Исчезновение

– Верните нам Узумаки Наруто! – Что вы с ним сделали?! – Где наш спаситель?! – Не смейте скрывать от нас правду…! Тяжелые двери захлопнулись, приглушив доносящиеся с улицы крики. Хатаке наконец-то смог вздохнуть свободно: эти сумасшедшие уже успели довести его до нервного тика, и лишь здесь, в глубине подземелий Деревни, он может укрыться от них. Правда, он здесь не ради этого… – Прошу прощения за задержку, – Копирующий вошел в скудно освещенную комнату и присел на один из жестких железных стульев, прямо напротив обмотанного подавляющими печатями пленника, – Ты уж извини, Саске, что нам приходится общаться с тобой вот так… – Все в порядке, Какаши-сенсей, – нейтрально отозвался Учиха, – Я все понимаю, иначе бы не дал вам связать себя. – Поумерь свою спесь, щенок! – зло перебила его Кохару, – Неужто ты думаешь, что смог бы в одиночку справиться с целой Конохой? – Молчала бы ты, пока я не освободился и не заткнул твою пасть. Я еще не забыл, благодаря кому лишился своего Клана. – Ах ты паршивец… – Тихо! – рявкнул Хатаке, – Уважаемая советница, советую вам помолчать. Только твое имеют здесь право говорить: я и Саске, так что сидите смирно и не отсвечивайте. – Кхм, как прикажете, Хокаге-сама… – Ну и славно, – Какаши повернулся обратно к Учихе, – Ладно, начнем наш… допрос. Итак, Саске, когда ты в последний раз видел Узумаки Наруто? - Десять месяцев назад, когда покидал Коноху, – судя по тону, ученик обреченно закатил глаза, но повязка мешала Копирующему это увидеть. – С того момента, ты получал от него какие-либо сообщения, письма, посылки? – Нет. – А что-то, связанное с Узумаки, но от других людей? – Только ваши послания. – Что ты узнал из них о Наруто? – Вам это и так прекрасно известно. – Отвечай на поставленный вопрос! – встряла советница… – Кохару-сан! – … но тут же была прервана Хокаге, – Я, кажется, уже предупредил вас! Кхм, да, Саске, продолжай. – Что ж, вы сообщали мне, что с Наруто все в порядке, он учится и готовится к тому, чтобы в будущем принять пост Хокаге. – Это все? – Да. – Ты никаким образом не получал вестей о том, что с Узумаки что-то случилось? – Мне стало известно об этом только после того, как я вчера прибыл в Коноху по вашему вызову. – Как ты об этом узнал? – Подслушал разговоры на улице, пока шел к вам. – Тебя не удивила подобная информация? – Это же Наруто, кому, как не этому придурку, вляпаться во что-нибудь. – Тебе что-нибудь известно о его нынешнем местоположении? – Нет. – Может, у тебя есть какие-то догадки? – Проверьте всех его друзей. Наверняка умотал к кому-нибудь из них. – Ясно…, – Хатаке задумчиво почесал скрытый маской подбородок, – Готов ли ты подтвердить все, сказанное тобой, на проверке у Яманака? – Нет, – Какаши удивленно вскинул брови, услышав подобный ответ, – Я не собираюсь позволять кому-то шариться в моей голове. Насколько я помню, законы Конохи запрещают применять ментальные техники на шиноби своих Кланов, так что даже с этой точки зрения вы не можете лезть мне в мозги. – Мы можем поступать как угодно с теми, кто подозревается в предательстве Деревни… – Кохару-сан! Подите вон! – не выдержал Копирующий, – Вы не слушаетесь моих приказов, так что вам здесь не место. – Я прошу прощения, Хокаге-сама, я не… – Вон! Я достаточно вас предупреждал! – Кхм, хорошо, как прикажете…, – советница недовольно поднялась и вышла из допросной. – Рад, что вы поставили ее на место, сенсей, – отметил Учиха, – Этих старикашек давно пора гнать поганой метлой. – Ох, если бы все было так просто, Саске… Но увы, – Хатаке развел руками, – приходится ее терпеть. Так, значит, от проверки Яманака ты категорически отказываешься? – Моя голова принадлежит только мне, и видеть ее содержимое могу только я. Уж простите, Какаши-сенсей, но