Давай обретем любовь

Спорт, спорт, спорт… Когда Арсений его так полюбил? Или из-за кого он его так полюбил? На самом деле он ходил туда для поддержания фигуры, ведь в любой момент его могли попросить снять футболку на съемочной площадке и показать свой торс. Ну еще что бы просто не сойти с ума от вечных камер и сцен. Арсений нигде не учился и ничем больше не занимался. Его все вполне устраивало. Хотя… Не важно. Сейчас мужчина переодевается в раздевалке после тренировки, думая о том, что не будет ходить сюда вечно. Он же когда-нибудь перестанет? Например, когда добьется идеального (по его мнению) пресса. А вообще спорт — это здорово. И чем больше, тем лучше. Время около двух часов дня. На остановке много людей, непонятно откуда взявшихся. Мужчина хотел уже не подходить к ней и остановиться в двух метрах, как увидел розовый рюкзак и темные волосы. Узнал. Она не серая мышь, такую бы он не заметил. Попов рассмотрел ее, прежде чем подходить. Сегодня она была больше одета по погоде (потому что стало холоднее), ее одежда так же закрывала ноги и руки по максимому, а на фоне людей, одевшихся потеплее, она не выделялась. Арсений прекрасно понимал (в отличии от других разов) почему она так одета. Ему очень нравилось это спокойное, задумчивое лицо, смотрящее куда-то вдаль, поверх всего. Они не виделись пару дней с той встречи, но такой Попов Машу еще не видел. Наконец, он решился. Вдруг пронесет? — Привет. — мужчина подошел к ней, держась на небольшом расстоянии, чтобы не нарушать личное пространство. Маша оторвала задумчивый взгляд и, приподняв голову, узнав знакомого, ярко улыбнулась. — Здравствуйте. — он увидел девушку вблизи. Ее лицо светлое, с едва заметными синяками и царапинами, скрывающиеся под слоем тональника. Волосы не темные, а рыжеватые. В зеленых глазах было спокойно. Но за мгновение улыбка пропала и Маша серьезно произнесла: — Поговорим? — О чем? — Арсений испугался такой резкой смены настроения, не понимая к чему оно. — Хочу извиниться перед вами и расставить все точки над «и», чтобы вам стало понятней мое обращение к вам. Пройдемся? — девушка показала рукой вперед, в сторону аллеи. До Попова доходит, что ему хотят сказать что-то важное и он соглашается. — Да, пойдем. — Мне… немного неловко. — честно призналась Мария, — Я поняла, как вела себя со стороны. — Ничего страшно, я все пойму. И если ты решилась на этот разговор, значит он действительно важный? — Я хотела, чтобы вы не держали на меня зла, тем более сейчас, ведь смысла нет. — Хорошо. Может на ты? — аккуратно предложил Арсений. Девушка не выглядела очень маленькой, а он пока не считал себя стариком, — Тебе будет проще… — Да, давай, — ответ не заставил себя долго ждать. Это не могло не понравится. — Я… Сначала правда была вам, то есть тебе очень благодарна, просто ты узнал то, чего не должен был… — Маша запиналась, говорила с ошибками, ей было тяжело рассказывать историю, ведь для этого приходилось отрывать ее от сердца, к которому она была припояна. — Никто не знает о том, что у меня проблемы и проблемы большие. Я об этом никому не говорила. Это как большой секрет, который ты узнал, поэтому я боялась и была даже зла… — А что такого в том, что я узнал об этом кошмаре? — не до конца понимал мужчина. Он слушал рассказ с интересом, пытаясь уловить все эмоции, что испытывала девушка в этот момент, но до конца не разобрался. — Ты мог испортить мне жизнь. — она вздрогнула, складывая руки в карманы. — Мог рассказать родителям или отвести меня в полицию. То, что это сделал чужой человек, могло только усугубить ситуацию. Многие этого не понимают, думая, что делают одолжение, помогая другим, не разобравшись в ситуации до конца. И я… Маша дрожала всем телом, а глаза были на мокром месте. Села социальная батарейка. Эта страшная история, которая вот-вот могла стать реальностью. Судьбу решал лишь один случайный прохожий, она не могла допустить такого. Но он узнал. Узнал о драке, о подростках, которым нечего терять. О родителях (хотя с ними еще не все ясно), которых то ли не хотела волновать дочь, то ли они не лезли в ее жизнь никаким образом. Не было смысла скрываться от человека, который хотел лишь помочь. Пообщаться. Подружиться. Не веяло от него таким равнодушием, помощью для «галочки». Заметив состояние девушки, Арсений поспешил прижать ее к себе, обнимая. Он гладил ее по спине, говоря успокаивающие фразы по типу «Не плачь», «Все хорошо, ничего не произойдет», «Я обещаю тебе, что никому не расскажу» Прямо сейчас у него в объятиях плакал Ангел. Это не могло не заставить сердце разрываться на части. Вся злоба, весь страх, с самого начала, шел лишь для своей защиты. Она, может, и рада была пообщаться, но защита, а за ней и иголки, что выпускаются, как оружие, брали вверх. Ведь именно так было лучше. Страшно осознавать, что в мире, где столько людей, ты одна. Встречаешься один на один со своими проблемами и трудностями, не с людьми — с врагами. На сколько должна добить человека жизнь, чтобы он стал воспринимать ее именно так? Ведь есть другая сторона — светлая. Где неудачи — маленькие и незаметные. Как будто спотыкаешься и идешь дальше, каждый раз идешь. На встречу новым людям, новой учебе, новой работе, цели, мечте. Это так важно, чтобы человек видел в мире светлые краски, а не выживал в нем. Глядя на Машу, создалось впечатление яркого мазка, попавшего в темный, серый, мрачный мир. Словно из другой картины, ошибка, случайный взмах художника — смерть для живого человека. Именно об этом думает Арсений, успокаивая Машу и прощаясь с ней. Им нужно побыть одним. Маше точно. Она выглядела… потухшей. Спичкой, ярко горящей, но быстро задувшей кем-то. Хотелось снова зажечь и чтоб не сгорала, но для этого нужно время. И думал он об этом все последующие дни, не желая отпускать человека, который поделился с ним самым сокровенным, что у него было. Арсений актер. И он так же прекрасно умел различать чужие эмоции, как свои. Где игра, а где правда. Вы даже представить себе не можете, сколько лживых людей он повидал! В конце он отпустил. Не саму девушку, а ситуацию. Попов не стал долго загоняться, вряд ли этого хотела бы его новая знакомая, да и кто знает, когда они увидятся в следующий раз?..