oh, Niki, you so fine!

      Этот японец совсем не видит границ! Он снова выложил новое видео в свой тик ток, причем слишком уж дерзкое, по скромному мнению самого Кима, конечно же. Бедное сердце Сону совсем скоро не выдержит. Ладно, смотря правде в глаза – его моторчик заглохнет не во время девятого просмотра, а во время монтажа эдита с ним. Сону давно приглянулся новенький японец, который перешёл в их школу. Примерно через двадцать минут ему ещё очень приглянулся и его тик ток, и инста, и вообще много чего ещё, но не суть. Теперь у Сону в распоряжении есть все соц. сети Нишимуры, а еще галерея с отдельной папкой видео, эдитов и звуками для видео, посвящённая ему, которая занимает процентов сорок пять из всех мультимедиа, которые вообще у него хранятся. Обо всём этом тайном монтаже знает только сам Сону и его лучший друг – Чонвон, просто потому что ему можно. На самом деле, воля Яна – тоже редактировал бы двадцатое видео с сердечками в глазах, пока руки не отпадут, только вот беда в том, что человек, которого выбрало его пылкое сердце, не снимает такое, только постит фото в инсту, примерно раз в неделю. Джей вообще человек серьезный, не любит он все эти тренды и прочую ерунду. Чонвон уже смирился и довольствуется тем, что тот хотя бы телефон использует нормальный, а не ходит со стационарным в кармане. По крайней мере сам Ян этого не замечал. Сону одновременно и сочувствует, и завидует другу, потому что с одной стороны – это действительно расстраивает, но вот с другой – Чонвон хотя бы не ходит каждый раз в таком состоянии, будто его пытали и топили в реке Хан самыми извращёнными способами, которые только придумало человечество, от одного только взгляда в экран телефона, при звуке нового оповещения. Но вот на этот раз Рики перешёл все рамки дозволенного и просто в край обнаглел, потому что кто додумается выкладывать такое горячее видео прямо посреди учебного дня? Как только Киму пришло уведомление и обложка прогрузилась – он чистосердечно хотел выпрыгнуть в окно, рядом с которым собственно и находился. Но Чонвон, уловив изменившееся состояние и лицо друга, после взгляда в смартфон, уберёг его от преждевременного выхода на улицу не совсем стандартным способом. Вот, казалось бы, вроде обычный тренд, но черт, почему у него такая харизма? От этого японца так и веет аурой власти и какой-то понтовой мафии из фильмов о бандитах с крутым оружием. Черные волосы слегка свисают на глаза, а взгляд прямо-таки пожирает. Черная водолазка смотрелась слишком эффектно, а прямые темные брюки сидели так, будто их шили прямо на Ники. В прекрасной розоволосой голове сразу пронеслась карусель из идей и всевозможных звуков, под которые можно будет сообразить что-нибудь эффектное. Сону сохранил себе на телефон само видео Нишимуры и уже почти вышел из тик тока, как пролистнул на следующее видео. О боги. Звук понравился Киму с первых же секунд, хоть он и слышал его впервые. Ох, да он точно идеально подойдет. Сону дослушал его и уже придумал, что будет делать и как это должно выглядеть. Итак, видео японца и звук успешно сохранены, теперь-то можно пойти в столовую, наконец-то поесть и попутно начать монтировать. Чонвонова красная макушка блеснула на периферии зрения рядом с темной головой высокого парня. Видимо, Ян таки подошел к Джею, Сону потом обязательно расспросит обо всём, вплоть до интонаций, с которыми они говорили, а пока – путь прямиком к еде и мысленное пожелание смелости другу. Небольшой кусочек сладкого пирога из вишни и апельсиновый сок неплохо подойдут для утоления голода. Заняв любимый столик у окна, почти в самом углу, уткнувшись при этом в телефон и изучая исключительно файлы в галерее, Сону начал есть, попутно