Ты этого стоишь

Киллиан пытался отдышаться, сообщая своим коллегам о произошедшем. Лима оказалась в зале случайно, шла на поиски Кирана или хоть кого-то, кто был на их стороне. А нашла всë это. Кровавые лужи, оружие, израненных коллег и всë, что еë так пугало. В центре зала, у стены, сидела хрупкая фигура в белом одеянии, которое тоже было выпачкано кровью. Это была Амала. На дрожащих ногах Лима пробежала весь зал и упала на колени, хватая лицо возлюбленной в свои ладони. — Лима… — шепнула Амала, захлебываясь кровью, она немного прокашлялась и оперлась обратно о стену, прижимаясь щекой с дрожащей ладони. — Любовь моя… — заикаясь прошептала девушка, из последних сил сдерживая себя, чтобы не разрыдаться. Амала дернула щекой от боли, а затем сосредоточила свой взгляд на лице напротив. Яркие веснушки застилали слëзы, а чтобы губа не дрожала, Лима еë прикусила. Каждая черта еë нежного и прекрасного лица кричала о нестерпимой боли, которую ей причиняло всë происходящее. — Последнее, что я бы хотела, это чтобы ты видела меня в таком виде, — прошептала Амала и вновь откашлялась, пачкая ладонь Лимы кровью. — Прости, — шепнула она, сглатывая слюну вперемешку с кровью. — Не… — Лима вдохнула, стараясь не разрыдаться, но получалось откровенно плохо. В глазах все расплывалось, ладонь была перепачкана кровью Амалы, которая стекала с еë губы, а тело Лимы била крупная дрожь. Ей было чертовски страшно и она не знала что делать. Амала выглядела так слабо и так… Что сердце Лимы разорвалось в ту же секунду, как она еë увидела. — Все хорошо. Всë уже хорошо, слышишь? — Амала собрала все силы и протянула руку к девушке, кладя еë на влажную щеку. Была дикая слабость. Она изо всех сил старалась удержать руку на щеке возлюбленной. Большой палец коснулся веснушек, а Лима зажмурилась, позволяя слезам выкатиться из глаз и встретиться с пальцем Амалы. — Всë закончилось, всë теперь хорошо, — Амала выжала из себя улыбку, пытаясь ободрить Лиму, она ощущала как веки с каждой секундой тяжелели. — Всë кончилось, — Лима быстро закивала, аналогично выдавливая улыбку и из последних сил сдерживая рыдания, которые тугим комом стояли в горле. — Поедем дом… — не успела договорить девушка, как еë тело обмякло, а голова повисла на руке Лимы. Берг быстро подхватила еë, не позволяя упасть на пол и удариться. Дрожащие руки держали девушку крепко. — Киллиан! Киран! Рэйтан! Да кто-нибудь! — истошно закричала Лима, а в следующую секунду не выдержала. Из груди вырвались громкие рыдания, которые царапали легкие и горло, вырываясь наружу криками, всхлипами и чем-то нечленораздельным.