в таком деликатном деле я не доверяю никому. – М-да, проблемка… Это бы все упростило, а что теперь делать, я даже и не знаю. Но ты ведь точно не причастен к исчезновению Наруто, правда? – Пф! – фыркнул Учиха, – На кой мне его похищать? Да и стал бы я возвращаться в Коноху, если бы был в чем-то замешан? – Это верно, но не всем этого хватит для того, чтобы отказаться от подозрений в твою сторону. – Это исключительно их проблемы. – Увы, но нет, это и моя проблема тоже… – Разве вашего слова недостаточно для того, чтобы заткнуть всех недовольных? – Нет, Саске, недостаточно. Слишком уж… сложная ситуация, чтобы безоговорочно верить кому бы то ни было, даже правителю. Да и не устраиваю я многих, что уж тут скрывать… – Посадите их в камеры на денек-другой, быстро станут слушаться. – Станут ли? Или поднимут восстание? – Хм… – Вот я и не знаю, что делать, – тяжело вздохнул Хатаке, – По-хорошему, мне бы отправить тебя на поиски Наруто, только тебе, наверное, и под силу его отыскать, но… Остальные со мной не согласятся, они считают, что тебя лучше держать под стражей, по крайней мере, пока он не найдется. И я не в силах проигнорировать их мнение, увы. – Что ж, если вам так это нужно…, – задумчиво протянул Саске, – Я могу посидеть под замком, пускай и не в восторге от этого. От меня было бы гораздо больше пользы, будь я на свободе. Но так уж и быть, я останусь здесь, пока идут поиски. Если, конечно, вы гарантируете мне освобождение после, ну и то, что со мной не будут здесь обращаться, как с собакой. – За это не беспокойся, уж на это моей власти хватит. Я протащу сюда проверенных людей, ты не будешь ничем стеснен, и, надеюсь, все вскоре разрешится. – А куда денется? Этот придурок из любой передряги выберется…

***

– Истину говорю я вам, это – знак свыше! Дарована была нам благодать Мудреца Шести Путей, вернулся сын его праведный на землю грешную, дабы спасти людей от угрозы великой. И выполнил он миссию свою, и уцелел мир наш, но не смогли мы отплатить новому Ашуре так, как должно было! И покинул он нас, оставил без помощи своей, обрёк нас на прозябание и ничтожность, ибо не заслужили люди спасителя своего, не склонились мы перед ним смиренно, не приняли главенство его. Забыли мы, что тело его, молодое и бренное, лишь вместилищем является, для духа сына Мудреца бессмертного, да зверя хвостатого, создания его! Не готовы мы были вознести на пьедестал того, кого должно было, вновь не уважили люди Ашуру, не подчинились тому, кто слишком добр и мягок был для того, чтобы потребовать это! Достойны лишь Индры мы, что железной рукой своей схватит нас и на колени поставит, не волнуясь о воле нашей. Не отринули мы в сердцах своих старый порядок, все так же преклоняемся мы не перед тем, кого видим правителем своим, а перед тем, кто страх нам внушает! Да! Боитесь вы Индры грешного, страх животный вами движет, и не встали вы рядом с Ашурой, кто против брата своего сражался! Так достойны ли вы тогда, спрашиваю я вас, героя такого? Достойны ли вы спасения, если благоговения нет у вас перед спасителем, но есть перед угнетателем? Нет, отвечу я вам! И лишились вы благодетеля своего, ибо не перед тем падаете ниц, не тому возносите свои молитвы! Дан был выбор вам, и вновь неправильный вы сделали. Слабы мы духом, отравлены миром шиноби, властвует над нами не священное благоговение, но страх! Вы делаете вид, что обращены к свету, но сами не восхищаетесь им, а лишь боитесь тьмы! Не идёте туда, откуда льется благодать, но лишь бежите от непроглядного мрака. И увидел это проводник ваш, и отказался он вести вас к свету, ибо не желаете вы этого, не достойны вы узреть его! Покинул он паству свою, что притворялась лишь бредущей за ним, не было в вас преданности, не было в