Что скрывается во мраке?

День близился к вечеру. На небе догорал закат. Чуть посидев, обджекты сели в лодку и поплыли обратно. По окончанию их плавания, уже стемнело. Обджекты разошлись. Кнайф всё также барахтался в воздухе. Снова появились красные контуры всех обджектов. Силуэт Брялка стал мигать, а потом вовсе пропал. Следом, стал мигать силуэт и Кнайфа и ненадолго исчез. Но чуть спустя, вернулся. Контур Брялка так и не появился. Вот и прошёл день, когда обджекты могли отдохнуть от испытаний и исключений. Краткого давно никто не видел. Цветущий май брёл на исключение. — Тебе не кажется, что Краткого давно нет? — спросила Брялок. — Согласен. Жаль, мы не можем узнать, что он делает… — со вздохом сказал Кнайф. *** — Ну и обджект который набрал больше всех голосов на исключение это… — сказал Ёшка, сделав паузу. — Брялок. Повисла молчание. — Ч — что? — единственное, что смогла сказать Брялок. — Да Брялок, ты исключена. — с грустью сказал Ё. Кошка посмотрела на Кнайфа. — Прощай. Кнайф не мог видеть, как Брялок идёт на исключение. И вот, в последний момент, нож внезапно берёт её и убегает. — Кнайф, отпусти меня!!! Ты же знаешь, что это не поможет и я всё равно буду исключена?! — вспыхнула Брялок. — Нет, этого не будет! Кнайф посмотрел на свои руки: Брялка там не оказалось. Он стал искать её, думая что выронил пушистую. Но как он помнил, кухонный — никого не терял. Нож поспешил обратно. Вернувшись на место исключения, обджекты уже стали расходиться. Кнайф подбежал к Ёшке: — Где Брялок?! — О, Кнайф, прости — мне пришлось её исключить по правилам шоу. Она набрала больше всех голосов. — И, где её… Предмет? — едва ли сдерживая слёзы, спросил Кнайф. — Все исключённые у Краткого. — Перенеси меня туда. — Зачем? — Нужно! — Но Краткий… — «Но Краткий «, сам справлюсь! — сказал Кнайф и отобрав палочку у Ё, перенёс себя в оранжерею одиннадцатого. К несчастью, Кнайфу повстречался Садовник. — А ты кто?! Ножу пришлось бежать от одного из помощников Краткого. В какой-то момент, Садовник отстал — но это точно не предвещает ничему хорошему. Кухонный прибежал к тому самому сараю, взял фонарик, включил свет и закрыв дверь, полез в коробку с исключёнными — где и лежала Брялок. Дверь с грохотом отворилась. Кнайф вместе с брелком, машинально перенёс себя на поляну. Кнайф оказался в небольшом лесу. Неплохое место, чтобы спасти Брялка. Подняв руку с палочкой, чтобы сделать Брялка снова обджектом, его руку кто-то перехватил: — Я тебе не мешаю? — саркостично спросил Краткий, отняв палочку Ё и Брялка, сильно толкнул Кнайфа. Тот ударился об ствол одного из деревьев и отключился. Снова алфавит. Все буквы ничем не примечательные, кроме «н» — он был перечёркнут. — Да, я особенный. — послышался противный голос. — Не такой как все и всё. Через какое-то время, Кнайф проснулся, протирая ушибленное место. Ещё не совсем оправившись от удара, пошатываясь, Кнайф побрал на поляну к своему кусту. Теперь у них, как и у Банды нет лидера. Ножу было обидно, что он мог бы вместе с Брялком — разобраться во всей этой каше. Больше никого он не хотел говорить о своём расследовании. Чуть отдохнув, кухонный пошёл к Ёшке: — Есть ли другие буквы, кроме вас? — задал вопрос нож. — О да, конечно есть! — позитивно сказал седьмой — начал рассказывать о других хостах. Когда очередь дошла до «н», Кнайф спросил: — А с «н» что? — Никто не знает, почему он такой. Но судя по его взгляду и ухмылке, он не очень дружелюбный. Дослушав рассказ Ё о хостах, Кнайф решил прогуляться по поляне. Всё дошло до того, что нож забрёл до тех мест поляны, где он никогда не был. Обджект блуждал, осматривать. Ничего примечательного не было. Всё было однотипным. За всю прогулку по этим местам, Кнайф стал что-то вспоминать. Ему казалось, что эти незнакомые места он уже видел. Так Кнайф и вспоминал что-то произошедшее в далёком прошлом, пока внезапно не споткнулся. Кухонный думал что запнулся об камень, но обджект увидел вместо этого гнилую доску. — Откуда она здесь? — не понимал Кнайф и краем глаза увидел часть чего-то большого. Этим чем-то большим оказалось здание, похоже на небольшой научный центр. Оно было заброшено. Окна покрыты грязью и пылью, в некоторых местах здания списали лианы, крыша была полуразрушенной, а краска давно стала тёмной. Кнайф решил осмелиться зайти туда. Дверь с противным скрипом отворилась. Обджект увидел перед собой помещение первого этажа. Мебель раскидана и слилась вместе с почерневшими стенами потолком. Везде сыро. Из пола торчали доски, со скревившимися гвоздями. Бывший пол был покрыт гнилыми листьями. Нож шёл с большой осторожностью. Он не мог понять, чем являлся этот этаж. Кнайф, с сомнением держась за опору старой, когда-то белой закрученной лестницы — шёл на второй этаж. И этот этаж был не лучше предыдущего. И тут Кнайф стал что-то вспоминать: на этот раз, он припоминал, что в этом здании находился не раз. В тёмном пыльник углу, Кнайф заметил ели видные очертания. Это оказалась маленькая тумбочка, на которой лежал ключ. На третьем этаже тянутся длинный коридор — в конце была дверь. Она оказалась запертой. Кнайф достал ключ и смог проникнуть в комнату. Помещение было похоже на некую лабораторию. Лаборатория была из двух небольших этажей: на втором этаже, было что-то вроде наблюдательной — это можно было понять по большому прямоугольному стеклу, которое было до потолка. А внизу была огромная белая комната без ничего. Кнайф спустился на первый. Входом в эту белую комнату, была старая ржавая дверь, с предупреждающим знаком. Нож дёрнул ручку. Заперто. Возле двери была кем-то сделанная дыра. Нагнувшись, Кнайф проник в комнату. Кухонный блуждал по просторной комнате. В ней ничего не было, но размеры поражали. Нож присел, чтобы отдохнуть. В комнате был слабый тёплый свет. Стены были белые с красной полоской снизу. Краска немного была в грязи и отваливалась в некоторых местах. В целом, помещение было в неплохом состоянии, в отличии от других этажей. Кнайф посмотрел на стекло, где по видимому, за кем-то или чем-то наблюдали. — «Интересно, что за эксперименты здесь проводили?» — подумал кухонный и он вспомнил: незнакомые места поляны, странное заброшенное здание, эта лаборатория, комната — в этих местах был сам Кнайф.