Приди и получи свою любовь
18 апреля 2023 г., 20:14
Сириус Орион Блэк всегда вёл себя как придурок. Но когда дорогая матушка снова высказывалась в громовещателях насчёт его неприемлемого для Наследника одного-из-самых-старейших-магических-домов-в-Англии поведения, Сириус старался вести себя ещё более придурковато. И так было всегда. Большинству даже нравились эти небольшие представления, потому что сразу после случался взрыв — парень начинал вытворять такие дикие вещи на публике, после которых люди думали: «Это край. Хуже точно уже не будет». И каждый раз они были не правы, ведь Блэк каждый раз находил новые и изощрённые способы выбесить своих родственников. Но в этот раз что-то изменилось.
Письмо с зеленой печатью пришло ещё за завтраком. Его доставил тёмно-серый филин — сова дома Блэков. Никто в зале, кроме Сириуса, не смог увидеть имя отправителя, но естественно все успели навострить уши, чтобы узнать за что снова провинился Блэк. Он вскрыл конверт, быстро прочитал содержимое, нахмурил брови и…ничего. Мародеры, как и остальные, не поняли этого странного молчания.
— В чём дело, Бродяга? — первый нарушил тишину Джеймс.
— От кого оно? — следом спросил Питер.
Сириус, который до этого был явно в замешательстве, резко поднял голову.
— Оно от… от родственников. Ничего такого, правда, — он быстро смял пергамент и спрятал его в карман. — Напоминают, что я должен вести себя достойно и не позорить их семью своим поведением. В общем, как всегда, не парьтесь.
— Ладно, — быстро ответил Джеймс. Казалось, что он и вправду поверил в очевидное вранье Сириуса, а может он просто не хотел начинать разбираться, когда на их стол смотрит половина школы?
Джеймс лучше знал Бродягу, поэтому Римус тоже решил, что разберётся с этим позже. Когда они будут одни.
Уроки проходили нудно, и к концу дня Люпин чувствовал себя выжатым лимоном, но он смог заметить то, как настроение Сириуса стремительно ухудшалось с каждым часом, проведенным в классе. Казалось, что шум других учеников давит на него тяжелым грузом, ещё немного и он просто взорвётся. За ужином так и произошло.
***
Они сидели полным мародёрским составом, включая Лили, которая наконец-то ответила Поттеру взаимностью и теперь часто садилась с ними. Сириус подозрительно молчал для того, кого обычно не заботило мнение семьи, поэтому неловкая тишина ужасно душила и остальных друзей. Похоже, Лили первой надоело ковырять вилкой остывшую курицу, поэтому, отбросив тёмно-рыжие волосы назад, она резко сказала: — Так вы скажете мне, что произошло, или мы так и будем молча ждать конца ужина? — Ничего не произошло. Всё нормально, — грубо ответил Сириус, не поднимая взгляда от своей порции. Джеймс, который явно не был впечатлен тоном друга, сказал: — Послушай, Сириус, если письмо действительно было от твоих чокнутых родителей, то я не понимаю в чём проблема. Тебе всегда было плевать на их слова, так что изменилось? И да, я считаю, что тебе не стоит так злиться на нас только потому, что мы хотим… — Я согласен с Сохатым! — пискнул Петтигрю. — …Помочь мне? Я не просил опекать меня, Джеймс! И мне в самом… — Сириус в своей обычной манере махнул рукой в сторону, на что Римус, не поднимая глаз, лишь расслабленно увернулся и отодвинул свой стакан с соком подальше. — Сириус. — …деле плевать на то, что они говорят, ясно?! — Достаточно, Сириус! Все молчали. Блэк в ярости смотрел прямо на Джеймса, который, как ни странно, тоже был на грани. Питер в растерянности пытался поймать взгляд Римуса, который все это время читал книгу, будто прямо сейчас рядом с ним не находились два его разъяренных друга, готовые накинуться друг на друга. — Я ухожу, — выплюнул Сириус и направился к выходу из главного зала. Джеймс громко выдохнул, а Питер, будто стараясь догадаться, что делать дальше: бежать за Блэком или послушно сидеть на месте; вглядывался в лицо каждого из друзей. — Он просто невыносим, — поджав губы, наконец сказала Лили и, как ни в чем не