Розовый кролик.

Тёмные фигуры, идущие по хрустящему снегу, слишком выделяются на белом зимнем фоне. Темнеет уже слишком быстро, что им только на руку, ведь посторонние глаза ни к чему. Четверо мужчин в чёрных одеяниях — предвестники нечто плохого, а в их случае — смерти. Словно чёрные вороны, а во главе сама смерть с янтарными глазами и запахом виски. Направляются они к нужной точке, обходя могучие стволы деревьев и уверенно двигаясь к своей цели. Снег сегодня, на удивление, не падал, был спокоен, даже ветер не шумел, всё тихо. Слишком тихо. Лишь хруст снега под ногами разъедал эту мёртвую тишину, но и он вскоре исчез, а фигуры встали на месте. — Где он? — Его скоро должны доставить, прошу прощения. Долго ждать не пришлось. С противоположной стороны послышались шаги и мычание. Двое мужчин тащили их цель с мешком на голове и явно закрытым ртом. Испуганного мужчину кидают на колени перед самым главным и стягивают мешок. Синяки по лицу и запекшаяся кровь под носом, разбитая губа и напуганные глаза, что последние сутки видели ужасные, отвратительные вещи. Из его рта достают какую-то тряпку, и сразу раздаётся жалобный голос альфы. — Прошу, отпустите меня. Я сделаю всё, что Вы скажете, умоляю, простите меня, я был не прав. — голос был хриплым и дрожал, видимо, от холода, ведь на измученном теле была лишь футболка в крови и грязные брюки. Альфа, чей запах был уже совершенно не ощутим, стоял на коленях и, склонив голову к земле, вымаливал прощение. Ткань брюк впитывала влагу от снега, а мороз пробирался под футболку, заставляя дрожать. Стоило трясущейся руке протянуться к чёрному пальто главного альфы, как подорвалась охрана, не позволяя этого сделать. — Ты предал меня, а я таких людей не прощаю. Убить. — Нет! Господин Ким! Истошный крик мольбы раздавался по всему лесу, пока руки тянулись к последней надежде, что, развернувшись спиной, направилась обратно к машине. Выстрел заткнул мужской голос навсегда, а на белый снег пролилась алая кровь. Тёмная фигура с запахом виски и еле уловимого табака направилась обратно к машине, пока рядом шёл альфа с планшетом в руках и что-то печатал, поправляя круглые очки. — Господин Ким, нам требуется замена этого альфы на другого. Вы сказали не брать никого без Вашего ведома, у меня есть несколько вариантов альф, что приходили по желанию, хотите взглянуть? — Нет, теперь я сам буду искать людей, чтобы не произошло подобной оплошности.

***

— Я ушёл, до завтра, Енсу! Парень выходит после работы из кафе, направляясь зимним вечером домой в хорошем настроении. Белые хлопья падали на его тёмные волосы и ресницы, разбавляя белым цветом его чёрную одежду. Штанга в проколотой брови и кольцо, что виднелось на губе, блестели под светом фонарей, добавляя альфе брутальности. Запах грейпфрута был лёгким и еле уловимым, он разносился на зимнем ветру и растворялся в морозном запахе. Чёрные берцы с толстой подошвой, такого же цвета джинсы и короткая куртка — вкус парня в одежде был шикарным и часто нравился омегам, как и сам альфа. Чонгук фанат тренажерного зала и любит тренировки. Его пропорции тела просто невероятны: накачанная грудь и мускулы и при этом тонкая талия. Его тело спортивное, а обтягивающие джинсы хорошо подчёркивали накаченные бёдра, о чём он, чёрт возьми, знал. Характер, на удивление, не подходит к его грозному внешнему виду. Альфа был добродушным человеком, готовый всегда помочь и поддержать, под его суровой оболочкой скрывался настоящий пушистый кролик. Почему кролик? Потому что Чона часто сравнивают с ним из-за улыбки и его бодрого характера. Даже сам папа Чегхён называет его своим кроликом, что слегка смущающе, особенно при посторонних людях. Чонгук уже заворачивает за угол, где находится цех его папы, а по совместительству и их дом. Двухэтажная кирпичная постройка, где на первом этаже мастерская по ремонту и шитью одежды, а на втором — две комнаты для проживания. Чон прожил тут все свои девятнадцать лет вместе с папой Чон Чегхёном, миловидным омегой, что души не чает в своем сокровище ребёнке. Только последние два года к ним