вас готовности принять его и отринуть тьму. Так пожинайте же теперь плоды деяний своих! Брошены мы отныне, будто котята слепые, и обречены мы теперь во мраке скитаться, ведь нет с нами пастыря нашего боле. Взывайте теперь к Мудрецу, и к сыну его, Ашуре, и к созданиям его, зверям хвостатым, ибо лишь Индра остался вам, тот, кто уведет вас во тьму, отвратит от света, заведет в бездну! Молитесь о возвращении, ибо лишился мир благодати, не будет в нем больше сияющего солнца, не будет больше мирных времён! Бросили вы спасителя своего, перед другими склонились, и не стерпел герой этого, и поняли мы лишь тогда это, когда отвернулся посланник Мудреца от нас! Да! Ото всех нас! Ибо каждый виноват в этом, душа каждого запятнана этим грехом! Сердца наши чакра связывает, и видит Мудрец сущность вашу, ибо всех чувствует он, помыслы каждого знает. И не спасут шиноби их жалкие попытки управлять этим божественным даром, не получится у них избежать справедливой кары, как не получится это и у самых слабых из рода человеческого. Ибо сила эта свыше дарована, и начало от самого Мудреца берет, и не в силах ни один смертный пойти против воли благодетеля своего. Как реки не текут вверх, так и люди – лишь слуги его, и не смогут они противиться его воле, и смиренно наказание лишь принять остаётся. Кайтесь, грешники! Просите о снисхождении! Умоляйте свой свет вновь вернуться на бренную землю! Ибо грядет время тьмы, время бесконечного мрака, и каждый ослепнет, и каждый возопит тогда: «Где же ты, спаситель наш?» И будете помнить вы, как сами же спасителя своего забыли, как сами же не склонились почтительно, как сами же других избрали главенствовать над вами. И будете вы жить в вечном страхе, зная, что сами отказались от Ашуры, праведного сына, и сами же в страхе падали ниц перед Индрой, сыном грешным. Разочаровали вы и Мудреца, и сына его, и созданий его, и не годны вы ни на что более, кроме как тирана жестокого над собой принять. Не полюбили вы, не стали вы уважать того, кто заслуживал этого, не дали власть тому, кому нужно было, так получите же воздаяние! – И смиренно головы мы склоним, и просить Мудреца будем, ибо лишь надеяться на милость его нам остаётся, – люди перед проповедником склонились в молитве, – Не усвоили урок мы, не прошли мы экзамен его, и лишь об ещё одном шансе просим мы... – Не требуя, но надеясь... – Смиренно и покорно... – Желая и умом, и сердцем... – И примем мы любое решение... – Ибо лишь Мудрецу решать судьбу нашу... – Ему. – И сыну его, Ашуре. – И созданиям его, зверям хвостатым… – Глупцы! – на трибуну выскочил неизвестный, потеснив проповедника, – Что вы несете? Возомнили тут Узумаки-саму каким-то святым, а теперь падаете на колени, считая его исчезновение божественным вмешательством. Именно из-за таких, как вы, его до сих пор не нашли! Из-за тех, кто вместо того, чтобы бороться и искать, сдаются, смиренно принимая свою судьбу! Трусы, что боятся действовать! Вы ничем не лучше Хокаге, который стремился скрыть исчезновение Наруто-самы. – Не смей сравнивать тех, кто познал истину, с тем, кто служит грешному сыну! Таким, как ты, не сломить нашу веру, не отвернуть нас от света. Такие, как ты, первыми падут жертвами тьмы, ибо не приемлют они знаков свыше, не видят они слабости собственной, пытаются они противиться воле Мудреца. И не замечают они, как в мнимой борьбе с тьмой сами становятся ею, и пытаются обратить в нее других. Но Мудрец все видит! И не снизойдет он до тех, кто урока своего не понял, кто истину для себя не открыл, кто колено перед ним не преклонил. – Старый дурак! Слепец, что пытается наставлять других! Или ты забыл, каким был Узумаки-сама? Он был тем, кто бросал вызов судьбе, тем, кто всегда боролся, не надеясь на чью-то помощь, тем, кто