Бессонница

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━

О любви и о целебных свойствах деревни

Кофе — мой друг

Нервы

      Парень семнадцати лет сидел на кухне, завёрнутый в своё одеяло, которое притащил из спальни, и пялился пустым взглядом на часы. Когда часовая стрелка достигла цифры «3», Антон нервно хмыкнул и потёр уставшие глаза. Пытки сном являлись ведь вроде одними из самых жестоких в Китае в давние времена, если Антону не изменяла память. А он их сам себе организовал, и в Китай не надо ездить, какой молодец. Вновь нервный смешок. А ведь Антон говорил друзьям, что ему страшно. Ему вся эта идея изначально не понравилась после того, как он увидел на фотографии часть локации, в которой ему предстояло побывать. Антон до сих пор частенько прокручивал у себя в голове момент, когда на него из темноты выпрыгнул актер в уродливом костюме. Первое время после квеста он спал только тогда, когда организм сам отключался из-за тяжёлой нагрузки в школе и на дополнительных. После таких тяжёлых дней ему вообще ничего не снилось и это, казалось, было раем для уже зашуганного парня. Он подумывал уже заняться ещё каким-нибудь видом спорта, чтобы сил на сны не оставалось попросту, но пока всё как-то руки не доходили. Все же мы так любим эту фразу «вот завтра точно начну». Вот и Антон пока не начал. Парень вернулся в свою комнату и приоткрыл окно, взглянув на кровать. Очень хотелось спать, но было страшно даже глаза сомкнуть. Он вынул из собственной аптечки бутылёк с успокоительным, закинул в себя пару таблеток и завалился на постель. «Антон, не бойся, идём со мной…»       — Это всё мне кажется, — парень свернулся клубочком, прижав колени к груди, и забрался полностью под одеяло. — Это всё не по-настоящему…       Перед глазами мелькали окровавленные бетонные стены, въевшиеся в память, а ощущение присутствия кого-то или чего-то всё никак его не покидало. Антон взял с полки телефон с наушниками, воткнул их в уши и включил более-менее успокаивающую мелодию, попытавшись уснуть прямо с музыкой.

➳༻❀✿❀༺➳

      Антон сидел на корточках в каком-то холодном, тёмном помещении. Он сделал последнюю затяжку, постаравшись таким образом успокоиться, и кинул сигарету себе под ноги, потушив её. Та сразу же будто растворилась в темноте. Не было видно даже собственных рук. Шастун обернулся по сторонам, вдруг заметив щёлку, через которую еле-еле просачивался слабый поток света. Неприятный холодок пробежался по всему телу, заставив парня поёжиться. Он как будто ощущал на себе чей-то взгляд, как будто чувствовал, что тут далеко не один. Хотелось рвануть со всех ног к тому пучку света, но было страшно даже пошевелиться в этой перекрывающей дыхание темноте. Этот страх лип к нему, пробирался прямиком внутрь, под рёбра, где сердце уже стучало набатом, отчего закладывало уши. Оглянувшись назад, в кромешную темень, Антон поднялся и тихо пошёл к своему единственному «спасательному кругу» — к чуть приоткрытой дверце.       Он старался быть максимально тихим. Шёл так, что собственных шагов не слышал. Зато вот чужие за своей спиной — отчётливо. Колени затряслись. Шаг за спиной Антона сменился бегом, и парень рванул, не оглядываясь назад. Навязчивое чувство, что кто бы там ни был, он явно гнался за ним и явно не с добрыми намереньями, не покидало Шастуна. Сердце от леденящего страха забилось уже где-то в горле, а дышать становилось с каждой секундой всё труднее. Воздух в лёгких заканчивался, вынуждая парня хватать его ртом. Оставалось совсем чуть-чуть. Выход был уже очень близко. Он уже чувствовал чьё-то присутствие совсем рядом. Дыхание вновь перехватило. Дрожащие колени, вспотевшие ладошки, уже тошнотворное ощущение страха, последний рывок. Антон почувствовал на своём плече ледяную руку.       — Молодой челове-е-ек, — женщина трясла ничего не понимающего парня за плечо. — О, проснулся, наконец-то. В автобусе не спи, это твоя остановка?       Антон тяжело вздохнул. Он потёр ладонями лицо и взглянул в окно.       — Нет, — тихо отозвался парень. — Спасибо, — Шастун поднял на неё глаза полные благодарности. Она только что спасла его от очередной чуши, которую придумал его богатый на больные фантазии мозг.       Кондукторша пожала плечами и прошла дальше. Антон тяжело вздохнул и припал головой к прохладному окну, отодвинув подальше шторку, чтобы она не закрывала ему обзор. Его отправили на выходные в деревушку неподалеку от Питера, где жил его дядя, потому что «что дома сидишь целыми днями, поезжай, хоть поможешь там чем-нибудь». Антон особо против не был. Он любил природу, любил работать в саду у дяди, это его отвлекало и выматывало. А всё, что Антона выматывало, парень теперь полюбил, потому что так спалось гораздо лучше. А ещё он любил своего дядю. Причём любил так, как не следовало бы. И дрочить по ночам на его фотки не следовало. И вообще, блять, это было всё так неправильно. С Арсением было весело, всегда уютно и тепло. В его присутствии отдыхала душа. Антон всегда был уверен в том, что если он явится к Попову с какой-либо проблемой, то обязательно получит если уж не гарантированную помощь, то огромную поддержку. Но влюбиться в своего дядю — это же так неправильно.       Антон сделал музыку в наушниках погромче и уставился взглядом в окно, за которым мелькали прекрасные пейзажи.

