Мой милый

Ким Тэхён воспитывался в неполной семье. Мать красавицу он обожал и никогда не винил за то, что она выгнала из дома его отца — тот был никудышным мужем и пропивал все семейные доходы. Чтобы как-то подстраховаться финансово, бабушка маленького Тэтэ переехала к ним и начала сдавать свою квартиру. Ребёнок купался в заботе и внимании — женщины его маленькой семьи души в нём не чаяли, да и соседки умилялись этим чудом. Когда Тэхёну исполнилось пятнадцать, он начал меняться — его детские щёчки исчезли, сам он вытянулся и стал тощим как палка. Бабушка вздыхала и говорила его матери: «Ох и красавчик он у тебя, несладко ему в жизни придётся». Тогда Тэхён подумал, что это шутка, ведь он был таким нескладным со своими руками-тростинками да большими ушами, и за это его в школе постоянно подкалывали, поэтому ни о какой красоте не могло быть и речи. Тем не менее время шло — он менялся, и чем дальше, тем больше. Ещё в институте черты его лица приобрели утончённость, невольно заставляя засматриваться. Вернувшись из армии, он вдруг обнаружил, что его подтянутая широкоплечая фигура приковывала взгляды, а — такое похожее на мамино — лицо с заострёнными скулами и красивым прямым носом вызывало восхищение. Однако, радоваться здесь было нечему — с красотой пришли и определённые проблемы. Окончив филологический факультет университета с отличием, он успел лишь полгода поработать стажёром перед тем, как уйти на службу. Вернувшись же, столкнулся с тем, что на собеседованиях в крупные организации его не воспринимали всерьёз. Они находили десятки весьма спорных причин для отказа. А уже после, по секрету, девушки в почти каждом из отделов кадров ему сообщали, что начальство считало, что такой, как он, не внушает доверие, называли его ненадёжным, а временами проскакивало и прямое — «слишком смазливый». Тэхён искренне не понимал, как его привлекательная внешность, связана с его знаниями, но реальность была именно такова. Даже если его и брали куда-то в штат, то на должность не выше помощника переводчика, ограниченного в своих должностных обязанностях, выполняя роль чуть ли не секретаря. Серьёзную работу ему не доверяли. Когда он понимал, что о повышении не могло быть и речи, он менял работу в надежде, что в другом месте к нему будут относиться соответственно его знаниям. Однако к двадцати семи годам он окончательно убедился, насколько его бабушка — уже, к сожалению, покойная — оказалась права. Большинство людей имеют определённые стереотипы, связанные с внешностью, и Тэхён стал заложником собственной красоты. С горем пополам, а возможно и чудом каким-то, он смог устроиться в довольно крупную компанию Ким Индастриал на должность переводчика, где на собеседовании заместитель директора не стал заострять внимание на его внешности, а изучил его документы и рекомендации. Также он дал ему на перевод небольшой тестовый документ и удовлетворился результатом. Ким Намджун оказался единственным, кто взял его на работу, учитывая лишь его знания и внутренние характеристики, а не его внешность. И уже через два года Тэхён стал главным переводчиком компании. К сожалению, хорошая полоса не могла длиться вечно, хотя Тэхён вполне успел расслабиться и привыкнуть к адекватному отношению к себе. Тем более неожиданными стали для него перемены, связанные с возвращением директора. Два года компанией руководил Ким Намджун, но он являлся всего лишь заместителем. Директором же был его старший брат, Ким Сухён. Последние два года он жил в США, где руководил только открывшейся дочерней компанией, которая занималась экспортом их товаров. Сейчас же он смог с чистой совестью оставить вместо себя заместителя и вернулся в Сеул. И оказался большой проблемой Ким Тэхёна.

