утешение

— Тим. — сказала ты мягким тоном. — Я никогда тебя не отпущу. Я никогда не могла просто так отпустить тебя. — Тогда почему ты ушла? — перебил Брайан, его голос был более обвинительным, чем ты ожидала. — Что? Что значит, "я ушла"? — ты всё обдумала и пришла к одному выводу. Он знал о твоем уходе в университет? Это был единственный логичный ответ. — Это из-за того, что я поступаю в университет?       Брайан молчал, почти виновато. Ты была предоставлена сама себе, задаваясь вопросом, что это значит, пока Брайан встал, открывая дверцу машины, чтобы вернуться на место водителя. Ты слышала щелчок его ремня безопасности, когда он пристегнулся. — Поехали, — сказал он, — мы не должны проводить слишком много времени без дела. — Подожди. — сказал Тим. Ты повернула голову к мужчине рядом с тобой. Его волосы, полностью промокшие от непогоды, прилипали к коже, которая теперь блестела от капель дождя. Он всё ещё смотрел в окно, избегая встречи с твоими глазами, и продолжил говорить. — Вам двоим следует идти вперёд. — он схватился за ручку дверцы машины и толкнул ее. — Я сам найду дорогу отсюда. — и с этими словами он встал, вышел и одной рукой откинул мокрые пряди волос с глаз.       Тим начал отдаляться, но не успел далеко уйти, как ты вскочила с сидений и погналась за ним, крепко вцепившись объятьями. Ты лицом уткнулись в его спину, ткань ветровки песочного цвета пахла гораздо более изысканным кедром - он сменил одеколон. Ты держала его железной хваткой, собирая всю свою силу, чтобы остановить его. Он стоял, не пытаясь оттолкнуть, но и не признавая тебя. Думает ли он о том, что делать? Ты не хотела, чтобы он пришел к заключению, которое могло бы означать его уход. Нет, не снова. Ты не могла этого допустить. — Нет! — закричала ты, сжав его так крепко, что твои руки задрожали. — Ты не можешь уйти. Ты не можешь просто так уйти. Я наконец-то вернула тебя. Ты не можешь снова бросить меня.       Ты почувствовала, как он вздохнул, а потом ощутила чью-то руку на своей, оторвавшую тебя от него. Он все еще держал тебя за руку, и не отпускал, пока говорил. — Т/И, я не могу быть рядом с тобой. Я хочу, но не должен, я этого не заслуживаю. Не тогда, когда я уже причинил тебе столько боли, и не тогда, когда я причиню тебе боль ещё больше, если останусь рядом с тобой. — прошипел он сквозь стиснутые зубы. Ты могла бы сказать, что это было непростым решением для него, но это не сделало его менее трудным для тебя. Ты не хотела это принимать.       Действительно, иногда тебе приходилось принимать то, чего ты не хотела, но это был не тот случай. — Ты причинишь мне боль, только если уйдешь! — закричала ты, повышая голос от отчаяния. — У меня нет выбора! — крикнул Тим в ответ. — Я должен покинуть тебя, либо сейчас, либо когда я неизбежно умру. И это только больше навредит тебе.       Возможно, в этот момент ты была иррациональна. Вполне возможно, что так и было, но ты не хотела быть рациональной, не сейчас. Не тогда, когда на кону было так много, когда тебе было что терять. Не тогда, когда дело касалось Тима. Он был, безусловно, прав, тебе было бы невообразимо и непостижимо больно, если бы… Если бы он ушел из жизни. Но если ты собираешься потерять его в любом случае, если тебе в любом случае будет больно, тогда ты предпочла бы быть рядом с ним, пока это не произойдет. — Лучше мне будет больно с тобой, чем без тебя. — ты хныкала. Несмотря ни на что, с Тимом было все же легче. С ним было легче грустить, чем пытаться быть счастливым без него. Ты знала оба конца палки, чтобы знать это. — Ты не можешь просто остаться со мной?       Тим вздохнул во второй раз. — Ты всегда была упряма. — он сказал. — Я останусь, но тебе лучше не жалеть. — Хорошо. — согласилась ты, улыбка расплылась на твоем лице.       