Как завести корейца: ГАЙД

Лисса неторопливо подняла с пола сумку и закинула на плечо. Мгновение подумав, забрала со стола Алекса неопровержимую улику утреннего непреднамеренного вероломства — наполовину пустой стаканчик с еще теплым кофе, за который ей весь день будет стыдно. Приняв это как неизбежность, Лисса направилась к выходу. У самой двери она не удержалась и причмокнула губами как рыба. Ей пришла мысль, что в этом кабинете-аквариуме Алекс похож на акулу. Днем он проводил большую часть времени на очных встречах, но а вечером сидел здесь допоздна за ноутбуком, яростно стуча по клавиатуре, или проводил онлайн-созвоны с партнерами из другого часового пояса. Лисса частенько наблюдала, как он хищно и стремительно расхаживает по кабинету из стороны в сторону. От Алекса веяло уверенностью и силой. Схожесть с акулой добавляли стильные серебристо-серые или темно-синие костюмы с острым графичным силуэтом, подчеркивающим по-азиатски сухопаро-стройную и подтянутую фигуру. Кажется, он занимался каким-то видом единоборств: боксом, дзюдо или еще чем-то подобным. Лисса не особенно в этом разбиралась и была далека от спорта, как Корея от ее родной страны. «Если он акула, то ты тогда кто? Моллюск?» — услышала Лисса в голове собственный насмешливый голос. Девушка закатила глаза и толкнула стеклянную дверь. Иногда эта внутренняя Лисса ее страшно раздражала, но ее язвительные комментарии всегда были необычайно точны. — Скорее унылая рыба-капля, — невесело хмыкнула Лисса себе под нос. За рабочими столами опенспейса царило привычное оживление, словно и не было всеобщей утренней паники. Все рыбки вернулись на свои места и продолжили обычную офисную рутину. Отовсюду раздавалось клацанье клавиатуры, телефонные звонки и бодрые разговоры, а иногда даже приглушенный смех. Через открытое офисное пространство Лисса направилась к своему рабочему месту в закутке у стены. С одной стороны оно было огорожено стеллажом с рядом ярко-розовых папок, которыми иначе как для заполнения пустых полок Лисса ни разу не пользовалась. С другой — длинное окно, наполовину скрытое жалюзи с виднеющимся соседним высотным зданием и кусочком неба. Этот импровизированный мини-кабинет был для нее островком безопасности, всецело принадлежащим ей. Отсюда Лиссе хорошо было видно коллег, но, чтобы подойти к ней самой, необходимо было обойти стеллаж по кругу. Кто-то мог бы назвать это маразмом, учитывая, что к Лиссе приходила в основном только Тина, но Лисса упорно называла это «продуманной стратегией», а внутренней Лиссе было запрещено произносить такие слова как «затворничество» или «намеренное избегание контактов с окружающим миром». Лисса много времени проводила на работе, поэтому постаралась сделать свой уголок максимально уютным. Больше всего на ее столе выделялся торшер с тканевым абажуром и бахромой. Он светил мягким желтым светом. Торшер выглядел инородным предметом в их ультрасовременном офисе в минималистичном стиле с глянцевыми поверхностями и яркими цветами. Лисса даже точно не знала, можно ли здесь ставить на рабочий стол подобные вещи, но за все время работы в «N» ей так никто ничего и не сказал. Возможно, его просто не было видно из-за стеллажа — еще один плюс ее «Крепости Одиночества». Изначально Лисса купила себе два таких торшера в спальню, но один из них все время стоял выключенным и навевал тоскливые мысли. Отнеся один из светильников на работу, Лисса будто обозначила для себя, что не будет специально искать отношений, но и не будет переживать из-за их отсутствия. За те несколько месяцев, что Лисса была в Корее, она ни разу не сходила на свидание. Она не посещала мест, где к ней мог бы кто-то подойти, а сама проявить инициативу она слишком смущалась и переживала из-за своего корейского. Единственным доступным местом для знакомства был офис, но оказалось, что не только девушки вели себя рядом с ней странно. Мужчины будто старались поскорей завершить с Лиссой разговор, избегали на нее смотреть или застывали, притворяясь глухими или даже почти