***

Вторник. Время перевалило уже за девятый час вечера, а Тэхён до сих пор сидит в своём кабинете. Четверо его переводчиков ушли домой, как только рабочий день окончился, а ему необходимо перепроверить их работу. К вечеру глаз уже замылился, но дело не терпело отлагательств — в среду необходимо разослать рекламные предложения американским и европейским потенциальным партнёрам. И ни днём позже, ведь в пятницу уже начнутся рождественские каникулы и до пятого января мало кто работает в полную силу, и захотят урвать интересное предложение в конце года. — Ким Тэхён, зайдите ко мне в кабинет, — услышал он по внутренней связи голос директора и скривился. Ким Сухён, увидев своего нового главного переводчика впервые, был снесён волной его природного очарования, когда тот, опаздывая, ворвался в переговорную на еженедельное собрание начальников всех отделов. С того самого дня он не прекращал попыток перевести их отношения с сугубо деловых на более близкие, проявляя нетерпеливость и нахальство, несмотря на прямой отказ при первой же попытке. Вот и сейчас Тэхён не ожидал ничего хорошего от этого приглашения. Постучав коротко в дверь, он вошёл в кабинет начальства. — Да, господин директор? — Подойдите сюда, Тэхён-ши, я хочу показать вам кое-что, — кивнул тот на свой компьютер. Сделав несколько шагов, Тэхён обогнул небольшое кресло для посетителей и подошёл к столу директора. Покосившись на выключенный монитор, он непонимающе вскинул брови, переведя взгляд на директора. — Я не понимаю, — тихо сказал он. — Я имел в виду, Тэхён-ши, что работа на сегодня закончена, пора всё выключать и ехать домой. — Но у меня ещё есть некоторые неотложные дела, я не закончил проверку перевода нового рекламного предложения, а его нужно отдать в отдел маркетинга уже завтра в восемь утра. — У вас целый отдел переводчиков, вы не должны сами всё за них делать, — отмахнулся директор. — Хотя я понимаю, вы незаменимый. Говоря это, он, делая вид, что разминает затёкшие мышцы, потянулся и задел ладонью бедро Тэхёна. Тот от неожиданности вздрогнул, округлил глаза и сделал шаг назад, но его удержали. Обхватив его бёдра обеими руками, директор притянул его к себе, сжимая пальцами его напрягшиеся от сопротивления мышцы. За три недели было уже несколько попыток вклиниться в личное пространство Тэхёна, но это уже явный перебор. Тэхёну не просто неприятно, ему до дрожи отвратительно чувствовать на себе чужие пальцы. Он болезненно сжал руки директора Кима, которые уже начали нагло гулять по его бёдрам, продвигаясь к заднице, откинул их от себя и попятился в сторону выхода. — Я заявлю о домогательствах, директор Ким, — нервно раздувая ноздри, предупредил он. — Я здесь директор и никто мне ничего не сделает, а вот ваша работа в нашей компании будет под вопросом, — парировал тот. — Я хорошо зарекомендовал себя за эти два года, у вас нет повода для моего увольнения. — Тэхён, — вздохнул директор и решил перейти на неформальный язык, — мы все взрослые люди, а ты неглупый мальчик. Если ты примешь моё предложение, все от этого только выиграют. А если нет — то ты потеряешь всё то, что здесь наработал. Даже не представляю, как тебе тяжело, а ведь может стать гораздо легче. Тебе просто стоит быть более сговорчивым. — Мне нужно идти заниматься своими прямыми обязанностями, господин директор, — нашёл в себе силы ответить спокойным голосом Тэхён и вышел. Вернувшись на своё рабочее место, он никак не мог продолжить работать — его трясло от злости и несправедливости. Ему двадцать девять, а его всё так же считают мальчиком, который не в