Когда Тим обернулся, ты последовала за ним обратно к машине, а он последовал за тобой на заднее сиденье. Ты застегнула ремень безопасности на груди, и он сделал то же самое, после чего взял твою руку в свою. Брайан наблюдал за вами двумя через зеркало заднего вида. — Симп — заявил Брайан, оборачиваясь, чтобы посмотреть Тиму прямо в глаза. Тим лишь усмехнулся над ним, убрав свою руку от твоей, чтобы скрестить руки на груди. — Тебя никто не спрашивал. — рыкнул Тим, заставив Брайана захихикать. Его смех был звонким, как колокольчики.       С тех пор буря утихла. Дождь всё ещё лил, заглушая всё вокруг, но гром уже не гремел, а вспышки молний рассеялись в небытие. Над тобой всё ещё висели тяжелые серые тучи, закрывавшие голубизну неба, но тебя это не слишком беспокоило. Штормы были ностальгией для всех вас троих, и это было чем-то, что было постоянной темой, пока вы росли. А иногда, когда дождь прекращался, вы были вознаграждены видом радуги.       Это напомнило тебе кое-что. Однажды в детстве, лет в восемь или девять, ты слышала о горшочке с золотом на конце радуги. Конечно, когда ты рассказала об этом Брайану, он с радостью сказал тебе, что это неправда. Но Тим ещё не знал. Итак, в тот же день вы вдвоем придумали план, чтобы убедить его в существовании горшка с золотом. И действительно, когда в следующий раз радуга осветила небо, Тим весь день искал её конец. Это превратилось в полный беспорядок, его родители искали его, и они начали беспокоиться, когда Тим вернулся домой после долгого дня беготни только для того, чтобы понять что никакого горшочка с золотом не существует.       Самым запоминающимся моментом была, конечно же, пощечина, которую ты получила от Тима в качестве покушения на твою восьмилетнюю жизнь. Ты засмеялась про себя, вспомнив это, и Тим в растерянности повернулся к тебе. — Что смешного? —спросил он. — Помнишь, мы говорили тебе, что на конце радуги есть горшочек с золотом? И мы долго пытались убедить тебя, что это было реально. А потом ты на самом деле пошёл его искать, твои родители были так рассержены из-за нас, — но прежде чем ты успела закончить предложение, ты разразилась истерическим смехом, заставив Тима застонать. — Ты невыносима, ты знаешь это? — проворчал он, только заставив тебя смеяться еще сильнее.       Дорога, казалось, тянулась бесконечно, пока вы выезжали на шоссе. Вскоре вы ехали по незнакомой трассе, и когда ты проверила свой телефон, ты заметила, что по локации вы находитесь в противоположном направлении от твоего дома. Ты действительно не вернёшься сюда. Грустно было об этом думать. Ты будешь скучать по городу, в котором выросла, по университету, в который только что поступила, по пицце, которую вы купили с Джой, по новой квартире. — Итак, два года. — сказал Брайан, прерывая тишину автомобильной поездки. — Что ты делала в это время? — Ну, как вы знаете, — начала ты, — в конце концов я уехала из города в университет. Но это было намного позже. Если честно, — ты глубоко вздохнула, — после того, как вы двое пропали, я впала в депрессию. Я имею в виду, я перестала ходить в школу на некоторое время, а потом мои оценки упали и всё такое. Было довольно плохо. — ты неловко чихнула, чтобы поднять настроение. — Я действительно никогда не отдалялась от вас, я просто надеюсь, что вы это знаете. Я пыталась, но не получилось. В конце концов, я просто много времени провела в Интернете, и у меня появилось несколько друзей там. Они замечательные, и я люблю играть с ними в игры, но они не такие, как вы. Вообще-то, говоря об этом, ты знаешь, что я никогда не переставала играть в Smash? Я правда хороша теперь. Я бы тебя нагнула, Тим.       