наведываются двое альф, которые требуют вернуть денежные долги, иначе придётся платить домом. Эти двое, как гром посреди ясного неба, всегда появляются неожиданно и с новыми проблемами. Вот и сейчас, подходя к своему дому, Чонгук заметил до боли знакомую чёрную машину и поспешил в дом. — Мы уже две недели ждём! Хочешь сказать, что ты не заработал ничего на этих развалюхах?! — один из мужчин ударил по столу, где стояла старая швейная машинка, да так сильно, что катушка с ниткой упала на пол. — Я всё отдам, обещаю. Просто поймите меня… Только мужчины уже слушать не хотят, самый грозный замахивается на омегу, желая ударить. Они часто переходят границы, ведь знают, что Чегхён в полицию не пойдет снимать побои, слишком пуглив и новые проблемы ему точно не нужны. А проблемы в таком случае точно будут и уже у его родного сына. Прикрываясь руками, омега уже готовился к удару, но руку мужчины останавливают, быстро и грубо отбрасывают, пока взгляд черных глаз метал молнии. — Не смейте трогать моего папу. — альфа рычал, пока ноздри раздувались от злобы, а кулаки сжимались до побеления костяшек, желая набить красную морду напротив. — будут у Вас деньги, дайте ещё три дня. Двое головорезов лишь посмотрели друг на друга и, недовольно фыркнув, вышли из дома, хлопая сильно дверью. Чонгук являлся единственной защитой своего папы и вступать в драку с альфой, чьи феромоны не уступают их, не хотелось ни одному из мужчин. Только парень знал, что рано или поздно драка будет, и этого не избежать, у кого-нибудь из сторон лопнет терпение и тогда прольётся кровь от кулаков, а может и от оружия, которое прячут эти двое. Стараясь остыть, младший повернулся к своему папе, осматривая на наличие побоев. — Ты в порядке? — Гукки, всё хорошо, не волнуйся. Только зачем ты сказал про трое суток? Мы же не сможем найти нужную сумму к этому времени. Глазки-пуговки Чонгуку достались именно от своего папы омеги, такие же добрые, хоть и тёмные, что зрачка не видно. Чегхён всегда помогал своему сыну, вытаскивал из драк, защищал перед учителями, шил новую одежду, чтобы маленького альфу не дразнили. Старший всегда был рядом, и сейчас Чонгук понимает, что должен отплатить ему за всё. Его работа даёт слишком мало денег для долга, поэтому он должен придумать что-то другое. Он найдёт деньги любым способом и избавит своего пожилого папу от этой тяжёлой ноши. — Не переживай, я найду деньги, доверься мне. Оставляя короткий поцелуй на морщинистой щеке омеги, парень убежал к себе в комнату и, скидывая куртку, сел на кровать, доставая свой телефон и вбивая в поиск «Где быстро заработать денег?» Ему нужно не меньше пяти миллионов вон, а это не маленькая сумма. Множество сайтов и предложений были о том, чтобы взять кредит или продать что-то, но у них буквально ничего нет ценного… Нужно что-то такое, что можно было бы продать и закрыть их долги, а ничего, кроме как самого дома, они не имели. Они не жили бедно, но и в роскоши не процветали, поэтому дорогих вещей у них не было. Парень перебегал глазами с одного сайта на другой, разные курсы и какие-то ночные подработки, но всё не то. Казалось, что выхода уже нет, пока альфа не наткнулся на «Аукцион». Он посчитал это лучшим решением, ведь тут ты можешь выставлять что угодно, а главной особенностью аукционов считается соревнование покупателей, от чего ценник на товар лишь увеличивается. Не мешкаясь ни секунды, Чонгук перешел на сайт и, решая посмотреть, что выставляют на аукцион, потерял дар речи. Тут… Люди? Под их фотографиями были анкеты и начальная цена для дальнейшего аукциона, а выставляли себя в основном альфы, что было безумно странным для Чонгука. Обратив, наконец, внимание на правила сайта, пробежался глазами по строчке «Аукцион для богатых омег.» — Бред какой-то… Тут действительно покупают людей? Листая множество анкет, парень был в шоке от цен, что вальсировали от одного до десяти миллионов вон. Это буквально деньги с неба, а в добавок ещё и богатая омега прилетит. Усмехаясь тому, что это последний шанс и найти что-то другое он не сможет, решил внести и свою анкету.