состоянии справиться со своими обязанностями без благодетельного покровительства. На грани истерики он закончил проверку перевода около десяти вечера и вернулся домой. Открыв дверь, он устало выдохнул: — Я дома. Ему навстречу вышел Джихён, его парень, с которым они съехались около полугода назад. Улыбнувшись, Тэхён немного успокоился, поняв, что он вернулся в свой маленький мир безопасности и комфорта. Здесь его не обидят, здесь его любят и ценят. Обняв его и поцеловав в щёку, Тэхён устало побрёл в душ. Через некоторое время дверь открылась и Джихён, прижавшись к нему со спины, обнял его за талию. Он осыпал лёгкими поцелуями шею и плечи Кима, но тот немного отстранился, вызвав шумный разочарованный вздох парня. — Не сегодня, любимый, — устало попросил Тэхён, — настроение ни к чёрту. — Оно у тебя уже не первый день такое, — в голосе парня чувствовались нотки раздражения. — Что опять? — Директор. Опять выводит из себя, меня уже трясёт от злости. — Послушай, — Джихён немного напрягся, — не ты первый, не ты последний. Если рассуждать здраво, он же может сделать твою жизнь гораздо легче. Ты еле на ногах стоишь в конце рабочего дня, пашешь по двенадцать часов в горячий сезон. А так мог бы быть в привилегированном положении. Ну что с тобой сделается от обычного минета, в конце концов? — Ты шутишь? — Тэхён развернулся в его руках и удивлённо уставился на него. — Или я всё же вырубился от усталости и мне это снится? — Тэ. — Даже слышать больше ничего не хочу на эту тему. Тэхён раздражённо выключил воду, вышел из душевой кабинки, надел халат и ретировался из ванной. Проигнорировав приготовленный для него ужин, он прошёл сразу в спальню и лёг спать, отвернувшись к стене. Утром проснулся раньше Джихёна, наскоро перекусил и поехал на работу. Придя в свой кабинет, он отправил переведённое рекламное предложение в отдел маркетинга и, наконец-то, расслабился. Это последнее задание отдела переводов в этом году, сегодня и завтра у них свободные дни. Разобрав завалы документации на своём столе, он разложил всё по нужным папкам и полкам. На рабочем компьютере он тоже распределил все файлы по отдельным папкам и новый год можно начать без лишних отвлекающих занятий. Время подходило к обеду и он ждал звонка Чимина, его приятеля и коллегу из отдела маркетинга. Тот позвонил рановато, но Тэхён в любом случае уже разделался со всеми делами и поэтому, взяв трубку рабочего телефона, ответил: — Да, Чимин, уже выхожу. Но он сильно удивился, услышав взволнованный голос приятеля. — Тэхён, тут у нас полный пиздец, — сказал он и решил уточнить, — нет, не так, тебе полный пиздец. — Что, почему? — не понял тот и увидел звонок от заместителя директора. — Погоди, мне Намджун звонит по параллельной линии. Прежде чем переключиться, он услышал «Пиздец» шёпотом от Чимина. Приняв вызов заместителя директора, он услышал его непривычно тихий голос: — Тэхён-ши, зайдите в переговорную, пожалуйста. Сейчас. Не имея ни малейшего понятия, что такого страшного случилось, что прямо ему должен быть пиздец, по словам Чимина, Тэхён вышел из кабинета и направился к переговорной. Войдя в небольшой зал, он увидел сидящих за длинным столом обоих Кимов, а также финансового директора, начальника юридического отдела и начальника отдела маркетинга. — Присаживайтесь, Тэхён-ши, — указал на стул напротив них замдиректора. — Что-то случилось? — Тэхён нервно сжал ладони. — Как так вышло, что при переводе на английский рекламного предложения, фраза «от 7000 долларов» вдруг стала фразой «до 7000 долларов»? — Что? — спросил, не веря в то, что услышал