мертвыми, бессовестно не реагируя на ее слова. Иногда Лиссе все-таки приходилось по рабочим вопросам общаться с техническим отделом или ИТ, где преимущественно работали мужчины. И вот тогда она ощущала это отношение в полной мере. В последний раз ей нужен был доступ в одно из хранилищ данных. Она сделала запрос через внутреннюю систему, но на него так и не ответили в течение нескольких дней. Когда сроки сдачи отчета стали неприлично затянутыми и у Лиссы попросту не осталось ни времени, ни выбора, она пришла в технический отдел сама. У Лиссы дрожали коленки. Про себя она проговаривала фразы по-корейски, которые репетировала целый день. Она быстро нашла того, кто должен был выполнить ее запрос — по табличке с именем на углу стола. Нужным ей сотрудником оказался молодой мужчина с овальным лицом, тяжелой челюстью с куцым темным пушком над пухлой губой. На нем была мятая рубашка и синий галстук с жирным пятном на кончике. Мужчина смеялся какой-то шутке, рассказанной лысоватым коллегой с узким лицом напротив, но, едва увидев Лиссу, замер каменным изваянием. Приоткрыв рот и, не мигая, уставившись на нее, как на обезьянку в зоопарке, которая вдруг заговорила. Лисса с поклоном поздоровалась, кореец машинально поклонился в ответ. Она начала описывать ситуацию и говорила довольно долго, потому что мужчина ни разу ее не прервал, а только напряженно таращился на нее, из-за чего Лиссе только еще больше делалось не по себе. Его коллега напротив прятался за монитором, но Лисса прекрасно видела, что он украдкой продолжает за ними наблюдать. Она закончила говорить, и в кабинете повисла гробовая тишина. — Сонбэним, так вы мне поможете? — спросила она, замирая внутри от страха, и снова вежливо поклонилась. Кореец как болванчик молча поклонился вместе с ней. Теперь уже Лисса пристально уставилась на него. Ей пришла в голову странная мысль. Проверяя свою теорию, она не удержалась и еще раз склонила голову в поклоне. К ее ужасу мужчина поклонился вместе с ней. Чувствуя себя, как в страшном сне, она медленно поклонилась в четвертый раз, и чуть не вскрикнула, когда кореец, как зеркало повторил за ней, все так же продолжая молча таращиться на нее. Лисса не понимала, он издевается над ней или попросту не понял ни слова из того, что она так долго пыталась ему объяснить. Или и то и другое? В тот момент она чувствовала себя полной дурой. К горлу подкатил ком, в глазах начало предательски щипать. На мгновение Лисса представила, как будет объясняться и мямлить, почему не смогла выполнить простецкое задание, где ей не хватало крохотного пласта данных, который необходимо было прикрутить к огромному массиву обработанных и сведенных таблиц. Над этими файлами Лисса сидела несколько дней, включая выходные. Подумав об этом, ей сделалось страшно обидно за себя. В груди стало горячо, кончики пальцев закололо. Лисса сжала кулаки, впившись ногтями в ладони. Она не уйдет, пока не получит то, за чем пришла. Девушка увидела, что на одном из трех мониторов на столе болванчика открыто нужное ей хранилище. Не теряя ни минуты и боясь, что ее храбрость в любой момент лопнет как мыльный пузырь, Лисса нагнулась над столом и решительно потянулась за мышкой. Она легонько коснулась локтем мятой рубашки, из-за чего мужчина зажал нос и резко отодвинулся. Лисса постаралась сделать вид, что не заметила этого. Он сделал это с таким видом, что Лисса бы нисколько не удивилась, если бы потом он сжег эту рубашку. Она уверенно щелкала мышкой, вызывая нужные окна настроек. Ввела имя пользователя, но на экране появился запрос пароля администратора. Лисса повернулась к мужчине и выжидающе на него уставилась. — Пароль? — сказала она безапелляционным тоном, грозно сдвинув брови, так что болванчик мгновенно подчинился и бросился стучать по клавиатуре. «Ты уже напрягся, Пентагон?» — с мрачным торжеством подумала Лисса, наблюдая, как болванчик завершает настройку и отправляет ей доступы на почту. — Камсахамнида, — приветливо улыбнулась она. Лисса спешно отодвинулась от стола и