Тим рассмеялся, и было приятно услышать от него такой расслабленный смех после всего, что только что произошло. Ты была рада снять часть напряжения и страданий от предыдущей беседы. — Честно говоря, — начал он, — я не играл два года, но дай мне пару партий, чтобы разогреться, и тогда ты вернёшься к своей полосе неудач. — Тим насмехался над тобой, но ты оценила лёгкую интонацию его тона. Ты оценила, насколько нормальными были вещи. Даже если ты просто притворялась, как сказал ранее Тим, имело ли это значение, пока это казалось реальным? Ты можешь смириться с тем, что твоя жизнь испорчена, пока у тебя могут быть такие моменты, когда ты рядом с Тимом и Брайаном. Это было определенно нездорово, но ты сильно заботилась о них. — Я думаю, что я нездорово привязана к вам, ребята. — прокомментировала ты, высказывая свое мнение вслух. Тим хихикнул. — Клянусь, как бы ужасно это ни звучало, я думал о тебе больше, чем о своей семье. И не пойми меня неправильно, я скучал по ним больше, чем мог себе представить, но ты и Брайан были теми, с кем я проводил всё своё время. Мне просто казалось, что большой кусок моей жизни внезапно опустел. — Ага, — согласилась ты. — Последние два года определенно чувствовалось, что чего-то не хватает. И не просто чего-то маленького, это было внезапно. к Как, с кем я должна проводить своё время? Что мне делать, когда мне нужно с кем-то поговорить? Черт, у кого мне теперь списывать домашнее задание? Что мне теперь делать со своей жизнью?       Машина продолжала двигаться в тишине, вы трое погрузились в размышления о том, что было сказано. В конце концов, Брайан продолжил разговор, переключившись на новую тему. — Как университет? — На самом деле, совсем неплохо. Я не могу поверить, что ты думал, что я ушла. Мои оценки были слишком дерьмовыми, чтобы посещать университет в нашем городе. — ты призналась, и это было облегчением. Это был первый раз, когда ты рассказала кому-либо правду, и ты была рада этим поделиться. К черту новые впечатления, к черту встречи с новыми людьми, к черту попытки двигаться дальше. Тебя это не заботило, и хотя ты была рада, что встретила Джой, этого было недостаточно, чтобы изменить тот факт, что если бы ты могла сделать всё по-своему, ты бы осталась в своем городе и окончила университет там. С Тимом и Брайаном. — Прости, — извинился Брайан. Дорога казалась такой длинной, и, вероятно, вы какое-то время ехали по трассе, а до этого еще долго просто выезжали из уединенной природной зоны дома, а потом еще дольше просто между ними. — Я не должен был этого говорить. — Всё в порядке, — вздохнула ты. — Я просто не знаю, почему ты так думаешь. Мы даже разговаривали, пока я была с тобой в доме. Я рассказала тебе буквально обо всем. — Только когда ты сказал это вслух, ты поняла это. И Тим, похоже, понял это одновременно с тобой. — Подожди… — одновременно заговорили ты и Тим. Ты замолчала, чтобы дать слово Тиму. Думает ли он так же, как ты, или нет. — Т/И рассказала тебе о себе? Она говорила с тобой о своей жизни? — спросил Тим, сбитый с толку. Ты видела, как его рот от удивления отвис, а глаза отражали то же изумление, большие, как блюдца, и блестящие от ярости, без ведома Брайана, который всё ещё был за рулем.       Брайан молчал, пока Тим кипел от ярости. Ты могла видеть, как сжались его кулаки, как побелели костяшки пальцев от сцены, которая разворачивалась перед твоими глазами. Ты была ошеломлена, медленно собирая кусочки в своей голове, наблюдая за продолжающимся взаимодействием. — Тогда ты знал. — сказал Тим, одновременно задыхаясь. — Ты знал, что она знала нас. Ты знал, кто такая Т/И!       И тогда было подтверждено, что Тим пришел к тому же выводу, что и ты. Ты не могла поверить, что тебе понадобилось так много времени, чтобы понять это. С самого начала должно было быть очевидно, что Брайан знал, кто ты такая. Это объяснило бы всю ненужную вежливость, учтивость и его чрезмерную доброту по отношению к тебе. Ты должна была понять раньше, понять быстрее .