*Фото* Ф/И: Чон Чонгук. Возраст: 19 лет. Пол: мужской. Вторичный пол: альфа. Запах: грейпфрут. Телосложение: спортивное. Увлечения: бокс и боулинг. Описание: Я буду верно помогать вам и служить, готов выполнять любые обязанности. Могу быть охранником, водителем машины или уборщиком по дому. Также, я хорошо готовлю, рисую и шью, надеюсь, вы позаботитесь обо мне. Начальная цена: два миллиона вон.

Анкета отправлена, а Чонгук всё смотрел на своё фото и размышлял, стоило ли выставлять подобное. Он тут с голыми мышцами, что прикрывает лишь джинсовая куртка, на губах усмешка, а волосы растрёпанные. Эта горячая фотография подходит для анкеты в аукционе? Может, он таким образом даже найдёт покупателя быстрее, остаётся только надеяться. Откидывая телефон, Чонгук направился в душ, даже не подозревая, что на его анкету уже откликнулись и даже нашелся покупатель: некий Ким Тэхён, который приобрёл Чонгука за четыре миллиона вон, не позволяя другим даже повысить цену.

***

С того дня прошли сутки, а Чонгук до сих пор не может представить, что на его денежном счету четыре миллиона вон. Это в два раза больше, чем он ожидал, а самое главное — больше половины их долга закроется. Оставшиеся деньги будет не так сложно найти, благо, теперь их жизнь наладится. Но продолжится она в том же русле только у Чегхёна, ведь Чонгук отныне принадлежит какой-то богатой омеге с именем Тэхён. Противоречивые чувства не покидали альфу ни на секунду, заставляя метаться от «я сделал что-то плохое» до «теперь у нас есть деньги». Снимая всё наличными, Чонгук отдал всю валюту папе, чтобы он расплачивался постепенно за долг. Сказать, что старший Чон был ошарашен такой суммой — ничего не сказать, но Чонгук везде сможет выкрутиться. — Я устроился на хорошую работу и попросил эту сумму заранее, поэтому мне нужно будет ехать в командировку, чтобы отработать эти деньги. Фактически, он не солгал, ведь уехать действительно придётся, а уже насколько, он не знает. Тэхён написал, что за ним приедет машина сегодня и заберёт, что его встретят и всё объяснят, а у Чонгука уже сердце рвётся скорее узнать, какая новая жизнь его ждёт. Наверняка, Ким Тэхён милый и скромный омега, раз заберут и объяснят ему все другие люди, он просто стесняется. По крайней мере, Чонгук на это надеялся. Надеялся так сильно, что и присесть не мог, всё метался по комнате и собирал вещи в рюкзак, теребя нервно зубами сережку на губе. Чёрные шины промяли под собой белый снег, возле двухэтажного домика останавливается чёрный Мерседес, ожидая своего нового пассажира. Альфа скорее спускается вниз и начинает прощаться со своим папой, получая множество поцелуев и омежьих слез. — Ты пиши мне обязательно! И возвращайся скорее! Ох, мой крольчонок, я уже скучаю по тебе. — Пап, всё будет хорошо. Я вернусь сразу, как только смогу. — обнимая в своих крепких объятьях хрупкое тельце, он понимал, что ещё не скоро сможет почувствовать этот запах клубники, что с годами становился лишь тусклее. — Я люблю тебя, пап… — И я люблю тебя, Гукки. До луны и обратно. Чонгук выходит из своего дома и поворачивается, чтобы взглянуть на старое здание, ведь не мог предположить, на какой долгий срок его придётся оставить. Дадут ли ему возможность видеться с семьёй и приезжать сюда или он будет видеть этот домик с папой лишь в воспоминаниях? Как бы то ни было, одно он знал точно: когда он сядет в эту машину, его жизнь поменяется, и как прежде уже не будет. Никогда не будет. Никогда его больше не разбудит нежный голос папы с запахом приготовленного завтрака. Никогда он больше не выйдет на смену в кафе и не встретиться с добрым бетой Енсу, что постоянно давал кусочки еды с кухни. Никогда не пройдётся по излюбленным местам в парке с наушниками в ушах. Никогда… Слишком много никогда. Альфа хотел бы ошибаться в своих предположениях и ещё вернуться хотя бы этой зимой, но эта машина увезёт его в новую, неизвестную жизнь. Выдыхая горячий пар изо рта, Чонгук старался успокоить свою любопытность и излишнюю печаль. С улыбкой разворачиваясь к неизвестности, он сел в машину на заднее сиденье и, в последний раз взглянув через затонированное окно, на свой дом, уехал с рычанием мотора.