поклонилась. Мужчина и неожиданно и его коллега напротив вместе ответили на поклон, не сводя с нее ошарашенных взглядов и так и не проронив ни слова. Уверенности Лиссы хватило ровно настолько, чтобы дойти до двери и завернуть за угол. Она тяжело привалилась к кулеру и налила полный стаканчик ледяной воды. Сердце бешено стучало, ладони вспотели, дрожь в коленях снова вернулась. Стаканчик в руке подрагивал, и Лисса не сразу смогла сделать глоток. — Господи, Лисса, что за монстр в тебе живет? Ты страшный человек, — сказала она себе со смесью восхищения и невероятной усталости. Убедившись, что поблизости никого нет, Лисса украдкой понюхала ворот джемпера, но ничего криминальнее запаха кондиционера для белья не почувствовала. Она только утром вытащила его из сушилки. В ближайшем туалете она подложила подмышки салфетки и после меняла их каждые пару часов. Лисса до сих пор так делала, едва ей параноидально казалось, что она хоть капельку вспотела. Исключением среди мужчин был Алекс, не менее странный, но наиболее близкий к потенциальному свиданию из-за своих неоднозначных знаков внимания. Когда его не было рядом, Лисса понимала, что он играет с ней в кошки-мышки, но в моменте, когда он касался ее или даже просто обращал на нее внимание, она ощущала гремучий коктейль из жгучего удовольствия, стыда и отвращения к самой себе за то, что осознает, что это неправильно, но все равно позволяет ему это с собой делать, потому что ей это нравится. «Лисса-киса…» — прошептали воображаемые губы Алекса ей в ухо, пока она огибала стеллаж с розовыми папками. Лисса повесила на кресло сумку и замерла, ожидая привычного ощущения мурашек бегущих по плечам. Но их почему-то не было. На этом мужчины вокруг Лиссы заканчивались. Если, конечно, не считать Джи Хуна, который свалился на нее, точнее, она на него, как снег на голову из параллельной Вселенной, где Лисса встречается с умопомрачительными красавчиками. Лисса поморщилась, вспомнив, как они нелепо расстались утром. Она нервно выдернула из полупустой упаковки на столе пару салфеток и направилась к туалетам. Находя это занятие с салфетками совершенно нелепым, оно, тем не менее, успокаивало ее и помогало в процессе собраться с мыслями. «Вот уж Джи Хун точно не твоего эшелона, Лисса. Кто вообще в здравом уме свяжется с той, кто засовывает подмышки салфетки? Я бы точно не связалась», — сказала она своему отражению, словно говорила с подругой. Со стороны входа послышался шум. В туалет вошла девушка, и Лисса спешно сделала вид, что моет руки и скрупулезно рассматривает свой несуществующий макияж. От Лиссы не укрылось, как девушка ее рассматривает, думая, что она ее не видит. Когда Лисса и Тина только познакомились, едва Лисса заикнулась о свиданиях, Тина стала вовсю отговаривать ее связываться с «патриархальными корейцами», которые, по ее словам, красиво ухаживают, а потом загоняют в кухонно-инкубационное рабство. Насколько знала Лисса, сама Тина постоянно с кем-то встречалась, и уже привыкла, что по понедельникам ее ждет очередная порция обеденных историй от Тины, случившихся за бурные выходные. Тина была ее личной ходячей дорамой. Сама же Лисса выходные проводила дома за чтением, просмотром сериалов, а иногда и работой. «Я просто много работаю, и у меня нет времени, — отмахивалась она, а потом сама же ехидно добавляла: — Ага, просто тебя никто никуда не приглашает, неудачница. Да, и вот поэтому ты и сидишь тут до утра под торшером». До поездки в Корею у Лиссы была за плечами пара неудавшихся отношений: одни длительные еще в студенческие годы, но вымотавшие и выпившие из нее все силы, и в итоге закончившиеся разрывом. И вторые, которые быстро сами собой сошли на нет. В первых Лисса растворилась без остатка и думала, что это любовь всей ее жизни. Даже когда все стало стремительно ухудшаться, она до последнего верила, что это временные трудности. После расставания она чувствовала, будто из нее выдрали кусок. Лисса долго никого к себе не подпускала, опасаясь повторения эмоциональной мясорубки. Во