Когда слов недостаточно, говорит музыка

Алёна Швец - самая странная Лиза Андрющенко не подавала признаков жизни больше недели. Она всё так же ходила в новую школу, отвечала на уроках и быстро собиралась домой, стоило раздаться трелли звонка. Но она не жила. Она существовала. Мишель так и не заговорила с загадочной одноклассницей, а она уже успела выбесить Гаджиеву в короткий срок. Ноль эмоций, ноль реакций. Блондинка привыкла, что с ней заговаривают первыми, строят глазки, пытаются познакомиться. Она сидит в гребанном метре. Ни одного взгляда. Теперь Гаджиева задумалась: а вдруг ей показалось, что их взгляды тогда пересеклись? Что, если на самом деле это была лишь игра воображения, и Лиза смотрела тогда мимо Мишель, утыкаясь взглядом куда-то ей за спину? Ответа на этот вопрос не находилось, как и терпения. Гаджиева терпеть не могла неточность, пусть и жила с ней. Андрющенко, сама того не желая, привлекала слишком много внимания к своей персоне. В середине следующей недели стало заметно, как её начинают раздражать постоянные переглядки людей вокруг, их нестихающий шёпот. Хотелось закрыть уши ладонями и опустить голову на парту, забываясь в тишине. Тут Лиза вспомнила, что она уже не ребёнок. Какой-то непонятный грохот раздался с кухни, а затем - женский вскрик. Маленькая девочка прислоняется к стене, пытаясь слиться с интерьером убогой комнаты, пропасть из этого жестокого мира реальной жизни. На секунду все стихает, а после дверь в комнаты, почти слетая с петель, ударяется о стену. Штукатурка неумолимо сыпется на пол. В комнату вваливается мужчина. Высокий, широкоплечий, он, не зная себя от количества выпитого, втаскивает в комнатку худую, плачущую женщину. Лиза смотрит на покрасневшее лицо матери, на её синяки под глазами, разбитую губу и мокрые щёки. Собственные губы предательски дрожат, но она помнит: "Будешь ныть, я тебя забью нахрен". Женщина с сожалением смотрит на свое дитя, а затем предпринимает попытку вырвать руку из цепкой хватки. Бесполезно. Запястье вновь обжигает невыносимой болью. - Ты! - отец делает шаг в сторону дочери, - что мать твоя сделала с бутылкой? Лиза могла притвориться, что понятия не имеет , о чем идёт речь, но это было неправдой. Бутылку непонятной прозрачной жидкости её мама ещё днем вылила в раковину, Лиза сама видела , когда забегала на кухню за печеньем. Девочка встретилась с нечитаемым взглядом мамы и, собрав последние силы в кулак, тихо сказала: - Я вылила, - и ,думая ,что это кого-то спасёт от ужасной расправы, воскликнула, - но это вышло случайно! Что было потом, Лиза плохо помнит. Когда она повзрослела, соседская бабушка рассказала, что в тот день слышала громкие детские крики, плачь. Лизе было лишь стыдно за то, что она вновь пролила свои слезы. Неприятные воспоминания обожгли сознание, и Андрющенко открыла глаза, понимая, что немного задремала на парте. Хорошо, что ещё была перемена. Явный плюс этой школы, так это то, что по размерам она была небольшой, а ещё перемены длились по 10-20 минут. После смены самое то прийти и завалиться досыпать на твёрдой парте. Шум в кабинете был по-обычному громким. На то он и шум. Гением быть не нужно, чтобы понять, откуда исходил этот безудержный хохот, эти пошлые шутки и грязные ругательства. Лиза подумала, что в коридоре точно слышно, как сейчас отдыхают на перерыве старшеклассники. Компания Захаровой занимала три последние парты первого ряда. Кристина сидела справа, за средним столом, чтобы любой, кто войдёт, сразу могу понять, кто лидер этого всего. Такой трюк работал не всегда. Например, когда в класс пришла новенькая, она даже не взглянула в сторону Шумы. Более того, в последующие дни было лишь недовольное выражение