Путь во тьме Космоса

Маркус опешил от сказанного Октавией. В его голове был такой ворох вопросов. Они приземлились в колыбели Человечества? Почему все такое дикое? Где тогда другие люди? Если честно, в шоке были все. Первым заговорил Тарн: - Ты уверена? Как ты это поняла? - Я увидела... шаровую карту с изображением материков, их очертание один в один как на Святой Земле. Это она и есть! - в немного шоковом состоянии проговорила Октавия. - Ёма... не думал, что на старости лет моя мечта исполнится... - прокряхтел Жестянка - столько лет я будучи капером пытался найти эту планету. Столько лет... - Что ж, я думаю поисковая группа будет рада услышать, что мы на Святой Земле. Как и в Совете Лордов - Тарн снова заговорил - но, боюсь, пока что связаться с центром я так и не смог. Нам нужно... - Сэр - вмешался Янсен - я думаю, мы все за сегодня устали. Так что, давайте перейдем к еде, а план разработаем завтра. - Боюсь, ты прав - подметил рыцарь. Мясо еленя казалось для всех каким-то странным, но аппетитным. Сварганенное всем понравилось, а самогон Жестянки расслабил всем головы. Кроме Тарна -он не стал пить. Вредно для рыцарей. Тут механик вспомнил молодость: - Помню, капером был. Столько планет нанес на карту Галактики, столько планет открыл для колоний. Но стоило тому райнскому мастеру войны мне легкое проколоть... еле живой остался. Кое - как залатали, да капитаном корабля снова уже стать не мог. Так что, посудину пришлось передать Имперскому флоту, а самому - механиком на нее устроиться. Так эти гнидские райны мне и её вместе со станцией разнесли!!! - Угомонись! - проворчал Уильямс, будучи на веселе, - с нами со всеми подобное случалось. - Корабли теряли все вы?!! Нет, а вот я... Начался спор между Уильямсом и Жестянкой, Янсен пытался их разнять. Вроде как, получилось. Дабы сменить курс, Маркус спросил Тарна: - Сэр, вы рассказываете о своих кампаниях поверхностно. А подробней можете поведать? - все закивали. Ну, а что? Рыцарей часто в такое пекло посылают. Интересно же послушать. - Что рассказывать - то? Тяжелые бои. Помню, на Фарсайте - 4, мы бились с братьями против ксеносов. Назывались, насколько помню, Киллики. Так они таким термоядерным оружием владели... братья часто заживо приваривались к броне, йодид вместо воды пили. Или на Йотуне, огромные и дикие ксеносы, пять метров ростом. Столько наших и простых солдат перебили, что и десятой части не осталось. Все слушали рыцаря, но по голосу поняли, что у стального человека уже слезы комом в горле скопились. Октавия, часто бранившая рыцарей и думавшая, что они - элита, которой не страшны любые опасности, из - за их привилегированного положения, поняла, что и рыцарям приходится не лучше. Разговаривали все до поздней ночи, Тарн согласился охранять лагерь. Остальные отправились на боковую. Но, палаток не было и было холодно. Решили от костра не отходить. Маркус засмотрелся на свою новую конечность и о чем - то задумался. Пока его не прервала Октавия: - Могу голову положить на тебя, Маркус? - Всмысле? - Шея сегодня затекла, так что не возражаешь? - Конечно нет. Октавия положила голову и уснула на плече Маркуса. Он же лег сам на голую землю, опускаясь аккуратно, чтобы не разбудить её. Через время, пока Маркус не заснул, к нему подошел Тарн: - Так вот, помнишь я предлагал тебе кое - что на станции? - Точно, помню. А что именно? - Я предлагаю тебе стать рыцарем, одним из нашего Ордена. - Вы серьезно? Не поздновато ли мне? - Я наблюдал за тобой, ты хорошо сражаешься, а также у меня есть личные мотивы. - Что за мотивы? - с недоверием спросил Маркус. Тарн, занервничав, ответил: - Боюсь, это разговор на другой день. Ладно, спи, боец. И подумай над предложением. Тарн ушел, а Маркус задумался: почему высшим лицам Империи все равно на своих солдат? Они погибают пачками, а выжившие продолжают жить в не самых лучших условиях. Это же касается и рыцарей. Ладно, получаются какие - то мысли, которые сродни идеям дезертиров. Видать я устал. Пора спать. Боец пытался уснуть, но мешал храп Жестянки и запах перегара, идущий от него. Также он слышал щебетание местных птиц, шелест деревьев. На фоне звуков столицы, здесь казалось... тихо. Почти, как в открытом космосе. В какой - то мере это нивелировало храп товарища по команде. Иногда слышались тяжелые шаги Тарна. Но, пение... это поглощало настолько, что Маркус не заметил, как уснул.