вторые отношения она встряла неохотно и после первого опыта боялась эмоционально вкладываться. В итоге она вела себя холодно и при этом чувствовала себя ужасно из-за того, что мучает другого человека, когда он ни в чем не виноват. Ей не хватило духа самой инициировать разрыв, поэтому она искренне обрадовалась, когда в одно утро обнаружила, что тот ее молча везде заблокировал. С тех пор и по настоящее время Лисса была уверена, что больше попросту не способна влюбиться, да и что вообще упустила шанс встретить кого-то особенного. Она развлекала себя мыслями о богемной старости в розовом бархатном халате в окружении персидских кошек. «Ага, которые потом будут грызть твои пальцы, когда у тебя случится совсем не богемный инсульт, — хмыкнула эта поганка внутри нее. Девушка нервно подумала о еще одном слое салфеток. — Фу, лучше заткнись, Лисса». Под торшером на столе сидела маленькая мягкая игрушка-лягушка — талисман из детства. Здесь были также искусственный цветок «сильной и независимой», вентилятор, без которого можно было сразу лечь и умереть в душные жаркие дни, салфетки и, конечно, большая чашка с лягушками, из которой Лисса пила чай. Возможно, она была единственной, кто пил чай в этом офисе. Или даже стране. — А я пыталась утром напоить Джи Хуна чаем. Вот балда, — сокрушенно сказала вслух она, включая компьютер. — Аньон хасейо, — сказала Лисса кореянке в соседнем ряду, но та сразу спряталась за монитор. Лисса устало вздохнула. Села в кресло на колесиках и уже привычно задела ногой коробку под столом. Это был подарок от матери на день рождения, который пришел раньше срока. Она опасалась, что он придет позже, поэтому отправила его сильно заранее. Однако так вышло, что посылку доставили за несколько недель до дня рождения Лиссы. Девушка думала о том, чтобы отнести коробку домой, но каждый раз забывала об этом прямо перед выходом. Лишь совсем недавно Лисса призналась себе, что ей гораздо спокойней, когда эта коробка лежит у нее под столом в офисе, а не маячит перед глазами дома. До обеда все шло своим чередом. В офисе пригасили свет, возвещая сотрудникам, что настало время обеда. Отчасти из-за этого на столе Лиссы стоял личный торшер. Но в этот раз она ждала обеда, потому что была страшно голодна после неудавшегося завтрака. Вопреки опасениям Лиссы о миллионе вопросов, на обеде Тина могла говорить только о Тине. — Тина, сделай тридцать копий, — передразнивала она Алекса, раздраженно макая полупрозрачный пельмешек чинманду в соус. — Тина, а теперь уничтожь их все немедленно! Нет, Тина, я не сошел с ума, даже если тебе так кажется. Сделала? А теперь знаешь что? Ни за что не угадаешь… Распечатай заново тридцать копий! — негодовала она. Тина отправила пельмешек в рот и начала яростно его жевать, словно это была голова самого Алекса. Лисса слушала ее в вполуха, вовремя поддакивая и качая головой. Все ее внимание было сосредоточенно на еде. Тина не ходила в столовую внутри бизнес-центра, как многие другие сотрудники, и предпочитала обедать в кафе неподалеку. Лисса с радостью составляла ей компанию, потому что в столовой были в основном корейские блюда, в которых она совсем не разбиралась, и, конечно, вездесущий рис. Она заказывала либо то же, что и Тина, либо уже помногу раз проверенные блюда, напоминающие знакомые ей пельмени, пасту или салаты. — А что хотел от тебя Алекс? — вдруг вспомнила Тина, вытирая губы салфеткой и отпивая через трубочку айс американо. Это был один из вопросов, к которому Лисса успела придумать ответ. Так же как и объяснить, куда делся утренний кофе, но Тина так и не вспомнила про него, слишком уж она была зла на Алекса. — Да просто по работе. Спрашивал про хранилища данных, чтобы быть готовым к любым вопросам, — с как можно более скучающим видом ответила Лисса и тут же переключилась на еду. Она отправила в рот большую половинку яйца, следом за ним чинманду и взяла еще немного грибов. Она замерла, заметив тяжелый взгляд Тины. — Что? — спросила Лисса с набитым ртом. — Ну и аппетит у