***

Первое, что увидела Амала, когда открыла глаза — ослепляющий свет. — Неужели я умерла? — шепнула она, потерла глаза и повернула голову. Она лежала в каком-то гостиничном номере. В окно прокрадывались лучи яркого и согревающего солнца, а рядом с рукой Амалы лежала чья-то голова. — Эй, — шепнула она и подтолкнула того, кто лежал рядом. — Что? — Киран вскочил. — Боже, ты проснулась, Мала, — шепнул он и припал обратно к еë руке. — Всë хорошо. Я в порядке. Где мы? — Все ещë в Индии. Всë точно хорошо? — он сжал руку сестры. — Не волнуйся. Ты в порядке? Они не причинили тебе вреда? — Амала коснулась тëмных волос. — Я в норме. Ты помнишь, что было? — Помню. Последнее, что я помню это заплаканная и до смерти напуганная Лима, а ещë то, как медленно закрывались мои глаза. — У тебя было истощение. Мне позвать Лиму? — Киран встал. — Стой, — Мала схватила его за руку. — Как она? — Всë ещë напугана. Она всë это время сидела с тобой, почти не ела, кажется, похудела ещë больше, теперь совсем стройная. Спала только у тебя под боком, разговаривала с тобой и… — он сглотнул и глянул в окно. — Что? — девушка дернула парня за руку. — Плакала. Особенно в вечер, когда ты упала в обморок от усталости, а ещë она подумала, что я потерялся и совсем раскисла. Но картина правда была жуткая. Ты в крови, дрожащая Лима в слезах и твоей крови, короче… — Позови еë, хорошо? — Хорошо, — Киран улыбнулся и вышел из номера. Амала выдохнула и прижала к себе покрывало. Сердце разрывалось от боли Лимы. Она не заслужила всего этого и жаль, что именно на еë плечи это всë рухнуло. Через некоторое время в номер вошла Лима, которая прокралась к кровати на цыпочках, боясь разбудить. — Я не сплю, — сказала Амала и улыбнулась. Лима вздрогнула, а затем облегченно выдохнула и села на край кровати. — Привет, огонëк, — девушка мягко улыбнулась и коснулась еë руки. — Боже, — она вздохнула и запрокинула голову, поднимая глаза к потолку. — Я так плохо выгляжу, что ты рассматриваешь потолок? — Амала усмехнулась. — Господи, глупышка, — Лима посмотрела на неë и шмыгнула носом. На еë щеке блестела слеза. Амала резко села, а Лима замахала руками. — Нет! Тебе нельзя! Ляг обратно! — Тише-тише, я набралась сил, я в порядке, — Амала кивнула, сжала ладонь Лимы и посмотрела на неë снизу вверх. — Любимая, — шепнула она и коснулась еë щеки кончиками пальцев, смазывая слезу. Лима прижалась к ладони возлюбленной, а свои ладони положила ей на талию. — Прости, что я так напугала всех. И спасибо, что последила за Кираном и он в порядке. Вы молодцы, — девушка кивнула и подвинулась ещë ближе. — Я… Не уберегла ни одного из вас. И это было так страшно! Я так не хочу больше переживать такое, — Лима всхлипнула, а еë плечи вздрогнули. — Такого больше не будет, я обещаю. Тебе не придется… — Да, я была бы рада, потому что то, когда я увидела тебя в крови, когда у тебя была разбита губа и когда ты потеряла сознание в моих руках, — губы задрожали. Амала сжалась, убрала руку с щеки девушки и посмотрела на неë виновато. Хотя они обе прекрасно знали, что никто не виноват. А если и виноват, то уж точно не кто-то из них двоих. Лима порывисто закрыла лицо ладонями, стараясь справиться со своими эмоциями. — Я… Не знаю, что сказать. Я просто рада, что со всеми всë в порядке. С нашей командой всë в порядке и я чувствую себя хорошо. — Я тоже рада, — пробормотала Лима себе в ладони. Амала молча отняла ее руки от лица и обняла, прижимая девушку к себе. Сил был достаточно, чтобы она ощутила эти объятия как следует. Сначала руки Лимы лежали спокойно, а затем сжали футболку девушки. — Всë хорошо. Всë позади, — шептала Мала, утыкаясь в огненно-рыжие волосы, которые так вкусно пахли, а ещë были немного влажными, видимо от утреннего душа. — Знаю-знаю, просто всë это напугало