Шепот Куницы

Жизнь среди длинных ханьфу, смутно напоминающие кимоно, и «смиренных» заклинателей оставляло двойственное впечатление. Постоянные правила, этикет в некоторых моментах, не имеющий никакого смысла, постоянный шепот за спиной, который слышан даже для простого уха. Но даже так для Не Хуайсана было счастьем, так как у него была наконец возможность…расслабиться. Есть несколько минусов новой жизни, но плюсы их перевесили. В этом мире не было постоянных войн, не было нужды бороться за территорию, а политика здесь несла менее воинственный окрас с более цветастыми афоризмами. Так или иначе все его дорогие близкие были рядом целыми и здоровыми — что являлось приоритетом для Изуны и Не Хуайсана одновременно. Здесь смерть не преследовала его с рождения, из всех зол были только Орден Вэнь и всякая нечисть, легкая для уничтожения. Ему не надо идти на передовую, а детей не отправляли на передовую на первое убийство с самых первых шагов, погибая на поле сражений, как куски мяса без душе и целей. И подобная атмосфера… не совсем расслабляла, нет, но давала вдохнуть полной грудью. И приобрести побольше времени для удовольствия, которых был лишен по факту времени и эры. То есть, он мог по полной развлечься. Поэтому Господин Не решил себя все же побаловать. Причудливые изделия, поэзия, разные шелка и музыкальные инструменты — Хуайсан стал известен среди заклинателей своей любовью к искусству и человеком покрытым «женскими» побрякушками. На злословие и языкастые насмешки, Изуна не обращал внимания. Но более ретивых ставил на место. Да так, что более не смели распускать язык. Имеющие значение мнение было только у его старшего брата и любимой матушки, а тех более чем все устраивало. Его Да-гэ, несмотря на свое отношение ко всем этим, как он называл, «бесполезным барахлом», поддерживал его в собрании коллекции и сам приносил с походов новые изделия, не единожды отмечая в беседах со старейшинами (которые вне зависимости от жизни и мира являлись болью в заднице старших братьев), что счастье брата для него было первостепенным. А любимая матушка очень с лукавой улыбок прятала свои презенты со своей подписью, устраивая ему приключения на территории Главного дома. Её мальчику нравился вызов. особенно такой… забавный. так, в очередной раз получив послание и пройдя испытания с ловушками, Сяо Дяо с сытым удовлетворением доставал свиток с поэзией или набором ручной вышивки круглых вееров. Веера вообще заняли прочную неизменную позицию в личном пространстве юного господина. Они заполонили его комнату: каждый аксессуар имел собственный неповторимы рисунок и нашел свое положение на многочисленных полках, они сопровождали его самого: в виде маленького в руку веера, в виде шпильки, которая держала длинные волосы, или в виде большого опахала, которое весьма курьезно выглядело со стороны, стоило крохотному и в этой жизни Изуне нести его за спиной. Помимо этого каждая стена его покоев, а после и вообще отведенной ему территории была покрыта картинами, которые были выполнение в стиле Суми-э. Причудливые ширмы разрисованные в стиле Ямато-э, искусство его родины, сохраненное только в его воспоминаниях, нашли свое место: в виде подарков для заклинательниц, или в качестве украшение интерьера главного дома. Творчество, которое было доступно только для созерцания в его первой жизни, росчерком его руки стало сокровищем в его новой и фирменным знаком одобрения. Картины давали возможность не забыть, и в очередной раз проявить связь прошлого и нынешнего, еще раз показать, доказать самому себе, что жизнь Не Дяо не стирает Изуну Учиху в его душе. Очевидно не все были довольны поведением молодого господина. Так, противники вознамерились оспорить решение молодого господина украшать очередной дом старейшины подобным «вычурным и пошлым» образом, но столкнулись со слезливым взглядом Не Хуайсаном. А после и давлением всем тех кому понравилось. И бравые мужи не могли устоять пред гневом жен и дочерей, которым в основном и пришлось по вкусу новое искусство. Перемена мнений достаточно быстро. Стальной взгляд боевых женщин, которые утешительно убеждали Хуайсана о великолепии его работ и защите его деятельности, где всякое предубеждение их бестолковых и грубых мужей не помешает утонченному вкусу второго наследника создавать красоту, что так получилась им и их дочерям. О том, что очень скоро после инцидента Второй господин Не ходил среди угодий с довольной улыбкой, сытого кота, случайные свидетели-адепты предпочли не упоминать. Им в отличие от некоторых «не просвещенных» указанные ширмы очень нравились. Как и очень нравился юный господин. С ним в Нечистую Юдоль пришла благодать и покой.