Ты должна была знать, что если что-то слишком хорошо, чтобы быть правдой...       Тогда, вероятно, не было… — Ты, чёрт возьми, знал! — Голос Тима повысился, громкий, злой и обвиняющий. — Ты, чёрт возьми, знал все это время и ничего не сказал?!       Снова долгая пауза, слышны только брызги дождя и его отдача от корпуса машины. Короткая бесконечность растянулась, прежде чем Брайан заговорил. — Ко мне не вернулись воспоминания. —ответил он. — Ложь. — отрезал Тим. — Ложь! — он тяжело дышал, глубоко и взбешённо выдыхая. — Я могу сказать, когда ты, тварь, лжёшь! Не смей мне лгать!       Ты никогда раньше не видела Тима таким злым. Даже в те времена, когда ты впервые приехала в дом. Даже не как Маски. Нет, никогда раньше ты не видела, чтобы Тим вел себя так, как сейчас, и его крики почти пугали тебя, несмотря на то, что ты не была в центре внимания. Тебе было интересно, как сейчас себя чувствует Брайан, боялся ли он? Или он просто тщательно просчитывал, что сказать дальше? Нет, тебе не следует так недоверчиво относиться к нему, пока нет, пока ты не услышишь от него объяснения, а оно у него наверняка будет. Он был твоим лучшим другом, ему можно было доверять. И вот, ты ждала. Прошли секунды, а затем и минута. Две. Ты не была уверена, сколько времени прошло, когда Тим заговорил в следующий раз. — Паркуй эту чёртову машину, Брайан. Нам нужно поговорить.       Голос Тима был низким, это было рычание, угроза, подобная тем, которые ты когда-либо слышала от Маски. Брайан, казалось, понимал всю безвыходность ситуации, потому что он сглотнул, сворачивая на обочину шоссе и двигаясь к ближайшему съезду. Он припарковал свою машину на обочине дороги, точно так же, как делал раньше, когда спустило колесо. Но на этот раз атмосфера была совершенно иной. Никогда еще воздух не был таким тяжелым, таким удушающим, как тогда, когда машина остановилась, и Брайан только уставился в отражение заднего вида, смотря на Тима сквозь стекло. Тим смотрел в ответ. Ты чувствовала, как будто задыхаешься, воздух был слишком тяжелый, чтобы войти в твои легкие. Ты затаила дыхание. Ты ждала. — Будет действительно лучше, если мы не будем говорить об этом. Т-ты не хочешь знать. — без ответа от Тима, Брайан продолжил. — Пожалуйста, — прошептал он. — Поверьте мне. — Я хочу. — прорычал Тим. — Я хочу, но, чёрт возьми, не могу. Так что просто сделай мне одолжение и скажи нам, прежде чем я сделаю что-то, о чем пожалею. — он закончил свои слова шипением.       Лицо Брайана помрачнело. Еще одна пауза. Тишина портит и без того напряжённую атмосферу. Ты чувствовала, как твоё сердце останавливается, замирает и падает в глубины океана внутри. — Ты действительно хочешь знать? — спросил он мучительным голосом, от которого по спине побежали мурашки.       Именно тогда ты почувствовала, что у тебя снова появились голосовые связки, к твоему большому удивлению. — Расскажи нам. — сказала ты и была поражена, что смогла произнести эти слова, не заикаясь. Ты была удивлена, что вообще можешь что-то сказать.       Брайан сделал глубокий вдох и судорожно выдохнул, прежде чем заговорить. — Это я сообщил Оператору.       Что? Что он хотел этим сказать… — Ты хотел это услышать. Вот. Это я сказал Оператору, что у Т/И есть лесной тюлень.       Этого не может быть. Нет, этого не может быть. Если Брайан был тем, кто сказал Оператору, что у тебя есть лесной тюлень, это могло означать только одно…       Брайан был ответственен за все твои страдания. И всё, что ты могла придумать, это спросить: — Почему?       