заходя в родной, повидавший виды, редактор. Основа добавлена, кусочек пирога также отправлен в рот, теперь можно полностью погрузиться в процесс и не отвлекаться на внешние раздражители, пока, собственно, не дожуешь. Замедление в подходящих моментах готово, еще немного подрезать сами клипы, добавить эффекты, фильтр и в принципе готово. От пирога осталась только корочка, монтаж уже подошел к концу, и всё было сделано в лучшем виде. Надо будет отправить Чонвону, он обязан оценить, задумка идеально подошла под звук, как и звук под задумку. Все-таки видео реально хорошее, думается Сону, но эта водолазка определенно доведет его до белого каления, если он сейчас же не отведет от нее взгляд. И если всматриваться, то видно, что волосы все-таки уложены, хоть им и старались придать небрежный вид. Получилось действительно естественно, любой человек вряд ли заметил бы, только вот у Кима на такие фишки японца глаз намётан, он улавливает всё до мельчайших деталей. Жаль только, что его зоркий взгляд не уловил ошалевшую фигуру японца собственной персоной за его спиной, сидевшего за крайним столиком в самом углу. Нишимура сначала, конечно, лишь слегка удивился, увидев себя на экране телефона, а вот под конец конкретно так охренел – этот милый парень делал ему настоящий эдит. Ники, честно сказать, уже знает Сону – Ким старше его на один класс и покорил его ещё с самого первого дня в новой школе, показался безумно милым и приятным. В коридоре, в котором они проходили, Ким прямо освещал своей улыбкой весь путь до класса и сердца Рики. Он излучал неповторимую ауру вокруг себя, от него так и веяло доброй нежностью и изяществом, все его движения были плавными и выглядел он очень уж мягко, а волосы у него были прямо как настоящий зефир, Нишимура слишком сильно хотел их пощупать и укутать самого Сону в мягкий плед, смотря при этом любые фильмы, которые старший только предложит. А сейчас Ким так кропотливо делал всё, что Ники еле успевал ловить его ловкие движения пальцев, передвигающихся по вкладкам редактора. Так и бутербродом подавиться недолго. Младший действительно даже жевать перестал, замер и вылупился в экран за соседним столиком, с недоеденным куском в руке, в ожидании не пойми чего. – Какой он всё-таки красавчик, незаконно быть таким горячим, – Своим полушепотом и мыслями вслух Ким чуть не сделал на одного японца в этом учебном заведении меньше. Ники, только начавший вновь жевать, всё же подавился и замер, уставившись на Сону. Оборачивающегося с огромными глазами Сону. Эпично и стремительно краснеющего, увидя, кто позади него, если быть совсем уж точными. Всё происходило как в замедленной съемке и в лучших традициях популярных дорам или турецких сериалов. Спустя продолжительные гляделки, при которых они просто пялились друг другу в глаза, ни проронив при этом ни звука, Ким подавился, булькнул что-то наподобие «ой» и подорвался с места, со скоростью света забирая свои вещи и прямо-таки вылетая из столовой, чуть не споткнувшись по пути. Он бежал так, будто за ним стая бешеных вурдалаков гналась, не меньше. Вылетев в коридор и вертя головой в разные стороны, так интенсивно, что что-то в шейном отделе хрустнуло, он таки нашел то, что искал – Чонвона. Порхал он определенно в сторону первого этажа, скорее всего в библиотеку, ну что-ж, она отменяется, не всем планам сегодня суждено сбыться. У Сону, например, тоже был совсем другой план на этот день и пункта «опозориться перед Ники» в нем точно не наблюдалось. Немного пофилософствуем. Представьте, что вам отменили контрольную работу по химии и отпустили с последнего урока, уже звучит как мечта, да? Вам не нужно убирать дома и идти завтра на учебу, а в вашей комнате