***

Помахивая себя новым веером Не Хуайсан довольно щурился. Вокруг него также довольно щурились и мурлыкали пушистые жители Юдоли. Учиха всегда притягивали мяукающих любимцев. И какое-то там перерождение никак этот факт не может изменить. Главным показателем, было положение его персонального любимца Дара, который вальяжно расположился на коленях и сладко дремал, не переставая мурлыкать… Точнее прикидывался, что спит, так как хвост заинтересованно помахивал из стороны в сторону. Хитрый ублюдок. Прям как тезка. Хуайсан тщетными попытками пытался сдержать писк умиления, руки поддерживали и гладили кошечку по гладкой гладкой шерстке. Его кошечки самые милые и самые очаровательные! Но видимо кто-то решил принять его наблюдение за его любимцами как возможность схалтурить. Брошенная заточенная шпилька попала прям в то место, куда чуть ранее отпустил ноги адепт, дабы снизить нагрузку. Адепт в ту же секунду вернулся в стойку. Шпилька по мановению руки вернулась в руки заклинателя, который не отрывал взгляда от милований с кошкой. Назначение Не Хуайсан в качестве надзирателя за исполнением наказаний и дополнительных тренировок было превосходным решением, повысившим дисциплину среди адептов на новый уровень.

***

Кто-то мог сказать, что Не Хуайсан был слаб. И может в глазах незнакомых заклинателей это так: второй господин Не не пользовался ни саблей, ни мечом, известные заклинателям печати он рисовал достаточно ужасно из—за странно выглядящих иероглифов, а его интересы лежали в сфере, которые были более предпочтительны благородным девам. Но в Нечистой Юдоли также не было более сильного мастера. Не единожды посланные убийцы за головой главы были ликвидированы иглами второго мастера. А о его веерах со стальными пластинами с которыми сталкивались старшие ученики при тренировках говорили шепотом. Ходили слухи о том, что юный глава, доверяя суждениям младшего господина, позволил вместе с братом участвовать на заседаниях со старейшинами при решении важных вопросов. Н подобное утверждение чужаками высмеивались: «Чай, всё равно, что девице дать управление над мужскими делами! Также разрушительно!». Жители Юдоли на это лишь усмехались, а после выгоняли таких наглых чужаков. Их господа самые хорошие и никто не имеет права о них злословить. Особенно так грубо и явно. И как вишенка на десерте: за мастером закрепился контроль за исполнением наказанием среди новых адептов. Как и разрешение конфликтов среди них же. Удивительно, что на это решение даже старейшины не нашли своего возражения. Так, в качестве… «объединяющего наказания» во время спора юных мужей адептов, которые отказывались биться на равне с девами, он дал двум выбранным самим учениками группам задание поймать одного из его любимцев — Тору. Кота с коричневым окрасом и красным бантиком. Победившая команда получала право на выдвижение иного разрешения конфликта. Время им дали до заката. Начали они с рассвета. Всё пошло не так с самого начала. Вот момент Господин Не держит кота в руках. — Тора, бой. И вот после слов у господина Не был уже взбешенный Демон. Однако проверка не подтвердила наличие возможной демонической ци. Это просто был кот. Только слишком пугающий кот. — Пусть игра начнется! — возглас полный азарта и одухотворения объявил начало испытания, а лицо ранее каравшее ангельским почему-то заставило сильнее напрячься. — МррЯУ. И кот бросился на них. Попытка схватить его или как-то удержать проваливалась. При этом сам Тора мощными ударами лап поцарапал первых незадачливых адептов. Начался переполох, каждый пытался ухватить желанного кота, но натыкался только на другого игрока. Послышался истошный крик. В чью-то ногу кот вцепился резким укусом. Несчастная жертва, мальчик в следующую секунду неожиданно почувствовал табун мурашек, пробежавших по телу. Глаза кота блестели наглостью и жестокостью. Мальчишка обернулся. — Не бойся, а-Юн, а-Юн. Главно стой на месте. — чрезмерно сладким голосом начал подзывать незнакомый адепт, участники игры, наплюнув на прежнюю вражду, дружно смотрели на него голодным взглядом. Кот всё еще вальяжно вцепился в его плечи и не отцеплялся, несмотря на попытки мальца. — Ты главное не дергайся. — неожиданный шепот и странное чувство падения. Неужели. Его жизнь будет кончена из-за кота и испытания господина Не? Наглый кошак в это время успешно избежал нападения толпы и убежал в неизвестное направления. «Облака такие красивые» — последняя мысль а-Юня. Первый поверженный адепт в ходе игры «Поймай Тору» К закату в команде никто не остался целым и невредимым, ранняя вражда между двумя группами была развеяна в ходе попытки поймать дьявольское порождение. Общее чувство ярости и бессилие стало хорошей причиной для объединения. Они в чистую проиграли мурлыкающему чудовищу, лежащему на коленях Хуайсана. Упомянутый мастер, с удовлетворением поглаживая кота, нарочито звонким и веселым голосом огласил результаты: — В ходе нашей первой иг- точнее испытания против Торы группа адептов доказала… Свою беспомощность и неспособность! Таким образом, засим исполнение желание останется за мной! И оно…— вытянутый во время речи палец был указан в группу измученных людей — совместное обучение без жалоб и прохождение особых тренировок со мной! Наблюдающий за всем со стороны Не Минцзюэ разразился громким смехом, рядом пьющая чай матушка Хуайсана также скрыла свою улыбку за чашкой. В Нечистой Юдоли дребезжал закат.