Сборник драбблов с крашами

Геракл разминался в темном пространстве, предназначенном для предбоевого отдыха бойцов. Потирая железные мышцы, рыжая голова была забита мыслями о предстоящем противнике. Но все они испарились, когда он почувствовал знакомый до боли, въевшийся под кожу запах сводной сестры. Гранат, вино и легкая горечь, природу которой Геракл пока не разгадал. - Будь острожен, говорят, этот омега очень силен. Не зря же он единственный омега от стороны человечества. - Геката, - улыбнулся Геракл. Он повернулся и лицо его приобрело более счастливое выражение, чем следовало бы. Богиня мягко улыбнулась в ответ, и Геракл почувствовал, как ноги медленно становятся ватными. Он дал себе мысленную пощечину, потому что перед боем нельзя расслабляться. - Надеюсь, у тебя не возникнет с ним проблем. – она положила бледную, изящную, слишком изящную для альфы ладонь ему на плечо. Холодные перстни соприкоснулись с горячей кожей и у Геракла пошли мурашки. - Д-да, я тоже. Я все-таки один из самых сильных омег на Олимпе! – сказал, нет, почти выкрикнул он. Геката молчала, лишь внимательно разглядывала его лицо. - Все-таки бой не на жизнь, а на смерть. Вдруг больше не представиться возможности, - тихо сказала она. - Что? – уточнил Геракл. Он не был уверен в том, что не ослышался. Если он правильно понял… Геката поцеловала его, и мужчина почувствовал близость к эйфории. Не к месту вспомнились россказни Будды о нирване. Геракл неловко попытался ответить, положив свои большие теплые ладони на хрупкую, почти не-альфскую талию Гекаты, почувствовал кожей текстуру летящих тканей её платья и узоры на тонком пояске. Когда она отстранилась из уст Геракла вырвался разочарованный полустон-полувздох. Геката мягко рассмеялась и погладила его по голове. Геракл был готов стоять так с ней вечно. - Хочешь ещё – не умирай. - Геката развернулась и скрылась во тьме коридора. И, Геракл не был готов ручаться, что это было на самом деле, он услышал на грани слышимости: «мой омега».