***

Дорога до Сеула предстояла долгая, ведь Чонгук живёт в малоизвестном городке на окраине, и добираться они будут не меньше двух часов. Решая это время посвятить сну, Чон опустил голову на подголовник и, прикрывая глаза, старался расслабиться, но мысли не оставляли в покое. Он никогда не катался в подобных, дорогих автомобилях, поэтому даже мысли о его первой поездке на Мерседесе не позволяли провалиться в сон. Сколько они уже едут? Час? Кто его встретит? Где он будет жить? А самое главное… Как выглядит Ким Тэхён? Как все милые омеги или стервозно из-за больших денег. А вдруг он до сумасшествия красив и бесподобен, что Чонгук голову потеряет? Какое же задание ему дадут? Он будет так же в официальном костюме водить дорогие машины? Или будет личным телохранителем Тэхёна, что позволит им сблизиться лишь сильнее. — Извините, а вы мне не расскажите про Ким Тэхёна? Чонгук нагнулся к бете за рулём автомобиля, но тот даже бровью не повёл, явно не собираясь отвечать. Альфе казалось, что водитель авто мог рассказать о своём боссе или хотя бы о работе с ним. Он ничего не знал и мог лишь предполагать, но были надежды, что Тэхён — самая милая и скромная омега, которую он когда-либо встречал. Успокаивая себя собственными надеждами, Чон откинулся на спинку кресла и заснул, проводя остаток дороги во сне. Его утомили свои же мысли, а сон казался не таким уж и долгим. Его разбудил грубый голос водителя, который велел просыпаться и выходить из машины, что Чонгук послушно и сделал. Он зевая, взял свой рюкзак и вышел из машины, осматриваясь. Столица их страны была безумно красива, а в красках вечернего неба и покрытым слоем снега, казалась сказочной. Вокруг множество высоких зданий, которых альфе ещё не приходилось видеть, большая проезжая часть, а через дорогу парк. Рот раскрывается от всего этого, а Чонгук не в силах сдержать восторг в глазах. Всё безумно интересно и манит своими разноцветными и яркими красками. Хотелось прогуляться по улице, вдохнуть зимнего воздуха и зайти в каждое кафе, каждый магазинчик, что манил яркими светодиодами. Сердце замирало от восторга, а страх остался позади. Парень уже собирался сделать шаг вперед, чтобы прогуляться по улице, но чья-то рука остановила. — Ты Чон Чонгук? — за спиной альфы раздался бархатный мужской голос. Развернувшись, Чон смог лишь кивнуть, увидев высокую омегу с нежно-розовыми волосами и запахом роз. У него был серьёзный взгляд, словно у строгого отца, который осматривал Чонгука и изучал. Его пухлые губы расплылись в ухмылке, как будто он одобрил внешность альфы и был ею весьма доволен. За его спиной стоял охранник, что придавало этому незнакомому омеге лишь большей серьёзности. Нежная рука с длинными пальцами и розовыми кольцами протянулась к Чону, приветствуя рукопожатием. — Меня зовут Джин, можно просто хён. — пожимая чужую руку, омега отстранился, поправляя свои волосы. — Господин Ким Тэхён сказал мне встретить тебя и рассказать о обязанностях, поэтому не будем стоять тут на холоде. За мной. Разворачиваясь и идя к нужному переулку, охранник и Чонгук направились за Джином. Парень хотел обо всём расспросить и скорее узнать, кто же он теперь, но нужно терпение. Они проходили один ресторан за другим, и на каждом у Чона сердце замирало, что они зайдут в один из них, но всё мимо. Может, они направляются в одну из высоток? Чонгук нервно теребил зубами кольцо на губе, не в силах справиться со своим детским предвкушением чуда. Поворачивая, Джин зашёл в угловое, большое, отдельное от всех здание в несколько