Месяц для "подумать" и танец для "узнать"

      Прошло четыре недели с того момента, как его Леди покинула Париж.       А всё ведь происходило довольно обычно. Обычная победа над злодеем, привычное «получилось», ставший обыденным отказ от свидания и крик «полетела».       Тогда Кот Нуар не знал, что, похоже, это было в последний раз.       Конечно, он не отчаивался. Он покорно ждал, когда его Леди объявится. Она обещала.

***

      Адриан встал с кровати. Привычным жестом выключил будильник ещё до того, как тот прозвенел, и пошёл умываться.       29 день уже. Так и месяц пройдёт. Запаздывает его Леди с обещанием показаться. — Плагг, что я не так сделал? — устало спросил Адриан. — Почему я от тебя этот вопрос слышу ежедневно? Вот лучше бы спрашивал, какой мой любимый вид сыра! Хотя нет, боюсь, моя любовь к камамберу слишком очевидна, чтобы спрашивать это ещё раз. — Плагг, я серьёзно! — Я тоже, между прочим! — Плагг закатил глаза, — Дурак ты, парень, и только. Вот чего ты такой? Леди баг говорила же, что покажется тебе, даже маску свою снимет за месяц. Чему ты не рад? — Может, тому, что её уже месяц как нет? Что, если с ней что-то случилось? Что, если она не снимет свою маску? Что, если это вообще какая-нибудь ловушка Бражника, он захватил Леди баг, а на деле просто откладывает её спасение? Хотя, тогда бы не было Скарабеллы… Я так не могу! Хоть бы весточку прислала, что ли!       Адриан устало подошёл к зеркалу в ванной и взглянул на своё отражение. Синяки под глазами — сказывались бессонные ночи — а на правой ладони виднеется обычный синяк. Наверное, во время вчерашней битвы с суперзлодеем поранился. Главное замазать до того, как заметит отец. Если он вообще заметит.       Всё-таки не получается у него нормально работать со Скарабеллой. Она замечательная, он не спорит, но она… не его Леди. С его Леди всё было иначе.       С его Леди Нуару было лучше. Он мог читать её мысли, движения. Он мог просто посмотреть и по её глазам понять, что надо делать и что Леди баг придумала. Они всегда были бок-о-бок. Всегда вдвоём против всех. А теперь… Скарабелла была хороша, даже очень. Она была умна, наверное, не меньше, чем Леди баг. Но она не умела так круто работать вместе с ним. Поэтому у Адриана иногда начали появляться синяки.       Его Леди ушла. Остались 29-й, 30-й, 31-й день, и шансов встретиться с ней больше никогда не будет, вероятно. Останется только записка, которую она прислала после того последнего дня их встречи.       Адриан одновременно любил и ненавидел этот мятый клочок бумаги в клеточку, явно вырванный из тетрадки.       «Привет, Кот-Нуар! Знаю, что так делать не очень-то хорошо, но я передаю тебе эту записку с Плаггом. Не пытайся его расспрашивать — ему записку передавала Тикки, так что он и сам ничего не знает.       Нуар, поверь, я не обязана так поступать. Точнее, это мой выбор и всё такое, но сейчас я это делаю не потому, что «правила важны», а потому, что так хочу сама.       Я раскрыла твою личность. Не спрашивай как, я и сама толком ещё не смирилась с этим и отвечать не буду. Я вообще отвечать не буду, так что не трогай Плагга и дай ему кусок камамбера за стойкость перед твоими последующими вопросами.       Котёнок, я не перестаю с тобой общаться, потому что знаю, кто ты. Просто дай мне время подумать, ладно? Мне это важно, я знаю, ты поймёшь.       Думаю, в течении месяца я покажусь, ты узнаешь мою личность. Если не раскроешь её сам, конечно.       Твоя Леди» .       Конечно, Адриан решил усилить свои поиски Леди баг. Когда он зашёл в тупик, то решил обратиться к самому проницательному человеку, который уж точно должен был помочь ему понять, кто скрывается за маской божьей коровки. Однако, в этот раз Алья тоже сказала, что тайна личности важна, так что на её помощь можно не рассчитывать.       Тоже мне, ещё пару месяцев назад так рьяно хотела всё сама разузнать, а теперь «тайна личности». Вторая Леди баг нашлась, серьёзно, и что на неё нашло?       Ну раз Алья помогать не собирается, разузнает сам. Наивно подумал Адриан.       Что он разузнал? Он знал, что его Леди живёт в Париже.       На этом, собственно, всё.       