Да, окей

— Ты тратишь свой талант попусту. — Спорно. — Ты и так получаешь стипендию. — Окей. — Ты должен подумать о будущем. — Мы правда сейчас ведем этот диалог? — Эндрю устало разваливается на не самом удобном стуле в кабинете Ваймака, разминая руками плечи, которые еще чувствуют напряжение от прошлой игры. Которую они, кстати, проиграли. Вины Эндрю в этом, кстати, не было. Возможно, только если очень далекая — таблетки делают свое дело, если добавить к этому постоянный недосып из-за ночных смен в Эденс, то… То все равно, если его вина в этом и есть, то только чуть-чуть. — Эндрю, я не знаю, кто еще должен тебе это сказать. У тебя правда есть талант. Ну, знаешь, такой, посланный богом. Который появляется раз в сто лет. А ты не то что зарываешь его в землю, ты даже боишься к нему прикасаться. — Я сделал что-то не так, тренер? — опять почти маниакальная улыбка растекается по его лицу. Эндрю почти чувствует, как напрягаются уголки рта, чтобы скрыть все, что он думает на самом деле — за так удачно подвернувшейся репутацией психопата. Он уверен, что Ваймак не купится. — Тебе нужно больше времени уделять своему образу жизни. Когда ты последний раз высыпался? — Ваймак устало трет руками глаза, как будто это он, а не Эндрю, не спал почти три дня. — Вчера? — Эндрю делает вид, что задумывается на секунду, даже приподнимает брови, копируя этот жест у Ники. Ваймак только цокает. — Чего ты хочешь? — Вы больше не хотите пускать в ход нашего старого доброго друга Джека? — Помнишь, я тут говорил про здоровый образ жизни? — Окей. Я хочу тачку. Ваймак лишь вздыхает.

***

— Было бы эффективнее, если ты хотя бы стоял возле ворот, — Кевин стирает пот с лица, раз за разом отправляя мяч четко в штангу. — Скучно, — Эндрю лежит на лавочке, по памяти называя все созвездия с севера на юг, чтобы хоть как-то скоротать время. — Разве то, что ты будешь хотя бы немного стараться, не входило в условия сделки с Ваймаком? — Кевин снова ударяет по мячу, но в этот раз даже не смотрит на его траекторию, что означает, что тренировка наконец окончена. — Нет. Я буду брать меньше смен и больше спать, — Эндрю никак не может найти нужную звезду, и это одновременно раздражает и не дает заснуть. — И он купит тебе тачку? Ты думаешь, у Ваймака есть столько денег? — Кевин подходит ближе, также поднимая голову вверх. — Нет. Но тем приятнее будет потом отказывать ему. — Эндрю, Боже, он наш тренер. Он хочет тебе помочь, тем более, с твоим талантом и моим упорством, ты мог бы… Эндрю лишь стонет, рывком садясь на скамейке и прикуривая, на что Кевин почти ударяет клюшкой по стеклу, но, видимо, боясь ее повредить, лишь ругается себе под нос, прежде чем пойти в раздевалку. Конечно, Ваймак не купит ему машину. Она ему и не нужна — Тойота все еще прекрасно ездит. Эндрю ни на что не рассчитывает, но они пожали друг другу руки. И он действительно стал брать меньше смен — правда, так он сможет накопить на обучение Аарона примерно никогда. Зато можно будет подработать летом, например, заняться чем-то типа тестирования таблеток. О, Аарон будет в восторге. Посадить свое здоровье ради того, чтобы потерянный-и-найденный брат-близнец стал светилом медицинской науки. В этом есть что-то романтичное, такое, от философов Древней Греции. — Но ты не стал больше спать, — Кевин сдается и плетется к выходу. — Не думаю, что ты сможешь выполнить условия сделки. С этим сложно поспорить. Таблетки сбивают весь режим, что приводит к катастрофическим бессонницам, удушающим ночным кошмарам во время короткого дневного сна, и заставляют мир крутиться под странным углом. Вчера Эндрю в порыве оптимизма и прилива бодрости почти похвалил Сэта. Что будет дальше? Он начнет обниматься с Мэттом? О нет, с этим нужно что-то решать. Но пропускать таблетки тоже не подходит: за ним пристально следит Кевин и вся команда, так что остается примерно один вариант — уговорить Би дать ему снотворное. Тогда он точно сможет выполнить свою часть сделки.

***

Но сон не идет. После второй, третьей, почти принятой четвертой таблетки, Эндрю кажется, что его кровать проклята. Вся Башня проклята. Что ему нужен шаман, очень сильная ведьма просто потому, что он никак не может уснуть. Целый рой тупых, но в моменте кажущихся такими гениальными, мыслей кружит в его голове. Нужно начать бегать. Нужно бросить курить. Ваймак может выпросить тачку у универа. Он просто должен уснуть. Прямо сейчас. Четыре часа до будильника. Нужно дочитать ту книжку, про которую говорила Рене. Возможно, Аарон никогда не станет для него настоящей семьей. Возможно, ему суждено умереть в одиночестве. Есть ли смысл тянуть? Три часа до будильника. Если он сейчас не уснет, Ваймак заметит. Кевин будет бычить, что он неэффективен. Почему он вообще общается с Кевином? Что он вообще делает в Пальметто? Два часа до будильника. — Ты точно проиграешь, — Кевин кидает в него подушкой, но Эндрю даже не пытается среагировать или потянуться за ножом. — Я не доставлю тебе такого удовольствия, — все тело немного немеет, пульс учащается просто от вставания с кровати; кажется, что в комнате не осталось свободного кислорода. Три дня до новой игры. Всего лишь еще один блистер таблеток — и он справится.

