назад и наконец заснуть, но неожиданно над его ухом раздалось хриплое дыхание. Резко вскочив брюнет завертел головой, но никого не было, даже Итачи. Его кровать пустовала. Тело юноши прошибла дрожь, горло сжалось, одежда промокла от холодного пота. Ватными ногами дойдя до двери, мелко дрожащей рукой он потянулся к металлической ручке. Выбежав из комнаты, предварительно захлопнув дверь, Учиха, большими шагами, опираясь на стену прошёл на кухню. Не оглядываясь он схватил первый попавшийся стакан и налив воду из фильтра, судорожно сделал первый глоток. Он всё ещё держал стакан в руке, как услышал что кто-то, поставил такой же стеклянный стакан на стол сзади. Широко распахнув глаза, по спине Саске прошёл холодок. Стакан в его руке жалобно скрипнул, от того, с какой силой парень сжал его. Медленно повернувшись, парень застыл, будто статуя. За столом потирая лицо руками, сидела девушка. Её серо-розовые, короткие волосы находились в полном беспорядке, но не это привлекло внимание парня. С макушки головы стекала бурая кровь, окрашивая запутанные волосы в тёмно-красный. Она стекала на шею, капли закатывались под грязную рубашку. Вдруг, из-под ладоней раздался приглушённый, полный боли стон. Подняв голову, девушка посмотрела на парня. От ужаса и омерзения у парня перехватило дыхание, он хотел закричать, но горло сдавило. Девушка уставилась на него своими пустыми глазницами, из которых вперемешку с кровью тёк гной. Её лицо покрылось волдырями, практически не осталось живого места на нём. Гнойное, окровавленное месиво, вместо лица. Взяв стакан, девушка сделала короткий глоток, после встала и медленно, стала подходить к парню. Учиха застыл на месте, от ужаса он хотел убежать, но тело перестало его слушаться. Осторожно шаг за шагом ужасно изуродованная девушка подходила к юноше. Встав перед ним, она коснулась его груди и убедившись, что это он, с силой толкнула его. Столешница сзади исчезла, всё исчезло, вместо этого появилась поглощающая пустота.***
Парень резко открыл глаза. Это был просто сон… Просто сон. С трудом успокоив сбившееся дыхание, до его ушей донёсся противный, громкий звон будильника. Как обычно, протянув руку к тумбочке, Учиха хотел выключить его, но там было пусто. Прислушавшись парень понял, что звук исходит из-под кровати… Нагнувшись, Саске заглянул под неё, на секунду ему показалось, что там лежит голова той самой девушки. Моргнув видение исчезло. Достав будильник, юноша выключил его. Брата в комнате не было, исходя из звуков на первом этаже он, что-то готовил на кухне. После вчерашнего дня, Саске не убрал бумагу, краску и блестки со стола, но на это сейчас времени не было. Потянувшись, брюнет встал с кровати и схватив униформу, пошел в ванную комнату. Ночной кошмар всё ещё не отпустил его и возвращаться в комнату не хотелось. На улице шел дождь, капли падали на окно, постукивая. Небо было серым, облака закрывали солнце. Несмотря на закрытое окно, из него исходила сырость и холод. По ощущениям была минусовая погода. Он оделся, как обычно: брюки, рубашка, и черный галстук. Пытаясь никак не привлекать к себе внимания, хоть в глубине души он и знал, что дело не в одежде, а в его смазливом лице. В конце концов, он еще не поел, Учиха спустился вниз, и пошел на кухню. Там его ждал брат, который готовил яичницу. — Доброе утро, Саске! — Итачи повернулся лицом к брату, отрываясь от готовки. Брюнет промолчал, он сел за стол, и взялся за голову. Вчера, день был утомительным, голова болела и похоже, он не выспался. Спустя время, брат выложил на тарелку яичницу. Она была украшена укропом. Итачи пододвинул тарелку к Саске, дав знать, что он