Когда Адриан пришёл в коллеж, он привычным жестом сел к Маринетт. В последнее время с ней стало гораздо проще общаться, она перестала всё время заикаться при нём, что не могло его не радовать. Адриану нужна была поддержка — по совпадению, этой поддержкой стала Маринетт. — Привет, Маринетт! Как у тебя дела? — Адриан! Всё в порядке, — сказала Маринетт, параллельно доставая учебники, — ты как? — Не выспался немного. Главное, сегодняшнюю контрольную у мадам Менделеевой не проспать, — пробурчал, подперев руками подбородок, Адриан. — Если что, я тебя разбужу, — хихикнула Маринетт.       Адриан улыбнулся, впервые за утро.       Адриану надо было отвлечься. Мысли о Леди баг и так занимали весь его разум, ежедневно, без выходных, так что нужно было подумать о чём-нибудь другом.       Об учёбе думать не хотелось. Тем более не хотелось вспоминать про фотосессии и количество дел после уроков. А вот о друзьях можно.       Уже месяц как Адриан превратился в тучку. Конечно, всё заметили и Нино, и Алья, и Маринетт. Но если Алья и Нино пытались понять, что происходит, то Маринетт не лезла, она просто была рядом. — Адриан, выходи отвечать! — Удачи, соня! — Маринетт, на уроках по истории это не особо помогает. Хотя я всё знаю и так. Но спасибо.       После учёбы Адриан задержался. Домой идти не хотелось абсолютно, там кроме самобичевания ничего не было. А тут хотя бы можно было просто посидеть подумать. Выйти на лестницу и вдохнуть полной грудью обычной свободой.       Пока Адриан сидел на лестнице у входа, с закрытыми глазами, молясь, чтобы телохранитель не приехал, кто-то загородил ему свет. — Адриан! Неужто уснул прямо на лестнице?       Открыв глаза, перед собой на расстоянии вытянутой руки Адриан увидел васильковые глаза. Мгновенно накрыло дежавю.       А пока Адриан откровенно залип на глаза начинающей краснеть девушки, Маринетт сделала несколько шагов назад и успела споткнуться. Когда Адриан её поймал, инстинктивно вытянув руку вперёд, он не учёл, что до этого Маринетт стояла, а он сидел, поэтому он сам успел упасть вместе с ней. Быстро поднявшись и отряхнувшись, Адриан подал руку Маринетт. Та, похоже, даже не собиралась вставать.       Она вспомнила, как ей точно так же подавал руку Кот Нуар и замерла. — Возмутительно, просто возмутительно! Адрианчик, не касайся этой нищенки, она тебя не достойна! — конечно, в этот момент мимо проходила Хлоя. Адриан её проигнорировал. — Маринетт, — начал Адриан, когда девушка с синими хвостиками всё-таки отмерла и встала, оперевшись на его руку, — помнишь, я тебе фотосессию обещал? Когда-то давно, но из головы как-то вылетело, — Адриан почесал затылок, — У меня завтра, в выходной, фотосессия. Понимаю, если ты не захочешь тратить выходной… — Да! Да, Котё... ой, то есть, катастрофа, как я «за» эту идею! — Маринетт просто просияла, хотя и немного смутилась. — Тогда встретимся завтра в девять утра в парке, хорошо? — отталкивая Хлою и направляясь к подъехавшей машине телохранителя, сказал Адриан. — Договорились.       Когда на следующий день Адриан встретил Маринетт, он задумался, что она в последнее время очень тихая. Раньше она была очень разговорчивой, хотя и мямлила. Сейчас же более спокойная и собранная что ли. Уверенная.       Адриан был очень благодарен за то, что делала для него Маринетт. А она делала многое. Приносила круассаны, когда Адриан грустил. Пыталась его рассмешить. Конечно, она не могла знать, в чём дело, но она и правда помогала своим присутствием. И Адриан хотел немного отплатить тем же.       Конечно, Маринетт обожала мир моды. Адриан пригласил её на фотосессию именно сейчас, потому что хотел поблагодарить. — Так, ребятишки! Адриан, наконец-то я вижу тебя с дамой! Хоть ты и предупредил меня, каюсь, это немного неожиданно? Она твоя де..? — О, здравствуйте, мисье Винсент! — перебил Адриан, немного смущённый словами фотографа. Он хотел сказать «девушка»? — Что сегодня будем снимать? — Стихию, юный Аргест! Нам нужно показать Париж, как стихии! Боюсь, одного дня нам не хватит. Мадам, вы не против побывать и завтра на фотосессии? Сегодня мы в лучшем случае отснимем Воду и Землю, Огонь и Воздух оставим на завтра. — Ой, конечно! Не переживайте, я только рада буду поработать с вами! — искренне сказала Маринетт. — Благодарю, какая вежливая девушка! Прошу вас, мы в парке, а это место Земли. Давайте сделаем…       Фотографироваться — привычка. Обязанность. Хоть сейчас он был рядом с Маринетт, всё выходило автоматически. Неуклюже, немного, правда. Один раз Маринетт успела споткнуться о кору деревьев. Дважды — о собственные ноги. Ещё один раз упала прямо на Адриана. Но в целом фотосессия прошла хорошо. Однако, пока Маринетт пыталась совладать со своей неуклюжестью, Адриан подумал, что он уже видел, как Маринетт спасает чёрного котёнка с дерева, рядом с которым они работали. Или это была не Маринетт, а кто-то другой...       