тебя, — заметила подруга, покачав головой. Кажется, ответ про Алекса ее устроил, и она переключилась на другое. На саму Лиссу. — Как девушка может столько есть? — скривилась она, перемешивая палочками салатные листья с маслянистой заправкой и мелкой стружкой моркови. По краю тарелки Тина разложила лук, грибы и все остальное, что сочла недостойным быть съеденным. Лиссе становилось грустно от одного взгляда на то, что осталось в центре. — Подумай над этим, иначе скоро совсем растолстеешь. Я ведь забочусь о тебе, — Тина похлопала ее по руке и отложила палочки. — Все, я наелась. А ты? Лисса смутилась. Еда тут же комом встала в горле. Она с трудом дожевала и тоже отложила палочки в сторону. Лисса не доела больше половины обеда и все еще чувствовала, что так и осталась голодной. — Умница, — просияла Тина. — Джи Хун не должен узнать, что живет с маленькой черной дырой, так ведь? Лисса неуверенно кивнула. С обеда они вернулись как раз тогда, когда закончилась встреча с партнерами. Алекс провожал гостей, кланялся и обворожительно улыбался. Судя по всему, встреча прошла не просто удачно, а феерично. Глядя на Алекса, купающегося во всеобщем ликовании, внутри Лиссы все потеплело. Ей было приятно, что она к этому причастна. Последним из переговорной вышел директор Кан Гван Сон. — Вы оправдали мои ожидания, Александер. Проект ваш. Буду ждать первые наработки, — отрывисто похвалил он с легким кивком. Директор говорил неторопливо и негромко, но в нем чувствовался непререкаемый авторитет и властность, которую Лиссе хотелось назвать «породистой». — Рад стараться, сонбэним, — Алекс низко поклонился и стоял склонившись до тех пор, пока директор Кан не скрылся в лифте. — Лисса-хубэ, зайдите ко мне, — громко обратился он в формальном корейском стиле, когда Лисса проходила мимо. Она удивилась, но пошла за ним. — Отличная работа, — похвалил ее Алекс, когда за ними закрылась стеклянная дверь. Он снял пиджак и небрежно бросил его на спинку кожаного кресла. Мужчина остался в рубашке и идеально сидящем на нем жилете, подчеркивающем широкие плечи. На его руке блеснули дорогие часы. — Если эти слова означают, что я вас спасла, то да, — заметила Лисса, лукаво прищурившись. Ей хотелось игриво поддеть его, но, кажется, она немного переборщила, потому что Алекс напряженно на нее уставился. Лисса кашлянула и продолжила более серьезно: — Рада, что все хорошо прошло. Директор Кан очень доволен. Надеюсь, он не закатит снова корпоратив, а то еще один кореец у меня в квартире не поместится, — не удержавшись, пошутила она, чтобы Алекс, не дай бог, не подумал, что у нее дурные намерения. — Хм… Да, — он дергано улыбнулся уголком рта. Алекс облокотился на стол рядом с ней и бегло осмотрелся по сторонам, словно опасаясь, что их кто-то подслушивает. Его рука взлетела к волосам и откинула назад темные пряди. Лиссе показалось, что он о чем-то судорожно соображает. — Ты меня спасла, Лисса-киса, — наконец сказал он и улыбнулся. — Знай, что я не мог кого-то заложить с этими дурацкими ошибками. Тут так не делается. Я забочусь о других. Мы ведь команда, верно? — он поймал ее взгляд и заставил посмотреть на него. Лисса чувствовала, что против воли плывет от его внимания. Его карие глаза в упор выжидающе смотрели на нее. Лисса с трудом выдохнула. Она кивнула и смущенно улыбнулась. — Я обязательно скажу о твоих талантах директору Кану. Как только выдастся случай. Обещаю, — прошептал он. Алекс нагнулся к ней, и Лиссе показалось, что он сейчас ее поцелует. Она прикрыла глаза и вся подалась вперед. — Кстати, возможно, мы теперь будем проводить больше времени вместе, — продолжил Алекс. Когда Лисса открыла глаза, он смотрел на нее как ни в чем не бывало. В руках у него были бумаги, которые лежали на столе ближе к Лиссе и за которыми он изначально тянулся. Лисса почувствовала, что густо краснеет. Она неловко поправила очки и пригладила выбившуюся прядь, которую Алекс больше не спешил поправлять. «Лисса, я же говорила тебе, что так и будет! Твое буйное воображение скоро тебя