Запах жасмина

Кровь мелкими каплями стекала по сгибам пальцев и тут же оседала на темно-зеленой траве. Но Леон совершенно не смотрел на порезы. Его больше волновала Эшли, которая сейчас стояла перед ним напряженная и приставляла его армейский нож к своему горлу. Что точно сейчас произошло, агент не понял. Он видел, что девушке становилось все хуже и хуже, а потом она внезапно обозлилась и, выхватив оружие у блондина, попыталась даже напасть. Все что Грэм говорила, будто шло не от нее, будто кто-то завладел ее разумом. И вот сейчас, острое лезвие слишком близко к тонкой шее. - Эшли, - полушепотом проговорил Кеннеди. – Все хорошо. Отдай, пожалуйста, - протянул он раненную руку вперед. Но девушка, невидящим взглядом смотрела вперед. Глаза покраснели, что-то безжалостное и злобное появилось во всем выражении лица. Это была уже не та Эшли, которая вздрагивала от каждого выстрела и жалась ближе, ища защиты. Она больше походила на тех самых ганадо, которыми была населена эта местность. - Эш, - снова мягкий голос Леона и осторожный шаг в сторону девушки. Та внезапно издала какой-то утробный рык, и кинулась с ножом на агента. Но она не успела достичь цели, послышался выстрел. Пуля выбила из рук Грэм нож, со звоном ударившись о металл. Эшли и Кеннеди дернулись и посмотрели в сторону, откуда был выстрел. В паре метров от них стоял Серра с взведенным пистолетом, нацеленным на девушку. Брови испанца были сурово сдвинуты к переносице, а палец лежал на курке. Леон видел, как напряглась рука брюнета. - Нет! Стой! – кинулся к нему блондин, прикрывая собой Эшли. Снова выстрел, пуля прошлась где-то сбоку от плеча Леона. Грэм метнулась к проходу в стене. Тут же решетка с громким лязгом опустилась, перекрывая дорогу к девушке. - Эшли! – уже не обращая внимания на испанца, Кеннеди подбежал к решетке, и схватился за прутья, пытаясь в ночной темноте разглядеть силуэт Грэм, но той и след простыл. Минуту в саду висела пронизывающая тишина, нарушаемая только пением сверчков в траве. Затем агент повернул голову в сторону Серра, прожигая того сердитым взглядом. Но Луис, уже убрав оружие за пазуху, хмуро смотрел на решетку. Свет от редких фонарей в этом саду бросал светлые куски на лицо испанца, заостряя его черты и выделяя усталость. Взгляд был задумчивым и серьезным. Леон в два прыжка оказался рядом с Серра и схватил того за грудки. - Ты охренел?! – закричал на него агент. – Ты зачем целился в нее?! - Она хотела тебя убить, - сухо проговорил Луис, продолжая внимательно смотреть в голубые глаза, которые сейчас пылали праведным гневом. - Это не она хотела меня убить, а та хрень, которая в ней сидит! – не унимался блондин. – Ты понимаешь, что мог застрелить невиновную девушку?! Теплые глаза испанца смотрели на разъярённого блондина с грустью и нежностью, затем будто что- то щелкнуло внутри,  и на лице Луиса расплылась дежурная ухмылка. - Амиго, я бы никогда не застрелил твою сеньориту, иначе ты меня к себе не подпустишь, а это для меня сродни смерти, - и брюнет, взяв агента за запястья, потянулся к нему, вытянув губы трубочкой.  Кеннеди тут же отпустил его и отшатнулся. В глазах по-прежнему стояла злость, но уже менее яростная.  Небритая улыбка испанца продолжала сиять на его лице, затем его глаза зацепились за ладонь Кеннеди. - А твоя chica, молодец. Смогла ранить опытного агента. Леон поднял свою руку и посмотрел на небольшой порез на пальцах, из которого еще сочилась кровь. Да, смогла, но это была не Эшли. Это было нечто опасное, засевшее в ней. Нужно срочно было спасать девушку и тот, кто обещал помочь, недавно в нее целился. Так себе помощник. Легкое шуршание ног по траве и брюнет оказался рядом. - Позволь, - он потянулся к руке Леона. Аккуратно ухватив за край перчатки, как-то очень медленно и нежно Луис снял ее с ладони агента. Стоило врезать как следует этому испанцу, тем более когда его лицо находится так близко к ладони. Но Кеннеди пересилил себя, понимая, что затевать драку на пустом месте – это не профессионально. Нужно беречь силы для настоящих противников. Внутренний двор был объят тишиной и темнотой. От травы тянуло влагой, будто тут совсем недавно прошел дождь.  