бывало, продолжила есть свой ужин. Остальные сделали то же самое. Римус не торопился уходить. Ему не хотелось, чтобы все подумали о том, что он сбежал зализывать душевные раны Бродяги. Не хотелось, даже если они были бы правы. Он аккуратно закрыл свою книгу, перед этим положив в нее закладку в виде обертки от батончика Mars, поднял кувшин с соком, наполнил свой стакан и стакан Питера. Он медленно съел свою порцию. И еще одну. Затем попробовал сложить кораблик из салфетки. Не получилось. Он взглянул на свои часы; понял, что до конца ужина оставалось чуть меньше тридцати минут, и торопливо поднялся из-за стола. — Я пойду, — наигранно спокойно произнес Римус, быстро собирая свои вещи в сумку. — Я вспомнил, что мне нужно дописать то эссе по Уходу за магическими тварями. Никак не могу дойти до описания полезных свойств горегубки. Римус хоть и был вполне убедительным лжецом, Джеймс все равно спросил: — Ты уверен, чувак? — странное обращение к близким друзьям, которое Джеймс подхватил от маглловских подростков, что жили по соседству с Поттерами. — Его нужно сдавать только в пятницу! — Римус покачал головой. — Ладно, но не сиди допоздна, ясно? Отлично. — Доброй ночи, Римус, — улыбнувшись, пропела (?) Лили. Кивнув на прощание, Люпин поплелся к выходу из большого зала. Решив обернуться в последний момент, он увидел всё такую же хитрую улыбку Эванс, которая буквально кричала: «Я всё знаю. Знаю куда, зачем и к кому ты спешишь». Как только огромные дубовые двери закрылись за его спиной, Римус начал идти в сторону Гриффиндорской Башни настолько стремительно, насколько ему позволяло его больное бедро.***
Когда до портрета Полной Дамы оставалось всего пара коридоров, и Римус собирался сорваться на бег, он решил достать карту: нужно было убедиться в том, что на пути нет возможных свидетелей его пробежки. Затем он довольно быстро отыскал маленькую точку «Сириус Блэк» в мальчишеском крыле и улыбнулся. В голову неожиданно ударило осознание того, насколько хорошо он знал привычки Сириуса начиная с любимых (хоть немного и очевидных) мест для пряток от Джеймса и его безмерной заботы, и заканчивая точным знанием того, в какой момент нужно увернуться от бурной жестикуляции друга. Римус попробовал отыскать такие мелочи в своей памяти и о других друзьях, но в голову ничего не приходило. Он решил, что подумает над этим позже. Люпин убрал карту обратно в сумку и побежал.***
Сириус, не поленившись снять только туфли, задернул полог своей кровати и забрался под одеяло с головой. Он был всё ещё зол. Не на Джеймса, нет, на самого себя. На свою семью. На самом деле он был не столько зол, сколько боялся за себя и младшего брата. Он столько думал об этом, но всё равно не знал, как ему переубедить Регулуса в своём выборе. Но зато Сириус был уверен в том, что если он останется, то его… Входная дверь в комнату медленно заскрипела, прервав лихорадочные мысли Блэка. Зная, кем был вошедший, Сириус громко цокнул, и не вылезая из своего убежища, громко сказал: — Послушай, Сохатый, оставь меня в покое. Я не хочу сейчас говорить об этом с кем-то. Щёлкнул замок и шаги прекратились. Чей-то голос сказал: — Это не Сохатый, — Лунатик. Шаги возобновились, но прекратились у противоположной стены от кровати Блэка. Прежде чем услышать привычное постукивание пальцев по картону, он понял, что Римус выбирал пластинки из его, Сириуса, коробки. Следующий звук, который он услышал, был звук откинутой назад крышки проигрывателя. Римус поставил пластинку. Это был альбом Redbone «Wovoka» Андромеда прислала его несколько лет назад в качестве подарка на Рождество в дом Поттеров, потому что знала: Вальбурга сожгла бы всё в своем доме, чего когда-то касались маглы. Сириус всё ещё не открывал полог, но вынул голову из-под одеяла, чтобы услышать, что собирается делать Римус. Он предполагал, что тот займётся домашкой или чтением книг, но каково было его удивление, когда он услышал лёгкие хлопки ладоней по бедрам и постукивание