Самый тёмный секрет

Юнги , хранитель демона Поражения, прорвался через огромные входные двери крепости в Будапеште, которую он делил вместе со всё растущим числом друзей - ставшими братьями и сестрами больше в силу обстоятельств, чем по крови - но сражаясь бок о бок с бесспорным удовольствием, они становились всё ближе друг другу. Он, черт возьми, сделал это. Сделал. Это. Преследуя своего врага через весь континент, пожертвовав одной из четырех божественных реликвий, необходимой чтобы найти и разрушить ящик Пандоры - и да, он собирался преодолеть все трудности для этого - после того как насекомые буквально сожрали его заживо, после того как его (кхм) разделали словно цыпленка (кхм), он в конце концов выиграл. И черт его побери, если он не готов отпраздновать это. - Я король мира, суки. Идите и погрейтесь в лучах моей славы. - Его голос эхом прокатился через фойе в ожидании. На приветствие никто не откликнулся. До сих пор. Усмехнувшись, он переместил парня , всё ещё находящегося без сознания и лежащего у него на плече, в более удобное положение. Более удобное для него. Он был его врагом, которого он выслеживал, и парнем , от которого у него словно водили долбаной рукояткой меча по его поджелудочной железе. Он едва сдерживался, что бы не кричать на каждом углу о том, что он сделал и что раздобыл. Он засунул его в мешок и подписал, детку. Он крикнул: - Папочка дома. Кто-нибудь? Кто-нибудь? Снова никто не ответил. Его улыбка сникла. Чёрт побери. Когда он потерпел единственное своё поражение, он боролся с болью долгое время. Когда же он победил, хотя… боги, это было подобно сексуальному напряжению, энергия гудела в его венах, раскаляя, воспламеняя его. Это было похоже на рвение бойфренда. И, о ад, двенадцать воинов и их женщин живших с ними, все же не ждали его, что бы поприветствовать дома? Даже при том, что территория теперь была заставлена ловушками и наблюдалась под мониторами, и кто-то обязательно должен был вдарить ему кулаком по морде ещё пять минут назад? В прямом смысле. Но он это заслужил по его предположению. Прошло семь дней, в течении которых он не звонил и не посылал им смс. Технически, это была не его вина. Он был немного занят, доставляя себе радость. При последней связи ему сказали, что опасность миновала и все могут возвращаться сюда, таким образом он перестал волноваться а-ля -я-должен-знать-всё-обо-всех. Итак, замечательно. Не важно. От того факта, что никто не хотел играть он напрягся. Теперь он мог позаботиться об одном маленьком деле. - Спасибо ребята. Вы лучшие. Правда. - И вы все можете мне отсосать! Юнги шагнул вперед. Что бы утешить себя он представил, что когда его пленник очнётся, то обнаружит себя запертым в четырёх стенах в клетке. Просто отлично. Тогда его взгляд остановился на незнакомой обстановке, и усмешка сползла с его лица. Он резко остановился. Он отлучился только на несколько недель, как, решил он, и большинство остальных, и за это время кто-то умудрился превратить их ветшающее чудовище, как они звали свою обитель, в музей. Пол, ранее из крошащегося камня и цемента, блистал теперь белым мрамором в прожилках янтаря. Соответствующие полу стены теперь были облицованы полированным розовым деревом. Прежде винтовую лестницу покрывали трещины, а сейчас она блестела, и не из-за проблем со зрением, безупречные позолоченные перила уводили взгляд выше. В углу, обтянутый белым бархатом стул был прислонён к отражающей панели, и за ним виднелись бесценные артефакты - яркие вазы, инкрустированные драгоценными камнями шкатулочки и древние наконечники копий - и всё в застеклённых стеллажах. Ничего подобного он не видел здесь раньше. И все эти изменения произошли менее чем за месяц? Это казалось невероятным, даже с учетом того, что Титаны заявились сюда и исчезали, когда взбредёт. Может быть, потому что боги были более озабочены убийствами и нанесениями увечий, чем украшением интерьера. Но, всё же ... может быть, в то время пока Юнги пребывал в мечтах о грядущих поздравлениях за хорошо выполненную работу, он зашёл не в тот дом? Такое уже бывало. Спросить даже неловко. Невозможно придумать разумное объяснение для покрытого сажей, в порезах и синяках багажа, что он приволок. Без сомнений сразу вызовут копов. Да и разъяснения по поводу забрызганной кровью одежды стали бы просто настоящим праздником.