Здравствуйте, а я ваш зять

Стоя напротив огромного тёмного замка, Пиперс нервно сглотнул и перевёл взгляд на босса. -- Это ваш дом? -- Да, слава богу бывший. Надеюсь, родители нас примут, потому что на мои письма они уже больше трёх лет не отвечают. Быстрый стук в дверь, и на пороге появляется старичок в смокинге и узких очках. -- Здравствуйте, чего вам уго- Мистер Злыдень! Как неожиданно увидеть вас здесь после стольких лет... Проходите. -- Ага, рад видеть, Томас. Ты хорошеешь с каждым годом, -- Лорд легко улыбнулся и направился внутрь дома. Его спутник молча кивнул дворецкому и устремился за начальником. Коридор был обставлен в лучших традициях состоятельных семей. Различные дорогие вазы, картины, золото, мрамор, растения, статуи, дорогие ковры... -- Как будто в музей попал, -- удивлённо вздохнул Гляделкинс, пытаясь рассмотреть всё как можно лучше. Угрюмо похрустев костяшками пальцев, Лорд взял за руку своего подчинённого и направился направо по коридору, к двери в самом конце. -- Ты главное не болтай много. Они совершенно не такие, как твои родители. Будь осторожен. С самого утра Злыдень был на нервах. Прикрикивал на всех, кого встречал, рассеянно собирал вещи, постоянно уговаривал Пиперса отказаться от этой поездки и даже пару раз его пробивало на дрожь. Командир искренне не понимал такой реакции, ведь, по рассказам Хейтера, детство у него было не совсем ужасное, да и родители в историях из детства извергами не казались. Может, лорд был не предельно честен со своим партнёром. После открытия двери взору открылась шикарная гостиная с камином, кожаным диваном, большим телевизором и большой люстрой, состоящей из различного размера бриллиантов. На диване сидели две особы в дорогих платьях, одна молодая, вторая пожилая. У камина стоял мужчина во фраке, куривший папиросу. В этот момент Гляделкинсу стало не по себе, потому что повседневные футболки, джинсы и потёртые кроссовки явно не соответствовали данной ситуации. Услышав звук открывающейся двери, все присутствующие в комнате оглянулись на новоприбывших. -- Мам, пап, бабуля... Здравствуйте. Я к вам погостить приехал. К удивлению Пиперса, никто не кинулся обнимать сына, котрого не было дома около шести лет, даже простой улыбки не было на лицах этих людей. Лишь мать медленно поднялась, подошла ближе и провела пальцами в бархатной перчатке по щеке Злыдня. -- Надеюсь, ты правда приехал в гости, а не как твои жалкие кузены жаловаться на то, что их злодейская жизнь не задалась. Больше двух дней не позволю тебе тут находиться. А это, -- она кивнула в сторону Пиперса, -- что за недоразумение? -- Это мой командир. Точнее командир моего войска. Главный советник. Лучший из всех, -- такие слова очень льстили командиру, и он слегка улыбнулся. -- И ты притащил его в наш дом? А про субординацию с подчинёнными ты ничего не слышал? Жалкое зрелище, Злыдень, -- отец разочарованно покачал головой, делая очередную затяжку. -- Да я плевать хотел на твоё мнение, если честно. Кого захотел, того и привёл. Тут в разговор включилась бабушка: -- А ну-ка, сядьте сюда оба. Хочу поговорить с твоим командиром. Гляделкинс испуганно посмотрел на лорда, а тот лишь устало выдохнул и направился к дивану. -- Какой-то он слишком тощий для главнокомандующего армией. Да и выглядит он странно. Ты где его нашёл? Какой-то подросток ошивался рядом с кладбищем, и ты его подобрал? Какой же ты сентиментальный. Я даже уже телевизор не включаю, если там ты, потому что постоянное отсутствие жертв меня просто убивает. Позорище. Даже соседям стыдно рассказать, что мой