ботинка по полу в такт песни «Come and Get Your Love». Он резко отодвинул завесу и уставился на Люпина. Римус знал, что теперь Сириус смотрит на него, но не повернулся, а только увеличил громкость взмахом волшебной палочки. А затем начал… танцевать. Вообще-то со стороны это больше походило на припадок дикого голубя, поэтому Сириус, стараясь скрыть улыбку, спросил: — Что ты делаешь, придурок? — Танцую, — просто ответил Римус и продолжил петь хриплым голосом: — Hail, hail! Nothin's a matter with your head. Baby find it, come on and find it! Hail, with it baby. Cause you're fine! And you're mine, and you look so divine. Люпин согнул руки в локтях и начал вилять бёдрами совсем не попадая в такт музыки. — Come and Get Your Love! — Ты просто ужасен! — крикнул Блэк, уже не скрывая своей улыбки. — Брось. Я выгляжу круто! — Ты ошибаешься, Люпин. Римус еще раз крутанулся на месте и вдруг сказал: — Ну, хорошо. Покажи свои навыки, Майкл Джексон. Сириус, схватив с тумбочки потрепанную шляпу (они с Джеймсом украли её из кабинета Филча), вспрыгнул с кровати и в один шаг оказался рядом с Люпином. Подняв одну бровь, будто собираясь бросить вызов, он напялил котелок на голову и начал делать круговые движения животом, щёлкая при этом пальцами. Римус попробовал скопировать выражение лица «соперника» и стал подпевать проигрывателю: — Don't you feel right baby? Hail, oh yeah! Get it from the main vine, all right. I said-a find it, find it! — «Go on and love it if you like it», да? — Сириус вдруг схватил Римуса за руки, и заглянув прямо ему в глаза, странно пропел: — Get it together baby.***
И что это было? Или ему просто показалось? Улыбающийся Сириус продолжал подпевать припеву, прыгать и дёргать руки Люпина из стороны в сторону. Только когда песня закончилась, Римус понял, что всё ещё стоит с открытой пастью и всё ещё держит руки Блэка в своих. Он надеялся, что Сириус просто не заметил странного поведения Люпина, поэтому потащил его к кровати, намереваясь разобраться с последствиями сегодняшнего утра и плохого настроения Блэка. Он сказал себе, что просто облегчает задачу Джеймсу и это никак не связано с приливами нежности к придурку Блэку (в последнее время довольно частыми). Как только они сели, Римус понизил громкость музыки всё тем же заклинанием, и краем глаза глянул на Сириуса, при этом нервно пытаясь придумать способ заговорить. Поняв, что лучше будет импровизировать, он произнес только: — Эм, Сириус? — Да? — Кто написал то письмо? Блэк молчал, а Римус действительно не знал что будет дальше, поэтому просто уставился в стену перед ними. Наконец, с обреченным выдохом, Сириус опустился на постель. Следом, но чуть более осторожно, лег и Римус. — Его написал Регулус. Он сказал, что родители устраивают званый ужин с кучей гостей. Я тоже на него приглашён, — Сириус отвернул голову и тихо проговорил.— Это мой последний шанс всё исправить. Если я не появлюсь там, то меня лишат наследства и выжгут с семейного древа Блэков, а это значит, что мне придется уйти навсегда. Придется навсегда оставить младшего брата. Римус видел, как быстро поднималась и опускалась грудь друга, поэтому попробовал протянуть руку и дотронуться ей кончиков пальцев Сириуса. Пальцы покалывало. Сириус снова повернул голову, но в этот раз в его сторону. Лицо раскраснелось, а тонкие губы поджались. — Но я не могу, понимаешь? — Сириус говорил также тихо, но быстрее, будто боялся, что Римус теперь прекратит слушать его. Но Римус бы не прекратил. — Я не могу вернуться туда. Они бы не стали звать меня, если бы не хотели, чтобы я присоединился к «Нему». Я ужасно боюсь за Регулуса. Мне страшно за всех вас, Лунатик. С «Его» приходом, война стала медленно надвигаться на всю магическую Британию, вынуждая большинство тихо ждать и молиться о конце. Но Римус был уверен, что все его друзья обязательно справятся. Главное не отпускать друг друга. Он снова сжал руки Сириуса и уверено пообещал: — Всё будет в порядке, Бродяга. Мне тоже безумно страшно, — он не сказал «за тебя». — Все эти нападения в Лондоне… Но Регулус и остальные будут в порядке. Когда-нибудь небо снова станет ясным, и я буду рядом. Обещаю. Сириус глядел в карие глаза напротив и верил каждому слову.***