Нет, решил он секундой позже. Он там, где нужно. Должен быть. У лестницы на стене висел портрет Джина , хранителя Сомнения. Голого. Только у одного человека хватило бы наглости насмехаться над таким зверем как Джин подобным образом. У Аньи, богини Анархии и беспорядка, которая только что встретила свою судьбу в лице Хосока , хранителя Смерти. Странная парочка, если бы спросили Юнги , но никого это не интересует, поэтому оставим своё мнение при себе. Кроме того, лучше промолчать, чем остаться без такой любимой части тела. Анья не переносит критики. Ни в чём. - Хэй, Джун , - прокричал он. Намджун, хранитель демона Болезни. Чувак, который никогда не покидает крепость. Всегда здесь, наблюдал с помощью камер за периметром, обеспечивая безопасность дома также хорошо, как и управлялся со своей мелкой техникой, по военным спец заказам, купленной нелегально за наличку. Сначала ответа не последовало, только ещё одно эхо его голоса, и Юнги начал беспокоиться. Случилась какая-то катастрофа? Полное уничтожение демонов? В таком случае, почему он всё ещё жив? Или это у Чимина , хранителя Всех Видов Несчастий, выдалась скверная неделька и... Раздался звук шагов, ближе и ближе, и на него нахлынуло облегчение. Он поднял глаза на лестницу - там был Джун , стоящий на раскрашенном под шкуру зебры коврике, - Юнги не мог припомнить, что видел его раньше, - его белые волосы растрепались вокруг дьявольского лица, а карие глаза горели. - Добро пожаловать домой, - произнес НамДжун и добавил, - говнюк. - Какая теплая встреча. - Ты не звонишь, не пишешь и ещё ждешь любви и ласки? - Ага. - Выпендрежник. Намджун был одет в чёрное с головы до пят, его руки покрывали мягкие кожаные перчатки. С точки зрения моды, эти перчатки были перебором. Тем не менее, для спасения человечества они были своего рода необходимостью. Одно-единственное прикосновение кожи Намджуна к кому бы то ни было - и привет, чума. Демон парня наполнял какой-то болезнью его вены, так что единственного прикосновения было достаточно для её распространения. Даже для Юнги . Но будучи бессмертным, Юнги не умер бы от небольшого кашля/жара/кровавой рвоты. В отличие от людей, которые вымерли бы, возможно, даже на всей планете, потому что инфекцию практически невозможно было остановить. Юнги , в свою очередь, заражал бы болезнью каждого, к кому прикасался, а так как он умеренно наслаждался обольщением людей, у него была определённая зависимость от прикосновения кожа к коже. - Ну как, здесь всё хорошо? - спросил Юнги . - Все в порядке? - Теперь ты хочешь узнать? - Ага. - Выпендрёжник. Ну, по большей части всё в порядке. Большинство парней отсутствуют - прячут артефакты и ищут последний из них. Остальные охотятся за Галеном. - спустился, переступая через две ступеньки, и остановился внизу, оставаясь на расстоянии удара. Как всегда. Его взгляд переключился на парня, и его зрачки расширились от веселья, скрывая все эмоции, которые отражались там до этого. - Так, теперь твоя очередь влюбиться, а? Придурок! Я-то думал, у тебя больше здравого смысла. - Я тебя умоляю. Я не хочу иметь ничего общего с этим своенравным сученком. Во время их кажущегося бесконечным похода он обнаружил, что желает его всё больше и больше. И всё больше ненавидит себя. Он мог быть ходячим сексом, если бы не был приговорён к смерти.