Брайан стиснул зубы, заставляя себя продолжать. — Потому что, Т/И, я думал, что ты ушла от нас. Я думал, что ты покинешь нас навсегда, что ты навсегда исчезла, вне нашего поля зрения, вне нашей досягаемости… — Ты всё это время наблюдал за мной? — спросила ты, твой голос хрипел, когда ты изо всех сил пыталась вдохнуть очередной глоток кислорода. — Ты наблюдал за мной все два года? — Невозможно. — пробормотал Тим, прерывая ваш разговор. — Нет, это невозможно. Оператор забрал наши воспоминания. Ты не мог её знать. — Он никогда не забирал мои. — признался Брайан, глядя теперь вниз, на свои колени, в признании вины и стыда. — Он думал, что знал, и я позволил ему поверить в это, но это был фарс. — Тогда твой символ… — начал Тим фразу, которую Брайан закончил. — Был сфальсифицирован. Я выдумал. Я не давал ему настоящую информацию. — И ты сделал всё это, чтобы привести Т/И? — спросил Тим, разгорячившись. — Нет… нет, я этого не делал. Я сделал это, чтобы у него не было печати. Очевидно, моя семья запечатала его по какой-то причине. Я подумал, что будет лучше, если я не позволю ему сломать её. Я подумал об идее взять Т/И только тогда, когда увидел, что она уходит. — Было смешно? — спросил Тим низким голосом. — Было забавно смотреть, как я бегаю без воспоминаний, без чувства собственного достоинства? Тебе было смешно смотреть, как я причиняю боль нашему лучшему другу? Это было чертовски смешно, Брайан? Тебе было блять смешно?! — Это не… Это не то, чего я хотел… — Брайан пытался говорить, пытался объясниться, но безрезультатно. Тим быстро оборвал его, продолжая кричать. — Мне нужно, чтобы ты понял одну вещь, Брайан - я чуть не убил её! Я чуть не убил её! Она могла умереть! Ты подвергаешь её такой большой опасности, потому что - что? Ты не мог держать хуй в штанах? — Нет! — Брайан крикнул в ответ, и на этот раз он действительно кричал, повысив голос до предела. — Ты бы не понял. Ты ничего не помнил! Я был тем, кто должен был страдать, зная всё и не имея возможности ничего с этим поделать! Я помнил всё это, я помнил тебя, я помнил Т/И и я помнил, что с нами случилось, пока ты бродил в блаженном неведении!       Тим замолчал на секунду, и когда ты ожидала, что он продолжит повышать голос и кричать на Брайана в ответ, он вместо этого остановился, чтобы тихо заговорить. — Ты поехавший. Ты просто ебанутый. Не могу поверить, что когда-то считал тебя своим другом. Ты мне противен. — выплюнул он слова, полные яда, пронизанные злобой.       Можно было только сидеть спокойно: сиди спокойно и наблюдай, как твои лучшие друзья - по крайней мере, ты так думала - яростно спорят прямо у тебя на глазах. Словно манекен, статуя, ты была неподвижна, когда Тим выкрикивал проклятия, его лицо было бледным, краска отлила от него, а Брайан закрыл лицо руками, отказываясь встречаться с твоим взглядом. И ты только вдруг вспомнила, что тебе нужно было дышать, а воздух там был таким плотным, таким густым, он обжигал твои лёгкие. У тебя, наверное, была паническая атака, но что тебе было делать? Это было слишком для тебя, чтобы справиться и... — Мне нужно немного времени наедине с собой. — выдавила ты, быстро открыв дверь машины и выйдя из нее. Непрекращающийся дождь хлестал по твоим щекам, но он утихал. Капли стали меньше, менее резкими, когда ты побежала прочь. Прочь от машины, прочь от двух людей, которых, как тебе казалось, ты знаешь лучше всего. Кто всегда думал о твоих интересах. Тим причинил тебе боль, но это было ничто, ничто по сравнению с полным предательством, которое ты чувствовала со стороны Брайана.       Он знал.       Всё чёртово время, он знал. Он знал, кто ты, он знал ещё до того, как ты приехала, он не случайно узнал тебя, он привёл тебя туда. Он привёл тебя туда сознательно, добровольно, наблюдал, как ты плакала, как ты страдала, он давал тебе обещания, давал тебе надежду, позволяя всему происходить с тобой, и не только это...       