У стены, за которой скрылась Эшли, рос большой куст жасмина. Белые нежные цветы трепетали на легком ветру и разносили свой сладковатый аромат в ночи. Все здесь дышало каким-то умиротворением и никак не вязалось с тем адом, который творился в стенах замка. Блондин задумался о том, как ему перебраться через стену и где искать Эшли. Он совсем не заметил, как Луис поднес его руку к своим губам и, практически невесомо, коснулся губами внутренней стороны запястья, там, где вилась сеть голубых вен. Затем губы брюнета переместились на ладонь, оставляя уже более ощутимый поцелуй и сомкнулись на ране. Леон наблюдал за этим с напряжением, но уже без удивления. Он прекрасно помнил, что сказал ему Серра в подземелье, помнил его выражение лица и, в какой-то степени, ощущал его боль. Кеннеди знал, каково это, когда на твоих глазах гибнут люди, которые тебе дороги. Он знал, как разрывается от этого внутри тебя сердце и ни кому не желал испытать того же. Более того, он не хотел быть причиной боли кого бы то ни было, поэтому старался держаться подальше от теплых и крепких отношений. В этот раз, в этой деревне, в этом чертовом месте все пошло не так. Надо было сразу поставить наглого испанца на место, а он, правительственный агент, дал слабинку, и теперь будет расплачиваться за это. Горячий язык брюнета прошелся по ранам на пальцах. Он глянул на Кеннеди,  не размыкая губ. Тот смотрел сосредоточено. Не выдержав, Луис отпустил руку агента и разразился громким смехом. - Видел бы ты свое лицо, - хохотал Серра. – Такое чувство, будто в этот момент ты решал тригонометрическую формулу. Леон нахмурился и выхватил из рук брюнета свою перчатку. - Хреновый из тебя доктор, - надевая ее обратно на ладонь, агент отметил, что кровь хоть и перестала идти, но это явно заслуга свертываемости, а не языка испанца. - Mi querido, разве таким лицом нужно смотреть на своего любовника, который хочет подарить tu amor, - прищурившись, проговорил Луис. - Это когда мы стали любовниками? – поднял брови блондин. - Ох, ну и память у тебя, cariño, - всплеснул руками испанец. – А как же жаркие объятия на берегу озера, а как же мои чувства, которые я тебе дарил там, в холодных подвалах замка…. Кеннеди, совершенно не слушая очередного бубнежа Луиса, повернулся к нему спиной и направился к решетке. Голубые глаза пристально осматривали каждый камень, ища скрытый механизм. Наверняка Серра знал, как можно попасть на ту сторону, но он опять попросит какую-нибудь глупость за свои услуги, а Кеннеди был сейчас не в том настроении. Эшли где-то там, одна, с помутненным разумом. Ее нужно срочно спасать. - Иди за мной, - легкий шелест-шепот над ухом. Запах знакомых сигарет, казалось, что агент уже сам начал их курить, прошелся за спиной. Леон развернулся и увидел, как брюнет скрывается в том самом кусте жасмина. Подойдя ближе к раскидистым веткам с белыми цветами, блондин пытался высмотреть в этой гуще Луиса. - Если ты решил меня затащить в кусты ради очередного твоего приступа возбуждения, то я не пойду, - хмыкнул Кеннеди. - Ты давно должен был понять, что как только я тебя вижу, то сразу возбуждаюсь, - ехидный голос из зарослей. - Это меня и пугает, - пробурчал себе под нос Леон. Тут же донеслось шуршание, и возникла лохматая голова испанца, обрамлённая белыми цветами. - Давай поиграем в Алису в Стране чудес, - довольная улыбка так и сияла на небритом лице. – Вот только вместо белого, будет черный кролик. - Кончай, - стиснул зубы агент. - Не могу, мне нужно хотя бы ручкой помочь, - снова ехидство и голова скрылась в кустах. – Тут есть проход в стене. Я не шучу, - тут же раздался голос. Кеннеди тяжело вздохнул и шагнул на звук. В нос тут же ударил запах жасмина, обволакивая сладостью. Подняв руку, чтобы закрыть лицо от хлеставших веток, блондин начал продираться вперед. Чьи-то руки ухватили его за пояс на штанах и резко дернули к себе. Леон смог не споткнуться о корни кустарника, змеями вившимися по земле, но тут же ощутил спиной холодный камень. Теплое тело прижало его к каменной кладке, и вкус знакомых губ прошелся жаром с ног до головы. Луис целовал, как всегда, жадно, настойчиво. Большие пальцы горячих рук занырнули под пояс штанов блондина, притягивая его бедра к бедрам Серра. Видимо он не соврал, когда говорил, что возбуждается каждый раз, как видит Кеннеди, и бугорок в штанах был тому подтверждением. Тяжелое дыхание обоих, заглушалось стуком их сердец. Серра оторвался от желаемых губ и посмотрел на Леона. Луна лишь немного пробивалась сквозь заросли жасмина, но ее бледный свет серебрил светлые волосы агента. Влажные припухшие от поцелуя губы и пронзительно голубые глаза. Серра раз за разом, встреча за встречей подмечал мимолетные изменения во взгляде Кеннеди.  