***

— Мне больно на это смотреть. — Не смотри. — Я не могу не смотреть и смотреть тоже не могу, — Нил хаотично переключает каналы, чтобы еще раз вернуться к записи последней игры сборной Пальметто, только чтобы еще раз застонать от почти физической боли. — Боже, Натаниэль. Они студенты. Студенты, понимаешь. Это даже не высший дивизион. Зачем ты вообще это смотришь? — Ичиро тянется, чтобы отобрать у Нила пульт, но тот вовремя отрывает руку. — Там есть очень талантливые ребята, — Нил пожимает плечами. — Плюс, я знаю их тренера. — О, нет, не говори, что это тот самый добрый самаритянин, который подбирает самых сложных подростков, чтобы через спорт помочь им вернуться к нормальной жизни? Это же супербанальный сюжет. Почти каждый фильм про колледж об этом. Нил не отвечает, сжимая кулаки в моменте, когда Кевин на экране обходит очередного защитника, но мажет в последнюю секунду. — Может, тебе все еще найти хобби? Помимо руководства криминальной империей, я имею в виду, — Ичиро наливает себе еще виски, на что Нил морщится. — Я ей не руковожу, я смотрю, как ты руководишь, — бормочет Нил себе под нос, не отрывая взгляда от экрана. — То, что ты официально лишь советник, не значит, что ты не вызываешь ужаса у всех вокруг. И тебе нужно что-то более солидное, чем плакать над очередным неудачным матчем очередной команды неудачников. Может быть, хотя бы гольф? Нил медленно поворачивается к Ичиро, мысленно считая до десяти, двадцати, тридцати… Экси не было хобби или даже способом отвлечься — это было… назовем это упущенной возможностью. Таким легким, почти беззаботным воспоминанием, практически единственным шансом отвлечься от всего того мрака и ужаса, которым не должна быть наполнена жизнь типичного подростка. Например, в жизни подростка не должно быть уроков по химии, на тему “Как точно отмыть кровь”, или уроков по японскому “Как одновременно напугать и высказать уважение”. Так что да, экси — упущенная возможность нормального детства. Именно поэтому смотреть игры команды Дэвида сейчас — это способ прикоснуться к тому потерянному моменту радости, и надежда, что для кого-то любимый спорт Нила станет шансом на беззаботную жизнь. С Дэвидом он был знаком косвенно: внезапно, когда в команде “Воронов” начались проблемы (спасибо, Рико), спасением Кевина и его экстренным переводом хотя бы куда-нибудь, занимался именно Нил. Отчасти, как дань памяти Кейли, отчасти — как еще один плюс в карму. Как будто что-то сможет ей помочь. — Я думаю, некоторым из них не хватает мотивации.

***

Эндрю смотрит на тачку. Тачка смотрит на него. Это новая Мазерати — черная, с кожаным салоном, пометкой “эко” и крутыми дисками. Эндрю продолжает смотреть, не обращая внимания на восторженные крики Ники, на недовольное бурчание Кевина и на молчаливое осуждение Аарона. Он ловит ключи практически на автомате, отмечая на фоне приглушенное бормотание Ваймака: — Тут я должен произнести мотивационную речь, сказать, что ты, пацан, нормально постарался, и твои труды должны быть вознаграждены, — он опять по-старчески вздыхает, словно нехотя признаваясь: — Оказывается, есть люди, которые любят экси еще сильнее, Кевин. Кевин лишь фыркает в ответ, пока Эндрю медленно отводит взгляд от машины. — Извращенцы. — И не говори. Но тем не менее, тачка твоя, — Ваймак лишь разводит руками. — Страшно представить, что еще тебя ждет, если будешь хоть немного стараться. Эндрю кивает. Кончики пальцев почти немеют от того, как плотно он сжимает ключи. — О Боже, Эндрю. У тебя появился фанат! — Ники прорывается вперед, жестом предлагая открыть уже двери. — Спорим, ему лет шестьдесят, он любит играть в гольф и смотреть, как маленькие мальчики бегают по полю в маленьких шортиках. Это действует отрезвляюще. Настолько, что горло сжимается нервным спазмом, а все тело бросает в дрожь. Ок. Богатый извращенец — звучит логично. Возможно, у Эндрю должны быть какие-то нравственные ориентиры или что-то такое, что заставило бы его прямо сейчас выбросить ключи и написать этому извращенцу наглый ответ. Но… машина стоит прямо перед ним. Пока от него не будут требовать большего, он вправе ею воспользоваться. Что он и делает. — Эй, а мы? — Кевин пытается попасть внутрь, но Эндрю и не думает открывать двери. — Прогуляетесь? — Эндрю пытается поправить сиденье, настроить зеркала и одновременно не оторвать рук от руля. — Эндрю, — Аарон опять закатывает глаза и почти точно копирует его собственное типичное выражение лица. — Окей, — он кидает ему ключи от Тойоты и стартует, почти сразу разгоняясь до невозможной для старой машины скорости. Эндрю выполнил свои условия, Ваймак выполнил свои. О старых извращенцах он подумает потом.