доконает. Думаешь, ему интересна такая как ты? Нет!» — Я получил задание от директора Кана, — деловито сказал Алекс. — Он хочет, чтобы мы провели исследование и разработали стратегию сбыта для нового продукта. Я собираю команду под проект и хотел бы, чтобы ты была со мной. Ты согласна? — он протянул ей бумаги. — Надо сделать предварительные расчеты по определению наиболее перспективной аудитории и построить модель сбыта. Лисса пробежала глазами бумаги с описанием задания и нахмурилась. — Но это работа на несколько недель, а то и целый месяц, как минимум. — Ты будешь не одна, Лисса-киса. Я буду рядом. — А кто еще в команде? — Я пока не определился, но сделаю это в ближайшее время. Так ты в деле? Я должен знать это сейчас. Это отличный пункт в резюме или заявка на повышение. Этот проект сулит новые привилегии для нас обоих, — вкрадчиво добавил он, сверкнув глазами. — Ты ведь понимаешь, о чем я? Лисса перестала дышать. «Он намекает, что я и он… Что я стану ему под стать и мы сможем…» Он прожигал ее взглядом. Ноздри терзал животный запах его одеколона, не оставляющий ей выбора. — Если так, я согласна… Алекс, — Лисса не узнала собственный дрогнувший голос. — Прекрасно! — воскликнул Алекс, хлопнув ладонью по углу стола. — Я нисколько в тебе не сомневался, дорогая. Может, тогда вместе пообедаем? — вдруг спросил он, когда Лиссе показалось, что она вновь обрела способность дышать. — Эта встреча меня вымотала, и я голоден как тигр! «Как акула», — на автомате мысленно поправила она, чувствуя легкое головокружение — то ли от потрясения, то ли нехватки воздуха, который явно повредил ей мозг. Лиссой завладело игривое настроение. Она только что вернулась голодная с обеда, но не могла упустить такой возможности. Девушка вполоборота повернулась и одарила Алекса кокетливой улыбкой. — Прости, но я очень занята сегодня, — сказала она, слово в слово повторяя то, что сказал ей он, когда Лисса в первый раз звала его вместе пообедать. При этих словах ее пустой желудок взбунтовался и неприятно екнул, но Лисса уже вовсю наслаждалась новой ролью. «И кто тут теперь кошка, а кто мышка, а?» — мысленно ликовала она. Алекс улыбнулся, задержавшись взглядом на ее губах. «Помнит ли он вообще тот день?» — Очень жаль. Может быть, завтра, Лисса-киса? — с искренней надеждой в голосе спросил он. Лисса ответила не сразу. Неторопливо прошла к двери, коснулась ручки и лишь тогда медленно обернулась с хитрой улыбкой. — Может быть, — многообещающе сказала она отворачиваясь и со всего размаха влетела коленом в дверь. Стекла аквариума угрожающе загромыхали. Лишь через мгновение Лисса поняла, что дернула дверь не в ту сторону. «Да что не так с дверями в этой стране!» — она спешно вышла в коридор, вжав голову в плечи и не решаясь посмотреть на Алекса. Невероятным усилием воли она заставила себя не бежать к своему бастиону из розовых папок. Ей понадобились рекордные четыре слоя салфеток, чтобы успокоиться. Уже вечером Лисса задержалась на работе, пытаясь дождаться Алекса. Она видела его в кабинете, он сидел с кем-то на онлайн-встрече. Лисса уже начала делать задание от него: набросала план и начала собирать необходимые данные для расчетов. Она хотела его подождать, чтобы вместе поехать в лифте и потом выйти из здания — он на парковку, а она на остановку. Лисса уже успела успокоиться и собраться с мыслями, чтобы постараться реабилитироваться в глазах Алекса. По дороге она расскажет ему, что уже успела сделать, а он непременно похвалит ее. И завтра он, может быть, еще раз позовет ее на обед, и тогда Лисса точно не откажется. Проблема была в том, что Алекс уже сильно задерживался, а за соседним столом сидела Тина и подпиливала и без того идеальные ногти. У Лиссы закралось подозрение, что она также ждет Алекса. «Или следит за нами». К вечеру желудок Лиссы превратился в маленькую черную дыру. У девушки то и дело урчало в животе, и она ничего не могла с этим поделать. — Кто у тебя там сидит? Годзилла? — потешалась над ней Тина. Лисса уже почти сдалась и хотела