За что ему это?

Сапнап, Карл и Джордж находятся на втором этаже в комнате старшего. Именно эту комнату они выбрали для своего совещания. Гибрид демона сел на мягкую кровать, а его муж устроился рядом с ним и держит его руку. Гоги подвинул стул ближе к остальным и внимательно смотрит на них. Все выглядят очень взволнованно, но только одному известна настоящая причина данных событий и хочет рассказать остальным, но чего-то ждёт, обдумывает. — Сапнап, что происходит? Объяснись пожалуйста — попросил Джордж своего друга — это действительно такая дикая и невероятная новость, что взорвала тебе крышу? — я, честно говоря, в тотальном шоке, она мне не только крышу взорвала, но и фундамент. Так... Дело в том, что… — он покрепче сжал руку Карла, которая всё это время лежала на его ноге — короче, Квакити, он, он покончил с собой. … — что прости? — путешественник во времени находился в большом замешательстве — я… Я даже не знаю что и сказать. Как он смог это сделать в тюрьме? Им ножи что-ли выдают там, или может лава рядом разлита, как в этой чёртовой Пандоре, но заключённых не преграждает решётка? — как сказал мне Бэд, он спрятал где-то в обручальных кольцах маленький пузырёк со смертельным ядом, там нашли потайной отдел,и вколол его себе в руку, как только понял, что ему не выбраться — спокойно сказал Ник, даже без дрожи в голосе — и знаете, я чувствую никакой жалости или чего-то подобного к нему. Обидно только что я его не убил. Почему я не сделал это ещё в лесу, когда у меня была возможность? Но, ели что, яд сработал быстро и безболезненно, он не мучился. — ох-х я даже не знаю что сказать. Наверное, мне тоже не очень жаль его. И для Дрима это действительно счастливая новость, но и нельзя это говорить без подготовки. Ты огромный молодец — подбодрил мужа Карл — и не волнуйся из-за того, что ты не чувствуешь ничего того, что подобало бы чувствовать при гибели человека. Он не человек, он бездушный монстр. Я тоже можно сказать, в какой то момент рад его смерти, а если и нет, то испытываю огромное облегчение тому, что нам больше не придется волноваться за многое. Я ведь прав? — да, он причинил нам слишком много боли, тем более Дриму — сказал Джордж — а сейчас, нам нужно сообразить как ему это сказать и обрадовать, при этом не вогнать его в истерику. Нам только удалось ему хоть как-то помочь, не хочется рушить его очень шаткое спокойствие. — да, ты прав. Он наверное сейчас очень волнуется. Нам нужно придумать что-то как можно быстрее - сказал Карл - есть идеи как ему это сказать? - в уюте и комфорте - со знанием дела сказал Джордж - но я предлагаю не говорить что этот ублюдок покончил с собой. Только если спросит. Просто сказать: у нас радостные новости, человек который причинил тебе очень много боли погиб. И желательно не упоминать любую тюрьму и Квакити, в одном предложении. Это его напугает, знаю по опыту. И при надобности не упоминать его имя и ничего подробного. Просто поверхностно. С этим все согласны? - ты лучше нас знаешь что делать, тебе решать. Но в любом случае я не вижу другого варианта кроме этого - ответил Сап - и то что никаких имён упоминать не нужно тоже согласен. Про остальное не знаю, но доверяю тебе на все сто. А ты как считаешь, Карл? - я тоже за. И давайте решим кто будет это говорить, не нужно все вместе, кто-то оду часть, кто-то другую. Один человек, спокойно и медленно это говорит. И по хорошему нам нужно уже идти обратно. Мы же оставили его одного, в неведении. Я думаю, будет лучше, если это скажет Джордж. И предлагаю не смотреть на него напрямую и искоса, это очень напрягает любого. Ему и так сейчас будет то ли радостно, то ли в истерику падёт. - вот и решено, Джордж, ты будешь всё это говорить. - хорошо, я согласен.

***

Дрим тихо сидит на большом диване, обнимает подушку, как немного ранее это делал Карл и просто смотрит в большой и отдающий теплом огонь каменного камина. Интересно, а как это, быть мотыльком? Маленьким и беззащитным, живущим в тёмной, беспощадной ночи. Просто не о чём не думать, жить без всяких человеческих забот, хоть и очень и очень коротко. И каждый раз, когда видеть огонь, лететь прямо в него, всего лишь хотеть немного тепла, а получать только неожиданную боль и ужасную смерть. Хотя, наверное у них хватает и своих забот. Интересно каких? В тюрьме Клей часто испытывал на себе силу зажигалки или факела Алекса, это всегда было больно, но тепло. В камере почему-то всегда было очень холодно, хоть рядом и стекала огромная стена из лавы, но обсидиан поглощал весь жар исходящий из неё. Иногда случалось, так, что после многочасового холода, он переставал ощущать свою кожу, а возвращались все ощущения только с помощью Квакити. По прошествии целого месяца в тепле, он досихпор не привык к этой прекрасной температуре, но никогда даже и не думал жаловаться на это. Тепло, сытно, и уютно. Но даже самые тёплые лучи яркого солнца, не могут согреть его душу. Это делают его друг, его отец, его любовник, его брат. Как давно он перестал их так называть? Где-то год, может больше, но это совершенно не важно. Зато сейчас всё почти как раньше, хоть только и кажется так. Он любит всех этих людей, ну или же не людей. Со второго этажа стали слышны шаги нескольких пар ног. Наконец то они вернулись. Интересно, что же такое ребята обсуждали? В прошлый раз радостная новость заключалась в том, что Квакити нашли и посадили в тюрьму. Хоть он испытал огромное облегчение, но без панической атаки не обошлось. Может в этот раз всё будет спокойно? - привет Дрим, уже заждался нас? - спросил Карл, полностью спускаясь, и подходя к Клею - извини что мы так долго. Но сейчас Джордж всё тебе расскажет. - ага, только не нужно волноваться, мы рядом - Гогс тоже подошёл и сел рядом. - вы не обязаны мне ничего рассказывать. - а мы хотим. Просто Сапнапу слишком резко это сообщили, он растерялся и не знал как сказать по-другому - Джордж попытался оправдать их поведение - прости пожалуйста, это и правда было очень грубо, но это для твоего же блага. Да Сапнап? - да, прости пожалуйста, мне и в правду нужно было что-нибудь придумать и никого не пугать - последний из пришедших устроился на большом и мягком ковре у дивана - и мы все очень хотим обрадовать тебя. И надеюсь, что у нас это получится. - так вот - очень неуверенно начал Джордж - мы хотим тебе сказать, что тот человек, который причинил тебе очень, очень много боли, погиб сегодня утром. - ч-что? С-сэр п-пог-гиб?