Тэхён, когда до него вдруг внезапно дошло осознание масштаба проблемы. — Нам уже поступило несколько положительных ответов от интересующих нас компаний, которые рассмотрели предложенный нами вариант и согласились, подписав приложенные нами договоры, — продолжил Намджун, а Тэхён тяжело сглотнул. — Вы отвечаете за окончательный вариант перевода, — вставил слово Ким старший, злорадно глядя на него. — На вас мы и возложим всю финансовую ответственность. — Что? — только и мог повторять Тэхён, переводя недоумённый взгляд с директора на замдиректора. — Из-за вашей халатности нам придётся продавать оборудование по минимальной стоимости! — продолжил директор. — Мы попросили финансовый отдел просчитать упущенную выгоду компании. А юридический отдел займётся оформлением претензии и выставлением вам иска, поскольку это произошло по вашей вине. — Как же так вышло, вы можете объяснить? — повторил свой вопрос Намджун, сочувствующе глядя на Тэхёна. Тэхён сидел и сверлил взглядом директора. Он понимал, что пропустил ошибку из-за невнимательности, потому что проверял документ практически в состоянии истерики после домогательств Сухёна. Но даже если бы он и рассказал всё здесь, и сейчас, это не изменило бы саму ситуацию. Ошибка уже допущена и отвечать за неё придётся в любом случае. Он сидел, стиснув зубы, не зная, что ответить, а директор еле скрывал злорадную ухмылку. «Приструнил резвую кобылку», — он практически потирал руки в предвкушении. Молчание Тэхёна давало ему понять, что тот повержен. — Раз вам совсем нечего на это ответить, — сказал он, — значит, вы признаёте свою вину. Прошу руководителей отделов заняться тем, что я только что озвучил, прямо сейчас. После его слов трое мужчин вышли из переговорной, оставив Тэхёна наедине с директорами. Молчание явно затянулось, тогда Намджун, тяжело вздохнув, посмотрел на брата. — Что скажешь? — А что тут говорить? — он и не скрывал злорадства. — Увольняем Кима по статье и всё. — Как увольняете? — пытался переварить информацию Тэхён. — Но я думал, что вы мне назначите минимальный оклад, а остальное будете вычитать в счёт оплаты упущенной выгоды, разве нет? — Нам не нужен такой некомпетентный переводчик, — выплюнул директор. — Намджун взял тебя за красивые глазки, а толку-то от них… — Но как мне без работы выплачивать долг? — не понимал Тэхён. — Там же наверняка огромные суммы! — Ну… есть много вариантов, — ухмыльнулся Сухён, — банк, кредитная организация, мой сейф… но для этого надо хорошо меня попросить. Намджун удивлённо поднял бровь и непонимающе покосился на брата. — Ты что такое говоришь? — он был шокирован. — Это я образно, просто перечисляю, — отмахнулся директор, но Тэхён ясно понимал, что это прямой намёк на то, что он оставлен без выбора. — Можно же попробовать как-то отозвать предложения? — попытался придумать выход из сложившейся ситуации Намджун. — Поздно, Рождество, — пожал плечами Сухён. — Многие поторопились подписать договор. И я предлагаю не оставлять эту проблему на следующий год и уволить Кима уже сегодня. Такая халатность должна быть наказуема. Я уже распорядился в отделе кадров. — Уже? — удивился Намджун и перевёл обеспокоенный взгляд на Тэхёна. — Тэхён-ши, неужели вы и правда никак не можете объяснить эту ситуацию? — Я ошибся, — Ким сжал губы в тонкую полоску, глядя в глаза директору. — Всё. Вопрос решён, — хлопнул в ладоши довольно. — Собирайте вещи, начальник отдела кадров зайдёт к вам, чтобы ознакомить с приказом. — Я понял, — процедил сквозь зубы Тэхён, вставая со своего места, и вышел из переговорной, слыша вслед тихое «Мне