лежат вкуснейшие чипсы, ваше любимое печенье и дорама, которую вы планировали посмотреть уже вторую неделю, вот только времени не хватало. А еще вам удалось по-настоящему пококетничать с вашим крашем! Это уже везение, скопившееся за всю жизнь в одном только дне. Вас переполняет чувство окрылённости, легкость и рой порхающих бабочек в печени, вы сейчас начнёте танцевальную практику бтс танцевать прямо посреди коридора, честное слово! Чтобы день закончился ещё прекрасней – осталось занести книгу библиотекарше и пасть в объятия соплей и криков из-за милого Цю Ань Юя и его влюбленности в Янь Фэй. Вы уже возвышаетесь над лестницей и начинаете мягкой поступью спускаться по ней, будто идете по настоящему облаку, а вокруг слышны лишь звуки природы, мелодии фортепиано и вы своими глазами-сердечками видите всё будто через туманную призму счастья. Чтобы вы почувствовали, если бы в этот самый момент вас развернули прямо на ступеньках на сто восемьдесят и поволокли за шкирку в ближайший туалет, при этом матерясь и проклиная всех, кто просто смотрит на вас и шарахается, потому что вы уже прямо таки несетесь по коридору? Чонвон вот, например, охуел и не выхуел обратно даже тогда, когда злющий и краснющий Сону уже дотащил их до туалета и закрыл его изнутри, садясь на подоконник, обнимая свои колени и начиная раскачиваться будто сумасшедший. Хотя вряд ли человека, который сделал все, что происходило пару минут назад можно назвать адекватным. Но зная Кима, это лишь слегка странновато для него. Пару мгновений у Яна уходит на то, чтобы понять, что он сейчас вообще-то не поест чипсы в ближайшие пятнадцать минут и вообще какого хрена. После осмысления всего, что только что произошло, Чонвон начал подходить и сел на подоконник рядом с Сону и первым делом обнял его, позволяя уткнуться себе в шею и хорошенько проплакаться. Однако Ким лишь выдохнул и обнял его в ответ. Спустя пару минут он немного успокоился и, окончательно расслабив плечи, отстранился. Ян потянулся к рюкзаку, достал оттуда воду и булочку, которую тоже хотел съесть дома во время интригующих сюжетных поворотов, но тут дело поважнее. Чонвон протянул всё это другу и тот, уставившись в точку перед собой, принял спасательный набор из рук друга, начиная жевать, не моргая. Первую стадию прошли. Сейчас наступает переосмысление, затем будет принятие. Необходимо чутка подождать. Оба парня, глубоко задумавшись, сидели и молчали. Булка была съедена, и со стороны Кима послышался тяжелый вздох. Ян всем телом повернулся к другу, показывая, что он абсолютно сосредоточен на душераздирающей истории и незамедлительно выслушает его. – Чонвон, я еблан, – не своим голосом прохрипел Ким. — Сонулик, родной мой, это я и сам знаю, что случилось? Ты выкинул что-то на публике? Хотя нет, наша пробежка явно смотрелась круче всего, что вообще могло произойти. Что-ж, тогда потерял может важную вещь или перед учителем сделал что-то, за что по голове не погладят? – рассуждал вслух Ян. – Чонвон, мать его за ногу, какой к хуям учитель? Красный код, чтоб ему пусто было блять! – Аа, боже мой, всего-то, я уже думал умирает кт…погоди блять, какой? – теперь шейный отдел хрустнул не только у Сону, но и у Яна, который вывернул голову прямо за две трети секунды в сторону нервно улыбающегося Кима. – Краснющий, бардовый, кровавый блять! – Что ты сделал с Ники, если он уже в стадию кровавого перешёл? Хотя боже, стой, не говори, я не хочу знать, мне страшно. – Он десять минут наблюдал за тем, как я делаю ему видео, если не больше. – Так, но до кровавого тут еще не дотягивает, тут скорее алый, Сону, еще что-то? – В конце я прошептал, что он красавчик, которому незаконно быть таким горячим, а он поперхнулся