меня до смерти, — всхлипнула Лима ей на ухо, а затем уткнулась ей в шею, наслаждаясь запахом своего родного человека. — И я знаю, огонëк. Моя девочка, ты такая сильная, — Амала прижала еë еще крепче и начала гладить по волосам, оставляя поцелуи где-то между прядей. — Что бы со мной было, если бы не ты? Что бы было со всеми нами, если бы не ты? Кажется, в этот момент Лима окончательно разрыдалась. Амала молчала, давала ей выплакаться и просто гладила ее и держала в своих объятиях. — Последнее, что ты сказала, это попросила поехать домой, — шептала девушка сквозь слëзы, — и я думала, что это конец. Я не знала, что они наделали с тобой, была кровь, а это автоматически делало всë в моих глазах ещë страшнее. Когда ты обмякла в моих руках… Господи, как же мне было страшно, — она подавилась слезами. По щеке Амалы скатилась слеза, которая затерялась в копне рыжих волос. Она выдохнула и отстранилась, заглядывая в лицо Лимы. — Спасибо, что решила остаться в живых, — горько усмехнулась Лима и шмыгнула покрасневшим носом. — Глупышка. Мы поедем домой? — Поедем. Ждали, когда тебе полегчает, — Берг выдохнула. — Моя любимая, — она мягко стëрла влажность с щëк Лимы, а затем провела по кончику носа, смахивая сырость и с него. — Ты правда в порядке? Ничего не болит? Как губа? — Ничего не болит, я в порядке, губа тоже в порядке. Я полна сил. — Не переусердствуй и не бросай все силы на что-то, побереги себя, тебе сейчас нужно заняться именно этим, прошу. — Слушаюсь, огонëк, слушаюсь, — Амала слабо улыбнулась и ткнулась лбом девушке в плечо. — Мы все обо мне, я тут расплакалась как дурочка, а пострадала ты… — Не говори глупостей. Пострадали все и мне важно знать как ты. Лима немного подтянула Амалу на себя так, что та оказалась у неë на коленях, а голова оказалась прижата к груди. Такая знакомая ткань Лиминой одежды, родное тепло и такой, любимый каждой клеточкой тела, запах. — Я тебя люблю, — прошептала Лима, утыкаясь в темные волосы и зарываясь в них носом. — И я тебя люблю, Лима Берг, — Амала обвила еë талию руками. Лима покачивала еë в своих руках как ребенка, будто баюкала, стараясь успокоить. — Мы можем полежать вместе? Или у тебя дела? — У меня нет никаких дел, кроме тебя, — Лима оставила поцелуй за ухом. — Парни сами отлично со всем справляются, а Киран у тебя вообще невероятный. — Правда? — Правда. Ты вырастила чудесного человека. Знаешь, что он сделал, когда мы увидели, что наш номер взломали? — М? — Амала подняла на неë взгляд. — Бросился защищать меня, представляешь? Оттолкнул и только благодаря ему я не потеряла сознание. Он выскочил передо мной и закрыл меня собой. — Это на него похоже, — девушка усмехнулась. — Он ведет себя совсем так, как ты. Так, ты хотела полежать? — Немного. Лима выпустила девушку из своих объятий, а сама сняла рубашку, оставаясь в одной майке. — М, так сразу? — Амала улыбнулась и закусила губу. Рыжеволосая лишь шумно цокнула языком, закатила глаза и улеглась на кровать, откладывая одну руку в сторону, чтобы на неë могла лечь Амала. — Я соскучилась, — Мала улеглась к Лиме. — И я соскучилась, — она обняла девушку, прижимая к себе. — Не переживай так больше. Я всегда буду в порядке. И спасибо тебе, огонëк. — Тебе спасибо, — Берг оставила нежный поцелуй на лбу девушки. — Завтра поедем домой. Амала улыбнулась, подвинулась ближе и уткнулась девушке в шею. Хотелось спрятаться в ней, укутаться в еë запах, в еë тепло, в еë огненно-рыжие волосы. Она знала, что было больно всем. Лиме было так больно и страшно, что она думала, что ту ночь она вовсе не переживет. Но некоторые люди стоят всего этого. Стоят боли, страха и наконец того самого облегчения и спокойствия. Амала этого стоит. А Лима пережила бы эту ночь ещë тысячу раз, лишь бы с еë возлюбленной всë было в порядке.