жаль» от Намджуна. Аппетит совсем пропал, вместо обеда обеспокоенный Чимин пришёл в его кабинет и причитал о том, как всё вот так несправедливо произошло накануне Рождества. Тэхён молча собирал вещи, ожидая, когда ему принесут документы об увольнении и иск с точной суммой для возмещения. Он даже не брался предположить, какая там может быть сумма, но, по словам Чимина, нулей там не меньше трёх, а то и четырёх. В долларах. Ужас и паника не накатили на него только потому, что он до сих пор пребывал в состоянии неверия. Намджун как мог, снизил финансовое бремя Тэхёна, договорившись с юридическим отделом, что они подготовят допсоглашение к договорам о том, что, то рекламное предложение — разовая акция, а дальнейшие суммы будут меняться с учётом количества заказанного оборудования и сроков поставок. Да, это немного скребло по репутации компании, но он не мог поступить иначе. Таким образом величина упущенной выгоды заметно изменилась. Под вечер у Тэхёна окончательно разболелась голова, а когда директор отдела кадров принёс ему документы, все надежды Тэхёна на счастливое будущее рухнули. С такими рекомендациями вряд ли его возьмут работать переводчиком в приличную фирму, а сумма, которую он задолжал, откровенно пугала, даже с учётом всех усилий замдиректора. Придя домой, он тихо разделся и прошёл в гостиную. Достав из бара бутылку вина, налил себе бокал и сел на диван, задумчиво глядя в окно. Джихён подошёл к нему с улыбкой и сел рядом. — Решил отметить Рождество заранее? — он прижался ближе и начал целовать в шею, рукой поглаживая бедро. — Джихён, прошу, не сейчас. Ему совершенно не до секса. Ему бы сейчас устроиться в тёплых объятиях и слушать успокаивающие слова о том, что они как-нибудь справятся с этой проблемой, что-нибудь придумают. Вместе. И только он собрался попросить обнять его, как Джихён, хлопнул ладонью по спинке дивана, отчего Тэхён чуть не пролил вино. — Да сколько можно-то? У тебя уже три недели нет настроения! Реши уже вопрос с этим директором. — Вопрос решён, — ровно ответил Тэхён. — Каким образом? — Меня уволили, — Тэ с иронией усмехнулся. — Ещё и долг повесили в двадцать семь тысяч. — Баксов?! — округлил глаза Джихён. — Конечно, баксов, а ты как думал? — И где ты будешь брать деньги? — Тэхён невольно зацепился за это «ты». — Ну… директор сказал, что я могу взять деньги в банке или у него. — Блять, я так и знал, что ты допрыгаешься, — схватился за голову Джихён. — Вот ну и чего ты ломался? Себе же хуже сделал. Что, так трудно отсосать? — Чего? — опешил Тэхён. — Ты вообще в своём уме предлагать мне такое? — Ну, Тэ, ты со своей внешностью должен привыкнуть к подобным предложениям. — К такому невозможно привыкнуть, — Тэхён понял — это Рождество безнадёжно испорчено. — Звони ему и извиняйся, пока не поздно! — причитал парень. — Убирайся. — Чего? — Вон! — Ну и отлично, — зло бросил Джихён, поднимаясь с дивана. — Хоть не будешь сидеть на моей шее. Тэхён тяжело встал и медленно поплёлся в ванную, краем уха слыша, как ворчал Джихён, выбрасывая из шкафа на кровать свои вещи. Набрав ванну, он решил, что проваляется в ней, пока его — уже бывший — парень не уйдёт. Видеть его совсем не хотелось. Вот тебе и тёплые успокаивающие объятия. Несколько раз добавляя горячей воды, он пролежал в ванне около часа, выйдя, убедился, что Джихён оставил свои ключи на тумбочке, вернулся в гостиную за вином и двинулся в свою разрушенную спальню, где кругом валялись осколки их общего прошлого. Он пил вино прямо из бутылки, лёжа в кровати, бездумно глядя в потолок. Что-то в нём сегодня сломалось.

