Однажды летним вечером

Сегодня погода особенно бушевала, весь день был серый, шёл непрекращающийся ливень и ветер постоянно о чём-то шептал. Быть может он рассказывал свою историю, или он что-то хотел донести, чтобы огородить от маленьких неприятностей. В квартире шумно, постоянно кто-то кричит, просит о помощи и куда-то звонит. Вытяжка в ванной гудит ещё сильнее, что очень давит на голову, падая огромной тяжестью громких нот. Всё тело болит, а ноги ломит. Нескончаемая грусть съедает изнутри, а руки пытаются нащупать знакомые, выбеленные до цвета снега, волосы. Но их нет рядом. —Пожалуйста, продержись ещё немного! Они уже едут.—Голос странной женщины, что топчется рядом, ходит вокруг и плачет, забивает уши, а её навязчивые шаги возле неподвижного тела — ранят ещё сильнее. «Мы встретились с тобой 2 года назад, когда я был морально убит, а ты искал утешения в бродячих кошках, гуляющих в парке. Тот вечер невозможно забыть, ведь мы с тобой нашли себя друг в друге. Как песня звонкая, ты слышишь? Наши голоса так сочетались тогда. И сейчас. Возможно. Те чувства, те эмоции, которые я испытывал тогда, остались со мной до сих пор. Я помню каждое слово, сказанное мной, и каждую последующую за ними твою реакцию. Мы родственные души, помнишь? Я всегда хотел тебе сказать, что мы предназначены друг другу судьбой. А те вечера, когда мы оставались с фильмом наедине? Мы ведь даже не знали, о чём он. Мы любили. Твои поцелуи обжигали мне руки, а сладкая манера общения влекла за собой. Я хотел остаться с тобой и твоими привычками навсегда. Мы нормальные."—Вся жизнь перематывается перед глазами. Нет, не вся жизнь, а те 2 года счастья, что они скрывали за масками спокойствия. Те 2 года любви, которую хотелось показать всему миру, ведь этой искренности больше нигде нельзя увидеть. Джисон дышал реже, но всё так же пытался отыскать светлые локоны. Зрение мутнится, конечности тоже. Боль, которую они пережили вместе можно назвать адом, ведь никто, кроме этих троих, не знал об этом, и в такие моменты сердце разрывалось. Поддержка, которой так не хватало, уверенность, что пропала, любовь, которую затемнял страх. Вязкая лужа на полу свидетельствовала о том, что скоро они встретятся. Томатный сок, что пах железом, разлился по всей ванной комнате, по всей одежде Джисона. Руки полностью онемели, глаза сами закрываются, а сердце молит о ближайшей остановке, ведь пластыри, что наклеены поверх, сильно давят. Тело перестаёт быть примагниченным к земле, начинает подниматься вверх, показывая свою свободу. А за окном, предположительно, появляется гудок скорой помощи, которая приехала через 10 минут, после обнаружения тела мальчишки, что был измучин своей же, ненавистной ему, матерью. Подсознание взлетает высоко над облаками и парит до тех пор, пока лёгкие не согласятся оставить этот мир, ведь здесь их обладателю делать уже нечего. ~Memory~ Красивый бело-волосый парень сидит около открытого окна, а рядом с ним, на коленях, рыдает горькими слезами Хан, которому надоел шантаж со стороны его единственного опекуна. Феликс легко поглаживает светло-русые волосы парня и смотрит куда-то далеко, за горизонт, наверное. Выискивает правильный путь и видит отчётливое «прыгай». Это скорее всего подействовало психическое расстройство, что он преобрёл недавно. Как только познакомился с близким человеком своего любимого. Ликси незаметно мотает головой, перключая своё внимание на Джисона. —Давай расстанемся? —Неожиданно для всех говорит он, на что сразу же получает ответ, в виде молчания, с которым Хан совмещает ледяной, пустой взгляд, который явно спрашивает, шутка ли это? —Я тебя люблю, Сони, но так будет лучше. —Веснушки, покрывающие бледное личико Ли Феликса, исчезают. Глаза теряют свой пигмент, а руки, что гладил мягкую макушку своей души, перемещаются на раму окна. —Кому так будет лучше? Мне? Тебе? —Он отчаянно пытается ухватиться за бежевую футболку, покрытую поцелуями той ночи.— Мы же давали клятву, не помнишь? Мы же обещали друг другу дать всё, что только понадобится. Мы же хотели уехать отсюда, чтобы жить счастливо. Ты этого не помнишь? —Истерика пробивает пробки в ушах, слёзы катятся по красному лицу, касаясь прекрасных щёк, что светятся отчаянием. Молить на коленях о том, что называют любовью. Они были искренне влюблены. Они жаждали свободы, и эти действия показывают, что они так и не получили то, чего хотели. —Миру. —Коротко бросает Ликси, а затем встаёт на подоконник в полный рост и делает пару шагов навстречу новой жизни — смерти. —Я люблю тебя, мой дорогой… —Последнее, что услышал Джисон, перед потерей своей первой и единственной любви. Красивое, эластичное и светлое тело лежало прямо на тротуаре, истекая тёмной кровью. «Я люблю тебя, я хочу быть с тобой, я хотел запомнить каждую твою родинку, каждую веснушку. Но кажется упустил одну. Ту, что появилась после падения. Большая, красная. Прям как разбитое сердце.» Ты тоже считаешь, что мы ненормальные? Нет, мы самые нормальные из тех, кто есть в этой вселенной. Жди меня, мой любимый, жди. Я иду к тебе, дорогой. —Эти парни пожертвовали всем, ради того, чтобы миру было легче. Ради того, чтобы воздух стал чище. Ради того, чтобы этот мир сгнил к чертям собачьим, ведь их существование — не ошибка. Иногда любовь заканчивается не так, как в начале планировали. Иногда любовь лечит раны, а иногда создаёт. Именно этому чувству, что поймали в тот прекрасный летний вечер двое разбитых ребят, именно ему не удалось в этой вселенной существовать так долго, как они хотели. С этим ничего не сделаешь, поэтому мы встретимся в другой.