Black heart

Конечно же, мне не позволили в одиночку бродить по этому дому, потому я не удивилась, когда к воротам вышел мой недавний знакомый, Деймон. От его взгляда по моей спине пробежали мурашки, но я не подала виду, как сильно мне хочется развернуться прямо сейчас и сбежать. Хотя, уверена, меня уже выдало мое отчаянно колотящееся о ребра сердце. - Следуй за мной, - холодно сказал он, но, видимо, злость не дала ему сохранить хладнокровие. – Что же такого тут произошло, что ты вернулась уже на следующий день? Мне стало мерзко от одного его тона, и я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Конечно, мое появление выглядело весьма странно, но это совсем не значит, что я делала или собираюсь сделать что-то постыдное. Но я все еще помнила, каково быть жертвой общественного мнения и не могла просто сделать вид, будто не слышала этих слов. К моему удивлению, мы прошли мимо дома, завернув за угол, и я увидела тот самый сад, который в прошлый раз не успела рассмотреть из окна библиотеки. Если бы не Деймон, я бы смогла насладиться прекрасным видом, от которого у меня буквально замирало сердце, но сейчас я нервничала еще больше, чем во время своего первого визита, что было совсем неудивительно. Даже я сама по-прежнему не верила в то, что собираюсь убедить вампира в том, что я совсем не то, что ему нужно. - Иди вперед, - сказал Деймон, наконец, оставив меня одну. Впереди маячила беседка, описание которой я точно читала в каком-то романе. Ее белоснежные стены обвил плющ, среди которого проглядывали редкие ярко-розовые цветы. Глядя на это я не могла поверить, что в этом доме живут вампиры. Хотя, кто сказал, что у монстров не бывает чувства прекрасного? Когда я зашла внутрь, Клаус уже смотрел на меня, что совсем не облегчало мне задачу. И пусть он совсем не казался таким злобным и холодным как Деймон, я совсем не была уверена в том, что произойдет, когда я осуществлю задуманное. - Я удивлен. Редко кто возвращается сюда по доброй воле, - легко улыбнувшись, сказал Клаус, и мне снова стало не по себе от его взгляда, который будто пронизывал меня насквозь. - У меня была важная причина, - сказала я, копаясь в своей сумочке и доставая наружу его злосчастный подарок – книгу. Я положила ее на скамью рядом с Клаусом, а потом сорвала с себя цепочку с кулоном и протянула ему. – Вот, мне не нужно это. Не нужны подарки, не нужно особое отношение. Я хочу быть как все. Во мне ведь на самом деле нет ничего особенного. Я даже не хорошенькая, да и говорю слишком много, зачем тебе эти проблемы? - Подожди, Кэролайн, - сказал Клаус, но меня было не остановить. Я собиралась убедить его любым способом, но, если бы я остановилась, то страх возобладал бы, и я не смогла бы продолжать так отчаянно бороться за свою жизнь. - Я ведь ничего не сделала, значит, ты еще можешь сделать все как нужно. Пожалуйста, Клаус, я единственный ребенок в семье, мои родители не переживут, если что-то со мной случится. Пожалуйста, просто забери все это и пусть я буду как остальные девушки, - я ненавидела себя за нотки мольбы в голосе, за то, как нервно переступала с ноги на ногу и особенно за то, что почти расплакалась, глядя на Клауса, который продолжал просто пронизывать меня взглядом. - Ты закончила? Можно мне вставить хоть слово? – с искренним интересом спросил он. Я стиснула руки в кулаки, уже представляя, что стану делать, если он вопьется мне в горло прямо сейчас, посчитав меня слишком наглой и самонадеянной. Когда Клаус протянул ко мне руку, я вздрогнула. Он, будто не обратив на это внимания, осторожным, но удивительно сильным движением взял меня за руку и потянул на себя. Мне ничего не оставалось, кроме как сесть на скамью рядом с ним. Клаус продолжал смотреть мне в глаза, от осознания того, что между нами почти нет свободного пространства, и от его прохладных прикосновений к моей руке у меня почти помутилось сознание. Молодец, Кэролайн, вот ты и доигралась! Хотела, чтобы к тебе не было