Если долго мучиться, что-нибудь получится. Вот и сейчас, если раньше холод, напряжение и подозрительность были неотъемлемыми спутниками, когда блондин смотрел на него, то сейчас появилась доброта, нежность и…. испуг. Не тот испуг, который возникает при виде чего-то страшного, а тот, который пробуждает неизвестность. В груди у Луиса противно заныло. Он понял, что Кеннеди боится за него, боится ранить его чувства и будто не знает, как еще реагировать. Он не может оттолкнуть, но и полностью поддаться, тоже не получается. Испанец провел ладонью по щеке блондина. От запаха жасмина уже начинала болеть голова, но Серра продолжал просто смотреть в глаза агента и тихонько гладить большим пальцем руки его прохладную кожу. Мягко потянувшись вперед, Кеннеди приник губами к губам испанца. Тот широко открыл глаза, ощущая, как перестает дышать от нахлынувших чувств. Нет, это было не возбуждение, которое концентрировалось в паху и требовало немедленного выхода. Это было нечто другое, которое сладкой негой развивалось в груди и хотело там остаться навсегда. Почему-то сейчас не было желания быстро довести до оргазма блондина и себя. Хотелось долго, нежно целовать, ласкать, прижимать к себе. В глазах защипало, и Серра зажмурился, ощущая, как Леон обнимает его, прижимая к себе. Больно, очень больно в груди. Нужно перестать думать о том, что никогда не сбудется. Нужно сконцентрироваться на более доступном. Луис положил ладонь на пах агента и немного сжал. Тот не отстранился, продолжая целовать нежно, не так рьяно и рвано. Тогда Серра все же потянулся к заклепке, намереваясь привычно ее расстегнуть, но горячая рука Леона его остановила. - Не сейчас, - хриплый шепот над ухом. Брюнет понимал, что Кеннеди прав. Что-то непонятное творится между ними. Не похожее на то, что было при первых встречах. Обняв Леона за плечи, Луис уткнулся носом ему в шею и с шумом вдохнул знакомый запах. Но жасмин и сюда добрался, заглушая своей сладостью. Кеннеди тоже сжимал испанца в объятиях, положив голову ему на плечо. Голова кружилась то ли от аромата цветов, то ли от той близости, которая, казалось, была выше предыдущих. Сердца обоих бились в такт друг друга. - Мне надо найти ее, - снова хрип, заставивший брюнета вздрогнуть и прижаться еще сильнее к агенту. Он не хотел его выпускать, не хотел идти снова в это месиво из крови, зла и жестокости.  Казалось, что в этом кусте жасмина они могут остаться жить, скрытые от посторонних глаз. - Луис. Серра резко выпустил блондина из объятий и отшатнулся. Леон смотрел на него удивленно, не понимая такой реакции на то, что он просто позвал его по имени. Но именно это и напугало испанца. Он, конечно, хотел поиграться, разрядить обстановку, так сказать, но игры зашли слишком далеко и сам брюнет попал в ловушку. - Да…. Да.., - растерянно махнул головой Луис. – Надо ее найти. Пошли, - и он скользнул куда-то мимо Кеннеди в ветки жасмина. Агент последовал за ним. Всего пара шагов и оба оказались по ту сторону каменной стены. Блондин напряженно смотрел на спину испанца, который будто застыл под лунным светом. С одной стороны это был все тот же шумный наглый мужчина, который всячески пытается подкалывать и лезет к нему в штаны, а с другой… Что-то изменилось в Луисе. При чем, изменилось в тот самый момент, когда Леон назвал его по имени. - У меня есть лекарство, которое поможет замедлить развития этой твари внутри вас, - не поворачиваясь к агенту, Серра запустил руку в карман своих брюк и вытащил оттуда маленькую баночку. Он повертел ее в руках, будто что-то обдумывая, затем развернулся к Кеннеди. Голубые глаза смотрели грустно и напряженно. Блондин сам не понял до конца, что же случилось, но такое поведение испанца пугало. - Здесь хватит на вас двоих, - протянул лекарство агенту Луис. – Эшли хватит одной таблетки, тебе лучше две. Из расчета массы тела, - улыбнулся испанец, и на мгновение Кеннеди показалось, что вернулся тот шумный мужчина. Но Серра опустил глаза и отвел взгляд. - Спасибо, - прошептал агент и, шагнув вперед, взял баночку. Затем еще шаг и легкое касание губами небритых щек. Ничего не сказав, Леон скрылся в тени сада. Луис еще какое-то время стоял, не шевелясь и не поднимая глаз. Он проиграл в этой битве. Он полностью отдался этому американцу, вручил ему свою душу и сердце и теперь обратной дороги нет. Жизнь Серра полностью зависит от голубых глаз.