приготовил для него. Впрочем, отказываться было не лучшим решением, стоило бы что-то поесть. Старший сел напротив него, и внимательно выжидал когда тот начнет есть. Саске нацепил на вилку еду, и немного откусил яичницу. На вкус она была слегка пресной. Учиха не подал виду, что ему не особо понравилось и не успев прожевать произнес: — Мм… Неплохо. Услышав это на таком же красивом лице его старшего брата отразилась мягкая улыбка. Но резко, что-то вспомнив выражение его лица изменилось. На его лицо легла тень. Он внезапно встал из-за стола. Саске не понял этого странного мува. — Ты куда? — Брат стал направляться к выходу. — Я планировал сегодня маму навестить. — Немного грустно ответил темноволосый, одновременно обуваясь. Итачи часто навещает маму в больнице: приносил свежие цветы, и ставил их в вазу около ее кушетки. Состояние матери не улучшается, но они оба надеяться на лучшее. Саске припомнил, что он тоже торопится. Быстро доев яичницу, вышел с кухни. Во время дождя, весь снег растаял, подошва уже не была вся в снеге. И было проще передвигаться. Но несмотря на это, капли иногда попадали на куртку. Дождь постепенно заканчивался. Уже не было интенсивного ливня. Легкий ветер дул Учихе на его черные волосы, от чего они лохматились. Саске это не нравилось, и он все время их поправлял, дабы волосы не лезли в лицо. По дороге, он никого не встретил из школы. Это означало, либо парень слишком рано вышел, либо он опаздывает. Машины скорой помощи и полиция куда-то гнались в одном направлении. Это было редко в их районе, возможно, что-то серьезное. Дойдя до знакомых ему ворот школы, он также поблизости никого не увидел. Он зашел на территорию школы, все столпились к выходу. Учителя стояли спереди учеников, и пытались всех успокоить. Парень вошел внутрь, и именно в этот момент, громко прозвенел звонок. Все среагировали, и побежали на второй этаж. Саске успокоил хотя бы тот факт, что не только он один опоздает. После первого урока, всех позвали в актовый зал, чтобы объявить, что-то важное. Учиха, следуя за всеми, пытался найти из толпы хоть кого-нибудь знакомого. Ино, Сакуру, Карин… Он и не думал, что когда-то подумает о них в такой момент. Одному было сложно ориентироваться, ученики толкались, перед собой он ничего не видел и даже не понимал где он… Выбравшись из толпы, брюнет наконец смог спокойно вздохнуть. Все стали занимать места. Неподалеку, сидела Карин, она нашла взглядом Саске и рукой подала знак, чтобы тот сел рядом с ней. — Ты знаешь, что происходит? — Учиха повторно оглянул весь актовый зал, показывая ей ситуацию. — Я и сама не до конца понимаю. — С печалью, пожимая плечами ответила Узумаки. В зале наступила тишина, лишь издавался тихий шепот учеников. Директор встал перед всеми, с носовым платком в руке, подобно, он плакал. — Доброе утро. Сегодня в четыре часа, произошла трагедия, которую никто из нас не ожидал. Ученица из А-2, по имени Харуно Сакура, покончила свою жизнь, сбросившись с крыши. — Все присутствующие вмиг переглянулись с непониманием. — Сакура…не может быть, — Прошептал Саске. Его руки затряслись, плечи предательски задрожали, а по щеке покатилась солёная слеза. Казалось, только завтра Ино хотела перед ней извиниться, а уже было поздно. Что постигло ее на такой поступок? Проблемы с отцом? Или, это связано с Ино? — Размышления приводили в тупик. Разум брюнета затуманился, ему хотелось не верить в это, но, все это так странно. Шок перекрыл его дыхание. В глазах потемнело. Он протер глаза, и оглянулся. Но этот зал был уже другим… Свет выключился, тусклая лампочка на потолке почти не освещала. Вокруг него, у всех отсутствовали головы, из шеи хлестала бордовая жидкость, которая постепенно наполняла помещение. Учиха почувствовал напряжение в теле, он будто был прикован к месту. В голове кружилось, в глазах темнело. Боявшись сдвинуться, он пытался прийти в себя, но сердце все по-прежнему сильно билось. Казалось, что вот-вот, и оно выпрыгнет. Парень закрыл глаза, но когда он вновь их открыл, ученики уже исчезли, в голове все также кружилось. Несмотря на это, брюнет пытался себя убедить, что это всего лишь сон. В этот момент, он отключился.***