сам сделал себя таким, какой он есть! – Ой ли, глупец ты неверный? Рожденный великими героями Конохи, носитель хвостатого зверя, воплощение сына Мудреца – сама судьба выделила его из остальных, он всегда был избранным, тем, кому уготованы были великие дела! И наш грех в том, что мы не видели этого, отказывались это замечать… Не мы ли называли его Демоном, не мы ли презирали его, гнали его, насмехались над ним? Но разве способны ли мы, обычные люди, сломить самого Ашуру? Нет! Дух сына силен, дух сына вечен, дух сына всегда одерживает верх, вопрос лишь в том, достойны ли мы такого героя? И нет, говорю я! Даже после всех свершений его, разве разгорался в сердцах ваших восторг и трепет? Разве готовы были вы пасть ниц пред его ногами? Нет, вы все лжецы! Вы глядели на него, словно на игрушку, хотели заполучить его вещь, автограф, портрет… Вы влюбились в образ, и любили его низкой любовью, низводя в пошлость его величие. Вы кричали его имя, когда его нужно было произносить шепотом, вы ломились к нему в дом, когда должны были благодарить Ками за возможность хотя бы ступать по одной земле с ним… Нет! Не принял Ашура низость вашу, не стал терпеть он глупость и неискренность, и покинул он нас, покинул безвозвратно, и никакие поиски этих наивных шиноби не помогут вернуть его обратно. Ибо если сын Мудреца возжелал что-то, то ни один смертный не сможет противостоять этому! – А думал ли ты, старикан, о том, что его могли похитить? – Не веруешь ты в величие Ашуры, сомнения вижу я в сердце твоем! Не под силу никому из смертных что-то сделать тому, кто носит в себе дух сына Мудреца и зверя хвостатого. Али думаешь ты, что ничтожен настолько спаситель наш? Увы, ни на грош в тебе нет веры в свет, мальчик мой, именно из-за таких, как ты, поклоняются люди не солнцу, но мраку… – Я понял! Это мрак! – раздался вдруг выкрик из толпы, – Лишь мрак способен сразиться со светом, лишь тьма могла отобрать у нас спасителя! – О чем ты говоришь, верный слуга Мудреца…? – Мятежный дух Индры все никак не найдет покоя! – новоявленный оратор оглядел внимающих ему людей, – Сами подумайте, разве мог свет отвернуться от нас по своей воле? Нет, ибо тот, кто бесконечно добр и справедлив, не стал бы бросать паству свою. А ты! – он указал на ошарашенного проповедника, – Ты пытаешься совратить нас, заставить уверовать, что спаситель наш предал свою миссию, отдал нас на растерзание мраку! – Верно он говорит, он бы не бросил нас…! – Свет никогда не гаснет…! – Ты лжешь нам…! – Никакой ты не пророк воли Мудреца, ты – лишь жалкий шарлатан, пытающийся сбить нас с истинного пути, притворяющийся, что постиг истину. Но нет, прав был этот неверный! Не оставил бы нас спаситель, не желал бы он того, чтобы мы смиренно принимали свою судьбу. Всегда он боролся, сражался, и учил этому нас! Так что же, разве в праве мы предать его уроки? Разве можем мы сидеть, сложа руки, когда пропал Ашура? Нет! Не по своей воле он исчез, известно это всем, кто постиг учение его, а значит, освободить мы его должны, вернуть из плена злых сил! – Да! – Верно! – Мы не бросим нашего героя! – Мы вернем Узумаки-саму! – Но кто же виновен в похищении его, спросите вы меня? А я отвечу: тьма вновь подняла голову! Вновь восстал Индра против брата своего, украл он его у нас, лишил нас света. Но что же мы, испугаемся разве его, как говорил этот шарлатан? Нет, в наших душах достаточно храбрости, чтобы бросить вызов мраку. И мы пойдем, и мы сполна спросим с мятежного сына Мудреца, и заставим его вернуть нам нашего спасителя! – ДА! – Прячется он сейчас у слуг своих, защищает его учитель его, но разве остановит это нас? Что есть их сила, против нашей веры? Ничто! – ДА! – Так вперед же, браться мои! Стребуем же мы причитающееся с Индры