этажей, вывеска которого светилась золотым цветом «The Golden Tiger». Красивое сооружение чёрного цвета с большой парадной лестницей и стеклянной дверью, за которой всё было куда ярче, нежели снаружи. Большие панорамные окна на третьем этаже были завешаны, а на втором и первом ярко горел свет. Поднимаясь по лестнице и заходя через главный вход, охранники открыли им дверь, приветствуя Джина. Чонгук бегал глазами, стараясь уловить каждую мелочь и, заходя в большой зал, понял, что это клуб. Барная стойка, танцпол, балкон диджея, шесты и отдельные места с диванчиками и столами для VIP-персон. Людей ещё не было, поэтому персонал готовился к открытию, проверяя оборудование и убираясь. — За мной, сегодня мы тебя оденем в рабочую одежду и ты посмотришь за работой остальных, чтобы всё понять. Джин скинул свою куртку и отдал охраннику, проходя с Чонгуком в другие комнаты для персонала. Все суетились и старались успеть, поэтому Чон нередко мешался под ногами и сталкивался с большим количеством бет. Персонал тут состоял лишь из бет, что казалось слегка странным и явно не совпадением. Проходя коридор, он последовал за Джином в комнату, на двери которой было написано «омеги». Не успевая даже рассмотреть комнату, он столкнулся с большим количеством омег, что переодевались и так же готовились, болтая и смеясь. Отводя взгляд, ведь множество были полуголыми, покашлял в кулак, не ожидая такого. — Чимин! Хватит дурака валять, иди переодевайся! — голос Джина был строгим и, подходя к одной из омег, развернул его стул к зеркалу, чтобы он начал краситься, а не болтать с кем-то. — Джин-и, ты такой грубый. — омежка надул губы и, увидев Чонгука, подмигнул с хитрой улыбкой. — Какой красавчик, это новый альфа? — Занимайся своими делами, Чимин. — розоволосый вновь развернул голову парня к зеркалу. Омега был с блондом и пухлыми розовыми губками, что прибавляли его виду кукольность. Голос нежный и игривый, а улыбка безумно мила. Это стриптизёры? Не сложно догадаться по их откровенным нарядам и шестам в зале, что они зарабатывают деньги танцами. Чонгук уже расслабился, ведь думал, что будет одним из охранником, как и остальные альфы тут. Омеги были очень красивы, они наряжались и красились, некоторые были даже на каблуках, а Джин, видимо, управлял ими и следил за порядком. В их комнате пахло вкусно и даже приторно сладко. Он взял какие-то бумаги со стола с ручкой и, подходя к Чонгуку, вывел его. — Итак, информация о тебе мне уже пришла. Ты очень молод, конечно, но ничего, воспитаем. Я менеджер по персоналу и слежу за порядком тут, будут вопросы — обращайся ко мне. Второстепенный персонал у нас все беты, а работники уже омеги и альфы, нужно познакомить тебя с твоими коллегами. Но для начала, правила. У тебя должно быть прозвище, его даст тебе господин Ким Тэхён, а пока никому не сообщай своё настоящее имя, это для твоей же безопасности. — парень кивал, словно ребёнок, а Джин повёл его к двери, где было написано «альфы». — Отношения между персоналом строго под запретом. Распространение того, где ты работаешь, за пределами этого здания также запрещено. С клиентами общаешься вежливо и не рассказываешь о том, как ты сюда попал или о своей личной жизни. Ты должен ублажать своих клиентов, не зависимо от того, омега это, альфа или бета. Ты должен понравиться и если с тобой захотят уединиться, сообщаешь мне. — Уединиться? Только у Чонгука не сходится работа охранника с этими правилами. Понравиться? Ублажать? Что это ещё такое? Только всё становится на свои места, когда дверь