особого отношения и вот ты его получила. Оставалось только надеяться, что мое бездыханное тело не найдет моя же мать. Я ждала, чувствуя, как холодеют мои руки, но внезапно Клаус отпустил меня. Я не могла поверить своим глазам – я пришла сюда, выдала ему целую речь, а он рассмеялся. Так он выглядел еще более человечным, чем раньше и я с удивлением отменила про себя, что у него очень милые ямочки на щеках. - Это было очаровательно, - сказал он, все еще улыбаясь. Я тоже попыталась изобразить улыбку, но слишком нервничала, потому получилась лишь какая-то косая ухмылка. – И что же, по-твоему, я собираюсь с тобой сделать? И чьи рассказы напугали тебя настолько, что ты вернулась сюда, поборов собственный страх? - Когда я вернулась домой, мама сказала, что мой Знак не такой, как у всех, что я, - на этом моменте я набрала побольше воздуха и постаралась не покраснеть. – Что я принадлежу тебе. Но она отказалась сказать мне больше, а неизвестность меня пугает. - Ты не моя рабыня и не моя наложница, если ты боишься, что он означает именно это, - сказал Клаус. Я испуганно задрожала, когда увидела, как он наклоняется ко мне, но он всего лишь взял мой кулон, который, упав, лежал за моей спиной. На секунду ощутив его дыхание на своем плече, я почувствовала такую странную смесь эмоций, что почти перестала дышать. Но это было ничто по сравнению с тем, когда он потянулся ко мне, чтобы снова застегнуть цепочку на моей шее. Если бы мое остроумие не поспешило бы заткнуться от так неожиданно охвативших меня эмоций, я обязательно спросила у Клауса, не мешаю ли я ему, так по-хозяйски он придвинулся ко мне, почти обняв меня, пока застегивал цепочку на моей шее. - Может быть, ты объяснишь тогда, что это значит? Что такого особенного я должна делать? – наконец, справившись со своим участившимся дыханием, спросила я. - Это значит, что кто-то другой попробует навредить тебе только тогда, когда захочет лишиться своей головы, - просто ответил Клаус, будто казнить неверных было его обычным занятием в пятницу после полудня. – По-моему, это было очень предусмотрительно с моей стороны, учитывая, как тебя невзлюбил Деймон. А теперь ты будешь давать кровь только мне. Не волнуйся, это потребуется не слишком часто. - Но почему я? – наконец, решилась я задать вопрос, который мучил меня все это время. Отчасти мне хотелось услышать, что он смог разглядеть во мне что-то особенное. Эти слова и так значили бы для меня многое, а сказанные тем, кто наверняка видел за свою жизнь немало красавиц, еще больше. - Я всего лишь не хотел, чтобы тебе навредили, а это единственный способ сделать так, чтобы до тебя никто не добрался, - сказал Клаус, и я почти почувствовала разочарование. Но тут он улыбнулся и снова посмотрел на меня своими удивительно светлыми глазами. – Как оказалось, это было хорошей идеей. Твое появление хоть как-то развеяло скуку. Кто бы мог подумать, что в такой хрупкой девушке может скрываться столько храбрости? - Я могу считать это комплиментом? – улыбнувшись, спросила я. - Первым из них, - сказал Клаус, будто обещая что-то. – Дай мне, пожалуйста, свой телефон. - Зачем? – спросила я, все же послушно достав его из сумки. Было дико наблюдать за тем, как Клаус набирает что-то в моем телефоне. Даже не смотря на вполне современную одежду, да и все вокруг, он все равно так явно не принадлежал нашему времени, что вся эта сцена выглядела для меня как минимум дико. - Чтобы ты больше не вламывалась без предупреждения, милая, - сказал Клаус, возвращая его мне. – К тому же, мне снова может стать скучно. Возвращаясь домой, я чувствовала облегчение. Да, все не так уж плохо. Я могу снова вернуться к прежней жизни, изредка навещая Клауса. Если он был таким, каким мне показался, то бояться было определенно нечего. Я хотела сделать вид, будто забыла спросить у него о Дженне и о том, что произошло с ней, но причина была не в этом. Я просто боялась спросить и разрушить ту идеальную картину, что нарисовала себе.