грешного, восстанем же против мрака, что поселился в сердце Конохи! Дадим же свободу свету! – ДА! Огромная толпа, охваченная священной ярость, устремилась по улицам деревни прямо к центральной площади, прямо к Резиденции, что гордо возвышалась над Скрытым Листом. А за всей этой безумной картиной, с высоты скал, наблюдали каменные лики правителей селения… – Отдайте нам Индру! – Прислужники тьмы! – Верните нам наш свет! – Мятежный Учиха ответит за все! – Какого биджу здесь происходит? – охраняющие Резиденцию АНБУ напряглись, приготовившись к любого рода неожиданностям, – Что им всем надо…? – Выходи, лживый Хокаге! – выдвинулся вперед самопровозглашенный лидер толпы, – Выходи, и выводи погрязшего во мраке ученика своего! Мы хотим видеть того, кто забрал у нас спасителя! – Что эти безумцы несут? – масочники непонимающе переглянулись, – Нужно доложить Хокаге. Правда, скорее всего, он уже заметил… – Отдайте нам Учиху! – Отдайте нам Учиху! – голоса из толпы становились все громче… – ОТДАЙТЕ НАМ УЧИХУ!!! – … пока не слились в единый рев, – ОТДАЙТЕ! НАМ! УЧИХУ! ОТДАЙТЕ! НАМ! УЧИХУ! – ТИХО! – вдруг перекрыл их крики возглас Хатаке, что вышел на балкон Резиденции, – Что здесь происходит? – Вот он! – Лжец! – Прислужник тьмы…! – Вы укрываете Индру! – заявил лидер собравшихся, – Того, кто похитил у нас Ашуру, забрал у нас нашего спасителя, Узумаки Наруто-саму! Мы знаем, он скрывается у вас. Выдайте нам его, и заставьте говорить, и мы уйдем! – Нет, – взмахом руки Какаши прервал нарастающий гул недовольства, – Администрация лучше осведомлена о ситуации, и будет сама решать, как поступить с Саске Учихой. А вам стоит разойтись по домам и не мешать нашей работе… – Мы никуда не уйдем! Мы никуда не уйдем, пока вы не вернете нам нашего спасителя, нашего Ашуру! И не выдадите изменника! – Довольно! Как Хокаге, я приказываю вам… – Долой Хокаге! – Долой прислужника мрака! – Долой лжеца! – ТИХО…! – НЕТ! Ты не заткнешь нас, слуга тьмы! – Мы вернем наш свет! – Такому, как ты, не помешать нам! – Укрыватель предателей! – камень врезался в стену здания Резиденции… – Мы не признаем тебя! – … за одним полетел и второй, и третий, и вот уже вся толпа метает в направлении Хатаке все, что попадется под руку. Летят комья земли, палки, бутылки, обувь… – Хокаге-сама? – обратился к правителю один из охранников, – Нам нужно это прекратить. – Да, я попытаюсь их успокоить… – ДОЛОЙ ХОКАГЕ! С характерным металлическим звоном, в край балкона вонзился кинутый кем-то кунай… – Стихия Земли: Техника Земляной Волны! – Стихия Ветра: Великий порыв! – Стихия Воды: Водный Поток! – ОТСТАВИТЬ! – А-А-А…! Техники АНБУ врезались в толпу, разбрасывая людей словно кегли, сбивая их с ног, протаскивая по земле. Люди в панике устремились прочь, не замечая упавших под своими ногами, распихивая локтями тех, кто рядом, отталкивая тех, кто оказался у них на пути. Хрустели ребра тех, кто оказался в самом центре давки, пытались хоть как-то увернуться от бесчисленных ног те, кто оказался на земле, отплевывались от воды, грязи и пыли те, кому не повезло попасть под техники шиноби… – КАКОГО ХРЕНА?! – Хатаке схватил за грудки ближайшего к нему охранника, – Вы совсем охренели, бить по гражданским?! – Но они начали метать оружие… – И что?! Я НЕ ОТДАВАЛ ПРИКАЗ! – Какаши отбросил шиноби в сторону и мрачно взглянул на опустевшую площадь, с лежащими на ней людьми. То тут, то там виднелись лужи крови, кое-где валялись изломанные тела тех, кому уже не помочь, а рядом стонали и баюкали отдавленные конечности раненые…, – Так, медиков сюда, быстро! ШЕВЕЛИТЕСЬ, ПРИДУРКИ! Всех в камеры пересажаю, идиоты! Будете подопытными для Ибики, или Орочимару, я еще не решил. Вы мне за каждого пострадавшего ответите, и ответите сполна...!