Кофе — мой друг.

Музыка — мой drug.

И всё, что вокруг — я могу сыграть.

Дорога — мой дом.

Небо — моя тетрадь. Пока мы вдвоём, мы точно не будем спать…

      Через пару часов Антон наконец выполз из автобуса, поправил лямку рюкзака и убрал наушники с телефоном в карман. Как же он, оказалось, скучал по этому месту. Антон осознал это сразу же, как свежий воздух заполнил его лёгкие. Зелёные глаза с восторгом оглядели такую родную душе местность, а ноги сами зашагали к нужному домику. Солнце уже почти скрылось за одинокой горой вдали от деревушки. Антон стоял возле небольшой речки, по берегам которой разрослись различные травы и полевые цветы. Многие из них уже начали закрываться на ночь. Нос щекотал приятный запах цветов и трав. Это был запах детства. Шастун слабо улыбнулся, вспомнив, как в детские годы бесился в этой речушке, как играл с друзьями, как ловил из пруда лягушек и пугал девчонок, когда приезжал к Арсению погостить летом.       Антон перевёл взгляд на водную гладь, куда легли тени от более высоких трав почти до противоположного берега маленького водоёма. Заметив в воде несколько рыбёшек, Антон приподнял уголки губ и устремился взглядом на ярко-багровый закат. Казалось, он задержал дыхание на несколько мгновений от увиденной красоты. Причудливо клубящиеся облака неописуемых оттенков, запах трав, цветов, жужжание насекомых — это всё было таким родным. Солнце спряталось за горой, оставляя за собой закат невероятной красоты. На календаре только середина мая, а Антон уже был готов сигануть в эту речку и забыть о всех своих проблемах. Казалось, что природа замерла. Парень ещё постоял немного, а после двинулся дальше, по изученной вытоптанной тропинке, что вела прямиком к домикам. Антон глазел по сторонам. Из некоторых труб уже показывались клубочки дыма. По улице бегали ребятишки, играя в догонялки. За кем-то из них уже вышли взрослые, потому что пора было домой, и они прощались с остальными, вприпрыжку направляясь каждый к своей калитке. За разноцветными, вычурными заборами палисадников красовались цветы, у кого-то — берёзки и сосны. Антона уже как будто зарядили на все сто, а это он ещё с объектом своего воздыхания не встретился.       — Эй, Антон! — Шастун вздрогнул и обернулся. Ему махала какая-то женщина и тепло улыбалась. — Привет! Как ты вырос! Уже, наверное, от невест отбоя нет?       Шастун заулыбался ещё шире и чуть-чуть покраснел.       — Здравствуйте, тёть Нин, — он остановился и помахал ей в ответ. — Да что вы, я всего-то в десятом классе, — Шастун отмахнулся.       — Давно тебя тут не было. К Арсению приехал? — тётя Нина держала за ручку уже чумазого мальчика, которого только что наконец-то поймала.       — Да, вот на пару дней, — Антон смотрел на то, как мелкий старался выбраться из рук матери, чтобы ещё поиграть с оставшимися друзьями; с теми, кого ещё не загнали домой.       — А-а-а, — она закивала и улыбнулась ещё шире. — Ну тогда забеги потом, как время будет!       — Обязательно.       Антон одарил её тёплой улыбкой и зашагал дальше. Пара минут ходьбы, и вот те долгожданные ворота. Парень потянул ручку калитки вниз и прошёл в ограду, заперев за собой дверь. Он оглянулся и расплылся в немного грустной улыбке, заметив свой старенький и уже весь ржавый велик. В памяти сразу всплыли картины, как он гонял на нём за продуктами в магазин, как катался по ограде арсеньевского дома, как случайно поцарапал его машину рулём и очень долго не признавался, потому что боялся разочаровать своего дядю.       — Долго стоять-то собрался, Тош?       