Осколки падающих звезд

«Тяжелая работа подчеркивает характер людей: кто-то закатывает рукава, кто-то задирает нос, а кто-то вообще не заходит».

– Сэм Юинг.

      Когда мама меня наконец отпустила на небе уже сверкали искорки звезд, что манили к себе. Как же неприятно видеть ее теплый взгляд, зная, что как только я выйду за дверь, она сразу же начнет насмехаться над нашей беспомощностью и жаждать следующей ошибки.       Медленно поднимаясь по лестнице гляжу на смою перебинтованную руку. Это плохо. Я торможу всех остальных, во что бы то ни стало я продолжу тренироваться, даже если шов вновь разойдется, то я зашью его сама, отступать сейчас никак нельзя. Пока я стою на ногах, пока мое сердце бьется, а пальцы гнутся - я буду стараться для Нормана, для Эммы, для Рея... Для Фила... Для всех! Каждый из нас выживет и выстоит в этой борьбе, я опущу Изабеллу лицом в грязь, так, что она больше никогда не поднимет на меня своих наглых фиолетовых глаз! Как же я ее ненавижу...       Сжимаю кулак, настолько, насколько позволяет онемение конечности. Начинаю подниматься быстрее, вобрав в грудь больше воздуха.       Наконец оказываюсь на втором этаже. Передо мной выбор, пойти ли спать или в библиотеку. Может я смогу сейчас немного доработать устройство для уничтожения передатчиков?.. Я доделаю чертеж, а Рей соберет. Так и сделаю.       Поворачиваю направо и иду вдоль по коридору, на цыпочках пробираюсь мимо комнаты сестры Кроны, свет все еще горит, сумасшедшая не спит, слышу негромкие бормотания. Подойти и послушать? Определенно стоит.       Подкрадываюсь к двери, и перестаю дышать, чтобы услышать, что она говорит, не хочу прикладывать ухо, это слишком заметно. Ее слова становятся внятнее. Чувствую как будто сердце в моей груди замирает.       -Я смещу Изабеллу с ее поста и стану новой мамой этой плантации... - негромкий топот ног по комнате. -Да... Я, именно я стану мамой, а не какой-то жалкой сестрой, она пожалеет о том, что так относится ко мне, правда милая? - обращается к кому-то, правильно я считала ее сумасшедшей, но ее слова заставляют меня задуматься.       Сестра стихает, я же решаю уйти, не испытывая судьбу дальше, если она сейчас отворит дверь и увидит меня, явно подслушивающую, то я в очередной раз всех подставлю. Немного выдыхая и набирая новую порцию воздуха в свои легкие я медленно ползу дальше от ее комнаты.       Как только отхожу достаточное расстояние от ее комнаты и добираюсь до поворота, то позволяю себе вздохнуть полной грудью и наконец перейти на обычный шаг.       Продолжаю свой путь до библиотеки. Неужели она настолько сильно ненавидит Изабеллу? Значит у нас есть шанс настроить их против друг друга еще больше, возможно, они даже устранят друг друга без нашего участия, что конечно вряд ли случится. Все же они заодно и их глобальная цель - отправить нас на сбор урожая. Тц... Как же раздражает. Надо будет рассказать об этом Рею, может быть все-таки нам удастся облегчить задачу. Он точно что-нибудь придумает.       Добираюсь до самой отдаленной части дома с огромной библиотекой. Тихонько отворяю дверь и разворачиваясь захожу, так же беззвучно закрывая ее за собой, внезапно на металлической ручке начинают играть желто-оранжевые блики. Мои брови стремятся вверх, а глаза распахиваются в удивлении. Разворачиваюсь и вижу Рея, что развалился на перилах, держа в руках керосиновую лампу. Свет слабый, лица его не разглядеть, только темный силуэт с не менее темными растрепанными волосами.       Он немного поворачивает рычажок на лампе и его лицо озаряется уже ярким светом, только вот в понимании ситуации это никак не помогает, я не могу прочитать какую эмоцию он испытывает, будто это все вместе. Рот немного приоткрыт, глаза прищурены с жалобным видом, а брови то ли нахмурены, то ли вздернуты вверх, скулы немного напряжены.       С минуту смотрим друг на друга не в силах подобрать слова, пока он не спускается и не помогает мне подняться наверх. Точнее хотел помочь, но я жестом показала, что в помощи не нуждаюсь.