открывается и в нос ударяет грубые и резкие запахи, а взгляд высоких накаченных альф устремляется точно на парня. Он будет одним из них? — Это шутка…? Стой, я буду спать с людьми за деньги? — альфа поверить не мог, что его купили для извращённых игр. — Малыш, это бордель, как ты хотел? — на лице старшего играла улыбка, словно Чонгук шутил. — У меня нет времени, переодевайся в свободную одежду, мы скоро открываемся. Парень даже сказать ничего не успел, как Джин скрылся в толпе работников. Он буквально дар речи потерял от услышанного и не мог, не хотел с этим мириться. Глупость какая-то… Бордель? Чонгук теперь часть этого борделя и будет продавать своё тело? Он не был с этим согласен, это просто отвратительно и развратно, а самое ужасное, что он будет спать с кем попало не взирая на вторичный пол. Отвратительно! Из нахлынувших мыслей резко выдернул один из мужских голосов в комнате. — Новичок, заходи скорее. Лови! — в руки Чонгука прилетает белая рубашка с черной бабочкой в нагрудном кармане. — Переодевайся скорее и за работу. Рубашку лучше не застёгивай, так больше клиентам нравится, хах. Только Чонгука в жар кидает, он сжимает рубашку в руках до побеления костяшек и швыряет её на пол, захлопывая дверь. Он злится, его переполняет агрессия, а вены на руках вздуваются, пока на лице играют желваки. Ну уж нет, он тут не останется. Он не будет продавать себя и наниматься в рабство к какому-то богатому омеге, что решил сыграть с ним в злую шутку. Плевать он хотел на эти деньги, гордость важнее и он не даст её замарать. Направляясь быстрым шагом по коридору, он хватает девушку, что работала официанткой для VIP зон, и заглядывая ей в глаза, буквально рычал. — Где кабинет вашего босса? — хватка на хрупких плечах становится лишь крепче, а взгляд пронзительней. — Отвечай! — На третьем этаже… Отпуская напуганную девушку и направляясь к лестнице, Чон поднимался быстро и стремительно, не видя перед собой преград. Он был уверен, что с омегой как-нибудь договорится, это не сложно. Охранник, бармен, телохранитель, диджей, да хоть официант! Кто угодно, но не шлюха. Не грязная порочная проститутка, что будет продавать своё тело за деньги, занимаясь сексом с извращенцами. Тяжело дыша от быстрого темпа и выходя на третий этаж, прошёл множество дверей с нумерацией и наконец увидел нужную. Даже без какой-либо таблички было понятно, что там Ким Тэхён, ведь возле двери стояло два охранника. Подходя, он старался сдержать себя, чтобы преждевременно никого не ударить от злости. — Я хочу поговорить с Тэхёном. — Господин Ким Тэхён сейчас занят и сказал никого к себе не пускать. — Знаю я, чем он занят! У вас же тут только и делают, что трахаются! Пропустите меня! — Чонгук пытался пройти к двери, но двое альф его сдерживали, хватая за руки и заламывая их за спину. — Пустите меня сейчас же! Тэхён! Я знаю, что ты там! — парень, словно животное, кричал и вырывался, вот-вот и глаза кровью нальются, и пена изо рта пойдёт. — Грязный и трусливый омега! Без своей охраны уже с альфой увидиться боишься?! — Довольно. Дверь резко раскрывается, а Чонгук встречается взглядом с высоким альфой, чей взгляд до мурашек пробивал. Чёрные как смола волосы, что были аккуратно уложены, взгляд тёмных глаз, которые смотрели сверху вниз, явно не были обиженными или злыми, он словно совершенно безразличен. Дорогой костюм, что идеально выглажен и с эмблемой “ Gucci «, который просто непозволительно надеть в плохом виде. Запах был… Безумно крепким и доминантным, он дурманил голову, словно