лица ,но ни одной попытки завести знакомство. Кристина считала это банальным неуважением, гнилым высокомерием. Считала, что за такое нужно вовремя расплачиваться. Андрющенко не представляла из себя угрозы, от слова "совсем" : высокая и худая, она постоянно ходит в объемных вещах, а потому Захарова для себя сделала вывод, что Лиза просто очередной дрыщь. Таких легче ломать. Нет, честно, Крис давала новенькой шанс на исправление (так казалось совсем немногим). Она терпеливо ждала ещё несколько дней, прежде чем закончилась вторая неделя. Идея поставить на место Андрющенко понравилась всем, кроме Киры. Та брезгливо посмотрела на одноклассницу, ощущая себя выше пустого махания кулаками. Медведева была единственной , кто не боялся перечить Захаровой. Более того, она всегда открыто говорила, когда Крис творит какую-то хуйню. В тот вечер она говорила про Мишель. Пьяная вхлам Кира быстро протрезвела, стоило ей заметить взгляды, которые бросала Шума на какую-то только что пришедшую девчонку. Ей было от всего сердца жаль Гаджиеву, которая раз за разом счастлива улыбалась, сразу после того, как Захарова конкретно косячила. Прежде чем Крис вновь все испортила, Медведева успела подскочить к ней и прочесть нотацию на ухо, изо всех сил перекрикивая музыку. Тогда Захарова послушно закивала, соглашаясь, а уже через несколько минут раскладывала незнакомку на столе. Крис недовольно цокнула, когда Кира сказала, что не будет участвовать в "обучении" правилам жизни Андрющенко. - Ещё помрет за углом, - произнесла девушка, - нет, спасибо, такого добра не надо. На памяти быль много случаев, когда после такого восстановления "уважения" люди кончали свои дни в больнице, затем - морг. Кира же считает, что она слишком красива для местной женской тюрьмы. - Тогда постоишь на стреме, - сказала Шума и уже переключилась на другого человека компании, так и не заметив осуждающего взгляда Медведевой. Такое занимательное событие было запланированно на субботу. Сразу после занятий сомнительная компания выскочила за ворота и встала за гаражами, поджидая. Кира невольно сравнила их с дикими животными в засаде. Андрющенко почти бегом шла домой, думая лишь о том, что в скромной квартире её поджидает вкусная шоколадка, оставленная на конец рабочего дня. Ни приятных, ни плохих мыслей в голове не было. Школа ,как всегда, забрала последние силы, а сегодня ещё ночная смена, поэтому уютный диван - всё, что нужно было в ближайшие часы. В ушах приятно играла музыка, поэтому Лиза сразу не поняла, что происходит, пока её одним рывком не затащили за угол. Наушники выпали, а затем раздался характерный треск, сообщавший о том, что песни в ближайшее время она точно не послушает. Вообще, по-мнению брюнетки, ситуация складывалась комичная. Строя из себя какую-то непонятную банду, одноклассницы собрались вокруг нее, сжимая кулаки в предвкушении. Девушка прикладывала все силы, чтобы не рассмеяться. Андрющенко задержала взгляд на блондинке, что стояла поотдаль и смотрела на происходящее с явной неприязнью, пусть её лицо оставалось безэмоциональным. Двое схватили брюнетку за руки, ограничивая движение. Лиза невинно смахнула чёлку с лица. Напротив стояла Захарова. - Тебе не кажется, что ты слишком высоко забралась? Девушка стояла очень близко, так, что отвратительный запах сигарет сразу же проник в лёгкие Андрющенко, которая неловко закашлялась. Похрипев на славу, она подняла голову: - Я думаю, это ты слишком низко пала, - она усмехнулась,заметив злость на лице Шумы, - кто же толпой на одного? Ответ Крис знала, но не признавала очевидного. Её задачей было запугать и выбить всю дурь из высокомерной суки. Показать ей на место и следить, чтобы она с него не