внук такой слабохарактерный. Хейтер даже бровью не повел, просто слушал и иногда демонстративно рассматривал свои ногти. -- Теперь я понимаю, откуда у вас такой иммунитет к оскорблениям, -- прошептал лорду Пиперс. -- Ты закончила или ещё будут комментарии? -- А ещё ты невероятный нахал, но это проявляется только в общении с твоей семьёй, а как только приходят чужие люди, так ты сразу стелишься. И приятно тебе быть подстилкой? Ковриком для ног? И парнишка, которого ты приволок, настолько же жалок, насколько и ты. Старушка хотела было продолжить, но внезапно построжевший голос лорда её остановил: -- Заткнись сейчас же, или я за себя не ручаюсь. Я терпел унижения около тридцати лет, но так унижать моего подчинённого я не позволю. Ясно? Повисла тишина. Пиперс смотрел с восхищением на своего босса. За него почти никогда не заступились и это было невероятно приятно. -- Ну, наверное, твой друг хочет задать величайшим злодеям прошлого века какие-то вопросы, раз напросился сюда с тобой, -- вдруг сказал мужчина, открывая бутылку коньяка. На самом деле, это правда. Гляделкинс с самого детства фанател по таких супер-злодеям, как Миссис и Мистер Бэды и Величайшая Льюиса, которые оказались как раз таки родителями и бабулей его лорда. Он мечтал об этой поездке, потому что хотел лично повстречаться с легендами злодейства. Но сейчас его детские представления о них сломались о реальность. Это не злодеи, это бессердечные твари. Злодейство -- это искусство, и пусть они с Хейтером были дилетантами, они всё же имели принципы. Они должны быть у всех, кто занимается чем-либо, а их отсутствие приводит к появлению кого-то вроде лорда Доминатора. Пиперсу стало стыдно, что он так слепо любил идеалы, которые к реальности не имели отношения. Злодеи нужны не для убийств и трясущихся несчастных гражданских, а для того, чтобы у героев была мотивация творить добро. Ведь именно благодаря им Сильвия перешла на сторону борцов со злом, а Тут-и-там стал легендой. Император Круто, Злыдень и Гляделкинс -- злодеи, а лорд Доминатор и эти люди -- твари. Понятия, которые нужно разделять. -- Когда я шёл сюда, я думал, что задам много вопросов, но сейчас всё вылетело из головы. У меня только один вопрос: почему вы не отвечаете на письма милорда? Мама нахмурилась и пригладила свои шелковистые белые волосы. -- Потому что не заслужил, -- наконец ответила женщина. -- Я следила за его операциями захвата городов и другими попытками стать нормальным злодеем, но это всё больше походило на дешёвую пародию нормального фильма. Выглядело убого. Я решила, что пока мой сын не впечатлит меня, я не стану отвечать на его письма. Думаю, он понимал, что ответа ждать не стоит. По мокрым глазам Злыдня, опущенным в пол, он всё-таки ждал. Увидев состояние босса, Гляделкинс приобнял его и поставил на ноги. Бросив короткое "Мы пойдём спать, уже поздно", Пиперс поспешно вывел Хейтера из комнаты. Лорд зажал рот рукой и стал быстро вдыхать и выдыхать носом. -- Пошли быстрее ко мне, не хочу, чтобы они слышали, что я плачу, -- быстро шептал мужчина. Оказавшись в своей комнате, лорд сел на пол и дал волю слезам. Командир давно не видел такой яркой истерики у начальника. Он плакал и кричал, всхлипывая и дрожа. Ещё чуть-чуть и Гляделкинс и сам бы расплакался. Успокаивать было бесполезно, нужно было просто переждать шторм. Само присутствие Пиперса успокаивало Злыдня, а остальное произойдёт само собой. Когда крики закончились и остались лишь глухие всхлипывания, командир аккуратно положил руки на плечи любовника, нежно поцеловав того в