Он был причиной всего этого.       Когда ты запыхалась, ты стояла под дождем, дрожа от ярости и горя. Твои колени дрожали, как и кулаки, сжатые так сильно, что ногти больно впивались в руку. Но ты почти не чувствовала этого, боль в груди ощущалась гораздо сильнее. Казалось, что кто-то пронзил тебя копьем прямо в грудь, оставив тебя биться и бороться перед неизбежным падением. И ты упала, позволив коленям подогнуться, на мокрую траву. Ты рыдала, когда твои слезы смешивались с непрекращающимся дождем, растворяясь в грязной земле внизу. И тебе было всё равно, испачкалась ли твоя одежда, тебя это не беспокоило, ты почти оцепенела ко всему остальному, оцепенела, но не настолько апатична, чтобы просто перестало чертовски болеть. И ничего, ты знала, что ничто не заставит эту боль уйти. Брайан был прав, ты не хотела знать, ты не должна была спрашивать, не должна была любопытствовать. — Ч-что-то не так -ик-?       Голос раздался позади тебя. Ты уныло повернула голову, чтобы посмотреть, кто там, но увидела лишь мельчайший силуэт человека. Ты горько смеялась про себя. Конечно, из всего, что могло случиться, это будет одно опустошение за другим. Наверняка ты была обречена на несчастье, на какую-то необъяснимо злополучную жизнь.       Ты узнаешь этот голос в любое время и в любом месте. Это было не то, что ты забудешь, не с подергиваниями и тиками в его речи. Не с вульгарной манерой, в которой он разговаривал с тобой, с убийственным взглядом его оливковых глаз, впивающихся в твои, когда его дыхание щекотало самые волоски на твоей коже. Он был хищником, а ты добычей. Девица в беде, которую никто не придёт спасти. Тим и Брайан точно не преследовали тебя.       Он приближался к тебе, сокращая расстояние между вами двумя, и теперь ты могла видеть мерцание его глаз. Янтарные глаза, напоминающие кошачьи, смотрели прямо на тебя. Когда он пристально смотрел на свою добычу, его глаза светились в темноте. Ты думала, что, может быть, тебя кто-нибудь увидит, но никого не могло быть здесь даже близко, и скорее всего, это мало бы что изменило. Это было пустынное, отдаленное место. Зная, что это, скорее всего, не имело бы значения, с этим человеком было трудно справиться даже другим, таким же, как и он сам. Он делал такую же ужасную работу, как и они. Ты дралась в проигранной дуэли.       Прокси метнул в тебя топор, и ты, еле оставаясь в живых, отскочила в сторону. Холод земли словно обжигал тебя. Сломанные края веток деревьев и острые камни врезаются в твои ноги, соскребая кожу с колен. Ты закричала от боли, не думая о том, что он тебя услышит. Это действительно не имело значения, не сейчас. Он играл с тобой в кошки-мышки, как охотник и добыча. Пока он крутил второй топор в руке, в твою голову пришло резкое осознание… Он промазал намеренно.       При падении ты растянула лодыжку, и подняться было не так просто. Ты, собирая все оставшиеся силы, поднимаешься на ноги и безнадёжно начинаешь хромать прочь, когда второй топор пронесся по воздуху и вонзился в мягкую плоть верхней части бедра. Прежде чем ты успела осознать что произошло, ты завалилась на спину, прилегая одеждой к грязной земле, схватилась руками за свою ногу. Ты почувствовала, как сапог прокси резко ударил по твоему колену и твоя коленная чашечка, с неприятным хрустом, вывихнулась. Нога точно была сломана. Это было больнее, чем в самых худших кошмарах.        Прокси взял второй топор, крутя его в руке. Он занес его над своей головой и ты увидела, как край блестит от твоей собственной крови, и капля алой жидкости капает на твою испачканную в грязи щеку. Когда он перевернул лезвие остриём вверх, у тебя не было времени задаться вопросом «почему? за что?», так как тупая сторона топора врезалась в череп, оставив после себя только непроглядную тьму.