Следы прошлого не исчезают

Сумев оторваться от роботов, все выжившие поехали на базу. – Дэйв, ты как там ... ? Послышался голос Эдгара из рации Дэйва. Дэйв достал рацию из кармана и, вместо того, чтобы отвечать, лишь направил в сторону задней части салона автомобиля. Эдгар из своей рации лишь слышал тихие жалобные стоны множества раненых растений. – М-мои братья ... Я ... Я словно чувствую их ... и их боль ! Вопил тристрел, у которого осталась лишь левая голова по имени Тир, а из двух стеблей без голов текла пасока ... Первобытный Подсолнух Антико тихо плакала в углу машины, держась за свою левую щёку, а вместо двух милых клычков, что всегда были видны при её улыбке, был только один, так как один из зубов был даже не выбит, а безжалостно сломан, со рта текла зелёная жидкость, а со щёк слёзы. Звездофрукту Уилу пытались забинтовать один из пяти его лучей, который он потерял в неравном бою ... Цветущее сердце Дженни лишилась своей катапульты, что метала сердцевидные снаряды во врагов и плакала больше не от боли, а от того, что на её глазах умер Красное Жало Энтони, с которым она только недавно вошла в отношения ... С которым только недавно ещё обнималась и целовалась ... Которого изрешетили пули из пулемёта ... Горохомёт Форт смотрел на свои руки-листья ... Их просто не было, их отрубило и вместо них лишь были короткие основания листьев, что истекали "кровью" ... У Первобытного Горохострела Ганта обгорела его шёрстка а из правого глаза текла пасока и торчал какой-то металлический осколок, одним словом, этим глазом он уже ничего не увидит ... – Да где этот Алое, когда он так нужен ... Хрипло сказал Кактус Даниэль, что потерял правую "руку" и шипел от боли и потери пасоки ... – Эд мёртв ... Тихо ответила Лунный Цветок Виолетта Даниэллю, что стояла рядом с ним и добавила дрожащим голосом : – Я ... Я сама видела, как один из тех роботов ... Р-разкрошил его ... Н-на ломтики ... И все эти изувеченные растения, даже не четверть пострадавших, не говоря уже о мёртвых ... А оставшиеся электро растения тем временем были сильно измотанны и, сбившись в кучку, пытались уснуть среди множества жалобных стонов и плачей. Эдгар тяжело вздохнул и уже наслушался этих звуков, свидетельствующих о страданиях растений. – Д-достаточно, Дэйв, я всё понял ... Просто я ... Мгх ... Конец связи ... Сказал Эдгар и отложил рацию в карман. Крис сидел на переднем сидении, держа на листьях Эмми, которой уже забинтовали рану, но она была просто истощена и тихо дремала от бессилия и уже не такой резкой боли, а из глаз иногда вытекали слёзы, которые Крис заботливо вытирал. – Гельт ... Тихо сказал Крис, закрывая глаза и откидывая голову на спинку сиденья, сегодня у него был тоже очень тяжёлый день и он устал, как морально, так и физически, но потом повернулся и выглянул из-за сиденья на остальных растений и в пол голоса спросил : – Горошка и Санни ... Никто не видел ... ? Некоторые растения, что были целы и среди шума расслышали вопрос Криса, сначала оглянули присутствующих, а потом отрицательно покачали головой. – Нет ... Тоже мертвы наверное, как остальные ... Сказал Капустапульта Кемп, потирая новоприбретённую ссадину на щеке. Крис поник головой и тяжело выдохнул, после чего тихо сам себе сказал : – Бедный мой братишка ... Заново повзрослеть не успел после той войны с мутантами ... Как уже умер ... Наконец все оказались на базе. К пенни тут же подбежали зомби доктора и начали принимать раненых растений на руки и убегать с ними в госпиталь. Дэйв вышел из машины и к нему навстречу шёл Эдгар. – Привет, Эдгар ... Еле слышно сказал Дэйв. – Привет, Дэйв ... В пол голоса сказал Эдгар и протянул руку для рукопожатия. Дэйв неохотно, но ради приличия пожал его руку. – Мне очень, очень жаль ... Прости меня ... Это всё из-за меня ... Мы обязательно найдём эту сволочь и она получит по заслугам ... ! Грозно сказал Эдгар, кладя Дэйву на плечо свою холодную руку. – Это моих