Багряный Ликорис

— Хаааа Ха, — Дазай вскакивает с дивана на котором только что лежал и пытаясь отдышаться, осматривается по сторонам. И вот его взгляд пересекается со взглядом Мори. — Всё нормально? Неужели тот препарат не сработал… — вдумчиво, однако явно не интересуясь, спросил бывший хирург. По факту же, Огай видит в Осаму только средство достижения своих личных целей и идеалов. Он усыновил его, когда ему было только 3,5 месяца и за всё это время пытался сделать из него идеальную версию себя. Мори использовал не совсем правильные методы, а один из таких привел к потере подростком левого глаза. Но что представляет собой глаз по сравнению с похвалой Огая, мудрого и опытного человека, который заполнял будто пеленой возникшей после передоза рябиновым соком весь мир мальчика. Он- его солнце, муза, смысл жизни. — Д-да, Мори-сан… просто кошмар приснился. Поспешно покинув комнату, он шёл по печально знакомому ему коридору. Бесчисленное количество раз здесь пятилетний брюнет видел трупов, которых выносили с кабинета и кровь которую они оставляли на полу, словно так и должно быть, словно это естественный цвет паркета. А после, этот маленький мальчик спокойно проходил по луже красной жидкости без малейших чувств. Уже тогда он избавился от ненужной функции его организма- чувств. -Аргх, ничего не понимаю! Как я оказался в кабинете Мори-сана? И почему тот сон выглядел так естественно? *звук шагов — Дазай-сан, куда вы сейчас направляетесь? — поинтересовался высокий мужчина с каштановыми волосами. А, как ни странно, прямо на него просачивался одинокий луч солнца, выдавая медовый оттенок его прядей. — Сейчас, я иду в свой кабинет, а потом посмотрим…. Кстати, Одасаку, какие встречи на сегодня запланированы? — Две после обеда, потом в 4 вечера тренировка акутагавы и последняя в 11 часов ночи. — Ясно. Осаму скрылся за дверью, оставив Оду. Впрочем, это было обыденно. Брюнет подошёл к зеркалу и взглянул на своё отражение. Это парень ростом где то 175 см, с тёмно карими глазами и немного неопрятными волосами каштанового цвета с пепельным, дымчатым оттенком. Он одет в брючный костюм и посмотрев на него, кажется, что его перематывал какой-то ребёнок, ибо бинты покрывали почти все части его кожи. Но была только одна акцентная деталь, которая опровергла выше сказанное- это огромный шрам на предполагаемом месте левого глаза, сам же отпечаток прошлого контрастно играл на фоне отличного оттенка кожи от основной части лица (т.к. Дазай скрывает шрам за бинтами на лице присутствует не совпадение тона) — Ой, да пошло оно всё нахуй! Посплю немного, может хоть приду в себя… * Дазай плюхнулся на кровать, как в дверь постучались