отправиться купить что-нибудь в вендинговом аппарате на этаже, когда ее телефон вдруг пиликнул от входящего сообщения. Лисса удивилась незнакомому уведомлению. Это было сообщение из KakaoTalk. Она взяла телефон в руку и прочитала его. Это было сообщение от Джи Хуна. Он писал на английском. «Лисса, привет. Это Джи Хун». — Кто это тебе так поздно пишет? — протянула Тина, вскинув брови. Она подошла ближе и села на край ее стола, подвинув папки и положив ногу на ногу. Тина всегда так делала, как бы Лисса с этим не боролась и не просила ее сесть рядом на стул или просто прислониться к краю стола. Ее платье задралось выше середины бедра. Но в тот момент Лисса едва это заметила. — Джи Хун, — удивленно сказала она, не веря своим глазам. — Ууууу… удачи, — закатила глаза Тина, пододвигаясь и пытаясь заглянуть ей в телефон из-за плеча. — Корейцы сумасшедшие в этом плане. — Ты о чем, — удивилась Лисса. — Эй, ты о чем? — взволнованно повторила она, когда Тина не ответила. В Лиссе снова стала подниматься тревога, что ей придется вернуться домой и объясняться с ним за утренний инцидент. За работой Лисса не вспоминала об этом, но теперь утренняя паника вернулась с новой силой. Тина так ничего и не объяснила. Лисса уже с ужасом уставилась на экран телефона. Ее сердце замерло. Три бегущие точки — он пишет что-то еще. У Лиссы в голове замелькали десятки вариантов того, что он хочет ей сказать. «Я долго думал о том, что произошло утром. И решил, что ты неадекватная маньячка и извращенка, и хочу немедленно съехать. Лучше я буду жить в коробке на улице, чем с тобой!» Но вместо этого на экране появилось: «Как твои дела? Во сколько ты приедешь домой?» — Что он себе позволяет! Уже контролировать тебя начал! — возмутилась Тина, бесцеремонно заглядывая ей через плечо. Лисса неловко улыбнулась и отодвинулась от нее, поворачивая экран так, чтобы ей не было его видно. На экране снова появились три мерцающие серым точки. Джи Хун писал уже довольно долго, с каждой секундой заставляя Лиссу нервничать все больше. Подбирал слова? «Не хотел тебя тревожить до вечера. К тому же утром ты была немного… растерянной, как и я». «О боже, “растерянной”… Так он это воспринял?» Следом сразу появились еще сообщения — одно за другим. «Я вышел к курьеру, но потом понял, что не спросил о коде от электронного замка. Я помнил об этом утром и днем, но потом… В общем, я тебя очень жду у дверей квартиры. Как щенок. Хозяйка, приходи. Эмоджи с головой собаки и смеющийся смайлик». Лисса уставилась на последнее сообщение, как никогда остро ощущая ирреальность происходящего. Лисса сама не помнила код и всегда открывала дверь по отпечатку пальца. Но не может же она прислать ему свой палец, а это значит… — Твою мать! — вскочив, громко воскликнула она, не обращая внимания на вздрогнувшую от неожиданности Тину. «Сколько он уже там сидит?!» — Черт! — Резко схватила сумку и понеслась к лифтам мимо озадаченного Алекса. У него только что закончилась онлайн-встреча, и он выходил из кабинета. — Черт, черт, черт! — Лисса ураганом пронеслась по коридору, так что даже лента с пропуском оказалась у нее на спине. — Эй! Лисса, постой. Если подождешь минуту, то спустимся вместе и я подвезу тебя, — крикнул ей вслед Алекс. — Только захвачу спортивную сумку. — Простите, сонбэним, но я очень спешу. Срочное дело! — Лисса попыталась поклониться, но чуть не врезалась в цветок у стены. Еще утром Лисса никогда бы не поверила, что ее рот способен исторгнуть подобные слова по отношению к Алексу. — Что? — удивился Алекс, словно никогда до этого не получавший отказы. — Что случилось? — непонимающе спросил он у Тины, провожая Лиссу недоумевающим взглядом. Тина не ответила. Вдвоем они наблюдали, как Лисса несколько раз нетерпеливо ткнула кнопку лифта, а потом, потеряв терпение, понеслась в сторону лестницы, на ходу набирая сообщение в телефоне и рискуя в любой момент переломать на ступеньках ноги. — Кажется, у тебя появился конкурент, — наконец произнесла Тина, задумчиво теребя бахрому на торшере.