60 Miles an Hour

      Это уже давно стало рутиной. Привычные, ставшие чуть ли не механическими действия: за завтраком в очередной низкосортной закусочной найти дело и выдвинуться в путь. Что и произошло этим утром — уже в который раз.       Они буквально только что разобрались с Чёрным Псом и были готовы двигаться дальше. Сэму, откровенно говоря, хотелось немного передохнуть: после бега по кругу то от Пса, то за ним тело ныло и требовало передышки. Тем более что Дин всё ещё спал в его объятиях, пока зыбкое невыспавшееся утро несмело заглядывало в окно. Солнце зашло в номер без спроса, окрасило стены тёплой сепией. Сэм, как обычно, проснулся раньше брата и теперь нежился в тихой сладкой полудрёме, обнимая лежавшего к нему спиной Дина. Слушал его ровное дыхание и смотрел, как солнечные лучи подсвечивали его короткие волосы, превращая в золото. Брат был такой тёплый, мягкий, расслабленный, что Сэм старался не шевелиться, чтобы не потревожить его. Обычно Дин был либо комком нервов, либо сгустком энергии, третьего не дано. Но сейчас он был такой умиротворённый, что Сэм прикрыл глаза и легко, как солнечный луч, коснулся губами шейных позвонков брата, утопая в нежности. Когда Дин проснётся, с покоем можно будет попрощаться. Поэтому сейчас он был намерен выжать из этих драгоценных мгновений всё возможное, чтобы потом бережно сохранить в самом укромном уголке сердца. — Что думаешь? — за завтраком Дин кинул ещё не проснувшемуся Сэму газету. — Женщину обнаружили мёртвой в собственной квартире. Никаких следов взлома.       Сэм вяло моргнул и пробежался глазами по небольшой заметке. — Она могла умереть от естественных причин. Сердечный приступ, например… — Верно. Но будь это так, разве об этом напечатали бы в газете? И вишенка на торте, — Дин ткнул пальцем в газетную строчку. — Много ты знаешь тридцатилетних женщин, которые полностью поседели за одну ночь?       Аргумент. Тут Сэму крыть было нечем.       Допивая кофе, Дин поднялся с места. Весь его вид говорил о том, что ему не терпелось отправиться в путь. Сэм прекрасно знал такое его настроение. — Доедай и выдвигаемся.       Сэм бросил взгляд на маленькую статью и застонал: — Мичиган? Туда через несколько штатов пилить…       Господи, только с Псом разобрались, а тут новая напасть… Не одно, так другое. Наверное, всё дело в боли в мышцах. А может, Сэм просто встал не с той ноги и никак не мог проснуться. Хотелось взять паузу, вернуться в кровать и понежиться в ней с Дином, а не вот это вот всё… — Сопли на кулак можешь и в дороге намотать, — парировал Дин, озорно улыбаясь и едва не приплясывая на месте. Ему не терпелось отправиться в путь. Да и вкусный сытный завтрак из двойной порции вафель и бекона поспособствовал поднятию настроения. После еды брат всегда добрел и веселел. В солнечном свете глаза Дина были особенно зелёными: всегда настороженная бриллиантовая зелень, зелень неграненых изумрудов. На какие-то пару мгновений Сэм даже загляделся. — Ты чего? — спросил брат. — Ничего, — Сэм мотнул головой, пряча непрошеную улыбку. — Поехали.       И они поехали. Прямо по зелёному со всех сторон Арканзасу, поросшему густыми лесами. Глаз Сэма отдыхал на окружающих пейзажах. Когда они проезжали мимо одного из многочисленных озёр, названия которого он не знал, солнечные искры алмазно блестели на глади воды, брызгались искрами в глаза. Сэм прищурился и улыбнулся, вдохнул свежий воздух, унесший с собой его сонливость и вялость. День обещал быть жарким — для Арканзаса обычное дело. Дорога убегала в горизонт, ровно гудел мотор «Импалы», а из приёмника доносилась песня.

«You can take me to an island, ride across the stormy sea We can worship pagan idols, there together you and me Why don't you run over here and rescue me? You can drive down in your car Why don't we both take a ride and turn that key We'll drive at 60 miles an hour I'll be there for you when you want me to I'll stand by your side like I always do In the dead of night it'll be alright ''cause I'll be there for you when you want me to» «Можешь отвезти меня на остров, переплыть бурное море. Мы можем поклоняться языческим идолам вместе — ты и я. Почему бы тебе не примчаться сюда и не спасти меня? Можешь подъехать на своей машине. Почему бы нам не отправиться куда-нибудь, повернув ключ? Будем ехать на скорости 60 миль в час. Я буду здесь ради тебя, когда захочешь. Я останусь рядом с тобой, как и всегда. Этой глубокой ночью всё будет хорошо, Потому что я буду здесь ради тебя, когда захочешь».

      Нетипичный выбор музыки для Дина. Обычно он предпочитал что-то потяжелее. Но, похоже, ему нравилось: пальцы постукивали по рулю, на лице блуждало редкое для него выражение почти что безмятежности, голова слегка покачивалась в такт. Солнце гладило брату лицо ладонями, целовало в щёки, отчего веснушки стали ярче и заметнее, золотило волосы. Сэму это показалось настолько красивым, словно… Словно Дин вдруг сам стал солнцем в человеческом обличье. Его личным солнцем. — Дин, останови машину.       Брат повернул к нему голову, посмотрел непонимающе. — Чего? Зачем? — Останови, говорю.       Дин приподнял брови в удивлении, но скорость сбросил, вырулил на обочину. Сэм накрыл его губы своими прежде, чем брат успел заглушить мотор. От Дина пахло сухим солнечным теплом, свежим ветром, дорожной пылью. Поцелуй был лёгким, воздушным, сочным и сладким, как летний фрукт. Вроде бы мелочь, но когда губы брата дрогнули и откликнулись, целуя в ответ, сердце Сэма было готово воздушным шаром воспарить в небеса.       Когда поцелуй закончился, Сэм медленно отстранился, опёрся об спинку сиденья, чувствуя, что немного, но утратил контроль над телом. Сладко, как от шампанского, закружилась голова. Он пробежался языком по губам, слизывая вкус Дина, и уже не скрывал довольной улыбки. Брат слегка заторможенно, будто не вполне поняв, что это сейчас было, смотрел на него, и грани изумрудов в его глазах засияли немного ярче. — Что стоим, Дин? — удивлённо поинтересовался Сэм, пряча хитринку в уголках приподнятых губ. — Ты разве не рвался поскорее в путь? Можем ехать.       Брат зависал ещё буквально пару секунд. А потом сразу повернулся к рулю, завозился, выезжая на дорогу. На Сэма он подчёркнуто не смотрел. — Только время зря потратили, — пробурчал Дин и натянул солнечные очки. Сэм больше не видел изумрудов в его глазах, но знал: он доволен. Просто чувствовал подспудным, глубинным пониманием. Как всегда чувствуешь человека, которого любишь больше всего на свете.       У их любви вкус крови и алкоголя, пороха и рок-н-ролла, дорожной пыли и могильной земли, слёз, нервов и помутненного сознания. И им — всегда мало. Они друг для друга — самая главная зависимость. И если бы в их жизни было возможно исключить всё, кроме их отношений, то всё было бы хорошо.       Они просто едут со скоростью шестьдесят миль в час. А дорога так далека…