Антон обернулся на до боли знакомый голос и в считанные секунды подлетел к дяде, кинув сумку на крыльцо и обняв его. Арсений еле слышно засмеялся, сгрёб парня в объятья и оставил на его макушке поцелуй. Ещё чуть-чуть, и Антон растает прямо у мужчины в руках.       — Ну, пошли, лучик, накормлю тебя хоть, — Арсений оторвался от племянника, взял его сумку с вещами и прошёл в дом, а Антон, нервно поправив лямку рюкзака и закусив губу, ещё раз осмотрел ограду. Тут всё было такое до боли знакомое, такое родное. Заглянув в огород, в котором уже было кое-что посажено, Антон тепло улыбнулся и наконец зашёл в дом за дядей.       Парень лежал в уютной мягкой постели, уже сытый и немного вымотанный этим днём. Он слышал, как Арсений ещё шарахался по дому, и ждал, пока дядя уляжется. Антон в таком хорошем настроении не был уже очень давно. Однако стоило Попову улечься в другой комнате и погасить во всём доме свет, как все страхи Антона вновь дали о себе знать. Парень по привычке уже закинул в себя таблетку успокоительного, поморщившись от горького привкуса и проглотив без воды, потому что подниматься с кровати и ходить по темноткам дома — последнее, что ему хотелось делать сейчас. Антон попытался заснуть.       Он долго ворочался, не мог устроиться, а в голову опять лезли какие-то тревожные мысли. Антон тяжело вздохнул, уставился взглядом в потолок и пролежал так до тех пор, пока не услышал, как с дивана в соседней комнате поднялся Арсений. Сперва парень, конечно, вздрогнул, но после убедил себя в том, что это всего лишь Арсений. Он очень надеялся, что это действительно дядя, а не его сон. Звуки вдруг прекратились, и Антон насторожился.       Передумал, что ли?       Антон сглотнул слюну и подумывал уже прийти досыпать свои законные часы к дяде, потому что так было спокойнее. Вдруг в соседней комнате вновь послышались шаги, а затем какое-то шуршание. Парень поджал к себе ноги и натянул одеяло до самого носа. Сердце ускорило темп, а парень поджал губы и уставился взглядом в дверной проём комнаты, насторожив слух.       «Антон…»       Парень зарылся в одеяло и обхватил голову руками, свернувшись калачиком. В уголках глаз уже начали скапливаться слёзы, а с едва приоткрытых губ срывалось дрожащее «пожалуйста, не надо» вперемешку со всхлипами. Всё тело дрожало от страха и слёз. Он не мог уже отличить, где заканчивались его фантазии, а где начиналась реальность. Ему было страшно. Но у него не было сил бежать. Антон просто дрожал под одеялом, надеясь, что это скоро закончится.       — Антон.       Что-то опустилось ему на дрожащее плечо поверх одеяла. Антон чуть ли не подпрыгнул от страха.       — Нет! Не надо, пожалуйста! Отпусти меня!       Парень вскинул руками под одеялом, отполз от Арсения подальше, на другой край кровати, и почувствовал, как слёзы полились градом. Арсений аккуратно приподнял краешек одеяла, подтянул племянника за руку к себе и обнял. Парень плакал, глотал солёные слезы и дрожал как осиновый лист. Он схватился за плечи Арсения и вжался в него, насколько это было возможно. Попов кое-как дотянулся до светильника на тумбочке, включив тёплый свет. Серая футболка брюнета в некоторых местах промокла от влаги. Антон захлёбывался в собственных слезах, старался сдержать всхлипы, но толком ничего не получалось.       Арсений не видел смысла сейчас что-то говорить. Он всё равно бы ничего не воспринял в таком состоянии. Попов прижал мальчишку к себе, стал тихонько покачиваться с ним из стороны в сторону и успокаивающе поглаживать по спине. Антон сминал футболку мужчины в кулаках, старался успокоиться и даже на несколько секунд умолкал, до первого отрывистого выдоха. Рука Попова из раза в раз проходилась по лопаткам, по спине и вновь возвращалась к сотрясающимся от рыданий плечам. У него сердце кровью обливалось, когда Антона окатывала очередная истерика. Он ведь понятия не имел, что конкретно случилось у его лучика, которого он любил уже очень давно.       — Тш, Антош, тише, успокаивайся, — наконец произнёс Арсений, осознав, что весь его тактильный контакт особо не помогал. — Я рядом, всё хорошо, ты в безопасности.       Арсений оставил поцелуй на светлой макушке, а парень в ответ только вновь всхлипнул, не зная, как остановить это всё.       — Лучик, тише, у меня скоро уже сердце остановится.       Чувство страха в объятиях мужчины постепенно отступало, а силы плакать — заканчивались. Антон обмяк, завалился на Арсения полностью и отрывисто выдохнул, всхлипнув в последний раз. Дышать стало гораздо легче. Они просидели в тишине долгие двадцать минут, пока Антон окончательно не привёл свои мысли в порядок. Арсений продолжал обнимать парня, перебирать волосы у него на голове и думать, кусая губу.       — Лучик, я ведь это так просто не оставлю, — Антон после этих слов поджал губы и отстранился от дяди. — Что случилось?       Шастун закусил губу и отвёл взгляд в сторону. Он бы так хотел всё рассказать, выложить, раскрыть все карты и попросить о помощи, но… Кому он такой сдался?       — Просто кошмар, — наконец подал тихий и ещё сиплый голос парнишка, обняв себя руками.       Арсений тут же нахмурился.       — Просто кошмар? — Шастун до боли закусил внутреннюю сторону щеки и закрыл глаза, из которых по щекам вновь побежала пара слезинок, уловив строгий тон своего дяди. — Антон, из-за «просто кошмаров» не рыдают по полчаса и не орут на весь дом посреди ночи.       Антон широко раскрыл глаза.       — Я… Кричал?..       Арсений кивнул.       — Наверное, соседи проснулись даже. Что случилось, лучик? — он потянулся к нему, взял антоновские руки в свои и немного сжал их. — Ты можешь мне довериться, Антон.       Шастун опустил глаза вниз, закусил губу и долго молчал.       — Мне кажется, я себе на квесте немного психику надломил, — Антон нервно усмехнулся и взглянул на дядю. — Мне уже какой месяц снятся кошмары. Я не могу нормально спать. Уже выматываю себя по полной, но толку особо нет. Чтобы не испытывать чувства страха, я просто перестал спать по возможности. Живу на энергетиках, успокаиваю себя музыкой и стараюсь выкладывать все силы днём, чтобы на ночь их не оставалось, и я мог просто во сне смотреть на чёрный экран, а не на психа, что хочет меня убить.       Антон перебирал пальцами вязочки на штанах, пока Арсений внимательно его слушал. Рассказывать про ещё одну проблему о том, что Антон в него влюблён, парень не стал.       — Ох, боже ты мой, — он повалил парня на подушку, накрыл одеялом и улёгся рядышком, обняв племянника. — Завтра мы поедем на приём к психотерапевту, а теперь тебе нужно поспать, Тош. Ты сильно устал.       Антон тут же поднял красные от слёз глаза на дядю. «Поспать» для него теперь приравнивалось к жесточайшей пытке.       — Я буду рядом, лучик.       Арсений оставил на лбу мальчишки смазанный поцелуй и прижал его к себе, почувствовав, как парень уткнулся носом ему в шею. Через несколько минут он услышал сопение мальчишки. Арсению так хотелось, чтобы он мог просто подойти и поцеловать его, хотелось прижимать к себе по ночам не только, когда Антону было страшно, а постоянно. Чтобы это было привычкой, обыденностью. Но он так боялся быть отвергнутым сперва самим Антоном, а затем и всей семьёй. Это был большой риск. Либо он получает всё, либо теряет уже имеющиеся отношения. Какая-то русская рулетка получалась. Арсений тяжело вздохнул, уткнулся носом в макушку и прикрыл глаза. Завтра утром он повезёт парня к психотерапевту, а пока им обоим было бы неплохо отдохнуть.