растений к жизни не вернёт ... Тяжело выдохнув, сказал Дэйв и посмотрел на Эдгара, а потом спросил : – А нам-то ... Где жить теперь ... ? – Ох, точно, пойдём, я покажу тебе ... Подскочив с места, сказал Эдгар и пошёл к к одному из нескольких больших зданий, а на пути им встретился командир четвёртого ТЗМ, который что-то прорычал Эдгару, а тот махнул рукой и сказал : – Этих на ремонт, дозаправку и пополнение боекомплекта и передай, чтобы наладили производство и к завтрашнему дню их было минимум двадцать. Военный кивнул и убежал, а Эдгар продолжил вести Дэйва ... К вечеру Дэйва и растений расселили по комнатам, а раненые растения лежали в госпитале. Крис зашёл в палату, где лежала Эмми, а с ней ещё Тир, которому удалили два, теперь уже лишних, стебля и Гант, которого практически всего обработали какой-то мазью, а на правом глазу были бинт, что уже слегка позеленел от пасоки, и повязка, что держала бинт плотно. – Ребят ... Вы как ... ? Тихо спросил Крис. – Я ... Я словно ещё чувствую братьев ... И что они тут .... И им больно ... Дрожащим голосом сказал Тир, поднимаясь с кровати, чтобы посмотреть на Криса. Гант вместо ответа, тихо и жалобно прорычал что-то, что не удивительно, ведь первобытному растению трудно говорить на английском, а в таком состоянии тем более. Крис тяжело выдохнул и залез на кровать к Эмми, что лишь печальным взглядом смотрела в потолок, но при виде Криса, слабо улыбнулась, так как на большее не было сил. – Привет, Крис ... Тихо сказала Эмми. – Привет ... Я думал, что ты уснула, раз не откликнулась ... Так же тихо ответил Крис. – Я ... Просто задумалась ... А где Гельт ... ? Он же ... с нами был ... ? – Был ... Он ... Он спас меня ценой собственной жизни ... Откинул меня от робота, а ему самому отрубило часть стебля с листьями ... Он умер прямо у меня на листьях ... Сказал, что ему холодно и попросил разрешения поспать ... А последнее, что он сказал это то, что надеется на то, что мы встретимся не скоро ... С трудом сказал Крис, опустив голову. И без того, слабая улыбка Эмми сползла с её личика и её быстро сменили шок и ужас. Маслютик аккуратно встала на свои, теперь уже, три листочка и обняла Криса оставшимся передним листком. Крис первые несколько секунд даже не шевелился, так как не ожидал этого, но потом тоже, неуверенно, обнял её в ответ. – Он был ... Самодовольным, конечно ... Но за друзей горой ... Тихо сказала Эмми. – Да ... Его лицо ... Его взгляд ... Смотрел мне прямо в душу ... Никогда не забуду ... Почти шёпотом сказал Крис и, впервые в жизни ледяного, по его щеке прокатилась слезинка, что беззвучно упала на простыню кровати, оставив крошечный мокрый след, который скоро высохнет. Крис всхлипнул и отстранился от Эмми. – Я ... Л-ладно ... Поправляйся, Эмми ... В пол голоса сказал Крис и посмотрел на Тира и Ганта, после чего добавил : – И вы тоже поправляйтесь ... Тир кивнул и обратно улёгся на своей кровати причём так, что оставил место на подушке для оставшихся братьев, которых у него больше не будет, а Гант опять что-то тихо прорычал в ответ Крису, после чего ледяной покинул палату и ушёл из госпиталя в корпус с жилыми комнатами, к другим растениям. Он зашёл в комнату, где были Дэйв, который сидел на своей кровати, но рядом с тумбочкой, Кэрри, которая дремала и до сих пор восстанавливала своё электричество, Кемп, который лежал на кровати рядом с голубикой и просто смотрел в потолок, Айрис, которая обнимала спящего Сэмми, лёжа с ним на кровати, словно защищая ото всех вокруг, и Календула Сильвер, которая сидела на подоконнике и смотрела в окно на то, как два зомби меняют лампочку на каком-то фонаре на улице. – Можно ... ? Неуверенно спросил Крис, залезая на подоконник рядом с Сильвер. Календула любезно кивнула, а Крис устроился на противоположном конце подоконника, думая о Горошке и Санни, понимая, что они скорее всего просто умерли с другими растениями, хотя, на самом деле, был в корне не прав ...