сзади и смотрел на меня не моргая, – вновь отворачиваясь, проговорил Ким, зарываясь пальчиками в свои мягкие волосы. Чонвон в неверии открыл рот, но вырывались лишь непонятные звуки, не складывающиеся в членораздельные предложения. Вскоре Ян положил ладошку на голову Кима и изрек четкий вердикт красноречивым словом, – Пиздец. С тяжким вздохом, подробнее пересказав всю историю и свои эмоции, Сону и Чонвоном было принято решение вместе отправиться к Яну и следовать его прежнему плану времяпровождения, только уже вместе. Мальчики забрали свои вещи, спрыгнули с подоконника и выбрались в коридор. Они успешно добрались до выхода из школы, только Киму пришлось единожды приводить Яна в сознание, потому что встретившийся им на пути Чонсон послал Чонвону воздушный поцелуй, в ответ на его кокетничество днем и помахал на прощание, пожелав хорошей дороги. В целом добрались они спокойно. Ким предупредил семью, о том, что уходит к младшему, и они подошли к дому. Разувшись, парни поздоровались с миссис Ян и прошли в комнату, приготавливая всё самое необходимое для комфортного вечера отдыха. Пару раз во время просмотра они сокрушались на сцены из дорамы, представляя себя на месте главных героев. Потом, соответственно, вспоминались и сегодняшние события и, положив головы, Сону – на плечо Яна, а тот на голову Кима – они разговаривали и делились своими комментариями по поводу всего произошедшего. Ближе к часу ночи дорама подошла к своему завершению и, обсудив логический конец, оставивший осадок в сердце, парни принялись ложиться спать, расстилая кровать и переодеваясь. Сону лежал у стеночки, укутываясь в одеяло по подбородок, в то время как Чонвон, уже сопел с краю. Ночь прошла в тишине и редком копошении одеяла. С утра, потянувшись и похрустев всеми косточками в своëм молодом теле, Ким пнул друга, чтобы тот тоже начал шевелиться. Сегодня ему хотелось забыть это позор и жить так, будто ничего не происходило. Первым делом надо отвлечься и переключиться на что-то интересное. Чонвон, после третьего тычка, закопошился и стал переворачиваться. – Сону, сколько сейчас время вообще? Зачем ты меня так рано разбудил? – открывая и потирая свои глаза, прохрипел Ян. – Ты просто обалдел, Ян Чонвон, сейчас двенадцатый час дня уже, а нам уже срочно надо выходить в парк, мы опаздываем, – перелезая через лежащего младшего, проговорил Ким. Он пошел в ванну, привел себя в порядок и вернулся в комнату, чтобы окончательно растормошить едва проснувшегося парня. – Какой парк, в смысле опаздываем? – Он потянулся к прикроватной тумбочке и проверил время, – Айщ, несносный Ким Сону, сейчас только одиннадцать ноль три! Объясни мне, куда ты намылился и зачем там нужен я? – Поднимай свою тушку, дорогуша, в парк мы идем потому что мне необходимо на что-то отвлечься, иначе сегодня меня вновь сожрут мысли насчёт вчерашнего. Ты этого хочешь? Я – нет! Поэтому хватит тут возникать, одевайся. С тяжким вздохом и последним криком в подушку, Чонвон поднялся и последовал в ванную комнату. Приведя себя в божеский вид, он нашел одежду себе и дал доступ к шкафу для Сону. Их стили немного отличаются, но главное – размер один. Они перехватили пару бутербродов от миссис Ян, отказавшись от чего-то посытнее, дабы не нагружать желудок и вышли из дома, направляясь прямиком в парк, находящийся неподалеку. Через десять минут они начали приближаться к нему, но забежали в магазин, купить чего-нибудь попить. За весёлыми разговорами они дошли до тропинки, ведущей к главной аллее. По бокам были посажены красивые и широкие деревья, аккуратно обрамляющие дорожку и радовавшие глаз всех, кто тут проходит. Они чередовались со средних размеров кустами, а через каждые пару метров