Последний раз

Я в очередной раз стою на краю крыше серой многоэтажки. В моих наушниках играет любимый мною Vspak, а за плечами горы воспоминаний, о которых даже вспоминать не хочется. –Я. не навязываюсь!– -Нет - нет, нет.– –Не бей маму!– –Я не виновата– –Остановись!–  Те слова, которые я всегда говорила отцу в свое оправдание.  Ночь. небесное полотно с сияющими осколками далеких звезд. Загадочная луна освещает, создавая полумрак на всей планете, а тихий шепот ветерка ласково колышет зеленую траву.  *** Отношения с родителями у меня плохие. Папа часто избивал маму. Она билась головой об стол, стены, вещи. Отец называл мать девушкой легкого поведения, сукой и другими не лестными словами. Но мама молчала. Она всегда молчала. Никогда не перечила отцу, но всегда получала. Я тоже не раз зарабатывала серьезные травмы после побоев. Меня наказывали за каждую оплошность, даже если она была незначительной. В лучшем случае меня ставили на гречку, в худшем - били оголённым проводом. Не знаю, что бы со мной было, если бы не мамочка. Она всегда защищала меня от него. От этого сумасшедшего. Я много раз уговаривала маму уйти от него. Но она отнекивалась, говоря, что если мы уйдем, он нас найдет и будет только хуже.  Не сладкое у меня было детство. Я никогда бы не подумала, что начну пить и употреблять. Но начала же.  Подхожу ближе к краю и смотрю в черную бездну не живых этажей. Далее я сажусь на пыльную бетонную плиту, подтягивая одну ногу к голове, ложу на колено подбородок и обвиваю конечность руками. Теплый летний ветерок заставляет расслабиться и забыть о всех проблемах. Я люблю сидеть на крышах зданий. Они пропитаны атмосферой спокойствия. Закрыв глаза, я все равно чувствовала на себе лунный свет, сверкающий во мгле темных кварталов, районов и безлюдных переулков этого невыносимого города. Я не люблю темноту, но мне нравится ночь. Ха. Забавно. Темнота - почти синоним неизвестности. Странность была как раз в неизвестности неожидаемой (роковой? Но здесь рассуждение уводило бы к литературности, подражательности). Неожиданная неизвестность для меня была "дурной" неправильной, несправедливой, не должной быть: ее-то я и боялась. Я хотела "проскользнуть" между знанием о том, что неизвестность может быть, но не должна, и собственным чувством, что она рядом, что вот-вот что-то случится, но, может быть, и не будет.  Конечно, были у меня и хорошие воспоминания. Например, как папа катал меня на спине или мама готовила мои любимые блинчики с черникой. Теперь эти воспоминания не что после поступка отца. Омерзительного поступка.  Недавно они опять ругались. Мать в первый раз не захотела молчать и упрекнула папу за все содеяное. Лицо отца покраснело от гнева. Он взял первое, что попалось под руки и швырнул в маму. Крик. После Тихий протяжный стон. И вот она уже лежит на больничной койке с ножевым ранением. Отец попал прямо в сердце той, кто всегда оберегал меня, не бросал в обиде. Моя мамочка единственная, кто любил меня. Я медленно поднимаюсь. Это мой последний раз, когда я поднимаюсь на крышу. Вытягиваю правую ногу вперед, перенеся вес тела на нее. И лечу вниз, прямиком в черноту. Доживая последние секунды своей жизни, я думала о том, как будет хорошо "убийце" без меня. Я оставила записку в ванной на стиральной машинке. Она гласила: –Я не виню тебя за смерть матери. Я не хочу оставаться одна, поэтому не ищи меня нигде. Все равно болбше ты не увидишь меня. Встретишь Ди или Хэви, сообщи им, что меня больше нет. Ваша Лиф–.