загривок. -- Милорд, может, вы сядете на кровать, а то простудитесь. Я вам помогу, -- парень протянул руку лорду, ожидая, когда его собеседник примет помощь. Слегка дрожащая рука опустилась на ладонь Гляделкинса. Спустя пару секунд злодеи уже сидели на кровати. -- Я просто... Не понимаю... Что я должен сделать, чтобы они меня любили? Я не хотел... Быть злодеем. Я стал им только для того... Чтобы они гордились мной. А они даже не собирались отвечать на мои письма. Хотя, я должен был догадаться... Они никогда не были хорошими родителями. Их злодеяниям в мою сторону нужно посвятить целую книгу... Как учебник для злодеев, как мучить жертву, -- постоянные всхлипы раздражали Хейтера, но командир лишь сильнее проникся историей своего начальника. -- Простите меня, милорд. Это я виноват. Вы просили меня не ехать, а я настоял. Простите за эгоизм. Я никогда больше не буду настаивать, если вы не хотите чего-то, -- он поцеловал любимого в лоб и обнял, пытаясь извиниться. -- Я не злюсь. Это было полезно. Надо перестать надеятся, что моя семья любит меня. Больше никогда не напишу им письмо. Мужчина лёг на кровать и потянул за собой партнёра. -- Давай спать. Завтра свалим как можно раньше и дело с концом. Ночь была неспокойная. Не из-за погоды. Видимо, лорду снился кошмар, потому что он прижимался к командиру и лихорадочно шептал что-то неразборчивое. "Я обещаю вам, милорд, что вы больше никогда не будете трястись и плакать от страха и боли. Я не позволю". *** Утро выдалось пригожим. Ни тучки, ясное небо и яркое солнце. Будто бы сама природа намёкала: "Бегите оттуда нахрен, ребята". -- Милорд, а можно задать личный вопрос? -- Валяй. Я после истерики, мне сейчас параллельно. -- Они вас били? -- Не буду рассказывать тебе подробности, но потом покажу свои шрамы. Спускаясь по лестнице, Гляделкинс представлял, как спускает по ней каждого из членов семьи Злыдня. Это чуть подняло ему настроение. Только парни приблизились к двери, за спиной возникли эти трое и ларца. -- Даже не попрoщались, какое хамство, -- причитала бабушка. -- Не тебе о хамстве нам морали читать, бабуля. Вчера обхаяла нас с головы до ног. -- Ладно, идите. Надеюсь, ты и твой жалкий помощник не опозоритесь в ближайшие двенадцать часов, а то будет совсем омерзительно наблюдать за вами, -- язвила мама, ухмыляясь. -- Господи, да вы же просто омерзительны, -- вдруг подал голос командир. -- Послушай ты, мальчик на побегушках, -- начал было отец семейства, но был прерван. -- Нет, это вы послушайте. Вы трое -- просто невероятные твари. Я занимаюсь злодеяниями с 13 лет, и более омерзительных созданий не встречал никогда. Что движет вами? Только ненависть? Вы не любите друг друга, не любите своих детей. Вы никого не любите. Вас надо бы от общества изолировать, да только вы настолько жалкие, что вы самоизолировались, попытавшись сбежать от мира в этот кукольный замок. Смотреть противно. Ваш сын, между прочим, приехал рассказать вам о невероятно важном событии, но вы из-за своей гнилой натуры даже не дали возможности рассказать об этом. Потому что вам плевать на всех. Вы моральный уроды. Командир взял за руку свою любовь и вывел из этого адского места. -- Мы больше никогда не вернёмся сюда. И ты больше не будешь страдать из-за них. Я обещаю. В этот момент Злыдень отчаянно захотел поцеловать командира, но решил дождаться момента, когда они сядут в космолет. Внезапно на крыльце показалась фигура матери. Она крикнула: -- А что за событие в жизни? Не долго думая, Злыдень крикнул: -- Я влюбился в своего командира, и на свадьбу приглашён только Томас!