***

На следующий день он проснулся с небольшим похмельем и, глядя на беспорядок в спальне, вспомнил, что он в полной заднице. Взяв телефон, увидел там два входящих сообщения. Одно было от Джихёна. «Ты — только красивая обёртка, смирись с этим и не выёживайся. Каждому своё место. Тебе будет гораздо проще жить, когда ты это поймёшь» Вот уж спасибо. Бросил философскую мысль с барского плеча в качестве жеста доброй воли. Нет уж. Наелся. Второе сообщение было от директора Кима. С его домашним адресом. Хах. Истерически просмеявшись, он заставил себя встать с кровати и отправиться на кухню. Холодильник был практически пуст, поэтому, перекусив тем, что осталось, он оделся и пошёл в магазин за продуктами. Ему предстояло провести все праздники в одиночестве, а сразу после — оформить кредит и заняться срочным поиском работы. На улице была праздничная атмосфера, магазины украшены рождественской атрибутикой, из парка, что находился неподалёку, доносилась музыка и радостные голоса посетителей временно установленного катка. Но на душе у Тэхёна сыро и темно. Войдя в магазин, он поморщился от заезженной рождественской песни и, схватив тележку, покатил её в зал. Однако, на входе его остановил жизнерадостный паренёк, что-то тараторя. Помотав головой, Тэхён собрался отказаться от чего бы то ни было, но тот никак не хотел отпускать его. — Я не понял, что? — переспросил Тэ, в первоначальную речь парня он даже не собирался вслушиваться. — Я говорю, лотерея у нас сегодня проходит, — с готовностью повторил тот, — рождественская. Наш магазин разыгрывает три путёвки на двоих. — На двоих, — хмыкнул Тэхён, вспоминая о своём расставании, и собрался идти дальше, отказываясь от участия. — Пожалуйста, не уходите, — взмолился парень, — нам нужно раздать все билеты, иначе мы так и не начнём. Осталось буквально три штуки. — Ну хорошо, — вздохнул Тэ и подошёл к стойке, чтобы заполнить анкету. — Желаю удачи! — крикнул ему вслед парень, когда тот бросил свои данные в специальный барабан. Кивнув из вежливости, Тэхён наконец прошёл в магазин, имея твёрдое намерение сделать запасы продуктов. Прогуливаясь вдоль стеллажей, он скидывал туда то, что не требовало длительного приготовления, а главное, не слишком дорогое — он не знал, как долго просидит без денег. Так прошло около получаса и, стоя у кассы, он услышал голос того самого паренька, что раздавал билеты. Он что-то радостно говорил в микрофон про праздник и про отдых. Особо не вслушиваясь, расплатился и складывал продукты в пакеты, когда краем уха услышал: — Ким Тэхён! Непонимающе оглядываясь, он натолкнулся взглядом на парня с микрофоном, который, размахивая анкетой, повторил свою последнюю фразу: — Ким Тэхён, наш третий победитель! Вы здесь? — Да, — тихо ответил он, чего, конечно, никто не услышал, поэтому повторил уже громче, подходя ближе к центру, — да! Ким Тэхён, я здесь. — Замечательно! — обрадовался парень. — Возьмите ваш приз, пожалуйста. Путёвка на двоих в Таиланд на все праздники! Поздравляю! Парень передал ему его же заполненную анкету и небольшую стопку буклетов в подарочном конверте, обмотанном красивой красной лентой. Подошёл фотограф, сделал пару фото, после чего Кима отпустили, попросив связаться с организаторами как можно скорее, чтобы те смогли оформить путёвку на его паспортные данные. Вернувшись домой, он переоделся в ванной в домашнюю одежду. Взглянув на себя в зеркало, поджал губы. Даже своим глубоко субъективным взглядом Тэхён видел, насколько он красив. Он не прилагал к этому никаких усилий, это мамины гены, но другим почему-то казалось, что он специально выставляет свою внешность напоказ. И что теперь? Работы нет. Денег нет. Парень, оказывается, не так уж и любил его, раз мог предлагать такие вещи. Взглянув на себя ещё раз, не сдержался и ударил зеркало кулаком. Оно разбилось и поранило ему руку. Увидев кровь на костяшках, Ким чертыхнулся, вспоминая, что через неделю ему предстоит проходить много собеседований, и не хотелось бы светить своими шрамами и царапинами. Тэхён достал аптечку, заклеил раны пластырями и вздохнул. Надо как-то отвлечься. Вспомнив о своём выигрыше, прошёл на кухню, где оставил пакеты с едой, и вытащил подарочный конверт с обратными данными лотереи. Позвонив по указанному номеру, продиктовал свои паспортные данные и разузнал подробнее о путёвке. Что ж. Значит Таиланд.