Любопытно было, что когда она полезла вытаскивать котёнка во время перерыва в фотографиях (переодевшись, чтобы не запачкать белую рубашку и коричневые брюки, в которых она фотографировалась), она ни разу не зацепилась ни за что, не показала своей неуклюжести. На краю сознания мелькнуло какое-то сравнение, но осознать Адриан его не успел.       Второй была стихия воды. Как ни странно, ни к какой Сене они не пошли. Идея была в том, чтобы пошёл искусственный дождь — надо было только подождать заката или просто темноты, чтобы выглядело натуральнее и красивее.       А пока что было время для отдыха.       Маринетт села на ближайшую лавочку. Когда Адриан заметил, как глубоко она вздыхает, он подошёл к ней. — Тебе понравилось, Маринетт? — А как мне можешь не понравиться ты, одетый в новую одежду от Габриэля Агреста? — Маринетт подняла глаза на Адриана.       Хотя Адриан не совсем понял, что именно она имела в виду, он просто сел рядом с ней. — Не знаю, для меня фотосессии — обыденность. Я ещё никого не звал на них. — Правда? — глаза у Маринетт округлились от удивления, — Ну тогда ладно. Хотя, мне сейчас и вправду хорошо.       Маринетт откинулась на спинку скамейки, глядя на небо, и продолжила: — Знаешь, в последнее время я чувствую себя гораздо лучше, более умиротворённо что ли. А ты как-то наоборот, напряжён, будто мы телами поменялись, да? — она грустно улыбнулась, — Я знаю, что тебя с расспросами и Нино доставал, и Алья, поэтому спрашивать не буду. Но знай, я всегда буду рядом, чтобы поддержать.       Маринетт посмотрела Адриану в глаза. Хоть ничего нового она не сказала, Адриан был немного восхищён её выдержкой. Наверняка ведь её должно было съедать любопытство. И вообще, волнение за друга. А она спокойна. Собрана. Уверена будто в чём-то. Что всё будет в порядке.       Адриан не знал почему, но Маринетт напомнила ему такую же собранность Леди баг.       Фотографии, сделанные под импровизированным дождём, были очень красивыми. Оба подростка перемерили кучу нарядов и успели вдоволь посмеяться, ведь пока создавались декорации и включали дождь (вторую стихию снимал не только фотограф, а пришла съёмочная группа), они все успели промокнуть, а Маринетт пару раз споткнуться. Хотя, ни разу не упала. Адриан не позволил.       Фотосессия с Маринетт была хорошей идеей, с ней и правда всё было веселей.       Когда Маринетт добралась до дома, она устало упала в собственную кровать, даже не переодеваясь. Эта одежда у неё была сухая. — Аргх, Тикки, ну почему он такой, как сказать, непонимающий?       Рядом с девушкой оказалось маленькое летающее существо. — Маринетт, ты ведь тоже его не узнала, когда он был в обычном обличии, — как всегда, Тикки права, — и вообще, у него есть ещё один день. А после сама ему откройся. — Не знаю, хочу ли, — с усталостью в голосе пробормотала девушка, — в плане, хочу, конечно. Просто мне как-то грустно, что он сам меня не раскрыл. Клялся ведь, что узнает свою Леди из тысячи… — Не вини его. Да и ты сама сказала, у него есть ещё один день. — Тикки озорно подмигнула. — Да. И тогда я скажу, что люблю его. Всего, целиком. Каждую его личность. И ведь любила и до того, как узнала том, что он Кот Нуар...       На следующий день подростки встретились около Эйфелевой башни, так как следующая фотография должна была быть на высоте птичьего полёта. Ну или хотя бы на высоте Эйфелевой башни.       Надо было показать воздух, свободу Парижа.       Всё, что от них требовалось — встать рядом с гранью бесконечного горизонта и расставить руки широко, едва касаясь друг друга пальцами. Хех, напоминает Титаник. Хотя там был океан, а тут бесконечные просторы неба...       Пока Маринетт наслаждалась моментом, Адриан вспоминал, как сидел в этом же месте со своей Леди. А потом парень смотрел на девушку рядом с собой. В душе появились подозрения.       Последняя фотография была на какой-то площади. И это была самая смущающая фотография. Стихия огня.       А знаете, что такое огонь? Огонь — это пламя, чувства, эмоции.       