— Саске, ты все еще спишь? — Крикнул знакомый голос из кухни, по всей видимости, это был брат. Учиха резко оторвался от подушки, на часах указывало девять часов утра. Парень обратил внимание на календарь, который был повешен неподалеку тумбочки. Двадцать третье июля, двадцать седьмого года... — Прошло… два года? — Промолвил под себя недоуменно Саске. Спустившись, он сразу же пошел на кухню, где часто можно было встретить брата. Но вместо него, перед ним стояла Сакура, вся в ссадинах, и в крови. У нее был заплаканный вид, под глазами огромные пятна от потекшей туши. Девушка внимательно смотрела на него, с некой предвзятостью. — Ты жива? — Парень сделал два шага назад, не ожидав такого зрелища. Вместо злости, ее лицо сменилось в безумие, она широко улыбнулась, и подошла вплотную к нему. — …это все из-за тебя… — Прошептала на ухо розоволосая. Брюнет оттолкнул ее, от чего та упала на пол. — Я не виноват! — Сказал Учиха, хоть и сам сомневался в этом. В голове, у него всплывали образы, будто бы, помимо Сакуры умирал еще кто-то. Лица он разобрать не смог, но они ему казались знакомыми. В ушах, он повторно стал слышать «это все из-за тебя». Парень рухнул на пол, и закрыл ладонями уши, голоса стали еще громче. Учиха стал кричать «прекрати!» И кататься по полу.Это всё из-за тебя
ЭТО ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ
ЭТО ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ
ВО ВСЁМ ВИНОВАТ ТЫ
— Саске! Что с тобой?! — Перед ним маячило обеспокоенно лицо брата. Брюнет оглянулся, и понял, что никакой Сакуры здесь уже не было. — Где Сакура?! — Итачи продолжал странно смотреть на Саске. — Она умерла, что случилось? — Учиха уже ничего не понимал, он пытался вспомнить, то что было, но всё бестолку. Брюнет в панике выбежал из дома, и направился в ближайшее кладбище. Запыханный Саске, бежал без оглядки, попутно толкая проходящих мимо людей. Перед его глазами стали появляться воспоминания из детства. Как он вместе с мамой покупал сладкую вату, а потом вместе шли в кино на противоположной стороне улицы. Как они с братом играли в догонялки пока родители неспешно о чём-то разговаривали. И как они шли по этой же улице обратно домой после похорон отца… В тот день шёл ливень, тучи заволокли небо, весь мир будто потерял краски… Перед ним встала табличка: «Городское кладбище». Искать нужную могилу долго не пришлось, около одного надгробья лежали кучи лепестков сакуры. Возле нее были завядшие цветы, которые давно не меняли и фотография розоволосой девушки, которая ярко улыбалась, а под ней:Харуно Сакура
(**** — ****)
15 лет.
Увидев её, Учиха упал на колени. Впервые за долгое время, у него потекли слезы. Прямо как в день, когда умер его отец, небо заволокли тучи и пошёл сильный ливень. По дрожащим плечам стекали капли дождя, впитываясь в ткань. Тело крупно дрожало и Учиха больше не пытался подавлять всхлипы. Стало тяжело дышать, красивое лицо исказилось мукой, прекрасные глаза феникса покрылись пеленой, он больше не хотел их открывать. Лишь бы не увидеть:Харуно Сакура
(**** — ****)
15 лет.
Примечания:
Интересно, кто стоит за всеми смертями...