***

      -Спасибо, Рей, но я смогу и сама подняться по лестнице. - ставит передо мной руку и набрав в легкие воздух поднимается сама, я же смиренно следую за ней.       В сердце что-то больно колит, не могу понять почему. Разве я способен на эмоции похожие на жалость и сострадание? Но смотря на нее я просто не могу остановится, мне нужно ей помочь. Она одна, она старается все сделать сама. Пришла же сюда не просто так, вряд ли Аква ожидала здесь увидеть меня, да и в принципе, скорее всего, думала, что тут нет никого. Только вот зачем пришла?       Медленно поднимаюсь вслед за ней, пытаясь осветить дорогу спереди. Ее белоснежные волосы оставляют за собой легкий аромат карамели. Рука так и тянется прикоснутся, не могу, но так хочу, жажду этого. Какое странное чувство...       Так и не набираюсь смелости к тому моменту, когда мы поднимаемся на второй ярус библиотеки и начинаем проходить мимо всей кучи стеллажей, я прекрасно изучил этот путь, так же как и она. Идем к разделу о ядерной физике, в самый дальний и заброшенный угол, где никто нас не услышит и не увидит. Это то место, где мы всегда сидели вдвоем подальше от надоедливой Эммы и всех остальных детей, что не вызывали у меня отличных чувств. Я всегда считал их глупыми и наивными простофилями, но Аква не такая, ей нравилось читать и учится, в отличии от меня... Я всю жизнь делал это только ради того, чтобы не умереть раньше положенного, ради того, чтобы спасти ее, Нормана и Эмму. Только ради этих троих дураков. Почему же сейчас я чувствую себя таким бессильным.       Наконец достигаем того самого заветного угла. Смиренно жду пока она сядет, все еще не позволяю себе сказать ни слова, слышу только наши дыхания. Она прикладывает бледную перебинтованную руку к стеллажу и старается держась за него присесть. Уже порываюсь вперед чтобы помочь, но Аква выставляет перед собой руку и нахмуренно садится своими силами. Следую ее примеру и устраиваюсь поудобнее напротив, ставлю лампу сбоку от нас, так, чтобы она не мешала, но свою прямую задачу все еще исполняла.       Желтые глаза обращаются к моим темно-зеленым и пронзают насквозь. После того, что мне рассказал Норман больше не могу смотреть на нее как раньше, вспоминая, что она винила в прибытии сестры Кроны только себя. Не нас всех, только лишь себя...       -Рей, я хочу тебе кое-что рассказать, это очень важно. - взгляд серьезен, даже немного зол, я чувствую дикую решимость. В гелиодоровых глазах гуляют блики от света небольшого огонька, от чего ее эмоции смотрятся ее ярче, еще более маняще.       -Что такое? - твердо спрашиваю я, но в голове эта четкость и спокойствие давно отсутствуют.       -Это касается сестры Кроны.. Мне удалось подслушать ее разговор с самой собой. - она прищуривает глаза, пока мое дыхание становится более прерывистым, ритм сердцебиения сбивается. Мне кажется, что эта чертова пауза тянется бесконечно, когда же Аква вновь разомкнет свои уста и наконец вновь обожжет мой слух своим нежным и немного хриплым голосом. -Она мечтает занять место нашей мамы. Крона ненавидит ее и ее отношение к себе.       Меня прошибает будто электричеством, насколько же нам нужна эта информация. Смотрю на девочку напротив меня распахнутыми, насколько это возможно, глазами, глупая улыбка расползается по моему лицу, уголки губ непривычно болят, от небольшого стыда прикрываю нижнюю часть лица ладонью с тонкими длинными пальцами.       Ты даже не представляешь как сильно нам это поможет... - я убираю ладонь с лица. -Я постараюсь обыграть это перед мамой так, как нужно. Если мы настроим их против друг друга, то они отвлекутся от нас и будут заняты своим личным противостоянием. - все еще немного ухмыляюсь, она же согласно кивает вслед куче моих мыслей.       -Отлично, я так и знала, что стоит подслушать, тогда эту часть оставляю на тебя, а теперь передатчики, вам удалось выяснить где они?       -Да, они находятся в левом ухе. - киваю я ей и указываю пальцем на нужное место на своем теле.       -Что ж, прекрасно, тогда дело остается за нами. - она невольно трогает свое левое ухо.       Продолжаю смотреть на Акву, пока она прикрывает свои большие глаза с белоснежными ресницами, немного ухмыляется и на ощупь тянется рукой в сторону той самой книги. Медленно вытягивает ее из огромного количества похожих и распахивает сразу в нужном месте. Между страницами лежит немного желтый листок. Она кладет его перед собой и разворачивает наш чертеж.       