the letter.

Юнхо, признаться, уже устал ждать. Он впервые приехал за Сонхва, чтобы забрать того с работы, ведь они, действительно, давно не виделись. Он стоял, подпирая бедрами собственную машину, руки были сложены на груди, выражая легкое недовольство, а может, напряжение? Глаза загораются, стоит лишь выцепить знакомую, столь привлекательную фигуру, идущую в его сторону. Ее обладатель мило прощается с кем-то из коллег, приобнимая молодого парня за плечи, а младший невольно заводится. Тряхнув головой, он отлипает от металлической поверхности, к которой вскоре оказывается прижатым старший. Чон с силой сжимает пальцы на чужой талии, спустя секунду оглаживая тазобедренную косточку неподалеку. - Мне плевать. У тебя тоже может быть личная жизнь. – юноша, усмехнувшись, проводит кончиком носа от приоткрытых ключиц до линии подбородка. Он расплывается в довольной ухмылке, после чего подгоняет модель, шлепнув по бедру. – Поехали. – темная макушка с удивительной скоростью скрывается за дверью водительского места. Сонхва даже возражать не хочет, знает, что бесполезно. На данный момент его больше интересует, куда они поедут. Было ясно, что сегодня не ночь свиданий под звездным небом или же поцелуев в кинозалах, они слишком соскучились по друг другу в последнее время. Он поправляет вороные пряди, зачесывая их назад, а сам устраивается поудобнее. Признаться честно, Пак все еще побаивается ездить с Юнхо в одной машине. Его поражает, как он, будучи за рулем, успевает и разговаривать с ним, и руками его трогать, еще и скорость набрать не забывает. И словно хозяин транспортного средства мысли читает, они резко срываются с места, слышится характерный звук шин об асфальт, из-за чего Хва невольно морщится. - Не думаю, что это важно. Я уверен, что тебе там понравится. – он улыбается, оголяя ряд ровных зубов. Пак громко сглатывает, а машина продолжает свой путь, как выяснилось к окраинам города. Ему знакомы эти места, ведь он часто бывал там на гонках своего парня, но почему-то они едут все дальше, и неизведанность его пугает. Окончательно добивает число, которое Сонхва видит на спидометре. Отметка почти дошла до 140 км/ч. Чон Юнхо, ты шутишь? - Спокойно. Дыши со мной, птенчик. – юноша ласково поглаживает кожу сквозь ткань черных брюк, изредка надавливая сильнее, когда старший снова сбивается с темпа, установленного им. – Ты так забавно пугаешься, неужели мне не доверяешь? – взгляд темных омутов изучает горизонт, и только сейчас Сонхва замечает то, что они несутся к обрыву. Дальше дороги попросту нет. – Ответишь мне? – ладонь требовательнее сжимает нежную кожу, вынуждая задушено выдохнуть куда-то в прохладный салон. - Ты у меня такой доверчивый. Не пугайся так, когда я с тобой. – младший ласково поглаживает его по волосам, иногда пропуская темные пряди сквозь пальцы. - А ты идиот, но я не жалуюсь. – юноша тяжело дышит с полминуты, после чего обиженно хмыкает. Сонхва никогда не любил показных сцен, но сейчас хотелось отомстить. Он приближается к шее парня, сразу же впиваясь зубами в чувствительную кожу, оставляет краснеющие спустя пару секунд следы, терзает, думая о своем, пока сверху не слышится хриплый полустон. Старший лишь бархатисто смеется, ладонью цепляя подбородок Юнхо. Он заставляет заглянуть себе в глаза, изучает, будто сокровище, а затем сокращает расстояние между ними, одаривая пьянящим поцелуем. Это сравнимо с хорошим сортом вина так же полусладко и дерзко. Младший заботливо зачесывает чужую челку назад, когда Пак добирается до ремня на его джинсах. Положение не самое удобное, ведь руль буквально упирается ему в поясницу, но он полон энтузиазма, так что сегодня мало что сможет помешать. Тонкие пальцы с легкостью расправляются с пряжкой ремня, а их обладатель зубами тянет собачку замка вниз. Зрачки, кажется, расширяются, стоит Сонхва приспустить чужие штаны до колен. Он аккуратно смыкает ладонь вокруг напряженной плоти, на пробу проведя вверх-вниз, сверху слышится учащенное дыхание, а рука в собственных волосах притягивает ближе. Юноша с победной улыбкой на губах дует на налитую кровью головку, после чего сразу же оставляет на ней легкий поцелуй. - Ты думаешь, я не знал, к чему готовиться сегодня, малыш? – старший прикусывает нижнюю губу, заливаясь бледным румянцем. Стройная фигура, прикрытая лишь полупрозрачной рубашкой, со стоном наслаждения опускается на всю длину. Они целуются пару минут, сплетаясь в единый комок из страсти и нежности. Сонхва кусает чужие губы, когда младший начинает плавно двигаться внутри податливого тела. Салон машины наполняется хриплыми вздохами и редкими стонами, вскоре слышны пошлые горячие шлепки кожи о кожу. Модель чувствует, как горят собственные бедра, знает, что на утро останутся синяки в области ягодиц, но сейчас ему так плевать. Хочется поменьше думать и побольше целовать родное тело, прижиматься ближе, словно в последний раз. И ведь, действительно, Сонхва не соврал тогда, для Юнхо он всегда может гораздо больше, чем для кого-либо.