➳༻❀✿❀༺➳

      По дороге в клинику Антон глазел в окно и изредка перекидывался с дядей словами. Ему было искренне стыдно за вчерашнюю истерику. В голубых глазах тогда было столько вопросов, столько страха и переживания. Антон был даже удивлён в каком-то смысле. Неужели Арсению было не всё равно? Но зато парень остаток ночи спал как убитый. За окном мелькали зелёные поля, усыпанные цветами, а вдалеке виднелся вековой лес. Из-за скорости, с которой неслась машина, парень не мог толком ничего рассмотреть. Это немного огорчало. Антон сделал музыку в салоне автомобиля чуть погромче и расслабился, откинув голову назад, на кресло. Он смотрел то на дорогу впереди, наблюдая за тем, как белая разделительная полоса бежала по асфальту, то на Арсения, который сегодня выглядел непривычно серьёзным для Антона. Вскоре природные просторы сменились двухэтажными домами, и Антон опустил глаза в телефон, полностью потеряв интерес к виду из окна автомобиля.       — Приехали, — произнёс Арсений, припарковавшись возле клиники. — Пойдём.       Антон тяжело вздохнул, убрал чудо техники в карман и выполз из машины, подняв глаза на здание. Его как будто в психушку привезли.       Хотя, может там мне самое место.       Нервно усмехнувшись, Антон зашагал к Арсению, который уже ждал его у входа в клинику. Они шли по светлым больничным коридорам, в которых Шастун обязательно бы уже раз пять заблудился, будь он тут один. Наконец Арсений остановился напротив одной из дверей, постучав и тут же заглянув в уютный кабинет. Перекинувшись парой фраз с врачом, Попов кивнул Антону, пропустил его вперёд и зашёл следом, прикрыв за собой дверцу. Антон тут ощущал себя как-то легче. Казалось, что все его страхи и проблемы остались в коридоре и больше его ни за что на свете не потревожат. Приём ещё не успел начаться, а Антон уже ощутил облегчение от того, как в кабинете было свежо и в то же время уютно.       — Здравствуй, Антон, — парень вздрогнул от обращения к нему со стороны психотерапевта и обернулся. — Тебе нечего бояться. Присаживайся, — врач поправил очки и кивнул на кресло напротив своего стола.       Антон присел и оглянулся по сторонам. Арсений присел подальше, разглядывая какие-то брошюрки.       — Арсений, выйди пока, — психотерапевт пододвинулся к столу поближе, сложив руки в замок, а Антон поджал губы.       — А можно он останется тут? — подал неуверенный голос Шастун и стал крутить кольцо на своём длинном худощавом пальце.       — Если тебе нечего скрывать, — врач пожал плечами.       — Нечего, — тут же выдал парень уверенно, от чего уголки губ Арсения немного приподнялись вверх.       — Что ж, тогда начнём. Что тебя беспокоит?       Антон никогда не думал раньше, что рассказ собственных снов будет так его озадачивать. Однако сеанс прошёл более-менее гладко. Антону не сказали, что он псих больной, что уже было для парня хорошим знаком. Психотерапевт сообщил, что со временем эти кошмары пройдут, назначил курс препаратов и освободил их. Они вышли из кабинета, и Арсений тут же приобнял племянника за плечи, направляясь вместе с ним к выходу из клиники.       — Ну вот видишь, лучик, всё будет хорошо, — он оставил на светлой макушке еле ощутимый поцелуй. — Ты пропьёшь таблетки, и вскоре всё пройдет.       Антон медленно кивнул. Он был мыслями явно не здесь.       — Сколько ты отдал за приём? — вдруг спросил Антон, усевшись в машину и повернувшись к дяде. — Я верну, как домой приеду, хорошо? И за лекарства. А то я как содержанка, стыдно даже.       Антон неловко улыбнулся, а Арсений покачал головой.       — Считай, что это подарок, лучик.       Парень усмехнулся.       — Приём у психотерапевта и стимуляторы сна, прекрасный подарок, Арс, — он улыбнулся дяде и потянулся к кнопке включения радио. — За такой презент и минет сделать не грех.       Оба вдруг замолчали.       — Плохая шутка, да? — Антон неловко улыбнулся, чувствуя, как краснеют его щёки.       Арсений покачал головой, улыбнувшись и закатив глаза.       — Дурашка.       Антон выдохнул. Пронесло. Больше он так шутить не будет. Чтобы снять повисшее в воздухе напряжение, Антон сделал музыку громче, приоткрыл окно и уставился взглядом на дома за стеклом, не переставая улыбаться. Ему полегчало. Арсению нужно было заехать в аптеку, а Шастун уже ждал, когда наконец скучные серые дома сменятся буйной, майской зеленью.       Спустя пару часов Антон уже стоял в палисаднике, натянув на голову кепку, и поливал клумбы. Ему даже думать не хотелось, что в понедельник ему всё равно придётся тащиться в душный класс. Сейчас уже был тот самый период, когда не хотелось учиться от слова «совсем». Хотелось уехать к Арсению и остаться тут хотя бы на пару месяцев. Зелёные глаза наблюдали за тем, как очередная компания ребятишек носилась по улице, бросив свои велики на обочине. Антону это в деревне нравилось больше всего. Все друг друга знали и доверяли, не боялись оставлять двери калитки открытыми. Наконец закончив с поливом, Антон ещё понаблюдал немного за детьми на улице, оперевшись на металлическое ограждение, а после ушёл помогать Арсению.       К вечеру Антон уже с трудом переставлял ноги, но зато был очень довольным. Он принял лекарство и завалился на кровать, где лежал рыжий кот, свернувшись клубочком. Антон взял сонного питомца на руки и прижал к себе. Раньше у Арсения не было котов. Видимо, этот появился недавно.       — Как тебя зовут, солнышко? — Антон поцеловал кота за ушком. Настроение вновь немного поднялось.       В спальню зашёл хозяин котика и слабо улыбнулся, взглянув на Антона с котом на руках.       — Как его зовут? — Антон поднял глаза на дядю, не переставая почёсывать подушечками пальцев кота по шейке.       Арсений повесил полотенце на спинку стула и присел на кровать.       — Теевжп, — Попов улыбнулся, наблюдая за тем, как его племянник нахмурился.       — Чего?..       — Ты-его-ещё-в-жопу-поцелуй, — Арсений почесал кота за ушком и завалился на кровать. — Но все его зовут просто рыжая жопа.       Антон потупил взгляд в пол, а после улёгся рядом с Арсением, положив кота между ними.       — Ты явно не с этой планеты, Арс, — мальчишка улыбнулся, взглянув в голубые глаза, а после зазевал. — Спать хочу. Я очень надеюсь, что этот доксиламин мне поможет, — Антон тяжело вздохнул и забрался под одеяло.       Арсений кивнул и потянулся к племяннику, оставив на его лбу поцелуй.       — Я рядом, всё будет хорошо.       Попов выключил свет, а Антон прислушался к мурчанию кота и, постаравшись выкинуть всю дурь из головы, прикрыл глаза. Чуть позже парень почувствовал, как его обняли со спины и поправили на нём одеяло, а после вовсе отключился из-за снотворного.