двигалась. Так случалось каждый раз, когда кто-то пытался встать на ступень повыше, не осознавая, чьё место он пытается занять. Это бывало часто, поэтому кожа на костяшках пальцев не успевала заживать. Михайлова схватила с земли сумку брюнетки и стала открывать все карманы. Шума ухмыльнулась. Перевернув сумку, Юля встряхнула ее, вываливая всё содержимое. Раздались издевательские смешки, когда последними из сумки потелели засохшие, а затем - совсем свежие, лепестки ромашек. Лиза с каким-то сомнением смотрела на цветы, которые теперь были рассыпаны по сухой земле. Андрющенко, наверное, ещё бы поразмышляла о красоте пейзажей (в последнее время это стало входить в привычку, как только она открыла вход на крышу многоэтажки, где жила), но а следующую секунду ей прилетел удар по ребрам, другой - в скулу. Боль приятным огнём растеклась по всему телу. Лиза выпрямилась, улыбаясь. Такая реакция ещё больше взбесила и так яростную Шуму, поэтому в следующий раз кулак напрямую встретился с лицом одноклассницы. Из рассеченных губ на землю стала капать кровь. Следующая череда ударов была не столько от Захаровой, сколько от её друзей. Сначала они повалили Лизу, а затем стали бить её руками и ногами, не давая сделать и глотка воздуха. Андрющенко не шевелилась, молча принимая на себя все удары, сливаясь с чувством несправедливости и жестокости. Снова. Она вдыхала пыль вперемешку с грязью, а где-то едва слышимым ароматом отдавались смятые лепестки ромашки. Затем все прекратилось. Последний удар пришелся в солнечное сплетение. Девушки засобирались, стали что-то говорить о "покурить" и "пора валить". Может, Лиза бы и послушала с интересом, но голова гудела, поэтому она решила полежать ещё немного, чтобы прийти в норму. Когда брюнетка встала, выплевывая кровь вместе со слюнями, в стороне раздались шаги. Андрющенко напряглась всем телом, готовясь к новой атаке. Мишель не была удивлена, увидев ,в каком виде перед ней предстала одноклассница. Как оказалось, она шла домой, после неприятного разговора с директором, и наткнулась на компанию Шумы. Не сложно догадаться ,что они обсуждали. Она с осуждением посмотрела на каждую, а после пошла к гаражам. Этот занимательный рассказ не показался Лизе именно таким. Она стала кидать в сумку тетради, когда Мишель села на корточки рядом и стала разглядывать ромашки, по которым уже успели потоптаться. На дней сумке ещё лежало пару живых цветов. Гаджиева с непониманием посмотрела на Андрющенко, но та не поднимала взгляда. - Давай я схожу с тобой в аптеку, - мирно предложила блондинка, отметив про себя все ссадины и ушибы Лизы. Девушка в ответ замотала головой, а после схватилась за неё: - Шоколадка. Мишель тяжело вздохнула, совсем теряя нить разговора. Кажется, такое случилось только с ней. - После аптеки можем зайти в магазин и... Лиза одарила одноклассницу недовольным взглядом: - Шоколадка у меня дома. Мне нужно туда. Неделя была трудной. Гаджиева начинала раздражаться: - Тебя только что избили, - как факт выдала она, - а ты говоришь о каких-то шоколадках? - Она одна, - грустно ответила брюнетка, закидывая сумку на плечо, - нам же в одну сторону? Ты идёшь? Мишель глупо улыбнулась: - Ты самая странная девушка, которую я когда-то встречала. Лиза приняла это за комплимент. Они всё же зашли в аптеку. Если Гаджиева собиралась купить в подарок Андрющенко вату и перекись то брюнетка даже не заходила внутрь. Около небольших ступенек , в тени, веднелись маленькие цветки ромашек. Ненадолго задержав на них взгляд, Лиза без особых раздумий сорвала их и положила в карман сумки. Мишель никак это не прокомментировала, но подобные действия посчитала милыми. Кажется, такое совсем не свойственно однокласснице.