алкогольный… Виски? Чонгук не часто встречал альф с таким крепким запахом, что тело ломило и болезненно ударял в нос. Только мозг уже не соображает, ведь Чон шёл к омеге Тэхёну, а встретить доминантного альфу Ким Тэхёна, он совершенно не ожидал. Босс поднимает руку и показывает пальцами, на которых множество дорогих колец, охране, чтобы Чона завели в кабинет. Амбалы послушно выполнили приказ и, отпуская недавно бушующего альфу, встали рядом. Парень лишь огрызнулся и, потирая запястья, что ныли от чужой хватки, осматривал кабинет. В нос сразу ударил запах виски вперемешку с сигаретным дымом, который летал в воздухе. Комната была сделана в тёмных цветах и с угнетающей мрачной атмосферой. Лишь несколько слабых источников света пытались разбавить этот мрак, даже большое окно было завешано тяжелыми портьерами. Большой стол, массивное кресло, кожаный диван со стеклянным столиком, на котором стояли два снифтера и бутылка алкоголя. Множество полок с книгами и папками, а на стенах были минималистичные картины в тёмных оттенках. Совершенно неуютное и холодное место, заставляя привычку Чона — кусать кольцо на губе — вернуться. Тэхён прошёл мимо парня, вызывая по телу холодок и садясь за свой стол, пристально смотрел на альфу, выдыхая. — Свободны. — вновь махнув охране пальцами, Ким откинулся на спинку кресла, не сводя взгляд с чёрных глаз напротив. — Ты вроде хотел о чём-то поговорить, я слушаю. — голос был бархатным и басистым, он вызывал странные чувства внутри. Замечая, как тот мешкается, на тонких губах появилась усмешка. — А за дверью был таким смелым, что же изменилось? Только последние надежды Чонгука на миловидную омегу Тэхёна рухнули, ведь сейчас перед ним грозный альфа, который вполне может управлять таким борделем. Выдыхая и не понимая, почему сердце так быстро бьётся, Чон решил всё же высказаться и уйти отсюда. Он свободный человек и может выбирать место работы самостоятельно. Просто будет постепенно возвращать четыре миллиона вон Тэхёну, за которые он его купил. — Вы мне солгали. Вы не омега и я не нанимался на работу шлюхой, поэтому я верну ваши деньги и уйду отсюда, так что… — только парень не успевает договорить, на весь кабинет раздаётся низкий смех мужчины, вводя Чонгука в недоумение. — Малыш, ты, видимо, не до конца понимаешь, куда попал. The golden tiger — самый популярный и влиятельный бордель в Южной Корее, а я его хозяин, что приобрел тебя на аукционе. Ты теперь моя собственность и будешь делать то, что скажу я, иначе серьёзно поплатишься. — а Чонгук верил и проверять не хотел. Верил, что этот человек без доли сожаления выпустит в грудь парня серебренные пули и похоронит в холодной земле. — Мне наплевать на эти четыре миллиона, даже если ты мне отдашь эту сумму, я предложу в два или три раза больше, но условия тогда будут ещё жёстче. — Тэхён продолжал изучать этого парня взглядом и ему нравилось то, что он видит. Импульсивный характер и явно накаченное тело, красивое личико, что украшало пирсинги и запах… Что-то цитрусовое, отдающее горечью на языке и кислинкой. — Ты очень милый грейпфрутовый парень, так будь хорошим мальчиком и не зли меня. Скажи Джину, что твой псевдоним будет «розовый кролик». — Розовый кролик? — Я не люблю, когда меня переспрашивают. Свободен. Тэхён вновь махнул рукой, опуская голову к бумагам на столе, а младший даже не понял, как вышел из кабинета. Он теперь принадлежит борделю? Он теперь будет продавать свое тело? Это казалось страшным сном, а его жизнь изменилась теперь окончательно, разделяясь на до и после.