В этот момент мой взгляд вновь цепляется за ее руку с бинтами, сердце снова что-то больно кольнуло. Ее тонкая ручка немного дрожит, что заставляет меня вновь испытать поток невиданных ранее эмоций.       -Больно?.. - срываются слова с моих губ, сам не замечаю как продолжаю говорить дальше, впервые позволяю себе не обдумывать слова, которые выпускаю наружу, будто говорю не я, а кто-то другой внутри меня, сама душа позволяет себе говорить без посредника под названием "мозг". -И зачем ты схватила этот нож, зачем?.. Дура ты, Аква...       -А что ты мне предлагал сделать? Просто позволить Хансу остаться инвалидом? - она вновь поднимает взгляд на меня. -Я не могу бросить никого из этого приюта. Не отрицаю, у меня есть любимчики, но... Но я люблю всех, я не хочу никого бросать на растерзание Изабелле и демонам. - нежный голос дрогнул, в уголке ее глаза собирается бусинка слез. -Я обещала себе, обещала Норману, я поклялась, что спасу всех нас от этой отвратительной участи, что каждый из нас наконец почувствует глоток свежего воздуха, ощутит долгожданную свободу... Ты знаешь меня слишком давно, слишком хорошо, чтобы понимать, что от своих слов я не отступлюсь.       -А что ты предлагаешь делать мне? - я немного злюсь на нее, но продолжаю говорить, это необдуманно, но я мечтаю наконец высказать все, что храню в душе, все, что разрывает каждый раз, когда мозг приказывает говорить иные слова. -Как мне быть, я не желаю просто смотреть как ты калечишься. Мне все равно на всех кроме вас троих! Но пойми меня наконец, ты, именно ты для меня слишком важна, когда тебя бросил Норман, именно я остался рядом, я чувствовал, что ты достойна большего, чем плакать в немом одиночестве, лежа на своей кровати, пока твой брат был рядом с Эммой. Я хочу быть твоим щитом, что защитит тебя! - ее глаза распахиваются, а слеза катится по щеке, что-то в моей груди вновь щемит. - Я просто желаю чувствовать как ты счастлива, видеть твой силуэт перед собой, и вдохновляться твоим примером! Тобой! Не Эммой, не твоим гениальным братом, именно тобой! Только ты осталась рядом со мной в те моменты, когда я начал работать над устройством, именно ты сидишь тут со мной целыми ночами, все это именно ты. Тот человек, что остается рядом со мной с детства и по сей день это ты... - тоже позволяю себе небывалую роскошь слез, что скапливаются в уголках глаз и щиплют их.       Я срываюсь с места, отодвигая в сторону листок бумаги с чертежом и обнимаю ее настолько крепко, насколько только могу, чувствую ее дыхание, сердцебиение, ничто не помешает мне сейчас, будь то мама или сами боги, я слишком долго ждал этого момента. Она крепко цепляется в мою руку своей здоровой ладонью, старается смотреть вверх чтобы сдержать слезы, но этого не получается, они текут по ее лицу. Я не хочу ее потерять, хватка моя не слабнет, скорее всего она уже не ослабнет никогда. Норман был прав... Я люблю ее, люблю больше всех остальных здесь.       Аква немного отодвигает меня, чтобы разглядеть лицо. Нежно смотрит на меня своими глазами под которыми залегли глубокие тени. Мягко кладет перебинтованную руку мне на щеку и большим пальцем убирает одинокую слезинку. Смотрит нежно, настолько, что у меня вновь и вновь спирает дыхание.       -Ты не представляешь насколько ценны для меня эти слова, Рей. - так нежно молвит мое имя, на душе так тепло... -Я была рада провести с тобой бок о бок эти годы и сейчас понимаю, что радость моя не угасает... Я не представляю своей жизни без тебя, пообещай мне, что когда мы выберемся и вырастем, то будем как раньше читать книги и просто радоваться тому, что мы рядом друг с другом. - гладит меня своей рукой, чувствую шершавую поверхность бинта все отчетливее и отчетливее. -А рука, она заживет, главное не поранить душу, такая-то рана уже не затянется.       Она вновь прильнула к моей груди и на этот раз железной оказалась именно ее хватка, отвечаю, и так же самозабвенно обхватываю ее тело. Слух щекочет треск огонька в лампе и ее дыхание, запах карамели все отчетливее и отчетливее, он играется с моими рецепторами, заставляет мелькать перед глазами вереницу воспоминаний.       Я уже никогда ее не отпущу...