Фотограф успел перебрать несколько ярких эмоций. Пытался сделать так, чтобы подростки сыграли злость, но это сразу отлетело. Ярость откинули точно так же. Тогда фотограф обьявил: — Милые мои, так никуда не годиться. Я не знаю, найдите что либо в себе, вам же надо просто сыграть! Злость, ярость, смущение или любовь, да что угодно! Так, сделайте вид, что вы влюблены!       Немного опешивший Адриан и не менее опешившая Маринетт синхронно покраснели. Но выбора у них особо не было.       Когда они встали друг рядом с другом и решили, что ничего так не покажет любовь - как простая влюблённость, когда парочка держится за руки. — Ну что ж такое! Так никуда не годится! Фотографирую будто помидоры, а не людей. Не знаю, мне страсть нужна, чувства! Встаньте как в танце. Хотя нет, у вас тут ничего не выходит. Я вас оставлю, у вас есть полчаса, чтобы подготовиться и ни минутой больше!       Когда фотограф ушёл, Адриан, смущённый, повернулся к Маринетт: — Прости меня, я не ожидал, что так будет, — посмотрев на Маринетт, он заметил, что краска уже схлынула с её лица, — может включим какую-нибудь музыку? Винсент же попросил, как в танце... — Конечно! Только давай, раз это тренировка, представим того, в кого влюблены. Танцевать будем вместе, а так хоть немного чувства показывать будем. — Да, моя Леди, ты права.       Он сам не заметил, как это произнёс. Как-то машинально. После чего парень очень смутился, а девушка чуть-чуть загадочно улыбнулась.       Они начали с вальса.       Разумеется, Маринетт раз пять, если не десять, наступила на ноги Адриану. Разумеется, он это терпел. Разумеется, никакой любви в кадре можно было и не ожидать. Напряжён был именно Адриан, хотя Маринетт должно было быть неловко за неуклюжесть. — Слушай, — остановилась Маринетт после десяти минут попыток, — так не пойдёт. Это не к месту, не тот танец. Хочу разогреться, не потанцуешь со мной танго? — хитро подмигнула Маринетт.       И что на неё нашло? — А давай.       Танго — это иной танец. Энергичный, мощный. Танго — это и есть энергия, яркость, огонь.       И шаг, шаг, шаг...       Маринетт, ну почему ты сейчас такая уверенная? Почему сейчас не спотыкаешься, а смотришь так, будто огонь смог зажечься в тебе?       Маринетт выглядела потрясающе. Казалось, танец вела она. На деле — они менялись местами, танцуя ярко и незабываемо.       Танец с Маринетт казался знакомым. Он казался боем.       Шаг, шаг, шаг.       И снова движение. Резко направо! Прыжок, ха, победа. Нам этого мало!       И больше движения, больше азарта! Больше энергии, сладости, марта!       Больше, быстрее! Резче, смелее! А что, если я сделаю так?       Адриан читал мысли Маринетт. Он ни разу в жизни так ни с кем не танцевал. Но с Маринетт, сейчас, это было что-то знакомое.       Как с Леди баг.       Будто она и была Леди баг.       Сердце Адриана пропустило удар.       Не может же быть, чтобы Маринетт была его Леди. Или может?       Резкий выпад!       Падение - подхват! Руки в руках и касанье плечами.       Шаг, шаг, шаг!       Ритм и бой. Движенье влево. И взмах рукой.       Что ты творишь со мной, Маринетт? Не кружи мне голову!       Ещё движение — Адриан держит девушку в красивой позе в полуметре от земли. — Вот оно! — вспышки света, — Всё, что надо было, это оставить их наедине, влюблённых подростков! Ну конечно, мой намётанный глаз видит такое, как искренние чувства!       Маринетт и Адриан не шелохнулись. Они пытались привести дыхание в норму и не отвлекались от глаз друг друга. — Все хорошо поработали! Так что можем сворачиваться! Собираемся, господа!       Подростки не успели понять, когда именно вокруг не оказалось съёмочной группы. — Получается, мы всё сделали? — Маринетт первая прервала молчание. — Получается, так, — Адриан был задумчив. Очень задумчив. — Тогда, получилось? — Маринетт выставила вперёд кулачок. Похоже, сомнений больше не осталось.       У Адриана навернулись слёзы на глаза. Он сделал несколько шагов вперёд и крепко обнял синеволосую девушку в ярком платье для фотосессии.       Он не мог поверить, что оказался прав. — Ответь мне на один вопрос, — шепнул на ухо парень. — ... — Это правда, что я нашёл свою Леди в последний день её обещания?       Маринетт улыбнулась, отвечая на объятие Адриана. — Правда, Котёнок.       У них всё ещё впереди.