Они лежали так некоторое время и не двигались. Только смотрели. Но в какой-то момент один из них случайно двинул коленом, задевая бедро другого, и температура в комнате резко повысилась на несколько градусов. Было начало октября, но они ещё не топили печь, поэтому это было довольно странно. И смущающе, если быть до конца честным. На пластинке заканчивалась последняя песня, а Римус пододвинулся ещё ближе, из-за чего их носы соприкоснулись. Или это сделал сам Сириус? Понимание того, насколько это была интимная обстановка, резко ударило в голову обоим, но никто не пытался сбежать. А может, каждый просто надеялся на решимость другого… Когда Сириус всё же осмелился прикрыть глаза в дверь что-то стукнуло. И ещё раз. Послышались возмущенные крики Джеймса и не менее злые крики Эванс. За ручку начали дергать и парни отскочили друг от друга настолько далеко, насколько вообще это позволяла маленькая спальня. — … Нет, Лили, они наверное уже поубивали друг друга. Я нужен там!.. Дверь распахнулась и Джеймс буквально влетел в комнату. — Ну! О чём я и говорил! — Сириус попробовал подойти к другу, но запнулся об угол коробки с пластинками Римуса. — Эй, вы двое, стойте там, где стоите. — Бога ради, они не дрались, Джеймс. — Нет, ты глянь на их лица! Вас вообще нельзя оставить наедине, да? Сириус перевел взгляд на Римуса. Тот выглядел таким же взлохмаченным и раскрасневшимся. Их глаза встретились, но из-за ужасного смущения друг перед другом, сразу разошлись и нашли привлекательным красный ковер на полу. — Мы правда не дрались, Джеймс, — первым подал голос Римус и поднял с пола шляпу Филча. — Мы просто слушали музыку. — …И танцевали. — Танцевали? Я думал, что Лунатик собирался… Хотя знаете, это неважно. Главное, что вы не пытались поколотить друг друга в мое отсутствие… Не пытались же? — Нет! — одновременно и слишком громко ответили парни. Джеймс вряд ли им поверил, но всё же продолжил: — Ну, хорошо. Питер стащил для вас пирожки, поэтому быстрее заканчиваете то, чем вы здесь занимались и спускайтесь вниз, — Он подмигнул Эванс и вышел из спальни. Сириус почувствовал как его щёки горят, но посмотреть на реакцию Римуса или ещё кого-то не решился. — Ты в порядке, Блэк? — Лили, что до этого молчала, перевела взгляд с Сириуса на Люпина и хитро улыбнулась. Чёртова лиса. — Похоже у тебя жар. Он нахмурил брови и, пытаясь не запнуться, сказал: — Со мной всё в порядке, Эванс. Я и Лунатик скоро спустимся. — Замечательно, — девушка хмыкнула и пристально посмотрела на Люпина. — Не задерживайтесь.***
И они остались одни. Сириус запустил руки в волосы и снова отвернулся, а Римус двинулся к проигрывателю. Песня оборвалась и Люпин тихо позвал его: — Бродяга? — Да, Лунатик? — У нас всё в порядке? Сириус чувствовал себя также неуверенно, как прозвучал этот вопрос, но попробовал натянуть улыбку на лицо. — Конечно! Спасибо тебе. Я имею в виду наш разговор… Джеймс бы не понял меня. Возможно это было очень эгоистично, но Римусу стало жутко приятно от мысли, что его связь с Сириусом ничуть не слабее, чем связь Поттера и Блэка. — И я не передумаю о своем решении. Я был абсолютно сириёзен. Они оба посмеялись, и уже искренне, улыбнулись друг другу. — Боюсь, если мы сейчас же не спустимся в общую комнату, то Питт съест всё, что принёс для нас. — Ну, тогда нам придётся отправить его за ещё одной порцией, — они направились к выходу. — Как думаешь, он смог украсть кусочки тыквенного пирога?.. Может им и не хватило смелости сказать и сделать то, о чём они мечтали каждую ночь, но каждый из них верил, что обязательно успеет. Пока они были рядом, всё время подчинялось их воле.
Примечания:
В тексте упоминается песня Redbone - "Come and Get Your Love"