➳༻❀✿❀༺➳

      Утром Антон стоял на крылечке, потягивал теплый чай из кружки и жевал печеньку, глядя на Арсения, который разговаривал со своим знакомым у калитки. Шастун накинул на себя капюшон худи и присел на корточки. За дверью раздался душераздирающий ор кота. Антон приоткрыл дверцу, выпустил питомца и, закинув печенье в рот, погладил рыжего. Тот замурчал, потёрся о его ноги и пошёл, куда глаза глядели. Парень сделал ещё один глоток и, оставив кружку на бортике крыльца, подошёл к дяде, аккуратно потеребив его за край рукава толстовки.       — М? Чего, лучик?       Антон немного помялся.       — А ты кота гулять выпускаешь?       Арсений выгнул бровь.       — Эм… Нет, его потом сложно домой загнать, да и он любитель подраться с другими котами.       Антон закивал, поджав губы.       — Ну, в общем, теперь ты выпускаешь кота…       Брови Арсения стремительно поползли вверх.       — Что, лучик?       — Да он вот, гуляет, никуда не убе-… — Антон указал на кота, который в эту же секунду сиганул через забор палисадника прямиком на улицу.       Оба тут же переглянулись, а затем побежали вдогонку. Антон нёсся изо всех сил, стараясь догнать кота. Однако тот, видимо, решил над ним поиздеваться, потому что частенько менял траекторию движения. Парень несколько раз чуть не упал: то об камень какой-нибудь запнётся, то об свою же ногу. Через несколько сотен метров у Антона закончились силы, и он остановился, а кот забрался на дерево и зашагал по веткам, перебираясь с одного растения на другое. Антон, упёршись руками в колени, тяжело дышал, смотря на кота.       — Вот же блять…       Арсений подошёл к парню, похлопал его по плечу и встал рядом, взглянув на своего любимца.       — Да уж…       Голубые глаза уставились на небольшой прудик, окруживший дерево, на которое только что перебрался кот. И заорал.       — Дак, а нахер ты туда лез, жопа пушистая?!       Арсений возмущённо всплеснул руками. Антон немного передохнул и выпрямился. Он кивнул на дерево и взглянул на дядю.       — Ну, пошли, что делать…       Они подошли к пруду, который весь зарос камышом. Однако вода в нём была такой прозрачной, что был виден каждый изъян дна. Антон поёжился от высокой травы и аккуратно раздвинул её руками, наступив в прохладную воду и подняв глаза на Арсения, который уже почти достиг центра и забрался на небольшой кусочек суши возле дерева. Попов уже подзывал своего любимца, а Антон старался добраться до Арсения и не поскользнуться. Антон сосредоточенно шёл, глядя себе под ноги.       — Мы забрались в камыши, нае-…       — Антон.       — Да всё, молчу, молчу.       Парень тут же поднял глаза на Арсения, замерев на месте.       — Быстрее иди уже, вода холодная. Вдруг простынешь.       Антон добрался до островка и встал рядом с Арсением, задрав голову вверх.       — Коть, иди сюда, — парень вытянул руки к коту.       Арсений скептически взглянул на племянника и вздохнул. Они решили, что самым оптимальным вариантом будет, если Арсений подсадит Антона, а тот постарается снять кота с дерева. Парень забрался на дядю, усевшись у него на плечах, и потянулся руками к питомцу, подзывая его к себе.       — Ближе подойди к дереву, я не достаю, — Антон пыхтел и тянулся к орущему на ветке коту.       Арсений кое-как подошёл ещё ближе.       — Почти-и-и…       Антон немного подпрыгнул на его плечах и схватил кота за лапу. Попов немного пошатнулся, но этого хватило, чтобы они оба повалились в воду. Антон прокашлялся, сидя уже в воде, а кот, испугавшись, вжался когтями в грудь парня и поджал ушки. Арсений сидел в воде рядом с парнем.       — Мф-ф… Не ушибся?       — Жопа болит, — Антон скорчил болезненную гримасу и после неловко улыбнулся. — Ай! Ну-ка, когтями тут своими…       Арсений поднялся, подал руку парню, и они, оба немного хромые и промокшие до нитки, побрели домой. Помыв кота в чуть теплой бане, что хвостатому явно не понравилось, Арсений завернул его в полотенце и вышел, приказав Антону чуть позже идти отогреваться, как помещение протопится. Брюнет отпустил кота, который теперь больше походил на ежа, потому что клочки мокрой шерсти торчали вверх, и, накормив его, вышел на улицу. Он отнёс вещи Антона и полотенце в предбанник и присел на ступеньку, глядя на пылающий розовый закат. Время будто бы замедлилось. Уже похолодало, и Арсению бы лучше подождать парня дома, чтобы не озябнуть совсем, но ему хотелось поглазеть на залитое красками небо. Брюнет обнял колени руками и опустил на них подбородок, глядя на уходящее за горизонт солнце. Он мог сидеть так вечность, наверное, наблюдая за этой красотой.       — Блять!       Арсений вздрогнул, машинально оглянувшись на дверь бани, откуда только что раздалось ёмкое словечко.       — А-а-арс!       Попов тяжело вздохнул и поднялся на ноги.       — Ну чего?       — Тут лампочка перегорела, а я еще весь в мыле… Ты не мог бы… — Антон был сейчас так рад, что их разделяла дверь, потому что чувствовал, как горели его щёки. — Подсветить фонариком…       Арсений вздохнул, но его губ всё же коснулась улыбка. Он сходил домой, взял фонарик и прошёл в жаркое помещение.       — Только не смотри!       — Было бы на что, — Попов вздохнул, включил фонарик и направил на парня, а сам отвернулся.       — Попрошу вообще-то! С фигурой у меня всё нормально, — возмутился парень.       Арсений вновь закатил глаза. Ну, сам он мог и в душевой дома помыться сегодня. Брюнет перебирал в руке шнурок от шорт и кусал губы. Он очень хотел бы сейчас рассказать о своих чувствах. По крайней мере, обстановка очень удачная. Антон вряд ли выйдет голышом, чтобы дать ему пощёчину за такие слова.       — Ты можешь светить передо мной, а не в жопу мне?       Арсений хмыкнул.       — Ну, я же не вижу, куда я свечу. Могу, конечно, посмотреть, но боюсь, ты будешь против, лучик.       Антон что-то недовольно заворчал себе под нос и стал смывать с себя шампунь. После парень попросил кинуть ему полотенце. Антон укутывался в него и закусил губу, оглянувшись на спину Арсения. В голове что-то щёлкнуло. Он тихонько подошёл к брюнету, прижавшись к его спине и обняв обеими руками, и уткнулся носом ему в шею. Попов вздрогнул.       — Что за приступы любви, лучик?       Арсений обернулся к парню лицом и приобнял его одной рукой. Мальчишка поджал губы и тихо всхлипнул, отчего старший сразу насторожился.       — Помнишь, мы обещали говорить друг другу такую правду, о которой не знают даже друзья и родители? — Антон спрятал нос в его шее, не сдержав прерывистого вздоха.       Арсений уже успел прокрутить тысячу и один вариант самого ужасного, куда только мог вляпаться мальчишка его лучик. Наркотики, какая-нибудь плохая компания… Да вообще всё, что угодно, это Антон, мать его! Однако Попов всё-таки кивнул и, выключив фонарик, убрал его к себе в карман.       — Я тебя люблю, — тихонько прошептал парень, чуть успокоившись.       Арсений потупил взгляд и опустил руку парню на макушку, успокаивающе погладив по волосам.       — Ну, я тебя тоже, лучик, ты чего?       Антон поджал губы и вновь тихо всхлипнул.       — Нет, — он сделал глубокий вдох. — Ты не понял. Не так люблю, Арс.       И после этого тут же вышел из помещения, оставив недоумевающего Арсения переваривать услышанное в одиночестве. Антон завалился на кровать, уткнувшись лицом в подушку, чувствуя, как наволочка начала намокать от его слёз. Брюнет стоял на крылечке, смотря на небо, и не мог поверить в реальность происходящего. Его мысли крутились где-то в районе «я его теперь не отпущу» и «что, блять, с этим делать теперь». Однако опомнившись наконец-то и осознав, что все его чувства были взаимными, Арсений сиганул домой. Он нашёл парня на кровати, тут же подбежал к нему, присев на краешек. Арсений потянул мальчишку на себя. Тот неохотно уселся на кровати рядышком с объектом своего воздыхания и приготовился к многочасовой лекции. Антон опустил заплаканные глаза вниз и шмыгнул носом. У Арсения от этого вида парня всё сжалось внутри.       — Опять плачешь, ну лучик, ну что такое?       Он потянул Антона за руку к себе, а тот, уже не думая, забрался к нему на колени и спрятал нос в его шее.       — И давно? — наконец спросил мужчина, опустив руки ему на талию и прижав к себе, почувствовав, как Антон попятился назад. — Антон. Мы обещали не врать друг другу, — произнёс Арсений уже строже и без тени улыбки.       У Антона вновь вспыхнули щёки, глаза испуганно забегали по комнате, а Арсений переместил свои руки на поясницу и прижал парня к себе. Антон оторвался от его шеи, вытер слёзы рукой и наконец осмелился поднять на Арсения глаза.       — Около года… Только родителям не говори, пожалуйста, — Антон значительно поник, опустил глаза вниз и стал кусать губы.       Арсений шумно выдохнул, поднял голову парня за подбородок и накрыл его губы своими, оставив на сухих губах Антона короткий поцелуй.       — Мы же обещали, — улыбнувшись, прошептал Арсений в губы напротив.       — Я сейчас начну плакать уже от счастья, — парень повалил старшего назад на кровать, вжавшись в его губы и улыбаясь в поцелуй.       Щеки Антона покраснели ещё сильнее, пока руки мужчины оглаживали его спину, а язык проходился по ряду зубов. Засыпая этой ночью, чувствуя, как его прижимали к тёплому и такому родному телу, как оставляли дорожку поцелуев на его бледной коже, Антон был уверен почти на все сто, что больше кошмары его не потревожат, ведь так сказал самый любимый и дорогой человек в мире. И Арсений позаботится о том, чтобы это действительно было так, а не только на словах.

━━━━➳༻❀✿❀༺➳━━━━