стояли массивные деревянные лавочки, служащие для отдыха. На одну из таких парни и держали курс, весело вышагивая. Только когда они увидели Нишимуру и Пака, двигающихся им на встречу, но пока еще не замечающих их, стало совсем не до смеха. Сону остановился как олень перед фарами, а уже через секунду нырнул в ближайший куст, пока шокированный Чонвон не понял, что ему, как бы, тоже нужно что-то предпринимать. Только вот ретироваться уже не получится, Джей заметил его и приветливо помахал, активнее семеня в его сторону вместе с Ники. – Чонвон-и, привет, ты как тут? – Весело проворковал Чонсон. – Ээ…оу, Джей-хён, Ники. Да, я тут… прогуливался, да, погода хорошая, – поворачивая голову к кусту, сказал растерянный Ян. – И не поспоришь, действительно отличная, а мы тут с Рики про проект говорили, столько хлопот было, хорошо, что закончили. А со мной прогуляться ты не против? – Кладя руку на плечи Чонвона, сказал старший. Чонвон начал бегать глазами от куста к ребятам и не знал, что ему делать. В конце концов, он сумел спросить, – А как же Ники? – Не волнуйся, Чонвон, мне нужно поговорить с Сону, а вам пройтись все равно в радость будет, – загадочно улыбнувшись, сказал Нишимура. – Сону? Так он…ээ…дома наверное? Ты разве знаешь где он живёт? – Снова сказал Чонвон, стараясь прикрыть друга. – Нет, не знаю, но в данный момент ко мне прокрадываются подозрения, что живет он в каких-то…ммм...кустах? – Рики сделал всего шаг в сторону и подошел ближе к этому треклятому папоротниковидному растению, с другой стороны абсолютно не скрывающего вид на розовую замершую макушку Кима, по которой японец его собственно и погладил. – Идите-идите, не волнуйтесь, – сказал Нишимура, садясь рядом с Сону, прямо под кустом. – Сону? – попытался Чонвон. – Чонвон-и, идите, – подтвердил слова Ким. Джей развернул Яна на сто восемьдесят, также держа руку на плече, и повел его вглубь парка, начиная о чём-то болтать. Сону робко взглянул в сторону, усевшегося прямо плечом к плечу с ним, Рики и не знал, что же следует говорить. – Так глупо получилось, – едва слышно, всё же прошептал он, отворачиваясь и тоже усаживаясь на траву свободнее. – А я рад, что всё именно так, правда было немного забавно наблюдать за тем, как ты шевелишься тут, – с улыбкой ответил японец, полностью поворачиваясь к старшему. – Йа, мне и так стыдно, прекрати! – Сону несильно стукнул его в плечо и отвернулся. – Ну прости, ты действительно мило выглядел в этот момент. Кстати, покажешь хоть результат? Мне очень любопытно, – Ники хитро глянул на старшего, вспоминая посвященное ему видео. Сону слегка дернул головой в его сторону, посмотрел в глаза и спустя пару секунд потянулся за своим телефоном, выуживая его из кармана штанов. После разблокировки он зашёл в галерею и ткнул на самое последнее видео в папке, протягивая смартфон младшему. Ники заворожено смотрел на труды хёна и не мог оторвать взгляд, ему очень понравилось и он поспешил поделится этим мнение с Кимом, который неловко благодарил за лестные комментарии, однако Рики вновь опустил взгляд в телефон и наткнулся уже не на видео, а на саму папку, в котором оно находилось, включающую в себя… – Хён, сколько тут видео?! – Нишимура! Не смотри в мой экран! – После такого ты обязан сходить со мной на свидание. – Как? Какое свидание? – Сону удивлённо посмотрел на младшего, не понимая, что он вообще несёт. – Перед тем как начать встречаться, люди ходят на свидания, хён. Поднимайся и давай мне руку, какой кофе ты любишь? Зайдём в ближайшую кафешку, – Нишимура живенько встал и протянул руку Киму, помогая подняться. – Вообще Мокко, но с тобой хоть мышьяк, – ответил старший, завороженно наблюдающий за японцем, переплетая их пальцы.